Обыкновенный говорящий кот Мяун и его семья

Глава 23. В хозяйстве всё пригодится

– Алекс, я знаю английский, французский, нидерландский и немецкий! У нас такая страна, где это очень нужно! Два государственных языка! Я был уверен, что русский легко выучу, но я не могу его понять!

Сашка только улыбалась сочувственно, припоминая одного упитанного рыжего кота, который знает его в совершенстве. – Да уж, Мяуна не смутит выражение «Есть пить? Пить есть, есть нету!» Только это я Адаму говорить не буду, ему и так уже нехорошо! Краснеет, бледнеет, мямлит чего-то.

Краснел и бледнел бедняга от волнения. Он-то собирался пригласить Алекс куда-нибудь поужинать и даже почти решился, но не успел, она ловко препоручила его заботам ребят из отдела по внешнеэкономической деятельности и живенько умчалась с работы.

– Ань, ты представляешь, только вспомнили вчера про Адама, и тут мне его директор приволакивает! – объявила она, заходя к подруге с собакой и пакетом лакомств. Пока рассказывала про беднягу-бельгийца, пока Мяун облизывался над тарелкой с угощением, с пола заскрипела Плюшка.

– Чего-чего тебе непонятно? – кот свесил голову, внимательно выслушал бульдожку и вздохнул. – Видать, это национально-французское-бельгийское качество! Что французские бульдоги, что бельгийские специалисты русские выражения не понимают! Дай мне побольше креветок, чует моё сердце, что я полночи буду объяснять бульке про чайник, осу и козла с козой! А вот Илюша вовремя позвонил, вовремя! Через сколько он приезжает? Через недельку? Очень хорошо! С ума сойти не успеет, а всякие глупости про ваши отношения уже и думать забудет! Хорошо, что у нас такая страна большая! Услали на другой конец света, и так сознание проветрилось!

Сознание Ильи проветривалось настолько успешно, что он был готов улететь сам, без разрешения руководства. Едва сообразил позвонить Олегу.

– Ты Сашку давно видел? – глубокая приморская ночь располагала всех нормальных людей к отдыху, но влюблённый человек в приступе ревности нормальным считаться не может по определению.

– Привет и тебе! – хмыкнул Олег. – Пару секунд назад видел. Она у нас сейчас. Вместе с Итой.

– Фууух, а то у неё там какой-то бельгиец объявился на работе… Они давно знакомы!

– Слушай, угомонись, а? Я понимаю, что ты человек контуженный первым браком, но Сашка – это не тот случай.

– Да я понимаю… Но бельгиец… А ну как влюбится в неё?

– Ага, влюбится, уговорит сбежать в Бельгию и бросить тебя! Бывает, братец! Чего там у вас сейчас дует? Муссоны, пассаты? Выясни и запомни, какой конкретно ветер на тебя так плохо влияет.

– Тебе хорошо! У тебя Аня – жена, да ещё уже беременная.

– Так тебе-то кто запрещал? – рассмеялся Олег. – Сашке трубку дать? Нет? И не говорить, что ты звонил? Ну, страдалец!

Олег отключил смартфон и тут же наткнулся на очень заинтересованного Мяуна.

– Страдает? Это правильно! Это по плану!

– Это ты всё, да? – хмыкнул Олег.

– Ну, не всё-всё… Бельгийца я не вызывал, хотя и он пригодится… В хозяйстве всё пригодится, если с умом использовать, – скромно объяснил Мяун. – А остальное, да. Я!

– Человеку плохо… – Олег не решился уточнить, в каком качестве Мяун хочет использовать иностранного гражданина.

– Человеку было бы плохо, если бы они с Сашкой расстались, и его опять закогтила какая-то фффряу типа его первой жены. Вот тогда ему действительно было бы плохо. И тебе и мне тоже.

– А мы-то тут причём? – удивился непосредственный Олег.

