Одержимость

Глава 23. Ты же не надеялась, что это сработает?

Я судорожно поправляла платье. До «праздничного ужина» осталось буквально полчаса. Скоро сюда придет множество гостей и, как я понимала, Марк специально позвал прессу, чтобы показать всему миру, как мы счастливы.

В этот вечер все должно пойти по плану. Если же нет, я боялась даже представить, что тогда произойдет. Мы с Александром очень долго обсуждали, как нам поступить. Было много вариантов, однако большинство из них могли оказаться нерезультативными. Чтобы посадить моего мужа, необходимо крайне весомое доказательство. Что-то вроде полного признания, и мне нужно подловить момент, когда он будет готов к откровенному разговору.

Беспокоило лишь одно — искренность у Марка была не частым гостем — только когда он выходил из себя и унизительно избивал меня. Требовалось довести его до того уровня агрессии, когда срываются все маски, обнажая уродливое нутро. Пострадать я не боялась, подкрепляя свои силы мыслями о том, что если все наконец-то закончится, у меня будет шанс.

На этот вечер я не стала особо наряжаться. Выбрала достаточно простое, но элегантное темно-синее платье, подвела немного глаза и губы, туфли на небольшом каблуке. Волосы оставила распущенными — так они лучше всего закрывали микро-наушники, которые и должны были зафиксировать то, что скоро произойдет.

На всякий случай я решила проверить связь и обратилась к Александру через наушник:

— Вы меня слышите?

— Да, все в порядке. Не переживайте, Ангелина, наши люди уже на местах, все готово. Теперь успех операции зависит лишь от вас.

Как я ни старалась себя убеждать в том, что не боюсь — не получалось. Мне было что терять, и потому я в сотый раз мысленно прокручивала сценарий этого вечера. Вроде все просто — сыграть спектакль перед прессой со счастливым концом, а после радостно помахать Марку рукой, когда того будут забирать в участок.

Дверь в спальню распахнулась, и зашел муж с Алисой на руках. Он осмотрел меня и сказал:

— Неплохо. Я бы, конечно, выбрал что-то более изящное и подходящее тебе по статусу, но сегодня ведь акцент будет не на одежде, а на наших счастливых улыбках, верно, дорогая?

Я обернулась, взяла спящую малышку, села с ней на кровать и тихо сказала:

— Алиса может испугаться такого большого количества людей. Ей лучше остаться в комнате, давай позовем Людмилу?

— Нет. Дочь будет с нами в начале вечера, а как устанет, Людмила ее заберет.

Мужчина сел рядом и дотронулся до моих волос, отводя их в сторону и обнажая шею. Он прикоснулся губами, еле ощутимо провел по моей коже, оставив влажный след, и шепнул мне на ухо:

— Без глупостей, иначе твой дорогой Рома не дотянет даже до суда.

Я вздрогнула, но осталась на месте, боясь разбудить дочку. Кивнула и ответила:

— Все будет так, как ты хочешь, Марк. Не надо в очередной раз доказывать свою власть.

— Прекрасно. Тогда я спущусь вниз, чтобы убедиться, что все в порядке. Не задерживайся тут.

Напоследок он поцеловал меня в плечо и вышел из комнаты. Только в этот момент я смогла вдохнуть полной грудью и перевести дыхание. Страшно. Жутко страшно, но я ведь поступаю правильно, верно?

Лицо дочки было таким безмятежным и спокойным, что мне хотелось любоваться им часами, однако время поджимало. Я ласково провела ладонью по волосам Алисы и тихо шепнула:

— Малышка, просыпайся.

Алиса нехотя приоткрыла глаза и сонным взглядом стала осматривать комнату:

— Мам, а я не могу остаться тут? Столько незнакомых людей, мне страшно.

— Все будет хорошо, я рядом с тобой, помнишь? И так будет всегда. Побудешь немного, покушаешь, а потом опять в кроватку, ладно?

