Первая леди

Понедельник, 7 марта 2022 года

Дэв изучала свой маршрут, который Лиза вручила ей перед тем, как выйти за дверь. Президент сидела в своем офисе, за массивным столом, благодаря строению которого, она могла спокойно снять туфли, чтобы дать ногам отдых, и никто этого не заметил. Дэвлин задумчиво жевала губу, перечитывая график поездки в Шотландию на Всемирный Экономический Саммит на высшем уровне. В этом году он проводился в Эдинбурге. Не отрываясь от документа, она неохотно засунула ноги в туфли.

Выглянув за дверь, Дэв улыбнулась Лизе, которая была поглощена изучением электронного органайзера, и Джейн, которая сортировала корреспонденцию.

– Ваша следующая встреча – с премьер-министром Винсентом через четыре минуты, мадам Президент, – и добавила, – и тридцать секунд. – Дэв говорила ей: 'Когда не уверена, округляй в меньшую сторону'. Но Лиза это не одобрила. В конце концов, ОНА – не Президент.

– Спасибо, Лиза. Где мои клюшки для гольфа?

Лиза удивленно подняла брови, не зная, что ответить.

– М-м-м… Я и не знала, что вы играете в гольф, мадам Президент.

– Она и не играет, – пробормотала Джейн. – Что там было на последней игре? Превышение пара на 55 на девяти лунках? – Дэв нахмурилась, но Джейн продолжала. – Помнишь, эта игра закончилась тем, что ты решила отдать свои клюшки на благотворительный аукцион.

прим. переводчика. Пар – номинальное количество ударов, за которые мячик попадает в лунку. Обычно пар составляет от 3 до 6-7 ударов

– О. Точно. – Дэв не переваривала этот спорт и играла только для того, чтобы угодить отцу, который был самым большим любителем гольфа на планете. Президент криво улыбнулась, вспомнив неприлично дорогие 'курсы' по гольфу от Тайгера Вуда, которые отец оплатил для нее, когда она последний год училась в колледже. Встретиться с Тайгером было приятно. Но даже тысячами долларов позже ее игра оставалась ужасной. К тому дню Тайгер отказывался подтверждать, что она училась в одном из его лагерей.

Дэвлин вздохнула, зная, что отцу понравился возможность поиграть в Святом Андрее, и что наличие ее на конференции – просто показуха. Советники делают большую часть работы.

– Лиза, пожалуйста, найди для меня набор клюшек. Я беру папу с собой в Шотландию, и буду позориться на поле для гольфа, чтобы провести немного времени с ним. Если они прекратят фотографировать меня хотя бы на пять минут, у нас найдется немного времени, чтобы поиграть.

Лиза пощелкала кнопками органайзера.

– Вам не придется ВЫГАДЫВАТЬ на это время, мадам Президент. В графике уже есть игра с Первым Министром МакБеатом и его женой в воскресенье.

"Прекрасно. Публично позориться". Дэв почесала лоб и вздохнула.

– Кто это придумал?

– Майкл Оакс. – Последовал немедленный ответ от Джейн. – Он настаивал, что все политики достаточно хорошо играют в гольф, чтобы продемонстрировать это в клубе. Я пыталась сообщить ему… – Ее голос затих.

Дэв застонала. Конечно, он не мог знать, что она не создана для гольфа… абсолютно. Но он мог бы послушать Джейн, высокомерный ублюдок.

– Найди для меня набор волшебных клюшек, Лиза. Пожалуйста.

– Чтобы она могла попасть по шарику, – пробормотала Джейн, не отрываясь от бумаг.

– Я слышала это! – Воскликнула Дэв. – Я могу попасть по шарику!

– Конечно, можешь, – автоматически ответила Джейн. – Я слышала, как тебе это удалось однажды в 2003. Жаль, что никто не сделал снимок.

Дэв сузила глаза.

– Я закажу клюшки, мадам Президент, – покорно сказала Лиза, пытаясь не рассмеяться.

Дэв подошла поближе к своему старому секретарю и другу.

– Джейн?

– Да, Тайгер… хм… – Она нервно сглотнула, посмотрев на лицо Дэвлин. – Мадам Президент?

Лиза не знала, что думать. Она удивленно переводила взгляд с одной женщины на другую.

С каменными лицами Джейн и Дэв пристально смотрели друг на друга несколько долгих секунд, а затем разразились смехом.

