Пепел и Мечты: Рубикон

Глава XXIII: Рубикон Убийцы

*Мирт*

Я замер перед искусно вырезанной массивной дверью. Путь до суда выдался изматывающим. Не из-за опасностей, а из-за невыносимого волнения. Благодаря знанию расписания патрулей, я мог избегать их издалека, но при малейшем звуке шагов мое тело цепенело. Мысли о последствиях обнаружения не покидали меня.

Приблизившись к двери, я активировал несколько магических предметов, включая маску и индикатор внимания, чтобы скрыть личность и узнать о чужих взглядах. Силы стремительно таяли, требуя действовать без промедления.

Отсутствие охраны у входа указывало на то, что и сам Аскел отсутствовал. Насколько мне известно, комната защищена лишь системами безопасности в отсутствие хозяина, а когда он внутри, его охраняют ближайшие соратники. Однако неизвестность времени возвращения "брата" изрядно нервировала.

Напряженным движением я присел у замочной скважины, достал ключ, активировал его и вставил в отверстие. Я мысленно молил, чтобы не сработала ни одна охранная система. Лайс говорил, что все они связаны с замком и дверью, отключаясь при открытии, но мгновенно реагируя на попытку взлома. Если мой магический ключ окажется недостаточно качественным, весь замок вскоре узнает о вторжении.

Поворачивая ключ, я ощутил, будто время замедлилось, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Раздался щелчок, и дверь открылась. Я с облегчением выдохнул. Виктория не поскупилась на оборудование, что неудивительно.

Не желая больше оставаться в коридоре, я отключил все магические предметы и шагнул внутрь. Апартаменты Аскела оказались роскошными, состоящими из нескольких помещений: спальни за отдельной дверью и гостиной с диванами, камином и столиком. Стены украшали картины, а повсюду росли зеленые растения, создавая атмосферу жизни и свежести.

Подойдя к столику, я остановился, разглядывая лежащие на нем бумаги. Вероятно, ничего важного, но любопытство взяло верх. Это напоминало какие-то списки, возможно, торговые декларации. Однако мое внимание привлек другой документ с надписью:

"Нерегулируемые маги Нижнего Доминиона".

Под заголовком располагались колонки: "Имя", "Оценка опасности", "Описание", "Дата обнаружения", "Информация об устранении". Мой взгляд сразу же упал на первое имя:

"Даск / Потенциально чрезвычайно опасен / Ребенок около тринадцати лет, хромает на одну ногу, черные волосы и глаза, худой / 182 632 цикл / Вероятно устранен"

Почему-то это имя зацепило меня. Он был последним из обнаруженных, найденным почти 800 циклов назад. Несколько мгновений я вглядывался в его данные, прежде чем отвести взгляд. Нужно было завершать дело. Достав из кармана конверт, я положил его на самое видное место и отступил. По телу разлилось облегчение. Оставалось только вернуться домой, и задание будет выполнено. Мое первое самостоятельно завершенное поручение.

Эти мысли немного ослабили мою бдительность, когда я направлялся к выходу. Медленно открыв дверь и сделав шаг наружу, я встретился взглядом с чьими-то удивленными глазами. В шоке я застыл, а мозг словно опустел.

Секунду мы молча смотрели друг на друга, прежде чем незнакомец отступил, и я узнал в нем Гала. Редко появлявшийся на публике юноша сильно изменился за эти месяцы. Он похудел, под запавшими глазами появились тени. Его отросшие волосы спутались, делая его едва узнаваемым.

— Ты? Вор! – потрясенно выдохнул Гал, его рука потянулась к ножу на поясе, а рот открылся, готовясь закричать.

Внезапно паника отступила, и мир предстал передо мной с кристальной ясностью. Но, несмотря на это, я думал слишком долго, и тело решило действовать само. Не осознавая, я молниеносно выхватил кинжал из ножен и рванулся вперед, в мгновение ока оказавшись перед противником.