Дочка нехотя кивнула и поднялась с кровати. Я помогла ей переодеться в красивое, жемчужно-золотое платье, заплела косичку и поцеловала в щечку:

— Пойдем, нам уже пора. Я буду держать тебя за руку, ты же знаешь, что рядом со мной тебе не о чем беспокоиться?

Мы уже подошли к выходу из комнаты, как вдруг дочка спросила:

— А Рома будет сегодня? Я так по нему соскучилась, почему он даже не звонит нам?

Сердце защемило от тоски и боли. Если бы ты знала, что мы разделяем одно и то же чувство.

— Мы ведь переехали из Геленджика, а у него там работа, своя жизнь. Он же не может все бросить и тут же приехать. У взрослых людей очень много обязанностей, но я тебе обещаю, что скоро вы увидитесь. Он тоже по тебе скучает.

Мы спустились вниз. Тихая, спокойная мелодия, звучавшая на первом этаже, немного меня успокоила и, когда к нам подошла девушка с микрофоном, я смогла спокойно улыбнуться и радостно с ней поздороваться.

— Скажите, какого это наконец-то быть дома?

— Это замечательно. Муж почти не оставляет нас с дочкой, и у нас наконец-то есть время друг для друга.

Дальше мы немного поговорили об этом вечере, девушка сделала мне комплимент и отошла в сторону, потому что Марк громко поприветствовал гостей и подозвал нас с Алисой к себе:

— Друзья, сегодня мы хотели бы отметить объединение нашей семьи. Наконец-то весь этот кошмар позади, виновники будут наказаны, а мы сделаем все, что в наших силах, чтобы наверстать упущенное время рядом друг с другом. Ну да ладно, сегодня праздничный вечер и потому никаких драм. Давайте поднимем бокалы за мою дорогую жену, которая наконец-то рядом со мной. Она — невероятная женщина, не сломавшаяся после всего того, что с ней происходило. Ну и, конечно, за Алису, мое счастье и мою награду!

Гости дружно зааплодировали и стали нас поздравлять. Марк показушно поцеловал меня, обнял за талию и незаметно шепнул, делая вид, будто поправляет мои волосы:

— Улыбайся, а то ты сейчас больше на покойника похожа.

Я взглянула на Алису, которая смотрела себе под ноги, боясь окружающей ее толпы незнакомых людей. Присела рядом с ней и шепнула:

— Малышка, тебе совсем тяжело? Давай лучше я принесу еду в комнату, а потом включим тебе мультики?

Дочка с надеждой посмотрела на меня и радостно кивнула. Мне тоже было жутко некомфортно под всеми этими липкими взглядами, которые сканировали нас каждую гребаную секунду, однако, в отличие от Алисы, я уже успела к ним привыкнуть, особенно сказалась работа в театре.

Марк разговаривал с каким-то незнакомым мужчиной, и я прикоснулась к его локтю, чтобы привлечь к себе внимание:

— Алиса очень устала. Она не привыкла к таким толпам, всегда была рядом лишь со мной или же с кем-то из знакомых. Не терроризируй нашу дочь, хочешь отыгрываться — используй меня. Я отведу ее обратно в комнату и уложу. Не вмешивай Алису во весь этот фарс, ее психика и так достаточно пострадала.

Марк кивнул, однако смотрел на меня крайне серьезно и даже злобно. Металл в его взгляде уже через секунду перерос в радушную улыбку, стоило тому обратиться к гостям:

— Присаживайтесь скорее за стол, мы отлучимся ненадолго. Сами понимаете, к маленькому ребенку нужен особый подход.

Я закатила глаза, глядя на этот спектакль. Мой муж готов сделать все для того, чтобы выглядеть в глазах других людей максимально хорошо. Этакий добрый хозяин, который даже посреди праздника пойдет укалывать маленькую капризную дочку.

Я попросила одну из слуг принести часть еды к Алисе в комнату, после чего мы вместе поднялись на второй этаж, скрывшись от посторонних глаз.