Лиза облегченно выдохнула и глупо моргнула, наблюдая бесспорно невежливый жест, который изобразила Дэв, прежде чем вернуться в свой офис, не закрыв за собой дверь.

– Ух… – Лиза потерла лицо. – Она только что?..

– Не могу быть уверенной, но, похоже, что да! – Джейн рассмеялась. – И я расскажу все Джанет, – сказала она погромче, торжествующе улыбнувшись, услышав ответ из-за двери.

– Ой-ей.

* * *

Дэв только начала подниматься со стула, чтобы вернуться в квартиру еще сегодня, когда от двери, ведущей в офис Дэвида, раздался тихий стук.

– Заходи.

Высокий мужчина поднял руки, предупреждая слова Дэв.

Президент почувствовала, как сердце забилось быстрее. Это всегда было плохим признаком. Очень плохим.

– Не убивай меня, – серьезно заявил он. – Я не имею к этому никакого отношения.

Дэв облизала внезапно пересохшие губы и попыталась взять себя в руки. Дети уже в постелях, верно? Да, точно, она пожелала Крису и Аарону спокойной ночи, а Эшли уже спала. Может что-то с Лаурой? "Где она?" Они говорили по телефону только час назад. "Она выглядела прекрасно, но… Что если в Огайо что-то случилось? Что если?…" Внезапно у нее скрутило живот.

– Что?

– До меня дошли слухи, что твоя мамочка наняла Тоби Ягасаки, чтобы проектировать твое свадебное платье.

Дэв закрыла глаза, облегченно выдохнув, немного удивленная тем, как быстро она успела напридумывать столько неприятностей.

– Эй. – Дэвид выглядел обеспокоенным. – Ты в порядке? – Он взял Дэв за руку, отмечая, какой холодной была ладонь.

Дэв быстро кивнула и перевела разговор на более безопасную тему.

– Эти 'слухи' случайно зовут не Бэт?

Дэвид сжал ее ладонь и отпустил.

– Я отказываюсь разглашать свои источники. Операция 'Свадьба Дэв' строго засекречена. И у тебя недостаточно высокий статус, – дразнил он.

– Почему я должна волноваться о том, что мамочка… О, Боже! – Она пораженно открыла рот. – Тоби Ягасаки – это маленький японец-гей с длинными волнистыми волосами?

Дэвид вздрогнул, услышав эту прямолинейную, но точную характеристику.

– Он делает все в цвете мяты или зеленого лайма; я видела его интервью по телевизору после последнего вручения Оскара. – Выражение паники появилось на лице Дэв. – Ни за что!

– Прости, Дэв. 'Слухи' никогда не лгут, если это только не касается вопроса о том, на ком закончилась туалетная бумага, и кто не удосужился повесить новый рулончик. – Дэвид ослабил галстук, опускаясь с удовлетворенным стоном на один из стульев. – Те, которые стоят в моем офисе, не так удобны.

– Кого волнуют стулья? Я буду похожа на кусок лаймового пирога! 'Все, что касается тебя' вступит в силу только тогда, когда мы закончим со 'всем, что касается меня'.

Дэвид махнул рукой.

– Смирись с этим и веди себя как мужчина.

Дэв игриво пнула Дэвида в голень.

– Я – не мужчина!

– Я знаю. – Он пожал плечами. – Просто не мог придумать, что бы еще сказать.

Дэв облокотилась на стол, изумленно глядя перед собой. "Сначала гольф, а теперь это? Сколько унизительных вещей могут появиться за день?"

Дэвид хихикнул, явно наслаждаясь замешательством, написанном на лице Дэв.

– Если Министру Обороны потребуется новый советник по точечным ударам, я предложу кандидатуру твоей матери. Она порочна.

Дэв жалобно застонала.

– Это будет огромным цирком, не так ли?

– Ringling Brothers и все прочие из индустрии развлечений уже предложили обеспечивать… развлечения, я полагаю.

– Мои кузены тоже будут там. Моя доля чудаков за день.

Дэвид рассмеялся.

– Нет, нет. Не чудаков. Это было официальное предложение, которое мы рассматриваем.

– Ты это о чем? – Осторожно спросила Дэв, опускаясь на стул рядом с Дэвидом.

– Как насчет выпускания 2000 голубей в крошечных смокингах из поддельного пирога во время исполнения государственного гимна?