Одной рукой я с силой зажал рот ошеломленному парню, а блестящее лезвие кинжала устремилось прямо под его ребра, рассекая одежду и плоть. Гал попытался закричать, но сквозь мою ладонь вырвалось лишь приглушенное мычание боли. Его спина ударилась о каменную стену, и я почувствовал, как он начал слабеть. Рука, так и не успевшая вытащить нож, соскользнула с пояса и безвольно повисла.

Только сейчас я осознал, что натворил. Наши глаза встретились, и я увидел в них такую боль и страх, каких не видел никогда прежде. От этого взгляда меня затрясло. Теплая кровь стекала по руке и вонзившемуся лезвию.

Взор Гала мутнел с каждым мгновением, но даже в последние секунды в нем не появилось ни смирения, ни принятия. Он не понимал, почему погиб. Его тело соскользнуло по стене и рухнуло на пол. Я же просто продолжал пустым взглядом смотреть.

"Я убил его" – только сейчас я по-настоящему осознал это.

Я оборвал его жизнь. Теперь он был лишь безжизненным телом, которое больше никогда не шевельнется. Все его мечты и планы обратились в прах. Он умер.

Рвотные позывы подступили к горлу, и я ощутил головокружение. Не желая упасть, я оперся рукой о стену, глядя на растекающуюся кровавую лужу.

Я знал, что мне придется убить, но не ожидал, что это случится сегодня. Сейчас. Я вообще старался не думать об этом. И лишить кого-то жизни оказалось одновременно проще и тяжелее, чем я представлял.

Не знаю, сколько прошло времени, но вдруг я осознал, что все еще нахожусь в коридоре напротив спальни Аскела, а рядом со мной лежит труп его сына. В любой момент сюда мог кто-то прийти, и тогда мне конец. Нужно было убираться. Следовало что-то предпринять, чтобы скрыть улики, но я не знал что. Мысли путались.

С трудом и отвратительным чавкающим звуком я вытащил кинжал из остывающего тела и, немного помедлив, вытер его об одежду Гала, прежде чем убрать обратно в ножны. Нужно было сообщить Виктории. Она должна знать, что все пошло не по плану. Если что, она защитит меня. Она обещала.

С этими мыслями я бросился к ней, но все же мне хватило ума остановиться и прежде всего вернуться домой, чтобы переодеться и спрятать магические предметы. У меня не было плана патрулей вокруг кабинета Виктории, так что я бы наверняка попался, особенно учитывая мое нестабильное состояние. Конечно, нужно было действовать как можно быстрее, поэтому весь путь я преодолел бегом.

Я не знал, где точно находилась Виктория, но решил рискнуть, предположив, что она, как обычно, у себя в кабинете. И я не ошибся. Кабинет, как всегда, охраняли два высоких мужчины, закованные в тяжелые доспехи, усеянные тускло блестящими символами. От них так и веяло мощью и угрозой.

При виде меня охранники нахмурились.

— Мне нужно срочно встретиться с Викторией, — выпалил я. Видимо, паника и спешка отразились на моем лице, потому что, переглянувшись, один из стражей кивнул другому. Тот повернулся, открыл дверь и вошел внутрь.

Не прошло и минуты, как он вернулся и пропустил меня.

Виктория выглядела измотанной, как и все в последние дни. Она окинула меня мрачным взглядом из-за стола и кивком указала на стул. Я даже не оглянулся проверить, была ли в комнате Орианна, торопясь перейти к делу.

— Что... — начала было она, но я перебил:

— Я убил Гала, — с трудом выдавил я, и впервые увидел удивление в глазах сестры.

— Ты что? — она отпрянула, словно не веря услышанному.

— Я убил Гала. Он оказался перед дверью комнаты Аскела, когда я выходил. Он хотел закричать и напасть на меня, и я... — я задыхался. Образ трупа все еще стоял перед глазами, и я сомневался, что он когда-нибудь покинет меня.