Уже в комнате Марк вдруг резко затормозил и крепко схватил Алису за плечи:

— Дорогая, ты должна понимать, что подобные мероприятия будут происходить достаточно часто, и ты, как моя дочь, должна там присутствовать. Сегодня я был понимающим по отношению к тебе, но в дальнейшем никаких поблажек не жди. Ты же не хочешь подводить своего папу, верно?

Он говорил это таким поучительным и мягким тоном, что мне на какой-то момент стало дурно. Жутко захотелось вмешаться и защитить Алису, но пока еще рано. Придется потерпеть последний раз, чтобы потом избавиться от него навсегда.

Алиса понуро кивнула, все так же глядя себе под ноги. Я заметила слезы на ее щеках и, убрав руки Марка, присела рядом и ласково шепнула:

— Все хорошо, малышка, не расстраивайся. Ты молодчина, я бы в твоем возрасте точно позорно сбежала, такие толпы и правда могут напугать, ты ни в чем не виновата, и мы на тебя не злимся. Правда ведь, Марк?

Он стоял за моей спиной, и его взгляд с каждым моим словом будто все сильнее прожигал изнутри, давил и требовал заткнуться. Муж закашлялся и ответил:

— Ну конечно. Просто в дальнейшем чем чаще будешь встречаться с другими людьми, тем тебе будет легче.

Дверь приоткрылась. В комнату зашла служанка с едой и нерешительно замерла на месте. Я ей улыбнулась и попросила:

— Положите, пожалуйста, на тумбочку. Большое спасибо.

Молодая девушка засомневалась, глядя на раздраженного Марка, однако все же выполнила мою просьбу и вышла из комнаты.

Я снова обратилась к дочке:

— Смотри, вот уже и еду принесли. Как аппетитно пахнет, да? Давай включим тебе мультики, ты вкусно поешь, а потом будешь сладко-сладко спать, хорошо?

Алиса без слов обняла меня, крепко вцепившись ладонями. Она ведь правда была слишком изолирована от общества. В чем-то это произошло по моей вине, но я лишь хотела защитить дочь от любого риска, особенно после того, как новости о ней расползлись по всем телеканалам.

Марк прикоснулся к моему плечу и потянул за собой:

— Нам уже пора. И так слишком долго отсутствуем. Пошли.

У меня было много слов, которые я хотела ему сказать, однако дочка и так была слишком расстроена. Не стоит добавлять еще больше негативных эмоций.

— Алис, как только все закончится, и, если ты еще не уснешь, я обязательно приду и почитаю тебе книжку, договорились?

Малышка будто сразу расцвела и побежала к постели. Она тихо спросила:

— Я даже могу в кровати есть?

Я прямо нутром ощутила, как Марк хотел ее осадить, однако он не успел, я сказаа первой:

— Ну конечно, сегодня же праздник. Сделаем небольшое исключение.

Муж снова потянул меня в сторону двери, и, когда Алиса стала кушать, мы вышли из комнаты. И снова за мгновение он преобразился. Взгляд потемнел, глаза сощурились, брови сошлись на переносице.

Мы остановились.

— Разве не ты хотел поскорее вернуться к гостям?

— Почему ты ей все позволяешь? Ты ее слишком балуешь.

Я опешила. Он серьезно сейчас это спрашивает?

— Марк, она еще совсем маленькая девочка, ты заставляешь ее проходить через этот стресс, а, когда я пытаюсь поднять ей настроение и помочь, ты говоришь, будто я ее балую? Это называется заботой.

Я направилась к лестнице, однако он снова схватил меня за локоть и пододвинул к себе. Мы говорили шепотом, чтобы никто не услышал. Ему хоть кричи — до Марка никогда не дойдет.

— Ты все преувеличиваешь. Ничего с ней не случится, пусть привыкает к реальной жизни, а то ты слишком окутала ее своей лаской и заботой.

Я попыталась вырваться, но он не позволил.

— Не могу понять, чего ты так злишься? Тебя никто не заставлял идти с нами, мог бы оставаться сколько угодно рядом с толпой людей, которым есть лишь дело до твоего грязного белья.

