Отцы подруг. Порок на троих

Глава 14 Настя

— Вот, держи, — Глеб достаёт из сумки новенький купальник.

— Мамочки! — вспыхиваю до кончиков ушей. — Это же… бикини.

— Именно, детка, — скалится Федя, затем облизывается, — надевай, хочу посмотреть на тебя в нём. По приезду купим тебе модный дорогой в крутом месте. А пока, что есть.

— А вы?

— У нас есть плавки, — мужчины синхронно стягивают штаны.

Их огромные члены стоят. Мощные… облизываю губы, не в силах оторвать взгляд от мужской красоты.

В детстве мне было запрещено смотреть девчачьи журналы и фанатеть от мальчиковых групп. А мужское тело я впервые увидела… даже вспоминать не хочу. Мерзко.

Но тела Глеба и Феди — это произведение искусства. Тугие мышцы, ровные кубики пресса. И члены… ох!

Кажется, я опять мокрая. Но после оргазма меня вновь одолевает неприятное чувство между ног. Лёгкая ноющая боль.

Так что быстро натягиваю купальник. Он же ничего не скрывает! Ох…

— Покрутись, — проводя рукой по члену, рычит Федя.

А во мне просыпается вторая сущность. Та, которая пряталась от религиозной матери-тирана и отчима-извращенца. И которая хранила мою сексуальность и рассудок в порядке.

— О чём задумалась, красавица? — Федя обвивает мою талию огромными ручищами, по телу скачут сладкие мурашки.

— Просто… — робко улыбаюсь.

— Когда ты такая невинная крошка, хочу тебя ещё сильнее, Настюш, — шепчет он.

— И я хочу. Но больно, — жалуюсь.

Так бы и осталась в этих объятиях навсегда. Глеб подходит с другой стороны. Мужчины приятно пахнут! Мне так спокойно с ними. Тепло.

— Опять плачешь, малыш? — хмурится Федя. — Плохо мы заботимся о тебе.

— Я тоже хочу о вас позаботиться, — всхлипываю.

Не могу понять, что со мной. Чувства, долгие годы скрытые, запертые внутри меня, мощной волной рвутся наружу.

Не могу справиться с собой. Реву, как маленькая. Федя прижимает меня к себе и успокаивает.

— А ты можешь это сделать, — Глеб достаёт сумку из шкафа, а там флаконы с кремом от загара, — будешь нас мазать.

— О да, — облизывается Фёдор.

— Хорошо.

Мужчины, кстати, всё еще голые. Они дефилируют, сверкая упругими задницами, прочь из комнаты и быстро надевают плавки. Которые тоже ничего особо не скрывают.

Спускаюсь вниз.

Федя складывает бутерброды в контейнеры, а их в корзинку. Там уже лежит несколько бутылок воды.

— Пикник? — спрашиваю у мужчины.

— Да, детка. Поваляемся на пляже, искупаемся, покушаем. Позагораем как следует. Чтобы домой не бегать. Панамка где, малыш?

— Ой… — бегу назад, надеваю шапочку.

Внизу мужчины уже всё собрали. Мы выходим, светит утреннее ласковое солнышко. Подставляю ему лицо, наслаждаюсь. Такая тишина вокруг, спокойствие.

Ни в какое сравнение с этими противными ночными клубами.

— Нравится здесь? — Глеб обвивает рукой мою талию, прижимает к себе.

— Очень, — выдыхаю.

— Давай на недельку останемся, ммм? Хочешь?

— Конечно, — лепечу, теряясь в энергетике этого мужчины.

Глеб особенный. Он более сдержан, чем Федя. Поначалу это напугало. У меня не получалось прочитать его, пока сам не впустил. Признался, что хочет меня. Смотрел с такой нежностью!

— Воот, — Федор раскладывает покрывало на чистеньком небольшом пляже, — а теперь айда купаться! Я заебался в городе сдыхать. Малыш, иди сюда…

— Что?! ААА! — кричу, когда громила подхватывает меня и кружит, затем закидывает на плечо и бежит к воде

— Сейчас водичку попробуем! — смеется, и его задор передаётся мне.

— ВОДА ХОЛОДНАЯЯЯ! — верещу, но уже слишком поздно.

Федя заходит по пояс и швыряет меня в воду. Выплываю, фыркаю! А водичка освежает! Тянущее чувство внизу живота проходит.

— Хитрый какой! — не могу сдержать улыбки.

— Ну вот, ты уже не плачешь, — хитро прищуривается, — хорошо плаваешь?

— Нормально.

— Тогда поплыли, детка. Покажу кое-что, — он ныряет, затем плывет.

Красиво, уверенно загребает сильными руками воду. Любуюсь на него.

— Чего ждешь? — кричит с берега Глеб. — Плыви за ним!

С губ срывается веселый смех. Боже, я так давно искренне не радовалась! Не ослабляла внутренние ремни.

Рву когти со всей дури прямо к Феде. Ой, а где он?

Оглядываюсь. Водичка чистая, но всё равно видимость не очень.

— Попалась! — меня снизу хватают прямо за попу.

— ААА! — визжу, бултыхаюсь, но Федя прижимает меня к себе.

— Тихо, это я, — мурчит, затем прямо в воде меня целует.

Глубоко, сладко. Федя очень напористый.

— МММ! — стону ему в губы, когда наши языки порочно сплетаются.

— Моя девочка, — рычит, затем запускает одну руку под купальник, сминает грудь.

Крутит сосок, продолжая яростно терзать мои губы.

— Ах! — расслабляюсь, обнимаю мужчину.

Такой горячий! И большой. Федя уверенно держится на воде.

— Ты такая маленькая, Настюш, — выдыхает мне в губы, — грудки в ладонь помещаются. И сосочки наглые, торчащие. Блядь, я тебя хочу, малыш…

Он тискает меня. Бросаю взгляд на пляж, Глеба там нет.

Мужчина подплывает к нам.

— Решил поиграть с Настенькой без меня? — ухмыляется.

— Да ни за что! — скалится Федя. — Просто безумно захотелось её поласкать немного. Я ведь ничего, правда, Настюшка?

— Ммм… — ничего не могу ответить, я заведена до предела.

До самой крайней точки. Горю вся от пяток до ушей. Хочу поцелуев, ласк. Любви хочу!

— Я хочу вас, — выдыхаю, — пожалуйста… возьмите меня…

— Тихо, детка. Тебе пока нельзя.

— Мы можем травмировать тебя. Так что пока не заживёт твоя девочка, — томно шепчет Глеб, — трахать тебя не будем.

— Нууу, — дую губы.

— Но подарить пару оргазмов можем, правда, Федь?

— А то! — подмигивает тот.

— Так, — Глеб смотрит в небо, — солнце уже жарит. Давайте на берег. Сейчас будем мазать нашу невинную плаксу.