Виктория некоторое время молчала, откинувшись на спинку стула и обдумывая мои слова. По ее лицу пробегали разные эмоции, но я не мог их толком различить — мой разум был слишком смятен.

— Ты убил нашего племянника... Проклятье, — она выругалась и вскочила с кресла, развернувшись к окну, спиной ко мне.

Молчание тянулось, казалось, годами и давило подобно горе. Мне хотелось поскорее убраться отсюда. Моя победа обернулась полнейшим провалом. Черт, я не смог выполнить даже простое задание. И что теперь будет со мной? Проклятье, как я мог думать об этом, убив своего родственника?

В этот момент раздался вздох, но он исходил сзади. Бесшумно, прямо за моей спиной возникла Орианна. Ее рука легла мне на плечо, и она встала сбоку, глядя на Викторию.

— Я говорила, что все не будет просто. Слишком много вероятностей. Но ты знаешь, что все не так плохо, — ее голос был мягким, без капли удивления или волнения, будто ничто не могло вывести ее из равновесия. Краем глаза я посмотрел на ее лицо и увидел улыбку. Хотя она не смотрела на меня, я чувствовал ее взгляд.

— Я знаю. Там где беда, там же и возможность. Что ж, — Виктория обернулась и посмотрела на меня. На ее лице застыло стоическое выражение. Мягкий фиолетовый свет из окна обрамлял ее возвышающуюся фигуру, придавая силуэту силы.

— Все не так плохо. Конечно, ты провалился, но это не твоя вина. Это была случайность. И хотя я хотела бы тебя наказать, в этом нет нужды. К тому же ты мой брат, — Виктория села обратно в кресло, и от ее слов я испытал облегчение.

— Тогда что теперь? — спросил я, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

— Теперь иди к себе. Отдохни, ты выглядишь жалко. Не думала, что кто-то с нашей кровью так испугается убийства. Если тебе это поможет, то я впервые убила человека, когда была еще младше тебя. Прими то, что ты сделал, и веди себя достойно, — ее голос успокоил меня.

— Спасибо...

— Не за что. Завтра весь замок придет в хаос. Скорее всего, все дойдет до вооруженного столкновения. Твоей задачей будет просто следить за всем и после предоставить мне детальный отчет. Понятно?

Я кивнул. На этом мы и расстались: Виктория торопилась приступить к работе, чтобы успеть использовать факт смерти Гала, а я поплелся домой. В ту ночь я не смог уснуть.

Как и предсказывала Виктория, на следующий день замок погрузился в хаос. Стоило мне только встать с кровати, как я ощутил тяжелую, давящую атмосферу, царившую повсюду. Едва появившись на кухне, я тут же узнал причину.

Гала, сына Аскела, убили, и, судя по всему, это сделали старейшины. К тому же сам Аскел заявил, что нашел достоверную информацию о намерении старейшин узурпировать место главы клана. Одного этого высказывания хватило, чтобы между сторонниками наследников и людьми старейшин возникло напряжение. Сегодня все, кому это было дозволено, носили оружие.

Дело было не только в людях Аскела — в этом случае проблем бы не было, так как их мало. Но сторонники Персия, которых было очень много среди воинов, также не желали власти старейшин. То же можно было сказать о людях Виктории, хотя сама сестра еще ничего не заявила.

Ситуация ухудшилась в полдень, когда пришла новая весть. В зал, где хранились артефакты, проник вор и украл, вероятно, один из ценнейших предметов. Это был древний артефакт, передававшийся из поколения в поколение почти с самого зарождения клана и служивший одним из символов власти главы. И вот неизвестный похитил его.

Люди старейшин тут же начали обвинять наследников, в то время как люди наследников обвиняли старейшин. Кое-где начались драки. Я же сидел в углу и следил за разворачивающимся спектаклем с мрачным выражением лица. Образ трупа Гала все еще стоял у меня перед глазами. Я с трудом мог поверить в происходящее.

