Первая леди

Четверг, 30 июня 2022 года

Дэв мерила шагами комнату, она остановилась, взъерошив руками волосы, затем снова начала шагать. Незадолго до того она приказала всем сотрудникам, кроме Дэвида, покинуть дом. Они сводили ее с ума. Обычно спокойная и уверенная, сейчас высокая женщина адски нервничала и даже не могла найти в себе сил, чтобы скрыть это.

Дэвлин не видела Лауру все утро, ее живот скрутился в узел, погода стала мерзкой… И она была уверена – главным образом потому, что Майкл Оакс сказал ей, что никакая косметика не скроет темные круги под глазами.

Ночь для нее была заполнена беспокойными снами, ни один из которых она не помнила.

– Готова поспорить, что ты спала как бревно, Лаура, – пробормотала она, ревнуя к своей возлюбленной, которая никогда, кажется, не возражала против того, чтобы спать отдельно. Дэвлин никогда не любила спать одна, и она не могла сосчитать ночей, когда прокрадывалась в комнату родителей, чтобы улечься между ними. Улыбка коснулась ее губ при этом воспоминании.

Дэв поправила колготки, проклиная эту ужасную деталь туалета, и шлепнулась на стул возле окна в своей детской спальне. Успокаивающе-синие тона этих стен всегда хорошо действовали на ее нервы. Вздрогнув, Дэв вспомнила, что после того, как она привела Саманту домой, она полностью прекратила останавливаться в этой комнате, променяв ее на ту, в которой была кровать королевского размера.

Но здесь все было так же, как она и помнила. Экстра-длинная кровать в углу. Карты мира и фотографии экзотических мест, которые она мечтала посетить, развешанные на стенах комнаты, фотографии ее родителей и кузенов аккуратно расставленные на подоконнике. Полки заполнены книгами с вкраплением трофеев, которые она получила за свою спортивную карьеру в средней школе. Даже запах тот же самый, похожий на земляничный свечи, которые очень ей нравились в подростковом возрасте, смешанный со слабым намеком на Brasso, которым она полировала бюст орла, стоящий на столе. Она слабо улыбнулась статуэтке, за которой ее мать любовно ухаживала все эти годы.

На секунду Дэв задумалась над тем, почему она не забрала с собой эти сокровища детства, уезжая далеко от дома. Она коснулась пальцами прохладного металла. Ответ прибыл с удивительной скоростью. Все это принадлежало этому месту, так же, как и она. Дэв кивнула сама себе. Ей нравилось то, что она знала – здесь ее всегда ждут, если ей это понадобится.

Дэв заглянула за занавески, с любопытством наблюдая за поставщиками провизии, делающими все возможное, чтобы избежать жира, капель дождя и агентов Секретной Службы, которые стояли внутри и снаружи большого тента, немного покачивающегося от ветра. Она сглотнула, поклявшись убить Майкла Оакса, если тент, который был его идеей, свалится посреди церемонии. Черт, возможно, она убьет его в любом случае, просто для забавы.

Потворствуя этой мысли, Дэв злобно улыбнулась.

Сверху грянул гром, и Дэв посмотрела в небо.

– Пожалуйста, не дай торнадо унести наш свадебный тент. – Отчасти это было шуткой, но когда ей тут же ответил новый еще более громкий взрыв грома, ее глаза расширились. Дэв начала думать обо всем том, что могло пойти не так, и ее сердце начало быстро биться. Торопливо она отбарабанила список обещаний в обмен на то, что все пройдет гладко, включающий вечную преданность ее семейству, Конституции и всему остальному, что она считала священным, закончив сердечным: – И пожааалуйст, не дай мне облажаться перед всеми. Снова. Аминь. – Отец все еще дразнил ее из-за той речи, которую Дэв сказала на окончании средней школы, несмотря на тот факт, что она стала совершенным и харизматичным общественным спикером за эти годы.

Она слишком нервничала, чтобы просто сидеть тут и ничего не делать, ожидая, пока принесут ее платье. Пожав плечами, она вышла за дверь в халате. Остановившись у перил второго этажа, Дэв смотрела, как одетые в смокинги Дэвид и ее отец пьют кофе, сидя у окна на кухне.

– О-о-о… – Благодарно выдохнула она, почувствовав бодрящий аромат. – И они не позвали меня? – Затянув пояс халата, Дэв начала спускаться по лестнице. Ее волосы были аккуратно уложены, глянцевой волной спускаясь по спине.

– Поосторожней там, юная леди, – мягко упрекнул ее Фрэнк, наблюдая, как Дэв сбегает по лестнице, полная энергией, несмотря на недостаток сна этой ночью. – Последний раз, когда ты так делала, ты подвернула лодыжку. – Он поднял бровь. – Кроме того, разве ты не должна одеваться?

Дэв нахмурилась.

– Моего платья все еще нет. Мама должна принести его. Похоже, она все еще с Лаурой. – Дэвлин схватила запястье Дэвида и посмотрела на часы. – Я начинаю волноваться; свадьба должна начаться через час. – Она огляделась. – А где дети? – Тут она услышала смех, визги и топот ног из соседней комнаты, и закатила глаза. – Не бери в голову. – Дэв подождала две секунды, прежде чем закричать: – Я отправлю вас в школу-интернат в Антартике, если вы не успокоитесь!

Дети захихикали в ответ на знакомую и бессмысленную угрозу, но все же успокоились.

Дэвид налил Дэв кофе.

– Твое платье скоро будет здесь, Дэв. Просто сядь и расслабься. – Он пододвинул к ней сахар и сливки. – Я помню время, когда ты пила черный.

Дэв накладывала себе сахар.

– Лаура не пила кофе в таких количествах, пока не познакомилась со мной, и она любит именно такой. Я стала использовать больше сливок, и теперь мы можем пить кофе друг друга без того, чтобы начать плеваться.

Дэвид усмехнулся и сделал быстрое движение запястьем, симулируя удар хлыстом.

Дэв сузила глаза.

– Какая-то проблема?

– Просто это ТАК ужасно мило, – поддразнил Дэвид.

Дэв подняла бровь.

– И это говорит человек, который пользуется зубной щеткой своей жены.

– Дэвид, – покосился на него Фрэнк, – как врач я утверждаю, что это – отвратительно.