— Ты уделяешь ей слишком много внимания.

Я усмехнулась и холодно произнесла:

— Она моя дочь, это мой долг как матери — быть рядом с ней.

— Ты должна быть со мной!

Я застыла на месте. Марк, почувствовав, что никуда уходить я не собираюсь, тут же отпустил меня.

— Подожди…Ты что, ревнуешь? Меня к Алисе? Ты в своем уме?!

— Не говори ерунды. Просто напоминаю тебе о твоем месте.

— И где мое место? А? Рядом с тобой, волочиться как собачонка и по первой команде идти рядом?

— Не утрируй. Нет никаких команд, просто всегда будь рядом.

— Я и так рядом! Гораздо ближе, чем мне хотелось бы.

Я прекрасно помнила, что через наушник все это слышит Александр, но мне было все равно. Обращаться так со своей дочерью я не позволю. Сухо сказала:



— Пошли уже. Или ты хочешь довести меня до такой степени, чтобы, улыбаясь при гостях, у меня буквально скулы сводило?

Марк ничего не сказал и пошел вперед. Я спустилась позднее, когда смогла немного успокоиться и выровнять дыхание. Прижала ладонь к наушнику и тихо спросила:

— Александр, вы тут?

— Конечно. Не переживайте, со связью все в порядке. Будьте осторожнее, вам сейчас лучше не лезть на рожон.

Если бы это только было возможно.

В течение следующего часа, пока все ужинали, за столом велись бессмысленные и пустые, на мой взгляд, разговоры. Мужчины обсуждали бизнес, женщины — моду и салоны красоты. Таков мир богатых и пресыщенных всеми удовольствиями людей. После ухода прессы разговоры не изменились. В этом совершенно не было души. Обычно люди обмениваются новостями, ведут совместный диалог и спрашивают о близких, но здесь, как и всегда, народ волновали лишь они сами.

Вдруг я наткнулась на взгляд Владислава. Мужчина, в отличие от остальных, не улыбался и выглядел очень серьезным. Именно он когда-то помог мне сбежать от Марка, и мне следовало как минимум поблагодарить его за попытку. Пусть и неудачную.

Когда наконец-то все наелись и разделились по группам, я осмотрелась и, не заметив мужа среди людей, подошла к Владиславу. Он стоял у камина в полном одиночестве.

— Ангелина, как вы?

Мужчина улыбнулся, но это выглядело довольно жалко. Хоть он и был по непонятной мне причине близким другом Марка, однако, как и я, уставал от подобных сборищ и, видимо, уже множество раз пожалел, что вообще пришел.

— Как видите, все так же. Я хотела поблагодарить вас…сами знаете за что. Пусть это и не продлилось вечно, однако пять лет свободы — лучшее, о чем я вообще и мечтать раньше не могла.

— Вы наверняка до сих пор гадаете, почему я вам помог?

Я замялась и кивнула, не зная, что сказать. Мужчина продолжил:

— Мы правда с Марком прошли через многое, я очень дорожу его дружбой, однако это не отменяет того факта, что я осознаю, насколько он помешан на вас.

— Вы ведь знакомы много лет, верно? Вы наверняка знаете…

— Именно благодаря тому, что я знаю, сколько лет это продолжается, я не смог оставаться в стороне. Надеялся, что он потеряет вас из виду и переключится на кого-то другого. Правда, поверьте, я пытался, но все было бесполезно.

Между нами повисло неловкое молчание. Я не сдержалась и спросила:

— Вы дорожите его дружбой, несмотря на то, какой он человек?

Владислав прищурился и переспросил:

— А какой он?

— Жестокий. Как минимум.

— Все зависит от ситуации. Марк стал успешным бизнесменом лишь благодаря упорству и готовностью сделать все ради прибыли. Поймите, в мире бизнеса все покупается и продается, он к этому привык.

— Жаль, что этот разговор не состоялся у нас в то время, когда я еще не вышла за Марка замуж.

