Одаренный регент. Книга 7

Глава 14 Гринвич

Илария подошла к волку. Резким движением она провела лезвием по шее животного, пуская кровь. Затем, обмакнув пальцы, она начала рисовать на полу сложные узоры: спирали, линии, странные символы, которые я не мог прочитать.

— Твоя магия крови несколько иная, — заметил я, наблюдая за её действиями.

— Да, — коротко ответила она, не отрываясь от работы. — Это древняя техника, запрещённая во многих кланах. Но сейчас у нас нет выбора.

Когда рисунок был закончен, встала в центр круга, подняла руки. Её шёпот превратился в низкий, вибрирующий звук, похожий на песнопение. Слова, которые она произносила, звучали как нечто одновременно знакомое и чуждое, вызывая у меня мурашки.

Свет в пещере будто померк. Воздух загустел, наполняясь странной энергией. Кровь на полу начала оживать, подниматься, обретая форму, словно живое существо, а затем вихрем закрутилась вокруг Иларии.

Голос девушки стал громче, а движения рук — быстрее. Магические эманации стали удушливыми и мне пришлось даже сесть немного ближе к выходу из пещеры.

Вдруг кровь вспыхнула алым светом, растворившись в воздухе, а Илария рухнула на колени, едва удерживаясь на ногах.

Я подскочил к ней, но она остановила меня жестом.

— Всё в порядке, — сказала она, слабо улыбаясь.

Её лицо уже не было таким бледным, а в глазах появилась прежняя сила. Она встала, пошатнувшись, но быстро выпрямилась.

— Я чувствую себя лучше.

— Тогда нам нужно двигаться, — сказал я. — Пока пепловцы не нагрянули сюда вновь.

Мы выбрались наружу, оставляя тёмное укрытие позади. Ночь всё ещё царила над каменистой местностью, но вдали, на горизонте, уже виднелись огоньки поселка Полянск.

— Он уже близко, — пробормотал я, указывая на свет.

Мы начали двигаться вперёд, оступаясь на острых камнях, но решительно шагая к цели.

Полянск оказался небольшим, но уютным поселком. Узкие улочки петляли среди скромных домиков с покатыми крышами. В каждом окне горел мягкий свет, а вечерняя тишина нарушалась лишь редкими звуками шагов местных жителей или приглушёнными голосами за занавесками. Мы шли по главной улице, выискивая хоть какую-нибудь зацепку.

— Мы точно в правильном месте? — спросила Илария, оглядываясь по сторонам.

— Должны быть, — ответил я. — Но где искать этого антиквара — понятия не имею.

Мы медленно продвигались вперёд, внимательно изучая дома. Почти все они выглядели одинаково: деревянные фасады, выбеленные ставни и резные наличники. Ничто не выделялось.

— Может, постучим куда-нибудь и спросим? — предложила Илария.

Я собирался согласиться, как вдруг мой взгляд зацепился за дом у самой окраины. Он стоял чуть в стороне, окружённый невысокой каменной оградой. Но не это привлекло моё внимание.

Дом был украшен множеством необычных вещей, которые невозможно было не заметить. Над входной дверью висело массивное бронзовое кольцо в виде змея, кусающего свой хвост. У окна стояли две древние статуэтки из тёмного камня: одна изображала крылатого льва, другая — загадочную фигуру с вытянутым лицом и длинными руками, сложенными в молитвенном жесте.

— Посмотри на это, — сказал я, указывая на статуэтки.

Илария остановилась рядом и, слегка прищурившись, посмотрела туда, куда я показывал.

— Похоже на антиквариат, — заметила она. — Причём редкий.

Мы подошли ближе, и я заметил ещё больше деталей. На стенах дома висели старинные гобелены, выцветшие от времени, но всё ещё поражающие сложностью узоров. Вдоль крыши шли металлические украшения в виде голов драконов, а под окном стоял старый сундук, обитый железными полосами, на крышке которого была вырезана карта звёздного неба.