У Дэвида челюсть отвисла.

– Один раз! Я использовал зубную щетку Бэт только один раз, когда во время похода моя потерялась, и с тех пор никто не позволяет мне забыть об этом.

Дэв улыбнулась, наблюдая смущение ее Руководителя штата. Было гораздо приятнее сосредоточится на нем, а не на своих нервах.

– И как долго Бэт заставляла тебя спать на кушетке за это?

Дэвид открыл рот, чтобы ответить.

– Ну…

– Хватит пустой болтовни, – угрюмо прервала его Дэв. – Я НЕ женюсь в халате. – Она посмотрела на Дэвида, внезапно почувствовав себя немного неуверенной. Возможно, ей стоило уделять больше внимания планированию свадьбы. – Правда, ведь?

Дэвид удивленно моргнул.

– Конечно, нет!

– Тогда, где мое проклятое платье?

– Разве ты его не видела? – Спросил Фрэнк.

Дэв коротко мотнула головой.

– Они только брали размеры, – она сузила глаза, – дюжину раз. Но я никогда его не видела. – Она с паникой посмотрела на Дэвида. – А что если проектировщик забыл об этом и теперь боится признаться?

С преувеличенным вздохом, Дэвид достал сотовый телефон и набрал номер. Закончив разговор, он положил трубку на стол.

– Оно уже в пути. Твоя мать принесет его, как только позаботится об одном особенном госте. – Высокий мужчина пожал плечами.

Дэв хихикнула.

– С каких это пор тетушка Мирти – особенная? На последней свадьбе, на которую ее приглашали, кто-то сказал ей, что надо кидать в новобрачных рис – так эта сумасшедшая карга кинула целый мешок в невесту, и та потеряла сознание. Свадебная вечеринка закончилась в больнице, в ожидании, пока моя кузина придет в себя.

Дэвид только посмотрел на Дэвлин.

– Это правдивая история? – Недоверчиво спросил он.

Фрэнк вздохнул.

– Жаль говорить, но это правда. Тетушка Мирти – один из моих наиболее интересных родственников.

– Полагаю, это ответ на мой вопрос, – пробормотал Дэвид, отпивая кофе. – Я удостоверюсь, что агенты проверят ее. Так или иначе, согласно информации от агента Такера, твоя мать будет здесь через три минуты.

Дэв испустила вздох облегчения. Она не хотела опоздать на собственную свадьбу.

– Между прочим, – сказал Дэвид, – сейчас эта зона закрыта для полетов. – Раздался удар грома. – Не то чтобы бульварные газетенки рискнули бы своими вертолетами в такую погоду. Благодаря этому, у тебя будет почти нормальная свадьба.

– Слава Богу, – Дэв резко опустилась на стул. Она снова посмотрела на часы Дэвида, ей не хватало Лизы с ее электронным органайзером. – Три минуты еще не прошли? Я хочу видеть платье, которое стоило мне…

– Гм. – Фрэнк послал дочери взгляд.

Дэв покраснела.

– Прости, папа. – Она опустила глаза на чашку с кофе. – Которое стоило ТЕБЕ целое состояние.

Фрэнк слегка улыбнулся ей.

– Дьявол, неужели ты, правда, думаешь, что со всеми людьми, включая твою маму, которые работали, чтобы сделать этот день успешным, что-то может пойти не так?

Плечи Дэв опустились.

– Я знаю, папа. Но я так сильно люблю Лауру. И я хочу, чтобы это было совершенным для нее. И всегда кажется, что что-то пойдет не так, как надо в день вашей свадьбы. И…

– Ни слова больше, – предупредил Фрэнк, прижимая ладонь к губам Дэвлин. – Давай не будет предоставлять свадебным гремлинам никаких идей, ладно?

– Хороший план, – пробормотала Дэв.

Дверь открылась и вошла Джанет с огромным саквояжем. На ней был сливочного цвета костюм. Она облизала губы и перевела дыхание перед тем, как обратиться к Дэв.

– Теперь, милая…

– О, мой Бог. О, мой Бог. – Дэв вскочила со стула. – Это плохо. Ты начинаешь разговор с этих слов, только если дело плохо. – Она обратила свои широко распахнутые глаза на Дэвида, который не сделал ничего, чтобы успокоить ее.

– Очень плохо… – С готовностью согласился он.

– В чем дело? – Нетерпеливо спросил Фрэнк, вставая из-за стола и поправляя галстук-"бабочку" прежде чем направиться к супруге.

Джанет закрыла глаза и опустила саквояж на стол. Затем она отошла на пару шагов назад, как будто в сумке была взрывчатка. Инстинктивно каждый в комнате повторил ее действия

Дэв, открыв рот, смотрела на черный саквояж.

– О, Боже. О, Боже. – Оцепенело повторяла она

– Ты это уже говорила.

– Заткнись, Дэвид, или ты оденешь то, что находится в этом мешке.

Более угрожающего голоса он от Дэв никогда не слышал, и рыжеволосый мужчина обернулся, чтобы оценить искренность слов своего босса. Нервно сглотнув, он снова посмотрела на мешок.

– О, мой Бог. О, мой Бог.

– Да ладно вам, – разумно сказал Фрэнк. – Насколько плохо это может быть?

Три пары глаз скептически смотрели на него.

– В самом деле, – упорствовал мужчина. – Конечно, ты видела его и до этого утра, Джанет. Ты…

– Нет, – быстро ответила Джанет. – Этот проклятый дизайнер стал таким чувствительным, когда я хотела посмотреть. С ним случился припадок и он начал плакать. ПЛАКАТЬ!

– Настоящие слезы? – Удивленно спросил Фрэнк.

– Богом клянусь, – ответила Джанет, заламывая руки. – Нужно было еще так много сделать, и Майкл уверил меня, что Дьявол все одобрила. Но…

– Хватит! – Простонала Дэв. – Ты заглядывала в саквояж?

Джанет несчастно кивнула, ее нижняя губа начала дрожать, хотя Дэв и не могла сказать от смеха или от слез.

– Пощади Бог мою несчастную душу.

– Где ликер? – Громко спросил Дэвид, оглядываясь в поисках холодильника. – Мне нужно выпить.

– Дэв схватила его за отвороты пиджака.