– Да при том, что ты же другу от дома не откажешь? Правильно! А зачем нам тут какая-нибудь вульгарная мартовская кошка?

– Ээээ, да! Помню я его первую жену! Как же…

– А теперь представь, что она захотела бы сюда в гости? – Мяун только головой покачал. – У тебя ребёнок будет, у меня уже ребёнок! – он не стал говорить, насколько трудно заставить его собственного ребёнка помолчать…

– А посчему ты говорлишь, чито часи стоят, когда я их ужо уронила, и они лежать? – в этот самый момент говорила Малуша.

– Да как ты их ухитрилась уронить? – удивлялась Аня.

– Я Дика попросила, и он толкинул тюмбочку. Они и того… Блямс на морьду!

– На чью морду? – ахнула Аня.

– На свивою! Часовую морьду!

Сашка только глазами хлопала, а Василина подбиралась, чтобы изловить предприимчивое дитятко и похлопать ей лапой по уху.

– А я где была? – не поняла Аня, добравшись до упорно тикающих в положении «лёжа на часовой морде» часов. – Надо же, идут!

– А тебя Плюха отвилекала! Она говорлила по моей команде, и ты отвилекалась! А то ты бы не раздрешила их уронять! – покивала очень довольная Малуша.

Аня только вздохнула, вспомнив песню бульки, из-за которой она недавно действительно рванула в кухню.

Мяун перехватил хмурую Ваську, покачал головой и уточнил:

– А зачем ты это делала?

Малуша заюлила, а потом понурилась:

– Крутилку добывала. Но она не добылася, так что висё заздря!

Рыженькая лапка с сожалением постучала по ключу, который нипочём не захотел покидать свои часы и выколупыванию не поддался.

– А крути… Тьфу, ключ-то тебе зачем? – живо заинтересовалась Сашка.

– Как зачем? Пиригодитися! – важно ответила Малуша. – В хозяйситве всё пиригодитися! Глава 24. Ёшкин кот с редиской

Адам был вполне доволен собой. Неплохая вилла в окрестностях Гента, приличная работа, уютная упорядоченная жизнь. С возрастом он стал задумываться о создании семьи, педантично подсчитав все плюсы и минусы этого предприятия. Выходило, что это затратно, но привлекательно. Он уже был вполне готов к тому, чтобы начать активный поиск будущей супруги среди своих знакомых, как вдруг встретил Алекс. Те три месяца, которые она работала практически бок о бок с ним, оставили у Адама смешанные чувства. С одной стороны – бесспорно красива. Очень! И мало того, что красива – ухожена. Его мама тоже много времени тратит на то, чтобы выглядеть как можно лучше, и не воспринимает нынешнюю небрежность внешнего вида женщин. Да, это удобнее и практичнее, Адам не спорит, но он не мог не признавать, что эти разумные категории как-то скукоживались и отступали, когда появлялась Алекс. Потом, она однозначно отличный специалист! Кроме самого уровня подготовки, у неё есть ещё и необычный стиль мышления, который очень понравился руководству Адама. И ещё… Она любит детей! Адам сам видел, как она в обеденный перерыв в парке кидала мячик малышу, который упорно катил его к ногам Алекс. Она улыбалась и была совсем не против поиграть даже с чужим ребёнком!

Это с одной стороны. А с другой… Алекс смущала. Так, как смущает слишком сильный, свежий и будоражащий ветер, случайно залетевший в узкие и уютные проулочки его родного Берингена. Такому несложно увлечь за собой, оторвать от привычного распорядка и размеренной комфортной жизни, закружить, полностью изменить самого Адама.

Он долго обдумывал все за и против, даже рассчитал, во сколько обойдутся курсы немецкого, французского и нидерландского языков для Алекс, которая знала только английский. И как скоро она сможет выйти на работу в их компанию, в случае брака с ним и получения разрешения на работу.