— Это точно его дом, — сказал я.

— Ты уверен? — спросила Илария, но её взгляд тоже выдавал надежду.

— Уверен, — кивнул я. — Ни у кого больше в Полянске не может быть такой коллекции.

Мы подошли к двери. Я поднял руку, чтобы постучать, но на мгновение замер, прислушиваясь. В доме было тихо, только где-то внутри слышался слабый скрип, как будто кто-то двигался.

— Постучишь или будешь стоять так весь вечер? — спросила Илария с лёгкой усмешкой.

— Сейчас, — ответил я и постучал по тяжёлой деревянной двери.

Дом антиквара встретил нас тишиной. Я постучал еще раз, но ответа не последовало.

— Может, он ушёл? — предположила Илария.

Я наклонился к двери и приложил руку к ручке. Дверь легко поддалась, оказавшись не запертой.

— Или он дома, но предпочитает не открывать, — заметил я, толкнув дверь.

Внутри было темно, лишь слабый свет пробивался из окна, окрашивая комнату в тусклые оттенки серого. Мы вошли, осторожно оглядываясь вокруг.

— Есть кто дома? — громко спросил я.

Голос эхом отозвался в тишине. На мгновение мне показалось, что дом действительно пуст, но вдруг из соседней комнаты донёсся шум, как будто кто-то уронил что-то тяжёлое.

— Кто вы? — раздался встревоженный голос.

Мы замерли, глядя в сторону источника звука. Из полутемного коридора показался высокий худой мужчина. Его седые волосы были растрёпаны, а взгляд — напряжённым и обеспокоенным.

— Мы не хотим зла, — начал я, поднимая руки ладонями вверх. — Мы искали вас.

— Искали меня? — его голос дрожал, и он не спускал с нас глаз. — Зачем?

— Нам нужна помощь, — ответил я. — Вы раньше работали антикваром при императорском дворце?

— Да, — кивнул тот. — А в чем собственно дело?

— Меня зовут Александр Пушкин.

Он на мгновение нахмурился, словно вспоминая собственное имя, а затем кивнул.

— Антон Гринвич. Добро пожаловать ко мне в гости, если только вы не явились за моими сокровищами!

Илария и я переглянулись.

— Мы не за сокровищами, — заверила его Илария.

— Тогда заходите… Я угостил бы вас чаем, если бы у меня был чай, — пробормотал он, отступая вглубь комнаты.

Мы последовали за ним. Обстановка внутри дома была такой же странной, как и его обитатель. Вдоль стен стояли высокие стеллажи, уставленные пыльными книгами, странными артефактами и ещё более странными банками с непонятным содержимым.

— Садитесь, — предложил он, указывая на старый диван.

Мы уселись, оглядываясь вокруг. Гринвич вернулся с чайником и тремя чашками, которые поставил на обшарпанный столик.

— Так зачем вы меня искали? — спросил он, пока наливал чай.

— Нам сказали, что вы можете помочь, — начал я. — Нас интересует информация о магических артефактах, а также…

Гринвич поднял руку, прерывая меня.

— Магические артефакты… Они все опасны, — пробормотал он, озираясь по сторонам, как будто кто-то мог его услышать. — Никогда не доверяйте им. Особенно тем, что из старых времён. Они прокляты.

Он замолчал, глядя на нас с каким-то странным выражением, словно ожидал, что мы его сейчас опровергнем.

— Мы это понимаем, — осторожно сказал я.

— Понимаете? — повторил он, внезапно засмеявшись. Смех был нервным, отрывистым, и от него у меня пробежали мурашки.

Илария нахмурилась, а я постарался сохранять спокойствие.

— Господин Гринвич, — продолжил я, стараясь перевести разговор в более конструктивное русло, — нам нужно кое-что выяснить, чтобы остановить человека, который…

— Человека? — снова перебил он, прищурившись. — Нет, нет, вы не понимаете. Это не человек. Они все… — Он осёкся и зашептал: — Они наблюдают.