Дэв в шоке уставилось на него.

– Что?! – Дэвид зло хихикнул, давая понять, что это была шутка. "Боже, я знала, что придется заплатить за то, что я его уволила". – Не делай так больше, черт возьми. Мое сердце этого не выдержит. Я поверила тебе.

– Часть относительно платья была правдой.

– Христос.

– Бэт говорит, что ты должна повидаться с мамочкой, Дьявол. Она злится.

Дэв вздохнула.

– Я знаю. И собираюсь прикусить язык, потому что однажды попаду на небеса для дочерей. Нас с Самантой обвенчал мировой судья. Я думала, мамочка нас просто убьет, когда мы объявили об этом.

Дэвид покачал головой, оперевшись локтями о колени, чтобы дать отдых спине.

– Я помню. О, Боже, я помню. Ты знаешь, она позвонила мне и пропесочила за то, что я позволил тебе это сделать. – Он фыркнул. – Можно подумать, я мог бы тебя остановить. Я оказался в аду на несколько лет из-за этого. – Мужчина расслабился, расползшись по стулу, и рассматривая идею о том, чтобы утащить его к себе. – А что с Лаурой?

– Государственная служба. Очевидно, она не чувствует себя удобно перед Министрами и Джудд просто дешевка.

Дэвид рассмеялся.

– Мамочка восполнит все упущенные возможности теперь, верно? Ты понимаешь, что это был бы цирк, даже если бы я не была Президентом.

– Просто говори себе, что это твоя последняя свадьба, и ты сможешь пройти через это.

Дэв на мгновение замерла и опустила глаза в пол.

– Я хочу. Видит Бог, я хочу этого. Но не могу, – спокойно признала она. – Я говорила это, когда выходила за Саманту.

Дэвид мысленно пнул себя.

– О, проклятье, Дэв. Мне так жаль. Я не хотел…

– Ничего. Все нормально. – Она замолчала, задаваясь вопросом, хочет ли она говорить об этом даже Дэвиду. – Я много думала о Саманте в последнее время.

– Это нормально.

– Возможно дело в том, что я стала старше. – Дэв размышляла вслух. – Или потому что я никогда не думала, что у меня будет кто-то после ее смерти. – Она медленно покачала головой и посмотрела на своего друга. – Это нечестно с моей стороны чувствовать, будто я люблю Лауру больше, чем я любила Сэм?

– Я так не думаю. – Дэвид успокоительно улыбнулся. – Я не думаю, что ты любишь, Лауру больше. Просто ее ты любишь по-другому. – "Она в большей степени равная для тебя, мой друг. Она бросает тебе вызов так, как Саманта никогда не могла".

– Наверное, – согласилась Дэв, желая верить в это также, как и Дэвид. "Просто по-другому", думала она. "Не больше и не меньше. О, Сэм".

– Итак, – Дэв хлопнула себя по коленям, избавляясь от плаксивых мыслей. У нее будет достаточно времени остаться с ними наедине вечером в постели. – Как думаешь, Бэт и Лаура хорошо проводят время с моей матерью? Думаю, послать их обоих было хорошей идеей.

– Точно. Когда ты последний раз говорила с Лаурой?

– Час назад. Примерно, когда маленькие предатели ложились спать.

Дэвид рассмеялся над этим эпитетом о детях, которые гораздо больше хотели поехать с Лаурой в штат Огайо, чем с ней в Шотландию. У них как раз были каникулы.

– Ты должна радоваться, что они так сильно любят Лауру.

Яркая улыбка осветила лицо Дэв.

– Я радуюсь. – Она была переполнена счастьем. – Ты понятия не имеешь, насколько хорошо видеть, как они ладят. – Дэв со смехом покачала головой. – Ты бы слышал, как на днях она пыталась объяснить Аарону о птичках и пчелках. Это было бесценно.

Дэвид нахмурился: разве он уже достаточно взрослый для этого?

– Почему она это сделала?

– Он спросил, – просто ответила Дэв. Она встала, скинула ботинки и пошла к столу с кофейником. – Мы обедали, и вдруг неожиданно Аарон спросил, сколько у нас с Лаурой будет детей после того, как мы поженимся.

Глаза Дэвида удивленно расширились.

– Не ЕСЛИ, а сколько.

– О, парень. – Дэвид присоединился к Дэв, наполняя свою кружку темной жидкостью. Затем они оба опустились на диван и вытянули ноги. – И что ты сказала? – Наконец заинтересованно спросил он.