О том, что Алекс может и отказаться, он тоже подумал, разумеется. Долго разглядывал себя в зеркале и счёл увиденное вполне удовлетворительным. Кроме того, все же знают, что русские девушки только и мечтают выйти замуж за иностранца. Правда, говорят, что они предпочитают потом не работать, но в Бельгии это не принято, тут даже не задумываются об общем счёте. Оба супруга имеют раздельный бюджет. Адам был уверен, что при своей разумности и профессионализме Алекс это прекрасно воспримет и будет неплохо зарабатывать, никак не обременив его самого.

Именно с такими планами он и прибыл в Москву. Алекс показалась ещё красивее, но всё остальное его ошеломило. Город, люди, скорость перемещения и язык, этот невозможный русский язык, – сбивали его с привычного размеренного темпа жизни, крутили в какой-то гигантской воронке, сводили с ума.

– Почему? Как это получается, что фразы «чайник долго остывает» и «чайник долго не остывает» – означают одно и тоже? Там же стоит частица «не»! – допытывался он у Алекс. – В любом нормальном языке «не» – это отрицание! А у вас? У вас всё, всё не по правилам!

– Адам, ты не расстраивайся. Правила у нас тоже есть, но русский язык – живой и подвижный, образный и своеобразный, – утешала его Алекс перед уходом с работы. Он так растерялся от новых впечатлений и проклятых фраз, что даже не успел её пригласить на ужин.

– Да ёшкин кот! Какого лешего ты мне этот договор подсовываешь? Я ж по этому направлению ни в зуб ногой! – донеслось из коридора, и Адам нервно сглотнул.

– Какой-какой кот? И при чём тут какой-то леший? А «ни в зуб ногой» – это что? Драка будет или не будет, если «ни» сказали?

– Ангидрит твою валентность через медный купорос! – ещё громче проорали в ответ «ёшкиному коту». – Ты ж сам его забрал! Руки загребущие, глаза завидущие!

Первая часть фразы вызвала у Адама панический приступ. Он химию изучал, и как можно получить ангидрит валентности, да ещё пропустить результат этого через медный купорос, представить никак не мог.

– А вдруг это какая-то секретная разработка русских? А? А я случайно это услышал? Я, получается, свидетель? Что делать? Сидеть тут? А если ещё что-то услышу? Нет, надо выбираться.

Появление в коридоре бледного и явно перепуганного представителя партнёрской компании, спорщиков смутило не сильно. А что? Не матерятся же. Директор специально предупредил вести себя тихо и прилично.

– Да японский городовой! Вспоминай! Я загрёб, тьфу, то есть взял у тебя совсем другой договор. Ты хоть покумекай немного!

– Покумекай? Да ты сам включи соображалку! Чтобы я с тобой ещё хоть раз связался! Кирдык, а не человек! Редиска натуральная!

Нет, если бы не наличие бельгийца, диалог звучал бы совсем в ином ключе, но пугать иностранца было не велено, директор грозил страшными карами, поэтому и переговаривались коллеги мирно и очень прилично.

Когда Адам добрался до гостиницы и посмотрел в интернете страшное химическое действие, он вытер пот со лба, осознав, что это всего лишь непереводимая игра слов для выражения эмоций, а потом, припомнив про редиску, снова глубоко задумался.

По всему выходило, что его уровень знания русского языка очень и очень недостаточен!

– Ну ничего! С Алекс я могу говорить сначала по-английски, а потом по-немецки. Немецкий мне ближе! – решил Адам. – Завтра надо будет договориться о совместном ужине заранее.

Ещё через день пребывания в Москве, Адам начал осознавать, что его бельгийско-немецкая педантичность тут не очень-то работает. Во-первых, Алекс ни на секунду не оставалась с ним наедине. Во-вторых, его таскали по всей Москве, показывая что-то очень полезное и нужное, сливающееся в один яркий и пёстрый поток информации, заливающий его полностью и целиком.