Я напрягся, а Илария слегка наклонилась вперёд.

— Кто наблюдает? — осторожно спросил я.

Гринвич снова посмотрел на нас, затем поднялся и начал ходить по комнате, нервно потирая руки.

— Они всегда наблюдают. Снаружи, изнутри… Даже сейчас.

Его взгляд метался, будто он искал что-то или кого-то в углах комнаты.

— Кажется, он не совсем в себе, — шепнула Илария мне на ухо.

Я кивнул, обдумывая дальнейшие действия. Слова Гринвича, хоть и звучали безумно, всё же могли оказаться важными.

— Нам нужна информация про магический компас, — произнес я.

Гринвич на мгновение замер, услышав мои слова, а затем прищурился, явно пытаясь понять, не шучу ли я.

— Магический компас? — переспросил он с подозрением. — Вы понимаете, что просите?

— Прекрасно понимаю, — ответил я спокойно. — Он мне нужен, чтобы найти Святилище Предков.

Имя древнего места, казалось, ударило Гринвича по нервам. Его глаза широко распахнулись, а тонкие пальцы начали беспокойно постукивать по столу.

— Святилище Предков, говорите… — медленно произнёс он, словно пробуя слова на вкус. — Но зачем вам туда?

Я колебался, не зная, стоит ли говорить ему правду. Илария бросила на меня вопросительный взгляд, но я лишь слегка кивнул, давая ей понять, что справлюсь сам.

— Мне нужно пройти испытание, — сказал я, решив не вдаваться в подробности.

Гринвич замер, затем откинулся на спинку кресла и пристально посмотрел на меня, словно пытался оценить мой ум или намерения.

— Испытание, значит… — повторил он, медленно качая головой. — Вы уверены, что понимаете, с чем собираетесь столкнуться?

— Уверен, — твёрдо ответил я.

— Вы ведь знаете, что из Святилища нельзя ничего уносить? — добавил он, резко сменив тон на более строгий. — Даже если это кажется вам мелочью, вы станете носителем проклятия.

— Я не собираюсь ничего уносить, — перебил я. — И уж точно не собираюсь что-то воровать.

— Тогда зачем? — Гринвич наклонился ближе, его глаза блестели от любопытства. — Ради чего вы готовы рисковать?

На этот раз я колебался дольше. Но скрывать правду не было смысла. В конце концов, именно для этого мы сюда пришли.

— Чтобы подтвердить символ императорской власти, — произнёс я тихо, но твёрдо.

Гринвич застыл. Его лицо побледнело, взгляд стал каким-то пустым, словно он пытался осмыслить сказанное. А затем, к нашему полному изумлению, он рухнул на колени и склонил голову.

— Простите меня, — прошептал он, голос его дрожал. — Простите за то, что я сомневался.

Я растерянно посмотрел на Иларию, но её лицо выражало такую же удивлённую неуверенность, как и моё.

— Вставайте, — произнёс я, подходя ближе. — Вы что, совсем с ума сошли?

Но он оставался на полу, не поднимая глаз.

— Вы… вы тот, о ком говорили пророчества, — наконец произнёс Гринвич, глядя на меня снизу вверх.

— Какие ещё пророчества? — спросил я, нахмурившись.

— Древние пророчества о наследнике, который восстановит баланс, — прошептал он. — Но вы… это невозможно. Вы же… вы обычный человек, не так ли?

— А вы думаете, что те, кто восходит к власти, не люди? — спросил я с ноткой сарказма, пытаясь вернуть его к реальности.

Он поднялся с пола, всё ещё с трудом удерживая равновесие. Его взгляд оставался цепким, изучающим, словно он видел меня впервые.

— Компас находится в старом монастыре за Полянском, — сказал он наконец. — Я спрятал его туда. Не хотел держать у себя.