– Я – ничего. Я была слишком занята смехом, появившимся при взгляде на лицо Лауры. Она же попыталась объяснить ему, что мы еще не уверены, что у нас будут дети. – Дэв глотнула кофе, задаваясь вопросом, действительно ли Лаура не хочет еще детей, или она так сказала только потому, что они не говорили об этом. – Тогда Аарон спросил, почему нет, и постепенно дошли до того вопроса.

Дэв поглаживал ручку своей кружки, обдумывая следующий вопрос. Он глубоко вздохнул.

– Дэв?

– М-м-м?

– Я задавался вопросом. – Он неловко поерзал, зная, что это было то, о чем они сознательно не говорили все эти годы. Но, начиная с покушения на Дэв, не проходило и дня, чтобы он не подумал об этом. – Когда вы с Лаурой поженитесь, что случится с опекой над детьми?

– Э-э-э? – Дэв посмотрела на него так, будто он был сумасшедшим.

– Нет. – Мужчина покачал головой, чувствуя себя невероятно неуклюжим. – Я хочу сказать, если с тобой что-то случиться… хотя не думаю, что так произойдет. Но если вдруг, Бэт и я должны были получить опеку. Теперь… – Он смотрел вдаль и задумчив грыз усы.

– Я не говорила с Лаурой об этом. Но она станет их матерью также, как и я. – Тон Дэв стал значительно более холодным. – И я, конечно, хотела бы, чтобы она получила опеку. Или вы с Бэт, если что-нибудь случится с нами обеими.

Дэвид избегал смотреть на нее.

– Я вижу.

Взгляд Дэв смягчился, она поставила чашку на стол.

– Дэвид…

– Все хорошо. – Он немного сердился на себя за этот вопрос. – Я просто задавался вопросом.

– Ты знаешь, я думаю, что вы с Бэт были бы замечательными родителями. Я знаю, что вы любите детей и готовы взять их, если понадобится. Но…

– Я знаю. – Дэвид отмахнулся от нее, не желая продолжать этот разговор. По крайней мере, не сегодня. Но он не мог не добавить: – Но у меня свой интерес. – Он взглянул на фото Лауры и детей, стоящее на столе и почувствовал зависть.

Дэв напряглась. Что происходит?

– Дэвид, ты хочешь рассказать детям?

– Нет! – Глаза Дэвида расширились, и он почти вскочил с дивана, когда понял, что был на грани обмана. – Нет, – повторил он, снова садясь. – У нас была договоренность, Дэвлин. И я собираюсь ее придерживаться. – Неосознанно он сильно сдавил кружку. – Если не будет медицинской необходимости, мы не скажем детям, что я – их… отец, донор, без разницы. Быть дядей Дэвидом достаточно для меня. Просто мы с Бэт не хотим потерять их из наших жизней.

Дэв немного расслабилась, хотя напряжение еще висело в воздухе. Она укоризненно посмотрела на Дэвида.

– Ты прекрасно это знаешь, Дэвид. Я тоже держу свои обещания. Ты никогда не окажешься вне их жизней. Независимо ни от чего.

– А что Лаура думает об этом? – Он, наконец, повернулся к Дэв.

Женщина глупо моргнула.

– Я… ну… я не знаю.

– Э?

– Она не знает, что ты – отец.

– Черт, Дэв! – Дэвид чуть не пролили кофе. – Ты спятила?

Дэв нахмурилась.

– К слову не пришлось. И мы договаривались, что все останется между нами. – Она начинала злиться. – Боже, пока ты не заговорил, я годами об этом не вспоминала, Дэвид. Кроме того, все случилось раньше, чем я познакомилась с Лаурой. Она любит детей. Уверенна, она признает эту договоренность логичной, – твердо ответила Дэв.

– Я уверен, она решит, что ты не доверяла ей достаточно, чтобы сказать об этом. – Поправил Дэвид. – Саманта терпела это, позволяя тебе решать, что важно, а что – нет, и принимать решения самой. Но с Лаурой это не пройдет.

– Я совсем не это имела в виду, ты знаешь. – Дэв закатила глаза. Он зашел слишком далеко. Но теперь, она немного волновалась о том, какой будет реакция Лауры. – В конечном итоге, Мы поговорим об этом, и решим все в частном порядке.