– О, нет, ты не уйдешь. Ты откроешь этот мешок и покажешь мне, что я буду носить в самый прекрасный день моей жизни.

– Улыбнешься? – Сказал Дэвид, пытаясь спасти немного хорошего настроения.

– Только если убью кого-нибудь.

– Открой мешок, Фрэнк, – сказал Дэвид, быстро отходя от Дэвлин на максимально возможное расстояние. "Где Бэт, когда она так нужна?" Она могла бы заняться Дэв, и дать ему возможность скрыться за спинами Секретной Службы.

– Ради всего святого! Да что с вами НЕ ТАК, люди? Это – просто платье. – Фрэнк быстро расстегнул молнию и вытащил платье из мешка, не тратя время на то, чтобы разглядеть его. – Вот. – Его голос слегка дрожал. – Смотрите.

Некоторое время никто не мог сказать ни слова.

– Прах побери! – Воскликнул Фрэнк, резко отпустив платье.

Джанет пыталась придумать что-нибудь, что заставит Дэвлин чувствовать себя лучше.

– Ну, это… м… розовое и… э…

– Воздушное, – подсказал Дэвид. – Действительно удивительное антигравитационно-воздушное.

– Матерь Божья! – Глаза Дэв были размером с блюдце. Она не была уверена, разрыдаться или начать смеяться. Возможно, и то, и то. – Нет! – Она отодвинулась от платья, будто оно было чумным саваном. – Стойте. – Внезапно она остановилась. – Вы же не думаете, что я одену это, не так ли? – Она обнадеживающе посмотрела на мать, которая не посмела встретиться с ней взглядом. – Я ПРОСТО НЕ ВЕРЮ ЭТОМУ! Никоим образом! Нет! Я не одену этого на свою свадьбу. Я буду похожа на волшебную крестную Золушки… спятившую!

– Но мне нравятся эти большие гибкие цветы на рукавах, – добавил Дэвид, бледно улыбнувшись в ответ на убийственный взгляд Дэв. – Они напоминают те штуки, которые кладут на пол ванны, чтобы не поскользнуться. Только те – в моем доме – выглядят лучше.

– Я это не одену, – объявила Дэв, поднимая подбородок. – Ни за что. – Она покачала пальцем перед носом матери. – И ты меня не заставишь. Мне все равно, что это потребовало 29 часов работы. Нет. Нет. Нет.

– Милая, – успокаивала Джанет. – Свадьба начнется через двадцать минут. Полагаю, ты можешь надеть штаны, в которых приехала. Или решиться, и надеть это платье в стиле… м-м-м… каком-то, я уверена. – Но сомнение в ее голосе было слишком явным. – Так или иначе, у нас нет времени, чтобы найти что-то другое. Ты слишком высокая, чтобы взять что-нибудь из моих вещей.

– Возможно, это не я слишком высокая, – многозначительно сказала Дэв, – а ты – слишком низкая. Ой! – Она не была достаточно быстрой, чтобы уйти от щипка матери.

Дэв начала загибать пальцы.

– Джинсы. Спальный костюм. Мои трусы. Трусы ДЭВИДА. Голая задницы. ВСЕ – лучший выбор, чем это платье!

– Дэвлин, – начал Дэвид, глубоко вздохнув и надеясь, что его страховка покроет возможный ущерб, – Тоби Ягасаки – самый известный дизайнер Японии и кузен императора. Сам император звонил, чтобы сказать, какая честь для его семейства и всей нации, что ты выбрала именно его. В следующем месяце у нас торговые переговоры с Токио. Если ты не наденешь это платье… ну, мне неприятно это говорить, но это может стать роковым шагом.

Именно в этот момент Эшли, Кристофер и Аарон ворвались в комнату. Мальчики были в крошечных смокингах, их волосы были приглажены назад, а щеки разгорелись от игры. На Эшли было бледно-желтое платье, на фоне которого выделялись черные волосы, убранные так же, как и у ее матери.

На секунду, Дэвлин забыла о платье и улыбнулась детям, ее пристальный взгляд был заполнен гордостью.

– Вы выглядите прекрасно, – мягко сказала она.

– Спасибо, мамочка, – ответила Эшли.

– Это твое платье? – Спросил Кристофер, широко открыв глаза.

Дэв сделала каменное лицо.

– Да.

– Ух-ты, – громко сказал Аарон. – Красивое.

– Самое прекрасное, мамочка, – сердечно согласилась Эшли. – Не могу дождаться, чтобы увидеть тебя в нем. Лаура будет так счастлива.

– Ты ведь оденешь его, правда, мамочка? – Спросил Кристофер, дотрагиваясь до ткани; несколько взрослых сказали ему, что все уже готово к церемонии. – Оно такое, как ты и обещала. Я знал, что ты сдержишь обещание!

Дэв закрыла лицо руками и тихо застонала, признавая поражение, и молясь, чтобы Лауре больше повезло с платьем.

* * *

– Прекрати ругаться.

– И не подумаю. – Лицо Лауры было – само отвращение. Они с Дэвлин не виделись со вчерашнего дня, она одевалась в хижине. – Бэт, нет ни малейшей возможности на этой зеленой земле, что я одену подобное чудовище. Ни малейшей.

– Это выглядит не так плохо, как кажется. – Бэт вздрогнула, понимая, что ее ложь была довольно жалкой.

– Черта с два. Я предпочла бы пойти голой. И не оправдывайся торговыми переговорами с Японией. В моем случае это не сработает. Так или иначе, я предпочитаю покупать американские товары. И я видела господина Ягасаки, крутящегося тут. На нем был Армани. И его одежда, – она указала на себя, – не был такой яркой ослепительной отвратительно фиолетовой!

Бэт удалось сдержать усмешку. В основном.

– Это мог быть Армани, но на нем все еще были ярко-зеленые шлепанцы.

– Заткнись.

– Вы с Дэв сказали 'никакого белого', – напомнила Бэт, опираясь плечом о шкаф. Она была одета в хорошо скроенный брючный костюм кофейного цвета, и впервые радовалась, что весит килограмм на 18 больше Лауры, которая с завистью поглядывала на ее одежду.

Лаура с трудом подняла заключенный в фиолетовые рукава руки, чтобы потереть пульсирующие виски.

– Мы не хотели белый потому, что обе состояли в браке прежде. А не потому, что я хотела походить на ШЛЮХУ сегодня.