— Покажите точное место? — спросил я и Гринвич закивал головой.

— С радостью!

Мы с Иларией и Гринвичем шли по узкой тропе, ведущей к монастырю, скрытому за высокими деревьями. Ветви трещали под ногами, а холодный ветер наполнял воздух зловещим предчувствием.

— Ты уверен, что здесь безопасно? — спросила Илария, окидывая взглядом окрестности.

— Гринвич сказал, что безопасно, — шепнул я, хотя внутри всё сжималось от сомнений.

Монастырь показался из-за деревьев внезапно. Его стены были полуразрушены, но всё ещё внушали уважение. Витражи, несмотря на трещины и пыль, отливали разноцветными бликами.

— Вот и он, — произнёс Гринвич, подходя ближе. — Я говорил, что тут недалеко.

— Слишком тихо, — прошептала Илария.

И как только она это сказала, тишину разорвала автоматная очередь.

Я успел отскочить, попутно отведя Гринвича и Иларию от смертельной дуги.

— Похоже, ваши друзья решили устроить вам вечеринку! — выкрикнул Гринвич.

Мы рванули обратно к дому Гринвича, едва удерживая темп. Лесная тропа казалась бесконечной, а за спиной слышались голоса пепловцев. Их преследование становилось всё ближе.

— Они не отступят, — проговорила Илария, оборачиваясь. — Нужно что-то придумать.

— Доберёмся до дома, — ответил я, сжимая рукоять кинжала. — У нас там хоть какое-то преимущество.

Гринвич загадочно улыбнулся.

— Есть у меня что сказать по этому поводу, — сказал он, впуская нас внутрь.

Он направился к шкафу, отодвинул тяжелую деревянную дверцу и вытащил два старинных пистолета.

— Это что, музейный экспонат? — спросил я, недоверчиво глядя на оружие.

— Именно так, — строго ответил Гринвич. — Раритет, но ещё вполне работоспособный.

— Разве они ещё стреляют? — уточнил я, взвешивая один из пистолетов в руке.

— А есть другие варианты? — хмыкнул Гринвич, бросая мне пороховницу и мешочек с пулями.

Илария уже заряжала второй пистолет, ловко насыпая порох и вкладывая пулю.

— Быстро учишься, — заметил я.

— Не в первый раз, — отрезала она.

Гринвич уселся на стул и принялся за свой мушкет.

— Они будут здесь через минуту, — предупредил он. — Так что лучше быть готовыми.

Мы с Иларией заняли позиции у окон.

— Если что-то пойдёт не так, — начал я, но она оборвала меня.

— Не пойдёт. Стреляй метко.

Громкий треск за окном прервал разговор. Пепловцы были уже здесь. Они шли цепью, прикрываясь за деревьями.

— Готовьтесь! — крикнул Гринвич, встав у двери с мушкетом. Кажется, его нисколько не смутила такая резкая смена обстановки — еще минуту назад он задумчиво и одиноко ходил по своей пустой квартире, а теперь отстреливается против непонятных людей.

Первый выстрел раздался, когда один из пепловцев вышел из укрытия. Пуля пробила его плечо, и он с криком рухнул на землю.

— Они не ожидали такого приёма, — заметил Гринвич, перезаряжая. — Так я его!

Я прицелился и выстрелил. Оглушительный звук наполнил комнату, а пепловец за окном упал, хватаясь за грудь.

— Эти пистолеты чертовски громкие, — пробормотал я, заряжая заново.

— Громче, чем автоматика? — усмехнулась Илария, отправляя ещё одну пулю в цель.

— Не только громкие, но бронебойные! — безумно рассмеялся Гринвич, вновь заряжая мушкет.

Перестрелка разгорелась с новой силой. Пули врезались в стены дома, разбрасывая щепки. Я отступил за стол, прикрываясь, и снова выстрелил.