Дэвид решил не спорить. Некоторое время они молчали, давая друг другу возможность остыть. Дэвид задумчиво крутил в руках чашку, вспоминая.

– Ты помнишь, какой был первый вопрос Бэт?

– Ты имеешь в виду, когда мы с Самантой сказали, что хотим, чтобы ты был донором? – Она, расслабившись, развалилась на диване.

Дэвид кивнул.

– Да, этот.

Дэв опустила голову на спинку дивана и посмотрела в потолок. Без сомнения, и это ей тоже придется объяснить Лауре.

– Она хотела знать, собираемся ли мы спать вместе.

Дэвид улыбнулся, вспоминая тот интернсивный и заполненный эмоциями ночной разговор.

– И, конечно, разговор перешел на тему твоего так называемого 'бунтарского периода', когда ты специально для этого достала себе мотоцикл.

– Я никогда не была особо хороша в непослушании, – с сожалением уступила Дэв.

– Нет, – Дэвид улыбнулся этим воспоминаниям, – не была. Если не считать твои отношения с женщинами, ты всегда играла по правилам, Дьявол.

– И эти правил меняются. – Гордость в ее голосе нельзя было не заметить. В одном единственном поколении так многое изменилось в отношении публики к гомосексуалистам. И она знала, что, в значительной степени, это благодаря таким людям как она, которые живут своей жизнью, слушая свои сердца и воплощая свои мечты в реальность, несмотря на предубеждения общества.

– Когда ты приехала на мотоцикле, Бэт решила, что ты спятила. А затем ты озвучила свою просьбу о пожертвовании спермы.

– Я была удивлена тогда, что она не попыталась вызвать санитаров. Я до смерти боялась ехать на этой проклятой штуке, но не могла признать этого перед Самантой. Я была молодой и глупой. – Задумчивая улыбка сделала ее моложе. – Но я знала, что хочу семью. И эти маленькие штучки хорошо хранятся в морозильнике. – Дэв толкнула мужчину плечом, и он рассмеялся.

– Думаю, она всегда считала довольно странной идею о том, что у меня могут быть дети от двух других женщин. – Дэвид глотнул кофе, решив, что не стоит говорить о том, что они с Бэт несколько раз за прошедшие годы пытались завести детей. Некоторые вещи слишком личные даже для самого близкого друга. – Она была там, когда Крис родился, и все сомнения исчезли. Я хочу сказать, она любит Эшли со дня ее рождения, но когда она стала первым человеком, который держал малыша на руках… я могу сделать тебе дюжину детей, и ее это волновать не будет.

Дэв разгладила складки на своих брюках.

– Я не могла быть там, чтобы первой взять его на руки. И я рада, что это была Бэт. Она многое сделала для меня и Саманты той ночью.

Стук в дверь прервал их разговор.

– Войдите.

Лиза зашла в офис, пытаясь сдержать зевок. Было уже почти восемь часов вечера.

– Майкл Оакс хочет видеть вас, мадам Президент.

Дэв и Дэвид обменялись несчастными взглядами.

– Спасибо, Лиза. Пожалуйста, скажи ему, пусть войдет.

– Да, мадам. – Лиза повернулась, чтобы выйти.

– И, Лиза?

Секретарь замерла и обернулась, внимательно слушая Дэв.

– Мадам?

– Иди домой.

На сей раз, она не спорила.

– Спасибо, мадам Президент. Доброй ночи. И вам доброй ночи, мистер МакМиллиан.

– Доброй ночи, – хором ответили Дэв и Дэвид.

Лиза махнула Майклу Оаксу, и он вошел в офис, закрыв за собой дверь прежде чем поздороваться. Молодой, честолюбивый и отвратительно хороший в своей работе социальный секретарь Майкл Оакс был одним из наименее популярных людей из штата Дэв.

– Мадам Президент, Дэвид, добрый вечер. – Он мгновение колебался, прежде чем произнести имя. – Страйер должна была послать мне факсом список гостей, которых нужно пригласить на свадьбу, и она все еще этого не сделала.

Дэв пришлось прикусить губу, чтобы не снять с него голову за такое отношение к Лауре. Просто-напросто, ее возлюбленная и Майкл ненавидели друг друга, и даже Президент не могла ничего сделать с непрерывной войной между ними. Дэв решила, что он был ужасно докучливым и напыщенным типом. И эти качества плохо соединялись с Лаурой… или с кем бы то ни было еще, кто вынужден противостоять этому высокомерному человеку.