– Ты не походишь на шлюху.

Лаура молча посмотрела на Бэт.

– Ну, разве что немного.

– Сука-янки.

Бэт вспыхнула смехом. Ей нравилось, как это произносит Лаура, с ее мягким южным акцентом.

– Хорошо, это не совсем ложь. Это – самая отвратительная вещь, которую я когда-либо видела.

– Конечно, – разумно сказала Лаура, – ведь Майкл Оакс сделал это для меня, чертов ублюдок. Я должна была догадаться, что она выкинет что-нибудь подобное. Хотя не думала, что у него хватит на это духа из-за Дэвлин. – Ее голос стал задумчивым. – Держу пари, она выглядит ошеломительно.

Бэт закатила глаза.

– Как всегда.

– Да, – рассмеялась Лаура, чувствуя благодарность за это, – как всегда.

– Не думаю, что Майкл сделал это нарочно, Лаура. – Бэт не очень нравилось защищать этого раздражающего человека. Но в данном случае это была просто дань вежливости. – Ты видела вручение Оскаров в этом году? Там были два платья, похожих на это.

Лаура всплеснула руками в воздухе.

– На шлюхах!

Бэт наморщила лоб.

– Иисус, Лаура. Ух. Они не были НАСТОЯЩИМИ шлюхами. Они просто играли их в фильмах.

– Ты ВИДЕЛА эти фильмы? Это были их костюмы!

Бэт не смогла сдержать смешок.

– Боже, я ненавижу тебя.

– И кто может тебя обвинять?

Лаура уперла руку в бедро, обвела другой рукой свой наряд и умоляюще посмотрела на Бэт.

– Ты бы это надела?

Платье было без бретелек и с очень низким декольте, с перьями, закрывающими грудь. Оно облегало тело подобно второй коже, коже ящерицы, если точнее, и достигало пола, с разрезом до середины бедра, тоже прикрытым перьями.

Бэт прикусила нижнюю губу.

– Не рискнула бы.

Лаура кивнула.

– Тогда помоги мне выбраться из него. Кажется, у меня есть юбка в мешке в главном доме. Это лучше, чем джинсы. Дэвлин поймет.

Бэт оттолкнулась от шкафа и замерла на середине шага, когда раздался стук в дверь.

Пристальный взгляд Лауры мог бы прожечь отверстие в двери.

– Если это Майкл Оакс или этот проклятый дизайнер из ада, скажи им – пусть убираются.

– Ого, – Бэт решила, что лучше добраться до двери, прежде чем Лаура сама это сделает. – Кто там? – Осторожно спросила она, покосившись на блондинку.

– Это мы! – Счастливо закричали дети Марлоу.

– И бабушка, – добавила Эшли.

– Впусти нас, Бэт, – попросил Кристофер. – Мы хотим видеть симпатичное платье Лауры и цветы.

Энтузиазм в его голосе заставил Бэт улыбнуться. Бывали моменты, когда мальчики, но особенно Кристофер, настоятельно напоминали ей более молодые версии некого рыжего красавца, в которого она влюбилась в колледже.

– Да! – Присоединились Аарон и Эшли. Агенты Секретной Службы, которые стояли перед хижиной под большими зонтиками, уже сказали им о том, чего ожидать в этот день. И дети так разволновались, что чуть не теряли сознание. Они собирались отвести Лауру к алтарю, так как тут не будет никого из ее семьи, чтобы сделать это.

Прежде чем Лаура успела ответить, Бэт открыла дверь, и дети с бабушкой ввалились в комнату. Они все остановились перед блондинкой, уставившись на нее.

Джанет старалась не рассмеяться, но она не могла остановить слезы, которые струились по щекам от этого усилия. Бэт взглянула на Джанет, которая почти билась в конвульсиях от усилий, и обе женщины не смогли справиться с истерическим смехом.

Лаура стояла, прямая как шомпол, представляя себе убийство их обеих.

– О, Лаура! – Воскликнула Эшли, которая подошла к ней и протянула руку, чтобы прикоснуться к перьям. Но так и не решилась дотронуться до самой красивой вещи, которую когда-либо видела. – Ты похожа на кинозвезду!

– Да. Фиолетовый! – Воскликнул Кристофер, чьи синие глаза светились явным восхищением. – Ничего себе! Это платье – лучшее!

– А как насчет мамочки? – Спросил Аарон, пихнув брата в бок. – Оно тоже хорошее!

– Я знаю! – Крис нахмурился и не ударил Аарона только потому, что Джанет встала между ними.

– Это действительно невероятно, – сказала Эшли Лауре с трепетом в голосе.

Лаура растаяла от искренности ребенка.

– А ты не думаешь, что это выглядит немного… м-м-м… диким? – Спросил она девочку, мысленно скрестив пальцы.

Эшли замотала головой.

– О, да, это невероятно. – Карие глаза были широко открыты от удивления. – Ты должна ДЕЙСТВИТЕЛЬНО любить мамочку, если собираешься носить что-то столь красивое на свадьбе.

Лаура закрыла глаза и застонала. "Черт. Черт. Черт".

– Это нечестно, Эшли, – тихо пробормотала она. – Совсем нечестно! – Лаура резко опустила плечи.

Бэт вытерла лицо, надеясь, что слезы не размазали косметику.

– Я так понимаю, что ты будешь носить это 'создание'?

Лаура посмотрела на детей, так искренне глядящих на нее. И вздохнула.

– Да, – простонала она сквозь сжатые зубы. – Я буду носить это. – "Мнение этих детей значит гораздо больше, чем когда-либо сможет значить мнение кучи незнакомцев. Я только надеюсь, что Дэвлин простит меня. Если она засмеется… хотя бы раз – никакого секса да… ну, пока у меня не появятся рога. Проклятье, но для этого не понадобится много времени! Какое же наказание тогда выбрать?" – мысленно переживала она, проклиная тот факт, что у Дэвлин самые великолепные бедра, которые она когда-либо видела.

– Хорошо, – Джанет подняла подбородок, пытаясь оставаться спокойной. Она подошла к Лауре и тепло поцеловала блондинку в щеку. – Это была самая приятная вещь, которую я когда-либо видела. Ты – совершенная мать для моих внуков, Лаура Страйер. И я нежно люблю тебя.