— Нам долго не удержаться, — крикнул я, обращаясь к Гринвичу.

— Главное, продержаться, пока они не начнут терять людей! — ответил он.

Илария вскрикнула, но не от боли, а от ярости, когда её выстрел попал в одного из лидеров врага. Это привело их в замешательство, и они начали перегруппировку.

— Мы их выбиваем, — сказал я, осматривая поле боя через окно.

— Но это ненадолго, — предостерёг Гринвич.

Вдруг один из пепловцев бросил в окно дымовую шашку.

— Чёрт! — выкрикнул я, задыхаясь от густого дыма.

Мы начали отступать внутрь дома, но понимали, что это не выход.

— У вас есть подвал? — спросил я Гринвича.

— Нет, но есть одна идея, — ответил он. — Следуйте за мной!

Он схватил лампу и побежал к задней двери. Мы с Иларией последовали за ним, оставляя позади дым и грохот выстрелов.

— Что теперь? — спросила Илария, отдышавшись.

— Теперь уходим в лес, — ответил Гринвич, оглядываясь. — А там придумаем, как отвлечь их внимание.

Мы бросились бежать, оставляя позади охваченный боем дом.

Мы углубились в лес, стараясь двигаться бесшумно. Ночь поглотила нас, пряча от пепловцев. Лишь иногда слабый свет от луны пробивался сквозь кроны деревьев, рисуя причудливые тени на земле.

— Долго нам так скрываться? — прошептала Илария, обернувшись ко мне.

— Недолго, — ответил я, останавливаясь. — Нужно подготовиться.

Я опустился на колено и начал формировать магический конструкт. Энергия закружилась вокруг меня, словно подчиняясь одному лишь моему желанию. Линии силы сияли тусклым голубым светом, словно замысловатая сеть из света и тьмы.

— Что ты делаешь? — Гринвич смотрел на меня, не скрывая тревоги.

— Заканчиваю то, что начали, — ответил я, сосредотачиваясь на заклинании.

Магический конструкт вспыхнул, расправив свои сияющие крылья. Я вложил в него остатки сил, чувствуя, как энергия покидает меня, становясь чем-то больше, чем я сам.

Шум шагов и голоса приближались. Я слышал, как пепловцы продираются сквозь кусты. Когда первый из них вышел на поляну, я поднял руку.

— Сейчас.

Мой голос эхом разнёсся по лесу, когда конструкт взмыл в воздух, обрушивая яростную магию на врагов. Вспышки света озаряли ночное небо, раздавались крики боли и ужаса. Пепловцы пытались бежать, но магическая сеть обвивала их, лишая всякой возможности скрыться.

— У тебя получилось! — Илария схватила меня за руку, но я едва стоял на ногах.

— Это ненадолго, — пробормотал я, чувствуя, как силы покидают меня.

Гринвич подхватил меня за плечо.

— Вперёд, пока они не опомнились!

Мы продолжили путь через лес, спотыкаясь о корни и карабкаясь по склонам. Постепенно деревья начали редеть, а впереди замаячил силуэт монастыря. Его массивные стены и высокие шпили выглядели как что-то из древнего мифа, надёжное убежище в хаосе.

— Почти на месте, — сказал я, оглядываясь.

Подойдя к огромным деревянным воротам, мы остановились. Гринвич поднял руку, словно пытаясь ощутить что-то невидимое.

— Кажется, здесь всё спокойно, — сказал он.

— Надеюсь, так и останется, — добавила Илария, вытягивая ключ, который ей дал Гринвич.

Она вставила его в замок, и с громким щелчком дверь начала открываться.

— Заходим, — сказал я, пропуская их вперёд и оглядываясь напоследок в ночную темноту.

Войдя внутрь, я почувствовал, как на меня обрушивается тишина, густая и тревожная. Мы закрыли за собой двери, оставив снаружи всё, что преследовало нас.