– Майк, – Дэв называла его Майком потому что это раздражало его также, как и ее раздражало его отношение к Лауре, – она в штате Огайо еще только два дня. Эта поездка – большей частью каникулы. Дай ей перерыв, ладно? Кроме того, моя мать не подготовила еще даже первый проектный список, и я держу пари на 50 долларов, что она все еще добавляет новых гостей.

Майкл почесал голову жестом, который Дэвид и Дэв давно уже знали как 'расстроен до глубины души'. Они оба подавили усмешки.

Молодой человек горестно вздохнул.

– Мадам, но мне действительно нужно это сообщение.

Дэв закатила глаза.

– Во-первых, это – не сообщение. Это – список гостей на нашу свадьбу. И мне важно решить, кто будет там в этот важный день моей жизни. Я не собираюсь торопиться в том, что касается такого вопроса. Во-вторых, – она встала и медленно подошла в Оаксу, всем своим видом выражая предупреждение, – ты будешь называть будущую Первую Леди мисс Страйер, если она не позволит тебе называть ее иначе. Это понятно?

– Не думаю, что ЛАУРА это ему позволит. А ты, Дэв? – Беспечно спросил Дэвид.

– Нет. Я тоже так не думаю. Ты получишь список тогда, когда ты его получишь.

Майкл пожал плечами и переступил с ноги на ногу. И когда Президент поймет, что он лучше разбирается в этих вопросах? Оставить решение относительно таких важных деталей на ее мамочку и эту чертову невесту значит получить бедствие.

– Мадам, вы не понимаете…

Прежде чем он успел сказать что-то еще, Дэвид встал с дивана.

– Извини меня, Майкл. Какую часть фразы 'ты получишь список тогда, когда ты его получишь' ты не понял?

Майкл с трудом поборол желание отойти на пару шагов назад.

– Сэр?

– Заявление Президент было кристально ясно.

Майкл внутренне вздохнул. Он был человеком, который верил в свою правоту. И он решил, что не собирается уступать. Его назначение на должность три года назад тогдашним еще губернатором штата Огайо было политической благосклонностью. Но иногда быть Республиканцем в партии Эмансипации, которая была весьма Демократической, было выше его сил. Майкл чувствовал себя благородным сеньором среди либеральных крестьян.

– Мне жаль, Дэвид, – начал Майкл. – Но у нас не так много времени на подготовку к свадьбе, чтобы можно было использовать его так легкомысленно…

Дэвид схватил Майкла за рукав его безупречного серого пиджака и потащил к двери. Дэв успела обойти их и заблаговременно открыть дверь. Она боялась, что Дэвид выкинет молодого человека из офиса, не обеспокоившись этой незначительной деталью. И что на него нашло этим вечером?

– Вон. Пошел! – Он отпустил рукав Майкла и подтолкнул его к выходу.

Дэвид показал на молодого человека, сообщив Джейн:

– Если он попытается вернуться, Служба Безопасности может стрелять. Президент будет занята весь остаток дня.

Джейн кивнула и послала Майклу злой взгляд перед тем, как жестом показать ему, чтобы покинул помещение, так как тот оставался на месте, разглаживая рукав своего пиджака.

"У этого парня неприятности", подумала Джейн, поднимаясь и выключая настольную лампу. Дверь в канцелярию Президент захлопнулась, и секретарь задавалась вопросом, что же так взволновало обычно приятного Дэвида МакМиллиана.

– Мартовские иды наступают, – пророчески заявила она, доставая из шкафа пальто и направляясь к выходу из темной комнаты.

Вторник, 10 марта 2022 года

Дэв, подняв бровь, наблюдала, как ее отец готовится ударить по мячу. Она повернулась к Дэвиду со злым выражением лица, на что тот решительно помотал головой. Ее усмешка стала еще более широкой, и мужчина замотал головой более отчаянно.

– Нет. – Тихо сказал он.

В тот момент, когда Фрэнк ударял по мячу, Дэв громко вздохнула. Шарик прокатился в пяти сантиметрах от лунки и отец повернулся к ней, чтобы послать дочери убийственный взгляд.

– Нехорошо, Дьявол.

– Я ничего не сделала, – возразила она, поднимая руки в оправдании.

