Отец парня. Ты моя страсть - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора Елена Смелина (Глава 52) #52

Глава 52

Роман Олегович Савин

Дверь закрывается.

Тихо, без хлопка – будто и не уходили.

Я стою у окна, пока мотор их машины не стихает за поворотом.

Пыль поднимается над дорогой, потом оседает, и всё замирает.

Обычная тишина. Только теперь она режет уши.

Возвращаюсь в номер.

Те же стены, та же постель – и всё не так.

Я сажусь на край кровати. Простыня смята, пахнет ею.

Тепло, женская кожа, духи – всё впиталось в ткань.

Провожу ладонью по вмятине, где она лежала ночью.

Пальцы вспоминают, как гладили ее спину, как она выгибалась, как дрожала, прикусывая губу.

Тело откликается мгновенно.

В груди гул, будто сердце вспомнило раньше головы.

Я выдыхаю сквозь зубы, сдерживаю.

Сколько их было – женщин, тел, имен.

Ни одно не осталось под кожей.

А эта – зацепила.

Не лаской, не словами.

Тем, как смотрела – будто видела не то, что я показываю, а то, что стараюсь спрятать.

Хреново.

Хочется снова ощутить, как она выгибается подо мной, как шепчет моё имя, теряя дыхание.

Хочется – и нельзя.

Смеюсь тихо, без радости.

Вот что значит старею: позволил женщине залезть под кожу.

Мозг говорит “забудь”, тело – “верни”.

Встаю, подхожу к окну.

Пейзаж тот же – камни, солнце, пыль.

А внутри всё кипит, будто не утро, а продолжение ночи.

Стук в дверь. Я даже не оборачиваюсь.

– Входи.

Ржавый появляется, как всегда, без лишних движений. Сканирует взглядом комнату — кровать, бутылку воды, мой вид. Понимает всё, но не комментирует.

– Новости есть, – говорит сухо. – Баратов в ярости. Завод купил, а внутри – пусто. Тахир всё вывез заранее. Теперь ищут, кто виноват.

Я усмехаюсь, медленно.

– Пусть ищут. Хотели играть – получили игру.

Ржавый кивает. Несколько секунд молчит, потом всё же добавляет:

– Она улетела?

– Да.

Он прищуривается.

– И всё?

Я поднимаю взгляд.

– А что ты хочешь услышать?

– Не знаю. Может, что ты не железный.

Я смотрю на него и вдруг понимаю – не выйдет скрыть. В груди все еще пульсирует воспоминание о её теле, дыхании, запахе.

Но снаружи я спокоен.

– Железо тоже плавится, – говорю тихо. – Просто не на людях.

Он хмыкает, достаёт из кармана зажигалку, вертит в руках — но не зажигает.

– Смотри, Ром. Только не сгори к чертовой матери.

Он уходит.

Дверь захлопывается.

Я остаюсь у окна, руки в карманах.

Солнце бьёт в стекло, глаза режет свет.

Но передо мной не горы – она.

Её тело, дыхание, её голос, шепчущий моё имя.

Хочу забыть – не выходит.

Всё, что касается других, всегда стиралось само.

А это – будто выжжено под кожей.

И вот в этом жаре – мысль, как холодная сталь.

Сергей.

Сын, которому я должен быть примером.

А стал тем, кого стоило бы избегать.

Он любит её по-своему – наивно, чисто.

А я просто взял. Потому что не смог остановиться.

Сжимаю кулаки.

Вот она – настоящая боль. Не от пуль, не от потерь.

Оттого, что впервые в жизни сделал что-то, что не смогу оправдать.

Закрываю глаза.

Перед внутренним взором – не она, а он.

Тот взгляд в гостинице, настороженный, чуть настойчивый. Он понял. Чёрт его дери, он все понял.

Я выдыхаю.

Даже если не сказал – почувствовал.

И теперь, когда она рядом с ним в самолете, я не знаю, кого из нас жжёт сильнее.

Дверь тихо приоткрывается – Ржавый появляется в проеме. Лицо усталое, глаза прищурены, как у человека, который долго копался в грязи и, наконец, извлек то, что искал.

– Нашёл, – говорит он без прелюдий. – Деньги, что ушли с завода, всплыли на офшоре. Имя держателя – знакомое.

Он кладет на стол папку. Несколько листов, распечатки, логотип компании, а рядом – короткая подпись.

Я узнаю ее сразу.

Тахир.

Всё внутри мгновенно становится холодным.

– Уверен? – спрашиваю тихо.

– Абсолютно. Парень вывез оборудование через подставные фирмы, потом продал. Баратов купил воздух. И теперь оба по уши в дерьме.

Я провожу ладонью по лицу. Мысли собираются в цепочку – чётко, по-савински.

– Значит, они оба открыли игру. Отлично. Пусть режут друг друга. А мы – добьём.

Ржавый кивает, но в его взгляде мелькает вопрос.

– И что дальше?

Я поднимаю глаза.