Внезапно двери столовой с грохотом распахнулись, и внутрь вбежал один из солдат.

— Господин Аскел идет к старейшинам, и они вооружены! – крикнул он, и стоило этим словам прозвучать, как по всему залу прозвенели звуки вынимаемых из ножен мечей.

Атмосфера накалилась до предела, и крови теперь было не избежать. Вопрос был в том, кто сделает первый шаг.

Столовая тут же разделилась на две части, в которых собрались сторонники обеих сторон, и вероятно, похожая картина разворачивалась и в других частях замка. На их руках были разноцветные повязки, обозначающие принадлежность к одной из группировок. А я в тот момент думал только об одном.

"А где же сам глава?" – казалось, что ему было все равно на происходящее, будто он уже не существует.

"Может, он мертв?" – вероятно, не меня одного посетила такая мысль, и это только увеличивало боевой дух людей. Происходило нечто странное, но никто этого не замечал.

— Началось сражение! Господин Аскел сражается со старейшиной Бореком! – вбежал другой солдат, и эта новость стала поворотным моментом.

Обе стороны заревели и вскинули оружие. Спрятавшись за перевернутым столом, я наблюдал, как две волны стали и мускулов бросились навстречу друг другу и столкнулись. Тут же вокруг разнеслись крики и вопли. Пол окропила кровь.

Плоть рассекалась, мышцы разрезались. Кто-то кричал от боли, а кто-то от удовольствия при совершении резни. Каждый действовал хаотично и безумно, некоторые даже не отличали союзников от врагов из-за слетавших повязок. Это было бессмысленно. Абсолютно бессмысленно. Я хотел, чтобы они остановились. Я не мог на это смотреть.

"Зачем все это? Зачем? Это план Виктории? Чего она добивается? Власти? Или это задумал кто-то другой?" – я не мог понять. Я одновременно отчаянно желал это знать и в то же время не хотел.

Земля дрожала от отголосков далеких битв. Я чувствовал, как реальность искажается – кто-то использовал магию. Даже в самом зале оказалась пара магов, сражавшихся с помощью ломающих мир искусств.

Я трепетал от кружившей вокруг ярости и безумия, оглушавших мое магическое чувство яростным воем. Мне казалось, что я сливаюсь с этим потоком и теряю себя. Хотелось броситься в эту резню и принять в ней участие, но чудом я все еще сохранял остатки разума. Вероятно, только благодаря обучению у Элариона. Впервые я ощутил благодарность к старику.

Стены содрогались и осыпались. Похоже, бойня в столовой была ничем по сравнению с тем, что творилось снаружи. Пригнувшись и скрываясь от безумцев, я направился к выходу, чтобы увидеть битву там. Я все еще помнил о задании, но, помимо этого, хотел увидеть магическое сражение с участием сильнейших.

И я его увидел. Стоило мне выйти в коридор и взглянуть в окно, как мне показалось, что мир перевернулся. Толпы простых слуг бежали, пытаясь спастись, но это удавалось не всем.

Дюжина магов сражалась там. Земля сминалась и трескалась, камни взлетали в воздух и падали, пытаясь похоронить под собой врагов. Другие защищались невидимыми щитами, шквалы ветра сдували осколки камней, а огненные бури затмевали небеса, накаляя воздух до такой температуры, что было больно дышать.

Куда бы я ни шел по коридору, везде были тела и кровь. Всюду слышались звон металла и крики. Это был кошмар. Все грозило превратиться в пепел, и тогда почему-то я задал вопрос:

"А чего я хочу? Почему я, вообще, здесь? Я хочу власти? Ценой этого? Или проявить себя? Подобным образом?" – и я не мог ответить на это. Впрочем, у меня и не было времени.