У Лауры слезы навернулись на глаза.

– Я тоже люблю тебя, мамочка, – ее голос немного сломался на последнем слове, и даже у Бэт защипало глаза.

Джанет кивнула и сглотнула.

– Время для свадьбы, – прошептала она.

Живот Лауры затрепетал от этих слов.

– Ты готова? – Спросила Бэт, поднимая маленький букетик и вручая его Аарону.

– Нет, – выпалила Лауры, широко распахнув глаза, когда она вспомнила, что должно произойти. Она была больше чем готова жениться на Дэвлин. Но сам процесс заставлял ее нервничать.

Джанет и Бэт снова рассмеялись.

– Тогда ты готова. – Джанет погладила Лауру по руке. – Дэвлин ничего не скажет о платье. – Ее глаза мерцали. – Я гарантирую это. Кроме того, с этим тяжелым началом, что еще может пойти не так?

Раздался раскат грома.

Лаура зажала рукой рот Джанет.

– Даже не спрашивай.

* * *

Через пятнадцать минут Лаура была готова направиться к тенту. Она открыла дверь спальни, и с удивлением обнаружила, что в домике почти никого нет.

– Я опоздала? – Взволнованно спросила она Бэт, спускаясь по ступенькам.

– Нет. Ты как раз вовремя.

Джанет остановилась возле лестницы, пытаясь не смотреть на платье Лауры, чтобы снова не рассмеяться.

– Есть член семьи, который хочет поговорить с тобой перед свадьбой. Ты не против?

– Должно быть это любимица Дэв – тетушка Мирти. Мирти Джеймс. Она сумасшедшая как длинный день и интересная как ад. – Прошептала Бэт Лауре. – И она любит Дэвлин.

Лаура кивнула.

– Конечно, – сказала она Джанет. – Если у нас есть время, я бы хотела встретиться с кем-то, кто близок Дэвлин. – Она посмотрела на запястье, прежде чем вспомнить, что согласно инструкциям мистера Ягасаки, на ней не было никаких драгоценностей или часов. Лаура закатила глаза.

– У тебя есть время. Я проверила. – Джанет указала в сторону кухни. – Там. Мы подождем, пока вы закончите.

Бэт встала рядом с Джанет.

Лаура странно посмотрела на них, но направилась к кухне. Она, как предполагалось, должна была встретиться со старой одинокой женщиной, одетая так, будто сбежала из борделя на Среднем Западе?

– Хоорошооо, – в замешательстве произнесла она, растягивая слова.

Писательница открыла дверь и начала говорить еще до того, как вошла.

– Привет, миссис Джеймс, я…

Ее ноги приросли к полу, а челюсть отвисла.

– Я думаю, что знаю, кто ты.

Лаура должна была сглотнуть несколько раз, прежде чем смогла заговорить.

– Папа?

Он встал из-за маленького деревянного столика и одернул пиджак.

– Не узнала меня в новом костюме, полагаю. – Он нервно пригладил отворот пиджака. – Или с моей новой прической.

Лаура сделала несколько шагов вперед, не слыша собственных мыслей из-за стука сердца.

– Что… – Она прочистила горло. – Что ты тут делаешь?

– Ну, – Говард Страйер смотрел ей в глаза и чувствовал, что смелость покидает его. – Черт.

Лаура моргнула.

– Я… хм… думаю, мне нужно больше информации, чтобы разобраться с этим, папа, – мягко поддразнила она, пытаясь понять, что произошло.

Говард кивнул и поднял подбородок.

– У меня был посетитель через день после того, как ты покинула Нэшвилль. Кажется, мать Президента хотела передать мне собственное мнение.

– Что? – Задохнулась Лаура. – Я не говорила ей делать это. Я хочу сказать…

– Я знаю это, – спокойно ответил Говард. – Не думаю, что кто-нибудь когда-нибудь в жизни мог сказать что-то этой болтливой женщине. – Он, извиняясь, поднял руку. – После того, как я послал ее к черту, и она ответила мне тем же, ну, в общем, мы немного поговорили. Я все еще не уверен в том, как это произошло.

– Вы говорили? – Лаура все еще не могла поверить в это.

– Всю ночь, – подтвердил он. Говард перевел дыхание. – Кажется, я немного запутался во всем этом.

– Да, ну? – Речь Лаура была немного невнятной. Она очень боялась, что если скажет что-то не то, отец развернется и уйдет прочь.

Мужчина кивнул и засунул руки в карманы брюк.

– Очень.

Лаура покачала головой, все еще чувствуя себя ошеломленной.

– Хочешь сказать, что теперь у тебя нет с этим проблем? – Она поясняюще взмахнула рукой. – Со мной и Дэвлин и…

– Нет. – Его голос был тверд. – Мне это все еще НЕ нравится. Я не верю, что две женщины или двое мужчин могут жениться, намного меньше… ну, они не должны быть больше, чем друзьями. Предполагается, что так. – Он потоптался на месте, понимая, что Лаура впитывает каждое его слово. Взгляд ее был Говарду незнаком, и он понял, что впервые в жизни захватил внимание дочери. – Мое мнение не изменилось ни на йоту. Не то, чтобы Джанет Марлоу не старалась это сделать.

Лаура подняла бровь и почувствовала, как у нее скрутило живот.

– Тогда почему?..

– Джанет напомнила мне, что я не должен одобрять то, что ты делаешь. Или даже понимать тебя. – Он поднял бровь. – Я этого и не делаю… Не понимаю, то есть. – Говард нервно переминался с ноги на ногу. – Похоже, что она тоже не сильно желала, чтобы жизнь ее дочери повернула в направления, в котором вы сейчас идете.

Лаура моргнула. "Нет?"

– Но она справилась с этим.

Лаура слегка улыбнулась.

– О, да.

Говард пристально посмотрел на дочь.

– Мне напомнили, что важная часть того, чтобы быть отцом состоит в том, чтобы не пытаться научить тебя принимать правильные решения в жизни. – Он дернул плечом. – А любить тебя независимо от этих решений. – Произнеся это, мужчина почувствовал себя немного глупо из-за этой речи, он слегка покраснел. В автомобиле это звучало намного лучше.

Грудь Лауры сдавило.