– Конечно, проворчал Фрэнк, отодвигаясь, чтобы Дэвид мог выполнить свой удар.

– Эй, не обвиняй меня, если ты плохо играешь, – Дэв схватила бутылку воды с golf cart и сделала большой глоток. – Я просто стояла здесь и вела себя непосредственно.

Прим. переводчика. Golf cart – небольшой электромобильчик, на котором игроки разъезжают по полю для гольфа и перевозят клюшки

– Ну, да, – его голос источал сарказм. – Знаешь, по моим вычислениям, ты примерно на 30 ударов превышаешь пар.

– Успокойся, – Дэв выглядела ошеломленной тем, что он подняла такую тему. – Не понимаю, зачем ты меня сюда вытащил. Ты знаешь – я не очень хороший игрок.

– Ты не можешь быть хорошей во всем, милая, – Фрэнк улыбнулся, когда Дэв нахмурилась. – Это делает тебя настоящей.

– Ад, я не хорош в большом количестве вещей, – пробормотал Дэвид, доставая свой шарик из лузы. – Стоит только спросить Бэт.

Дэв подошла к своему шарику, который был еще на этой стороне поля, и несколько секунд оценивала удар, который, безусловно, все равной ей не удастся.

Когда она ударяла по мячу, Фрэнк громко спросил:

– Так когда вы с Лаурой планируете детей?

Шарик полетел в сторону от лужайки для гольфа и покатился вниз по склону.

– Черт. – Она посмотрела на отца. – Что? Ты говори с Аароном?

– Конечно. Он – мой любимый внук. – Укоризненно напомнил Фрэнк. – Наряду с Кристофером – моим другим любимым внуком.

Дэв раздраженно засунула липкий шар в карман.

– Я не буду бить снова. – Она подошла к машинке и села на место.

Фрэнк хихикнул, опускаясь на сидение рядом с ней.

– Будь осторожней, Дэв. А то у Прессы появится фото дующегося Президента.

– Мне все равно, – ответила она, скрестив руки на груди, и радуясь только потому, что Первого Министра здесь нет, и он не видит ее позора. Конечно, это будет во всех утренних газетах. Она внутренне застонала.

Дэвид и Фрэнк разразились смехом. Машинка поехала к следующей лунке впереди мини-каравана из Прессы и агентов Секретной Службы, находящихся вне пределов слышимости.

Дэв покосилась на отца.

– Почему ты это спросил?

– Это вполне логичный вопрос, Дьявол. Я знаю, ты всегда хотела много детей. И я не знал, что это изменилось.

Дэв с преувеличенным интересом рассматривала свою клюшку.

– Да, ну, в общем, я не уверена, что Лаура хочет много детей. Думаю, она считает, что три – уже много.

Дэвид неловко поерзал на сидении, желая оказаться где-нибудь подальше.

– Вы не говорили об этом, – голос Фрэнка был скорее удивленным, чем ругающим.

– Нет. – Дэв начала очищать клюшку от налипшей грязи. "Следующим вопросом будет 'почему нет, Дэвлин'?".

– Почему нет, Дэвлин?

Дэв резко посмотрела на него и раздражение было ясно написано на ее лице. Затем она оглянулась на Дэвида, который молча натянул кепку на глаза.

– Папа, иногда, когда ты кого-то любишь, приходится смириться с тем, что есть.

– Вздор. – Он серьезно смотрел на дочь. – Ты никогда не знаешь, пока не спросишь. Не припомню, чтобы мы с матерью учили тебя бежать от трудностей.

– Папа… – Предупредила она.

– Нет, выслушай меня, Дьявол. Ты не будешь Президентом вечно; в конечном счете, ты вернешься к, по крайней мере, наполовину частной жизни. Почему ты должна отказаться от вещей, о которых всегда мечтала, только из-за свадьбы с Лаурой?

– Потому что это – равноправное товарищество, папа.

– Не читай мне лекций о товариществах, юная леди. Я женат уже 42 года.

– Да, сэр, – немедленно раскаялась Дэв.

Фрэнк вздохнул и потрепал Дэв по плечу.

– Я не хочу подталкивать тебя, милая. Мне просто неприятно видеть, как ты отказываешься от того, что было важно для тебя, даже не попытавшись этого добиться.

Дэв сопротивлялась желанию закатить глаза.

– У нас трое детей. Я уверена, что для Лауры это – много.