Мужчина усмехнулся:

— Не думаю, что это бы вам помогло.

— Как вы можете принимать его методы? Он же буквально идет по головам, он…откровенно плюет на жизни других людей.

— Ангелин, мне больше нечего добавить. У всех есть поступки, которыми нельзя гордиться, в его случае, по крайней мере, цель оправдывает средства.

Я резко возразила:

— Вы знаете, что он повесил обвинения в похищении и убийстве на совершенно непричастного человека?

Мужчина скрестил руки на груди и сказал более жестким тоном:

— Я не вижу смысла это обсуждать.

— Так вы себя оправдываете? У вас ведь есть совместный бизнес, вы, как никто другой, могли бы остановить его и заставить платить за свои поступки.

— Давайте взглянем на ситуацию по-другому. Я знаю его с университета и своими глазами видел, как Марк менялся. Вы не представляете, с какими жизненными обстоятельствами ему пришлось столкнуться. Никто бы не остался прежним после такого.

— Какие у него могут быть обстоятельства? Богатые родители, которые наверняка помогли ему продвигаться, полная вседозволенность и безнаказанность.

— Это он вам так сказал? Уверен, что нет. Не стоит верить информации из интернета и телевизора.

Язвительно ответила:

— Так просветите меня. Помогите его понять.

— Это не моя история. Скажу лишь, что его семья была бедной. По-настоящему бедной, им едва хватило денег на оплату его обучения. Именно Марк создал бизнес, раскрутился, а после передал часть прав отцу.

— Он вообще ничего не говорил о своей семье, лишь то, что они умерли.

— Так даже лучше для вас. Простите, я пойду.

Мужчина вышел из дома, оставив меня в полных сомнениях. Я все равно была уверена в том, что какими бы ни были обстоятельства, человек должен придерживаться морали и поступать по совести. Нельзя оправдывать прошлым свои действия, это, черт возьми, совершенно неправильно.

Я почувствовала на себе пронизывающий взгляд и обернулась. Марк стоял неподалеку со стаканом виски в полном одиночестве. Я не знала, как много он успел увидеть, и заметил ли наш разговор с Владиславом, однако, с другой стороны, в этом не было ничего такого. Он был единственным человеком, с которым я знакома, почему бы нам не пообщаться?



Мой муж привлек к себе внимание гостей, выключив музыку. Он встал посередине комнаты и начал говорить:

— Объединение нашей семьи — это один из поводов для встречи, однако я также хотел объявить о том, что запускаю новую программу благотворительности. В этот раз мы спонсируем женщин и детей, которые пострадали от домашнего насилия и нуждаются в еде и ночлеге. Это очень непростая тема, нельзя быть равнодушными к подобной жестокости в нашем мире, и…

Он оборвал себя на полуслове и подозвал меня к себе. Как иронично — мой муж спонсирует жертв домашнего насилия и в то же время сам является тем человеком, который допускает рукоприкладство по отношению к собственной жене. У него хорошее чувство юмора.

Я спокойно подошла к Марку, тот обнял меня за талию и продолжил:

— Я думаю, нам не помешает лишний раз напомнить себе о том, насколько мы успешны. В этой комнате остались лишь те люди, которым я доверяю. Мы будем покорять все новые и новые горизонты, двигать общество и систему в целом к богатству, успеху, власти. Наш путь достаточно сложен, с нас берут пример, ежедневно печатают о нас новости и в то же время мечтают сломить нас. Хотят приблизиться максимально близко и забрать то, что мы заработали. Именно поэтому так важно иметь рядом дорогих людей, ради которых мы будем бороться дальше. За любовь, друзья! За то, что у нас никто не отнимет!

Гости заулыбались и стали чокаться бокалами друг с другом. Среди общей суеты и шума Марк тихо прошептал слова, от которых у меня волосы встали дыбом. Его дыхание опалило мою щеку, когда муж сказал так, чтобы услышать смогла лишь я…и кое-кто еще:

— И у вас, Александр, это тоже не получится.