– И, – он опустил глаза, решив, что молчание Лауры – плохой признак, – это большее, что я могу сделать, Лаури. После этих разговоров и… – он дернул уголком рта, – кучи воплей. Я решил приехать на эту государственную свадьбу в штат Огайо. Я… хм… надеюсь, ты не возражаешь. – Он поднял полные слез глаза и подошел вперед, чтобы встать прямо перед дочерью. – Твоя мама хотела бы этого, – эмоционально прошептал он. – Мне только потребовалось время, чтобы понять это.

– О, папа, – Лаура шагнула к нему и обняла отца, спрятав лицо у него на груди. Она чувствовала запах его одеколона и тепло сильных рук, и слезы сами потекли из глаз на его воротник. Сердце блондинки угрожало выпрыгнуть из груди, и она чувствовала, что его сердце бьется так же сильно. Лаура мысленно поблагодарила Джанет за этот бесценный свадебный подарок. – Я люблю тебя.

Говарду потребовалась секунды, чтобы вернуть объятие, но он вложил в это всю душ.

– Я… Я… – Он прочистил горло. – Я тоже люблю тебя, милая. – Различия между ними никуда не исчезли, как и все те годы безразличия, которые всегда будут лежать между ними. Его одобрения и даже истинное принятие могло быть безумно далеко, но в этот день Говард Страйер неохотно последовал совету незнакомки. Он разрешил себе вспомнить, что не всегда может быть 'завтра', чтобы сделать все правильно, и что если у него есть шанс быть там для его дочери, то это не его обязанность, а его ПРИВИЛЕГИЯ.

Через несколько секунд он мягко отодвинул Лауру от себя. Говард рассматривал платье, и седые брови исчезли под светлой челкой, все еще немного влажной от дождя.

– Славное платье.

Две пары одинаковых серых глаз встретились… Лаура и ее отец делали то, чего они не делали вместе уже дольше, чем Лаура могла сосчитать…

Они смеялись.

* * *

Дэвид и Дэвлин вошли в хижину. Дэвид снял легкий плащ с плеч Дэв, и встряхнул его, чтобы избавить от капель дождя.

Дэвлин посмотрела на свою мать, затем на дверь кухни.

– Это сработало? – Прошептала она.

Джанет самодовольно усмехнулась и кивнула.

– У него место в заднем ряду. Он не согласился участвовать в церемонии или остаться на прием, но он – здесь, и это – маленькое чудо. – Она вздохнула и покачала головой. – Он упрямый, Дэвлин. Тебе будет нелегко.

– Я знаю, – серьезно ответила Дэвлин. – Но у меня есть время, чтобы поработать над этим, и я хочу этого для Лауры. Она сказала, что это не имеет значения. Но…

– Но ты знаешь, что это не так, – закончила за нее Джанет, стирая каплю дождя со щеки дочери. – Я думаю, что ты была права. – Она нежно погладила щеку, которую только что вытерла. – Пойди наверх, в твою комнату. У меня есть сюрприз и для тебя тоже.

Дэв недоуменно моргнула.

– Да ну? Разве это не может подождать до конца свадьбы, мам? – Почему никто не спешит. С тех пор, как она стала Президентом, ее жизнь всегда просто летела вперед, а теперь все вдруг решили расслабиться? Да что не так с этими людьми? – Я должна идти к алтарю через десять минут!

– Нет, конечно, это не может подождать. – Выражение лица Джанет стало строгим. – Я прошла через много неприятностей для этого, Дэвлин Одесса Марлоу. Ты не смеешь…

– Ладно, ладно! – Дэв, сдаваясь подняла руки. – Видит Бог, я не хочу расстраивать тебя в день МОЕЙ свадьбы, – саркастически пробормотала она.

– Точно, – ответила Джанет без следа раскаяния в голосе. – У тебя есть шанс быть Высшим Повелителем Вселенной с твоей семьей, Дьявол. Не лишай меня моего. А теперь иди. Лаура выйдет из кухни в любую минуту, и я не хочу, чтобы ты видела ее. – Она попыталась не рассмеяться. – НА САМОМ ДЕЛЕ, ты не хочешь ее видеть.

– Глупое суеверие, – застонала Дэв, медленно поднимаясь по лестнице. Ее платье было настолько широким, что занимало весь проем. – Глупое, проклятое Богом, ужасное платье… почему это не мог быть брючный костюм из ада? Тогда, по крайней мере, не понадобились бы колготки.

Джанет и Дэвид, наблюдая ее подъем, злобно улыбнулись. Это было слишком весело. Фрэнк и дети вошли в заднюю дверь в сопровождении двух агентов Секретной Службы с зонтиками, когда Говард Страйер показался из кухни. Он заметил Президента, поднимающуюся по лестнице, и наморщился при виде отвращения и замешательства на ее лице.

– Что не так с детьми сегодня? – Спросил он Джанет.

– Это – очень хороший вопрос, Говард. Жаль, но у меня нет ответа. – Джанет повернулась в его сторону.

– Познакомьтесь с моим мужем, Фрэнком.

Фрэнк выступил вперед, и мужчины обменялись рукопожатиями.

Затем Говард вышел из передней двери в сопровождении агента, который должен был провести его через КПП, которые 'просеивали' остальных гостей.

Лаура вышла в гостиную, вытирая мокрые щеки. Взглянув на нее, Дэвид и Фрэнк побледнели.

– Ничего не говорите, – предупредила Лаура. Она пригладила особенно непослушное перо, которое, казалось, вырастало прямо из левого соска. – Ни слова. Ни единого слова!

Дэвид начал трястись.

– Я этого не выдержу, – трогательно простонал он, пытаясь не рассмеяться. Вены на его шее вздулись, и он выглядел так, будто сейчас порвется по швам.

Взглянув на мужа, Бэт застонала от смеха.

Лаура двинулась в сторону своего Руководителя штата, намереваясь придушить ее на месте, но Фрэнк мягко перехватил ее.

– У меня есть сюрприз для тебя, – прошептал он.

– Только не это, – серьезно сказала Лаура, выглядывая из-за его плеча, чтобы впиться взглядом в Дэвида и Бэт. – Я не переживу еще один.

Фрэнк улыбнулся.

