Однажды 30 лет спустя (СИ)

Глава 39

Игорь не выходит, а все еще лежит на мне и, уткнувшись в мое плечо, тяжело дышит. Молчим. Ладони блуждают по его спине, скользят вверх и я уже подключаю пальцы, которыми поглаживаю затылок так, как ему нравится.

— Еще же не полночь. Откуда фейерверк? — глухо спрашивает он, оставив поцелуй на коже.

— Соседи из дома напротив уже который год запускают раньше. Это традиция, — отвечаю, улыбаясь.

— Хорошая традиция. И как вовремя.

Игорь чуть приподнимается, смотрит мне в глаза и мы одновременно начинаем смеяться.

— Нарочно не придумаешь, да? — говорит он, уткнувшись лбом в мой лоб.

— Буквально показал мне небо в алмазах.

— А ты же увидела?

— О да, еще как!

Он победно вздыхает, переворачивается на спину, тянет меня к себе и укладывает на руку. Довольный, как слон, по-прежнему горячий, потный, счастливый и такой родной.

— Я тебя люблю, — признаюсь ему первая. Наверное, даже в первый раз. А просто потому что захотелось, просто потому что занимаясь с ним любовью, я испытала такое наслаждение, которое ни с чем не сравнить.

— И я тебя люблю. Давай, может, съедемся? — неожиданно предлагает Игорь.

— Не знаю, — переворачиваюсь на живот и ловлю его взгляд. — Так быстро?

— А ты предлагаешь еще тридцать лет ждать?

— Нет, но это неожиданно.

Его ладонь обвивает шею, большим пальцем он поглаживает скулу и смотрит на меня. Если раньше мне было очень хорошо, то сейчас запредельно, если есть такое слово. Внутри всё приятно щекочет, будто трава из-под снега пробивается и цветы распускаются.

— Новый год, новая жизнь. Начнем ее вместе.

Не могу удержаться, наклоняюсь и целую его, после чего, он ловко укладывает меня сверху и заходит на второй круг.

Даже в полдень первого января машин на улице очень мало. Мы едем по пустым дорогам к друзьям Игоря. Он рассказывает мне о них, чтобы я, как он сказал, была в курсе и не боялась.

— Даниала осенью сбила машина. Он какое-то время учился заново ходить, сейчас реабилитация, ходит с тростью. Его жена — Джамиля — журналист и ведущая. Может, ты даже ее видела как-то по телевизору. Джамиля Ибрагимова.

— Ибрагимова? — удивленно переспрашиваю, повернув голову. — Это у нее несколько лет назад сын погиб в Лондоне?

— Да, у них, — Игорь напрягается, хмурится и сильнее сжимает руль. Я вижу, что ему тоже больно. Это неудивительно, если он видел, как рос тот мальчик.

— Подумать только, сына сбила машина, а потом и мужа. Бедная женщина!

— Сейчас все уже хорошо, у них есть Алишка. Ему почти два.

— Она родила? Надо же, какая смелая и сильная.

— Да, — вздыхает он. — Еще сегодня приедет их старшая дочь Камелия. Я тебе про нее говорил. Она мне как дочь.

— Ты ее нянчил с детства, я помню.

— Теперь у нее самой дочь.

Мы заезжаем в магазин за тортом, а когда я говорю, что надо взять что-нибудь детям, Игорь отвечает, что у него уже все в багажнике. И только когда мы приезжаем, он вытаскивает два бумажных пакета из популярного детского магазина. Все никак не могу отделаться от мысли, что он мог бы быть прекрасным отцом для наших детей. Сразу же вспомнила, как визжала от восторга Диана, когда он подарил ей кукольный дом.

Дверь нам открывает та самая Камелия — красивая, миниатюрная девушка с длинными волосами.

— Здравствуйте! С Новым годом! Добро пожаловать! — говорит она мне, широко улыбаясь и обнимая. Это как-то удивительно, вот так сразу. — Можно вас называть тетей Лизой, да?

— Да, — растерянно говорю я и ищу поддержки во взгляде Игоря, а он только усмехается.

— Дядь Игорь, дорогой ты наш, с Новым годом, — девушка и его обнимает, а потом целует в щеку.

— О, наконец-то, — перевожу взгляд на мужчину с тростью. Даниал. Его я помню смутно, потому что видела всего раз. Он знает, что случилось между нами с Игорем, помогал ему меня искать, спас его от ошибки. Наверное, он считает меня недостойной своего друга, предательницей, которая когда-то очень его обидела, а теперь вдруг объявилась.

— Здравствуйте, Лиза. Очень рад, наконец-то с вами познакомиться.