Адам и не знал, что пал жертвой банального заговора:

– Витечка! Я тебе выправлю все косяки в новом проекте, только убери ты его от меня! – Сашка могла быть бронебойно убедительной! – У меня от него скулы сводит!

– Саш, ради тебя хоть луну с неба, но только не это! – открещивался вэдовец. – Не, я с ними работаю, конечно, но этот очень уж зануда. И нервный какой-то. Всё время так удивляется! И постоянно выспрашивает чего-то! Не могу!

– А придётся! Иначе можешь ко мне не только с новым проектом, но и со всеми последующими и близко не подходить!

– Саш, а ты сама попробуй ему объяснить, что такое «ничего»… Ну, ты понимаешь, что это?

– Конечно!

– И я понимаю! А он стоит, глазами лупает и опять требует объяснить!

– Тогда сделай так, чтобы у него не было времени спрашивать!

***

– Ты не используешь ресурсы! – Мяун хмуро смотрел на Сашку. – Тебе в лапы упал такой кадр, а ты?

– Он не кадр, он кадавр! – парировала Сашка.

– А чито такое етот кадавр? – заинтересовалась Малуша.

– Нет, ты смотри… В простых словах ошибается, а кадавр говорит, как диктор центрального телевидения! – вздохнул Мяун. – И что за котята пошли! Малуша, кадавр это… ну… чучело, короче. Как игрушечная меховая мышка.

– Я Саше луччче сама мышу подарю! Засчем ей чужии? – Малуша, будучи очень хозяйственной особой чуть не с рождения, жлобством не страдала. – Чичас пиренесу!

– До чего у тебя дочка классная! – улыбнулась Сашка.

– Ты мне клыки не заговаривай! Свою такую хочешь?

– Хочу, конечно!

– Вот и займись кадавром, ой, то есть кадром! И не мотай головой, чай, не лошадь! Я же не предлагаю тебе с этим Адамом котёнка заводить! Я тебе говорю, что Илья у тебя приезжает через три дня. Вот и пусть он видит, что ты привлекаешь внимание иностранных Адамов!

– Илья, по-моему, ревнивый. Ну, то есть по телефону он нервничает.

– И очень хорошо, что нервничает! Понимаешь, это такое странное дело… Вот если кошечкой ни один кот не интересуется, то она, пусть даже писанная котокрасавица, так и будет бегать одна. А если один заинтересовался, то и остальным сразу любопытно становится. А что это там за чудо чудное?

– Мы же не о котах! – покачала головой Сашка.

– Ха… Можно подумать, мужчины сильно отличаются. Нет, по внешности, конечно, проигрывают, куда им до нас, но натура-то… Натура такая же! Есть исключения, ничего не говорю, но мы-то сейчас о правилах беседуем То же самое с охотой. Если тебе надо, чтобы мужчина от тебя отстал, и даже больше того, бежал подальше и побыстрее – демонстративно начинай его преследовать! Предъявляй на него права. Требуй срочных серьёзных отношений! Чего ты смеёшься? В подавляющем большинстве случаев реакция будет одна: преследуют – бежать! Бежать как можно дальше и быстрее, нервно озираясь, переводя дыхание и высунув язык от усталости.

– Я Адама преследовать не буду! Мне неприятно! – категорически открестилась Сашка.

– Да и не надо. Его Илья пошлёт!

– Куда? В Бельгию своим лётом?

– Ну, этого тоже исключать нельзя. Да не волнуйся ты! Мы же того… Окультуренные, почти что совсем! – хмыкнул Мяун, покосившись на Аню. – Не хрюкай! Что за странные звуки? Хочешь смеяться – ладно уж, но запомни! Хорошо смеётся тот, кто хрюкает последним! – фыркнул Мяун. – Тьфу! Даже меня запутала!

– Саш, вот так живёшь, живёшь, и доживаешь до жизни такой, когда тебе кот замечания делает! – расхохоталась Аня.