– О, этот тебе понравится. – Он наклонился и тихо зашептал: – Этот длинноволосый дизайнер, мистер Ягасаки, наверху. Он надеялся, что ты сможешь заглянуть и сказать ему, что думаешь о платье, перед свадьбой.

Глаза Лауры сверкнули злым ликованием.

– Так и сказал?

– О, да, – кивнул Фрэнк, – я ответил ему, что ты обязательно зайдешь.

Лаура облизнулась. Эта мысль была такой соблазнительной.

– Но у меня есть время? – Прошептала она, молясь, чтобы это было так.

– Сколько может длиться кровавое убийство? – Серьезно спросил Фрэнк.

Лаура поджала губы, немного удивленная таким ответом с самой неожиданной стороны. Но в ней бушевало слишком много эмоций, чтобы задумываться над этим.

– Две минуты максимум. И я спущусь.

Она начала подниматься по лестнице, проклиная это платье, которое не давало ей идти так быстро, как она хотела.

Все, находящиеся в комнате, наблюдали за ней с разной степенью недоверия и хорошего юмора, не совсем веря в то, насколько хорошим собирается быть этот день.

* * *

Лаура резко распахнула дверь спальни.

– Ладно, ты. Что это, черт возьми, такое? – Она показала на свое платье.

Дэвлин вскочила с кровати.

– Лаура?

– Дэвлин?

Женщины, удивлено моргая, стояли друг напротив друга.

– О, прах побери! – Пробормотала Лаура. – Твое платье такое же плохое, как и мое! – На ее лице появилась гримаса – смесь недоверия и отвращения. – Как такое возможно?

– Я не знаю, – воздохнула Дэвлин, закрывая глаза, чтобы не видеть этот ужас. – Ты всегда красива, Лаура. Но сейчас ты выглядишь НЕЛЕПО, – категорически заявила она. – Почему ты одета как девица легкого поведения?

– Чтоб я знала!

Неохотно, Дэвлин снова посмотрела на свою невесту… и вздрогнула.

– На себя посмотри, мадам Президент, – кисло сказала Лаура.

– Гребаный дизайнер и Майкл Оакс, – прорычала Дэв, сжимая кулаки, – они умрут!

Лаура тихо рассмеялась.

– Похоже на план. – Она обошла Дэвлин вокруг, отступила на шаг, чтобы лучше видеть и фыркнула. – Как ты могла согласиться надеть это? Ты… которая является…

– …Идиоткой?

– Я хотела сказать Президентом.

– О, – Дэвлин покачала головой. – Я надела это из-за детей. – Ее голос стал благочестивым. – И ради торговых соглашений и американских автомобилестроителей. – Она сделала паузу и нахмурилась. – Если я отступлю снова и потеряю из-за этого Мичиган, я сойду с ума.

– Это не займет много времени.

Дэв игнорировала комментарий Лауры, проведя пальцем по ткани, закрывающей живот блондинки. Писательница хлопнула ее по руке.

– А как ты на такое пошла?

– По той же причине, что и ты. – Робко признала Лаура. – Ну, не считая автомобилестроителей; пусть сами с этим разбираются. Но когда дети сказали, что мое платье такое красивое… Иисус, Дэвлин, – она драматически закатила глаза, – я не смогла их разочаровать.

– Ты одела это ради НИХ? – Просипела Дэв. "Как может что-то столь глупое почти заставить меня плакать?" – Ничего себе. Это удивительно. – Она мягко взяла руку Лауры в свою. Дэв нежно поцеловала кончики пальцев, и сжала ладонь.

Лаура сосредоточилась на близости Дэвлин, и этого было более чем достаточно, чтобы у нее закружилась голова.

– Да? – Рассеяно спросила она. На щеках Лауры появился румянец, когда она утонула в синих глазах, глядящих на нее со всепоглощающей нежностью.

Улыбка появилась на губах Дэвлин.

– Ты замечательная, ты знаешь это?

– Вы сама любезность сегодня, мадам Президент. – Мечтательно вздохнула Лаура. – У меня создается впечатление, что вы находите меня очаровательной.

Улыбка Дэв стала более обаятельной. Она никогда не слышала ничего более правдивого.

– Представь себе. – Она была почти полностью захвачена стремлением испытать на вкус эти коралловые губы, которые послали ей красивую улыбку.

Лаура пила взгляд, полный необузданного желания. Она немедленно отреагировала на сигнал, поднявшись на цыпочки, чтобы встретится с губами Дэв в жгучем поцелуе.

Президент тихо застонала.

– У нас достаточно времени? – Прошептала она, не отрываясь от губ Лауры. Затем Дэв провела костяшками пальцев по щеку Лауры, и начала исследовать лицо блондинки легкими поцелуями, полностью забыв о своем вопросе.

Лаура медленно выдохнула, ее глаза, затрепетав, закрылись от этого приятного, удивительно эротического контакта.

– Боже, Дэвлин, – она тяжело дышала. – Кого это волнует?

* * *

– Думаешь, они уже голые? – Тихо спросила Дэвида Бэт.

Он взглянул на часы.

– Нет. На это нужно, по крайней мере, пять минут. – Дэвид посмотрел на Фрэнка, который разговаривал с женой, пока дети хвастались костюмами перед мистером Ягасаки, который только что вошел в комнату. – Пора?

Джанет и Фрэнк синхронно кивнули. Мужчина почесал свою седую бороду.

– Еще чуть дольше и мы рискуем столкнуться с ужасно смущающей ситуацией.

– А мы бы этого не хотели. – С сарказмом заметила Бэт, заставляя Дэвида хихикать. – Ничего смущающего для Президента и ее Первой Леди.

– Это было бы неприлично, – торжественно сказал Дэвид.

Взрослые и дети разделили дьявольские улыбки и смех.

* * *

Тоби Ягасаки постучал в дверь спальни, нервно поправив пиджак и пригладив глянцево-черные волосы дрожащей рукой.

– Убирайтесь, – пробормотала Дэвлин между поцелуями, чувствуя как пальцы Лауры зарываются в волосы. – Президент ушла.

Снова стук. На сей раз, ответила Лаура.

– Мы не выйдем. Скажите священнику, что свадьба будет… м-м-м, Дэвлин… ах… через половину, м-м-м… нет, через час.

Дизайнер улыбнулся. Все, как ему и говорили. Абсолютно влюблены друг в друга. Третий удар по двери, и невысокий мужчина выпрямил спину, услышав приближение громких шагов.