К моему удивлению, Даниал подходит ко мне и протягивает руку. Я отвечаю, что все взаимно и пожимаю ее и немного тушуюсь под его цепким взглядом. Но улыбнувшись, он говорит:

— Проходите, мы давно вас ждем.

— Ой, простите, что не встретила. Наш непоседа выпил сок мимо кассы и пришлось его умыть, — в просторном холле появляется та самая Джамиля Ибрагимова. Без косметики, в домашнем костюме, она еще красивее и моложе, чем на экране. — Здравствуйте, Лиза. Наконец-то вы к нам добрались. Добро пожаловать

Хозяйка смотрит на меня мягко, дружелюбно. Мальчик обнимает ее за шею и следит за реакцией мамы. А я думаю, какая она молодец, что решилась родить в таком возрасте. Это дар Божий, не иначе.

Поначалу я чувствую себя не в своей тарелке, потому что у Игоря с семьей Ибрагимов многое связывает, есть свои шуточки, общие воспоминания, считай, тридцать лет плечом к плечу. Здесь он как у себя дома, расслаблен, весел и дети к нему тянутся.

Когда мужчины отлучаются покурить, Джамиля с дочерью встают, чтобы убрать грязные тарелки. Я помогаю им и выхожу на кухню.

— У вас очень красивая квартира.

— Спасибо большое. Мне очень приятно, — произносит она, забирая из моих рук пустую салатницу и ставя в раковину. — Вы не стесняйтесь, Лиза. Мы — свои. Игорь для Даниала, как брат.

— А вы знаете, я видела вашего мужа много лет назад, когда он служил. Я тогда приезжала к Игорю в часть.

— Да? — широко улыбается она. — И каким он был тогда? Мы с ним познакомились в девяносто седьмом.

— Плохо помню, но они оба были очень худые и высокие. А еще волосы короткие, под машинку.

— У нас есть их армейская фотка, да мам? — в комнату заходит Камелия, а за ней хвостиком дочка.

— Точно есть! Доча, помнишь тот синий, квадратный альбом? Он в книжному шкафу в кабинете. Принеси пожалуйста.

— Да не вопрос.

— Сейчас покажем вам молодого Игоря, — говорит Джамиля. Они и правда тогда худые были. Помню, когда Камелия родилась Игорь подарил нам коляску. Новую, импортную. И это при том, что они тогда только начали работать. Он очень хороший, правда, — она неожиданно берет меня за руку и смотрит в глаза. — Я знаю совсем немного о вас, но я вижу, как вы смотрите друг на друга. Игорь никогда так не светился, как сейчас.

— Спасибо вам. Честно говорят, у нас все слишком быстро закрутилось, что даже страшно.

— У нас с Даниалом тоже все быстро закрутилось. Что в первый раз, что во второй.

— Во второй? — удивленно дернула бровями. Игорь ничего такого мне не говорил.

— Да, — тихо и грустно посмеялась Джамиля. — Мы с Даниалом разводились и недавно опять сошлись. Мы только недавно расписались во второй раз. И Игорь опять был нашим свидетелем.

Второй шанс. Значит, и у них он тоже был.

— Ladies, я принесла альбом. Сейчас будем смотреть фоточки, — на кухне снова появляется веселая дочь Ибрагимовых.

Мы садимся за стол. Джамиля рядом со мной, Камелия напротив. Дети убегают в гостиную, откуда уже слышны голоса мужчин. Синий альбом так и называется: “Нулевые”. Вижу тот самый обещанный снимок Игоря с другом, у меня есть похожий, только там мой солдатик один. Улыбаюсь, а сердце так и ноет. Если бы я тогда поступила по-другому, мы бы не расстались. Жаль, в тот самый момент со мной рядом не было человека, который бы поставил мои мозги на место.

— А это я маленькая. Очень любила кататься на шее дяди Игоря или папы, — объясняет Камелия, указывая на одну из фотографий.

— Такая милая, — говорю ей, заставляя шире улыбнуться, и переворачиваю страницу. А этот мальчик? Коля, да?

На фото Игорь, уже как настоящий богатырь, держит на руках двух мальчиков примерно одного возраста. Один — светленький и похожий на него, другой — темноволосый. Догадываюсь, что это и есть погибший сын Джамили.

— Да, это Коля, — Джамиля вытаскивает карточку из ячейки. — А это Закир, наш сын. Она проводит пальцами по лицу мальчика, которому здесь, наверное, лет пять. Очень красивый. И вновь так больно становится, только уже не за себя, а за мать, потерявшее дитя. В этот момент я думаю о том, что каждый человек проходит испытания, кто-то раньше, кто — то позже. Судьбы могу быть похожими, но никогда не будут одинаковыми, ведь у каждого из нас своя неповторимая линия жизни.