– Да, и он же учит уму-разуму в личных отношениях! И ведь сижу, слушаю! Учусь! – присоединилась к подруге Сашка.

– Вот так, да? Я тут стараюсь, излагаю, а они? А они издеваются! – патетически укорил их Мяун и покосился на Ваську, которая старательно прикрывалась лапой, но было видно, что тоже веселится. – И ты туда же! Жена моя, мать моего котёнка!

– Ладно, не сердись. Это я на нервной почве! Да, может, Адам просто хотел уточнить что-то по редким русским выражениям. Зачем я ему?

– Фу, глупая! Да ты на себя посмотри! У того несчастного и шансов-то никаких нет! А кроме того, у меня чутьё!

– И что ты чуешь? – уточнила Аня.

– Много чего! – раздулся от важности Мяун. – Во-первых, у тебя подгорает пирог, во-вторых, Плюшка уволакивает из мусорного ведра шкурку от колбасы, а в-третьих, этот Адам явно имеет виды на Сашу!

В правоте Мяуновых выводов Сашка убедилась очень скоро. Умученный общением с Адамом, коллега радостно уехал в скучнейшую командировку, и ценный када… в смысле кадр, прибыл в Сашкин кабинет.

– Алекс, мы можем поужинать вместе? Я бы очень хотел с тобой поговорить.

– Адам, прости, я не могу. У меня другие планы на вечер, – у Сашки в сумочке лежала торжественно подаренная Малушей мышка, и больше никаких кадров, то есть кадавров, Александре не хотелось. Тем более что Мяун, похоже, был прав. Очень уж серьёзно выглядел Адам. Цеха он накануне уже посетил, а больше никаких общих тем для разговора у них не было. Разве что русский язык, но опять же, она не филолог!

– Хорошо, планы… Это я понимаю, но я всё-таки хочу с тобой побеседовать, – Адам решительно устроился у Саши в кабинете и начал излагать скучнейшие факты из своей биографии, положение в компании, бытовые подробности.

– Прости, а зачем ты мне это говоришь? – решила уточнить Сашка, которая уже третий раз сбрасывала звонок от Ильи и очень не хотела делать это в четвёртый раз.

– Я всё просчитал. И хочу предложить тебе попробовать переехать в Бельгию в качестве моей… ээээ, подруги! С возможностью дальнейшего заключения брака, – Адам изложил своё предложение и замер в ожидании ответа.

– Мяун! Жалко, что ты этого не слышишь! – подумала Сашка с некоторым даже восторгом. – Словно на работу приглашает!

– О, да, я забыл сказать, что с получением рабочей визы проблем не будет, а вот языки придётся учить. У нас в стране без этого никак. Я готов выделить средства на языковые курсы.

– Адам, это чрезвычайно любезно с твоей стороны, но…

– Нет, ты не торопись. Ты просчитай и обдумай всё. Я понимаю, что в данном вопросе нужна осмотрительность!

Он торопливо вскочил и убрался из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.

– И так вовремя убрался! А то страсть как хотелось в него что-нибудь кинуть! Всё-таки менталитет никуда не спрячешь. Даже если бы Ильи и на горизонте не было, я бы на такое стерильно-бельгийское предложение могла бы ответить только резко отрицательно! – с жаром рассказывала Сашка, забежав к Ане после работы. – Так что прости, Мяун, не получилось у меня его использовать.

– Да мы уже получили от этого чудака всё, что нам было нужно.

– А что нам было нужно? – осторожно уточнила Сашка.

– Как что? Предложение! – хмыкнул Мяун. – Спорим на килограмм креветок, что Илья про Адама спросит! А ты честно и благородно, а главное, абсолютно правдиво, а мужчины – не идиоты и это всегда чувствуют, ответишь, что да, предложение делал и был послан!

– А если ты проиграешь, то откуда возьмёшь килограмм креветок? – живо заинтересовалась Аня.