Внезапно раздался грохот, отдававшийся во всех моих чувствах, включая магические. Он был настолько мощным, что я упал на колени и закашлялся. Нечто невидимое прижимало меня к земле, и я чувствовал, что даже не являюсь целью того, кто творит это. Сам древний замок затрещал и застонал.

— ВЫ! – могущественный и неоспоримый голос прозвучал повсюду, подобно колоколу, заглушая все остальные звуки. Сражение в одно мгновение прекратилось.

— ВЫ ЗАБЫЛИ О МОЕМ СУЩЕСТВОВАНИИ? – его слова были так тяжелы, что переворачивали все внутри. Мне казалось, что я могу потерять сознание в любую секунду.

— Я ЕЩЕ НЕ УШЕЛ СО СВОЕГО ПОСТА, НО ВЫ УЖЕ ДЕРЕТЕСЬ ЗА НЕГО? – я чувствовал гнев, нет, ярость, подавлявшую весь мир. Вероятно, весь Доминион был под ее властью.

— ВЫ ПРЕКРАТИТЕ ЭТО СЕЙЧАС ЖЕ, И КАЖДЫЙ ЗАПЛАТИТ ЗА СОДЕЯННОЕ!

И наконец, это прекратилось. Давление исчезло вместе с яростью, и я смог встать. Но этот подъем дался мне с таким трудом, что я пару раз чуть не упал.

В ошеломлении я поплелся дальше по коридору, озираясь по сторонам. Битва и правда прекратилась в одно мгновение, и теперь повсюду носились люди, помогая раненым.

Крики агонии разносились по замку, и я больше не мог этого терпеть. Я чувствовал себя слишком уставшим. С трудом я добрался до выхода из замка и направился домой. Мне хотелось спать, хотя я знал, что не смогу уснуть. Не после того, что увидел.

"И это произошло частично из-за меня" – да, я был одним из виновников пролитой крови. И мне только предстояло понять, что я чувствую по этому поводу.

Тяжело переставляя ноги, я добрался до хижины, и мои брови тут же нахмурились. Что-то было не так. Дверь была открыта нараспашку, но Остин никогда не оставлял ее такой.

Внезапно тревога затрубила внутри меня, и, несмотря на непослушные ноги, я бросился ко входу. Войдя, я застыл.

Тело лежало посреди комнаты. Седое и морщинистое. В его руке был меч, а вокруг царил погром. Он лежал на животе, а его пустой взгляд был устремлен вглубь дома.

Не веря в происходящее, я, как зачарованный, прошел внутрь и упал на колени рядом с трупом. Это был Остин. Старик Остин. Его одежду пропитала кровь.

Я прижал руки к ране, пытаясь остановить алую реку, но это было бессмысленно. Он уже не дышал.

— Остин... — пробормотал я, склонившись над ним.

Это не могло произойти на самом деле. Это был сон. Кошмар. Но мог ли спящий ощутить себя настолько ужасно? Все внутри горело и разлагалось. Я хотел что-то сказать, но просто дрожал. Мне хотелось броситься и попросить кого-то о помощи, но это было бессмысленно.

Прижав руки к его спине, я ощутил уходящее тепло. Глядя на застывшее лицо, я не мог не вспомнить, как мы недавно разговаривали. Как он напился, как он заплакал. Он знал, а я не обратил на это внимание. Только сейчас я понял, как мало мы общались. Я хотел, чтобы он заговорил.

"Пожалуйста... Я хочу проснуться..."

Я закрыл глаза и прижался лицом к нему. Слезы потекли из моих глаз. Я чувствовал себя абсолютно пустым и в то же время переполненным болью.

— Отец... — пробормотал я, и это обращение было направлено не на моего кровного отца.

"Но ты мне стал как сын"

Некоторое время я сидел, уткнувшись лицом в бездыханное тело. Когда я поднялся, вокруг уже царили тьма и холод. Горе исчезло, и осталась только пустота. Хотя нет. Был гнев, жгущий все внутри и сметающий сомнения.

Теперь я знал, чего хочу.