Обыкновенный говорящий кот Мяун и его семья

Глава 21. Сел в автобус, стою

Сашка крутилась перед зеркалом.

– Нет, ну хорошо же вышло, да?

– Саш, ты только в иностранца не влюбляйся, ты любого не носителя русского языка с ума сведёшь на раз! – Аня только головой покрутила на противоречивую фразу, в которой содержалось и согласие, и отрицание.

– А что? – удивилась Сашка, которая ни в кого нового, тем более иностранного влюбляться не собиралась, но живенько заинтересовалась, что не так?

– Это примерно как: «Ах вы, гуси, собаки такие! Как свиньи мне весь огород затоптали!» – рассмеялась Аня, покосившись на Плюшку, которая тут же начала анализировать услышанное, забавно складывая пухлые брыльки.

– Ааа, ты об этом! Да, у нас таких крышесносных вещей хватает, – рассмеялась Сашка. – Я, когда в Бельгии в командировке была, раз пошутила с местным сотрудником-бельгийцем, который русский знает. Так он, бедняга, два дня думал. Потом пришёл просить объяснений.

– Да что ты ему сказала-то? Кстати, платье потрясающее, а ты в нём и того лучше!

– Спасибо! Что сказала? Просто предложила расшифровать фразу: «Сел в автобус, стою». Не смотри на меня так. Он сам напросился! Он утверждал, что с его уровнем владения языком может сойти за русского!

– Фрррр, чудак какой! – вклинился в разговор Мяун. – Я вот могу сойти за русского! Правда, только по телефону, но зато абсолютно правдоподобно!

– Ты ж такой и есть. Нормальный русский кот. А что говорящий – так это только достоинство. А что кот… Так у всех свои особенности! – рассмеялась Сашка. – Бельгийцы те же – страшно неторопливые! Ну жутко просто! Они так лениво всё делают, что мне постоянно хотелось их немного попинать для ускорения! Вот Адам, ну, тот, который напросился на слом мозга, думал над простейшей фразой два дня!

– Да, так что ты ему сказала?

– Пришлось растолковывать матчасть, – хмыкнула Сашка. – Хорошо не сказала про часы, которые могут идти, когда стоят и стоять, когда висят. Ну, собственно, идти, когда висят, они тоже могут. Ой, если бы Адам это услышал, то пошёл бы топиться с отчаяния!

– А «Руки не доходят посмотреть»? – напомнила Аня. – И старый Новый год…

– «Да нет, наверное», «держи хвост пистолетом», «руки в ноги и вперёд», «ужас как хорошо», – сходу припомнила Сашка, хулигански покрутив носом.

– Я надеюсь, ты всё это ему не говорила? – ужаснулась Аня, с трудом сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.

– Неее, я его пожалела, он и так выглядел, словно помчится к психоаналитику, жалиться, что ему комплексов прибавили! Правда, в последний рабочий день не удержалась и спросила, знает ли он предложение, которое можно составить из трёх гласных букв. Он чуть не закипел.

– Рассердился?

– Нее, думал-думал, думал-думал, я аж испугалась, что мыслительный агрегат перегреется и того… Пар пойдёт из ушей.

– И чем закончилось? – живенько заинтересовался Мяун, любуясь Сашкой. Он-то знал, чья это заслуга, что она такая весёлая и довольная жизнью! Для любого недогадливого пояснил бы с удовольствием – его это заслуга! Лично кота Мяуна. А что? Это именно он вовремя направил отношения Сашки и Ильи в правильное русло.

– Я его опять пожалела и выдала тайну. Ну что ты так смотришь? Сказала предложение: «Э, а я?»

– И что с ним было?

– Ой, он до вечера ходил и всем это повторял! Я от него смылась, потому что восьмой раз его восхищения могла бы и не выдержать…

– Да, кстати, а как там восхищение Ильи поживает? – уточнил Мяун, давно поджидавший случая аккуратно перевести разговор на интересующий его предмет.

– Ты был прав! – Саша плюхнулась в кресло и рассмеялась. – Он сам звонит по нескольку раз в день, присылает фотки закатов и рассветов. Рвался приехать, но ему там доработать осталось-то уже всего-ничего. Так что я притормозила.

– А он?

– Стал звонить ещё чаще, – хихикнула Сашка. – Мяуш, ты гениален! Я стала такая счастливая и спокойная!

– И столько материальных ценностей произвела, – напомнила Аня, машинально погладив своё платье для беременных, сшитое подругой. Единственное, в котором было не жарко, удобно и красиво одновременно!

– И ещё такое же тебе дошиваю, – глазастая Сашка заметила Анин жест. – Тебе очень идёт. Вот приду завтра с работы и закончу!

Наши планы – вещь очень и очень забавная. Нет, планировать-то мы можем сколько влезет, но достаточно часто оказывается, что на обдумывание завтрашнего дня мы только время зря потратили…

Так получилось и у Сашки, которая, в очередной раз получив от Ильи фото побережья, поудивлялась, насколько у нас в стране разнообразная и красивая природа, подняла голову от смартфона и увидела в дверном проёме собственного кабинета…

– Адам?

– Алекс! Как я рад тебя видеть! – провозгласил бельгиец с широченной улыбкой.

– Саш, ты проект закончила? – Сашкино непосредственное начальство за спиной бельгийца явно указывало на него глазами и чего-то пыталось Сашке объяснить загадочными пассами рук.