– У тебя возьму взаймы! Но я не проиграю, – важно заявил Мяун.

Илья ни разу в жизни так не рвался в Москву. Ощущение того, что он должен был быть там давным-давно, не покидало его с весны. Он даже решил сделать Сашке сюрприз и приехать внезапно. Нет, не то чтобы он думал её на чём-то поймать, просто побаивался первой встречи и решил, что лучше так – головой в омут.

Сашка как раз вышла из здания компании, за ней тащился какой-то лощёный тип с бессмысленно-любезной улыбкой, и тут она услышала:

– Саш! Саша!!!

Адам, который, несмотря на её однозначный и категоричный отказ, пытался увязаться с Алекс и всё-таки поужинать вместе, изумлённо увидел, как у Алекс, обернувшейся к окликнувшему её мужчине, меняется выражение лица.

Алекс умела очень приятно улыбаться, Адаму нравилось. Но эту улыбку у неё он никогда не видел.

Он некоторое время бессмысленно хлопал глазами и только потом до него дошло, что так улыбаются не коллегам или знакомым, не приятелям или друзьям. Так улыбаются только любимому человеку.

Уже потом, в гостинице, он долго смотрел в окно и остро жалел о том, что вообще сюда приехал, потому что осознал, что ему-то никто так не улыбался. Никто и никогда. Нельзя жалеть о том, чего не знал, а вот когда понимаешь, что обделён чем-то очень важным, жизнь становится уже гораздо менее комфортной и удобной.

– Ну почему? Он же… Такой… Обычный! Я-то чем хуже? – в голове Адама крутились цифры его дохода, стоимости дома, машины, удобств жизни в Евросоюзе и прочих благ. Крутились, как осенние листья над водой каналов, и опадали в холодную тёмную воду понимания того, что странное явление, которого ему так пронзительно захотелось, не имеет отношения ни к доходу, ни к карьере, ни к статусу. Он не может его получить, сколько бы не приманивал Алекс… Просто потому, что это не продаётся и не рассчитывается. Просто есть и всё тут. – Сумасшедшая, ненормальная страна, где слова не подчиняются правилам, где люди ничего не понимают в разумных доводах, где от расстояний начинается паника, а от скорости кружится голова! Зачем я сюда приехал?! – бормотал он, осознавая, что уже не сможет целиком и полностью избавиться от всего этого, выкинуть из головы и жить размеренно и спокойно, как раньше!

– Саш, что с тобой случилось? А? Ты мне честно скажи! Ты влюбилась в этого Адама? – Илье было бы дико стыдно в этом признаться, но, задавая этот вопрос, он так нервничал, что даже руки спрятал за спиной, чтобы не задрожали.

– Ты с ума сошёл? Нет, конечно! – возмутилась Сашка.

– Но он же ухаживал?!

– И что?

– Может, и замуж звал?

– Звал, получил отказ и ушёл пересчитывать активы.

– Какие активы?

– Свои, конечно. Он мне изложил все преимущества и пообещал оплатить языковые курсы, а я, редиска этакая, отказалась от немыслимо щедрого предложения! Ой! Я ж ему про редиску не объяснила! – расхохоталась Сашка, и Илья понял, что нервное напряжение отступило, растаяло, исчезло! Что Сашка вот она, рядом. Правда, поскольку вокруг слишком много ушлых людишек мужеского пола, надолго оставлять её одну не рекомендуется, а то пристают тут всякие, беспокоят любимую женщину. И вообще! Надо срочно жениться, потому как так спокойнее!

– Проспорила я Мяуну килограмм креветок! – вдруг вспомнила Сашка по дороге в гости к Ане и Олегу. – Пойдём, зайдём и купим!

– А по поводу чего спорили-то? – уточнил Илья.

– Да так… По поводу того, можно ли от ценного кадавра, ой, то есть кадра, получить что-то полезное или нет! – рассмеялась Сашка.