– Или ты боишься того, что она может ответить на этот вопрос?

Дэв застонала.

– Вцепился, как собака в кость.

Фрэнк зарычал, и Дэвид хихикнул.

– Боже, – она спрятала лицо в ладонях. – Кто-нибудь говорил тебе, что ты – болен?

– Да. Несколько раз, – ответил она, останавливая автомобиль, чтобы посмотреть на дочь. – Я почти потерял тебя в прошлом году. Все что я мог делать – это сидеть и смотреть, как ты поправляешься. Я наблюдал за тобой. Я наблюдал за Лаурой. И я видел как вы двое верите друг другу. Как она волнуется о тебе. И я смотрел на моих внуков. – Он с трудом сглотнул и взял ее за руку. – Смерть Сэм была достаточно трудна для всех нас. Но потерять тебя… – Он замолчал и покачал головой. – Просто поговори с Лаурой. Я хочу, чтобы у вас обеих было в жизни все, чего вы хотите, милая.

Дэв кивнула, начиная понимать, о чем он говорит.

– Я поговорю с ней, папа. Обещаю. Но никаких гарантий.

– Конечно, нет. – Он тряхнул головой, прогоняя прочь неприятные мысли. – Решение остановиться на тех трех замечательных внуках, которые у меня есть сейчас – это одно дело. Но пусть это будет решение, которое примете вы обе. Окажи Лауре достаточно доверия, включив ее мнение в решение этого вопроса. – Она нажал на педаль газа, и машина снова поехала вперед. Воздух был свежим и прохладным, с ароматом мокрой травы. – Кроме того, я думаю, что у Лауры будут действительно симпатичные дети.

– Эй, а как же я? – Делано оскорбилась Дэв. – У меня тоже довольно симпатичные дети, знаешь ли.

– Да. – Дэвид выпрямился, решив, наконец, присоединиться к беседе. – Но ты слишком высокая на мой вкус, Дэв. И еще долго потребуется ждать 'изменений'.

Дэв схватила кепку, которая дополняла наряд ее отца, состоящий из синих штанов в зеленую клетку и розовой рубашки, и ударила ей Дэвида, не волнуясь о том, что репортеры наверняка безостановочно щелкают фотоаппаратами.

– Ты и так уже уволен.

Дэвид схватил кепку и усмехнулся.

– Так что в этом нового? – Он аккуратно поместил кепку обратно на голову Фрэнка. – Боюсь, что ты окажешься перед необходимостью добиться большего успеха, чем раньше.

Машинка остановилась, и они выбрались на поле. Фрэнк сжал плечо Дэв.

– Знаю, это звучит так, будто я вмешиваюсь, пытаясь навязать тебе то, что не удалось мне.

– Ничего, папа, все хорошо, правда. – Дэв знала, что отец хотел больше детей, но роды у матери были сложными, и врачи предупредили, что вторая попытка может стоить ей жизни.

– Действительно ли ты счастлива, Дьявол? – На самом деле, ответ был очевиден, но он считал своей отцовской обязанностью время от времени задавать этот вопрос.

Дэв засияла.

– Ты понятия не имеешь, насколько.

– Твой старик может вставить еще одно замечание?

– Я могу тебя остановить?

– Нет.

– Валяй.

– У меня есть идея на сей счет, потому что когда я смотрю на вас с Лаурой и вижу, как ты смотришь на нее, – он слегка покраснел, ненадолго замолчав, – также, как и я смотрю на твою маму даже после всех этих лет.

– Все настолько плохо, да? – Глаза Дэв счастливо мерцали.

– Хоть лопатой греби.

– Хорошо.

Фрэнк подмигнул ей и повернулся к полю, где их терпеливо ожидал Дэвид.

– Продолжим, мадам Президент?

– Конечно, я могу справиться с другими пятью оскорбительными лунками. – Дэв наклонилась и поцеловала отца в щеку. Она улыбнулась, чувствуя как знакомый с детства запах щекочет нос.

Пока они шли к полю, Дэв посмотрела в сторону сборища Прессы и помахала им рукой. Щелчки затворов фотоаппаратов заставили ее на мгновение задрожать.

– Я рада, что моя способность быть Президентом не вредит моей неспособности играть в гольф. – Она оперлась на клюшку, стоя бок о бок с Фрэнком, неумышленно создавая замечательную картину для снимков, в то время как Дэвид собирался ударить по шарику.