– Закончила, конечно! – покивала Саша, спешно соображая, как тут оказался Адам и чего от неё надо директору.

– Вот и отлично тогда, пошли, я тебе новое задание выдам! Пошли, пошли! Адам, вы пока пройдите с секретарём в переговорную, я сейчас приду. Глава 22. Трудности перевода с человеческого на человеческий

Директор широкими шагами рванул в свой кабинет и Сашку туда же заволок.

– Саш, я тебя очень прошу, пообщайся ты с ним! Он приехал с визитом от партнёров, жаждет осмотреть цеха, а у нас там, ты сама знаешь, срочная работа. Не до него! Два дня! Только два дня!

– Да я-то тут причём? Пусть его вэдовцы наши развлекают, – открестилась Сашка.

– Нее, он про тебя всю дорогу от аэропорта говорил. Как ты ему задала сложнейшую лингвистическую загадку, поразила его своим интеллектом, чувством юмора и тактом.

– Да ничем я его не поражала! Зачем он мне сдался-то? У меня Илья скоро приедет!

– Ничего не знаю! – замотал головой директор. – Ну, удиви его ещё чем-нибудь. Александра, будь человеком, не буди во мне зверя, а? Скажи ты ему ещё чего-нибудь позаковыристее, пусть думает.

Сашка хмуро смерила взглядом поражённое неуместным энтузиазмом руководство и хищно прищурилась:

– Отпуск! На неделю!

– Алчная ты особа! У тебя совесть есть? – тут же начал торговаться директор.

– Совесть есть, а сил после бесед с этим гавриком не будет! Он тугодум и зануда! А у меня Илья приезжает скоро. И вообще…

– Не-не, вот вообще не надо, остановимся на частностях! Отпуск так отпуск. Ах, Александра, ты меня без ножа зарезала!

– Вы можете и без меня обойтись. Скажите ему последнюю фразу, и он в аккурат на пару дней зависнет!

– Нет уж, лучше пусть он у тебя в кабинете зависает, чем у меня! – открестился руководитель и облегчённо посмотрел на закрывшуюся за Сашкой дверь. – Главное, чтобы этого Адама потом не пришлось в психиатрию сдавать. Он к логике наших женщин не привычный… Ну а нечего было без приглашения приезжать! – утешил он себя. – Сам напросился, пусть сам и получает!

Илья ждал окончания командировки как манны небесной! Нет, Владивосток – прекрасный город, но ему б домой, к любимой девушке! Тем более что некие подозрения о том, что такие девушки, как Сашка, могут привлекать других мужчин, у него появлялись чем дальше, тем больше. Парадокс! Если твоя невеста или жена не привлекает чужого внимания – это скучно и обидно. А если привлекает – приятно, конечно, но очень нервно! Нет, в порядочности Сашки он был уверен, но лучше всё-таки быть поближе!

Ночь уже опустилась на город, и он решил, что пора позвонить и пожелать любимой спокойной ночи.

– Да, привет! – Сашин голос привёл его в чудесное настроение, и тем неприятнее было услышать Сашкино:

– Нет, Адам, так не говорят… Ну как тебе объяснить? Ты подумай пока сам, а у меня важный разговор!

– Какой там ещё Адам? – голосом, которому позавидовал бы любой актёр, играющий Отелло, произнёс Илья.

– Представитель наших партнёров из Бельгии, – совершенно спокойно объяснила Сашка.

– Погоди-ка… Ты же раньше в Бельгию ездила? И он там был?

– Ну разумеется! Почему бы бельгийцу не быть в Бельгии?

– А почему ты мне о нём не рассказывала? Что вообще происходит? А? Он что, к тебе приехал?

Раньше Сашка перепугалась бы жутко, начала оправдываться, что-то объяснять, а сейчас только рассмеялась.

– Ты вроде спать собираешься? Вот и спокойной ночи, а у меня рабочий день в разгаре! И не выдумывай глупости.

Сашка закончила разговор и покосилась на Адама, который сидел, озадаченно глядя в окно и пытался сообразить, как так получается, что коза и козёл – это животные одного вида, а оса и осёл – очень разных!

– Но ведь это нелогично! – Адам развёл руками.

– Адам, русский язык не подчиняется правилам математики. Логика к нему неприменима! – рассмеялась Сашка. Собственно, она почти весь день смеялась, правда, стараясь не обидеть чудака-Адама.

– И я не понял про чайник! Как это получается, что «чайник долго остывает» и «чайник долго не остывает» – одно и тоже! Там же частица «не»! – Адам с ужасом покосился на элегантный чайничек, против всяких логических законов остывающий и не остывающий на небольшом столике в углу. – Чем больше я слышу, тем больше не понимаю! Я пять лет учил русский, думал, что выучил, а теперь понимаю, что только начал его учить! – страдал он.

– Прально-прально! Лучше он пострадает тут, чем в цехах услышит некоторые идиомы и непереводимую игру слов. Там мужики торопятся… Им не до политеса. Сашку тоже неловко просить ЭТО объяснять. Пристал бы ко мне, потому что вэдовцы от него отказались. Все нервные такие! И что у меня за сотрудники? – хмыкал Сашкин директор, проходя мимо открытой двери кабинета, где унывал бельгиец.