Дэвлин распахнула дверь. Ее волосы были слегка взъерошены, а платье серьезно перекошено.

– Что?

– Могу я войти, мадам Президент?

Внезапно узнав мужчину, Дэвлин отошла назад, освободив ему проход. На секунду она задумалась, убьет ли его Лаура… до того, как у нее самой будет шанс.

– Пожалуйста, – Дэвлин отошла еще на пару шагов, – входите. – Затем она отдвинулась в сторону, чтобы Лаура могла разглядеть за ее огромным платьем их посетителя. Она услышала рычание за спиной и почувствовала жалость к дизайнеру. Затем Дэв заметила свое отражение в его очках с розовыми стеклами. И ее жалость тут же испарилась.

– Вы! – Обвинила Лаура, сердито направив на него палец. – Вы… вы…

– В больших неприятностях, – закончила Дэвлин.

У него резко повысилось сердцебиение.

– Постойте, пожалуйста. Прежде чем вы сделаете… что-нибудь. – Ягасаки пытался не бормотать, зная, что с его акцентом его английский практически невозможно понять, когда он так поступает. Но, к ужасу японца, удача отвернулась от него. – У меня есть кое-что для… для вас. И кое-что, чтобы сказать, – торопливо добавил он, быстро отступая в прихожую. Через несколько секунд он вернулся с двумя тяжелыми саквояжами. – Они – для вас, мадам Президент и мисс Страйер. – Он снова поклонился.

Дэвлин и Лаура переглянулись.

– Еще платья? – Спросила Дэвлин.

– Сделанные вами? – Лаура осторожно посмотрела на мужчину.

Он гордо кивнул.

– Нет, спасибо. Это уже было.

Губы мистера Ягасаки задрожали.

– Нет, нет, пожалуйста. Я ручаюсь, что эти вам гораздо больше понравятся. – Он аккуратно расположил мешки на кровати, стеганое одеяло на которой было смято. Ему с трудом удалось не покраснеть, поняв значение этого.

– Если вы хотите что-то сказать нам, Ягасаки-сан, лучше сделать это прямо сейчас, – предупредила Дэвлин. Она скрестила руки на груди.

Глаза японца расширились, он почувствовал окутывающий его страх.

– Мне сказали, что американцы оценят хорошую настоящую шутку. – Дизайнер сделал паузу, с интересом наблюдая, как Дэвлин и Лаура почти потеряли сознание. Затем он улыбнулся. Он доживет до завтра. – Теперь я вижу, что мне сказали правду. – Он снова поклонился. – Это была большая честь для меня, работать с вами, мисс Страйер, и вашей матерью, мадам Президент. Я искренне надеюсь, что вы будете наслаждаться вашими НАСТОЯЩИМИ платьями. – Ягасаки посмотрел на мешки. – У вас есть много времени, чтобы одеться и… ну, у вас много времени. В действительности свадьба должна начаться через полтора часа. – Японец перевел дыхание, чувствуя облегчение от того, что его часть в этом плане завершена. – Вы извините меня?

Дэв и Лаура разинув рты смотрели на него.

Мужчина не двигался.

– Вы извините меня? – Повторил он немного громче, снова начиная волноваться. Японец думал, что уже прошел через самую опасную часть. Теперь он уже не был так уверен.

Дэвлин первой пришла в себя.

– Да. Конечно, пожалуйста, не стесняйтесь уйти, Ягасаки-сан, – быстро сказала она. Президент покачала головой, все еще будучи ошеломленной. – Спасибо. Полагаю.

Японец, кланяясь, отступал к двери, все еще не осмеливаясь повернуться спиной к этим женщинам. Он до сих пор чувствовал холод от тех взглядов, которыми его наградили, как только он вошел в дверь. Кроме того, его предупредили, чтобы он не поворачивался спиной к блондинке. И он не хотел рисковать.

– О, – сказал дизайнер, достигнув открытой двери. – Я должен был сказать вам еще что-то. – Он наморщил лоб, почесал подбородок, затем провел рукой по волосам. – Но, боюсь, я не понимаю эту часть вашего языка.

– Да? – Спросила Дэвлин.

– Ваши родители, мадам Президент, и Руководители ваших штатов хотели, чтобы я сказал… – Он широко улыбнулся, как и просил сделать Дэвид МакМиллиан в этот момент. – Попались. – С этими словами мужчина спешно ретировался.

Дэвлин и Лаура слышали бурю смеха с нижнего этажа.

Блондинка медленно моргнула и повернулась, чтобы встать перед своей возлюбленной.

– Твои ДЕТИ тоже участвовали в этом? Милые маленькие личики ЛГАЛИ мне? – Лаура удивленно распахнула глаза. – О, мой Бог, – сказала она с преувеличенной медлительностью. – С кем я связалась? Я не могу справиться с ними, а они даже еще не подростки! Вы все – чистое зло!

Дэв свалилась на кровать, отчего подол ее платья накрыл ее почти с головой.

– Фуф! – Она поправила эластичный материал. – Я не верю этому. – Дэв посмотрела в потолок, немного отодвинувшись, когда почувствовала, что Лаура ложится рядом. – Они сделали нас.

– О, они не просто сделали нас, Дэвлин. – Лаура тихо рассмеялась, наполовину с удивлением, наполовину со страхом. – Это была мать всех практических шуток. – Она усмехнулась своему легковерию. – Они ХОРОШО сделали нас.

Дэв не могла не улыбнуться в ответ.

– Знаешь, это странно, но я больше не волнуюсь из-за свадьбой. – Она повернулась лицом к Лауре, борясь со своим платьем и проклиная это ужасное сооружение. В конце концов, она оперлась на локоть, положила голову на ладонь и шумно выдохнула. – Фактически, я не могу дождаться, когда это произойдет, – решительно сказала она.

Лаура улыбнулась в ответ.

– Я чувствую то же самое, дорогая. И ты это знаешь. – Мерцающим взглядом она обвела платье своей возлюбленной. – Могу предложить некоторую помощь, чтобы выбраться из этого, мадам Президент. – Она намекающе изогнула бровь и придвинулась поближе к Дэвлин. – У нас еще полтора часа.

Улыбка Дэвлин стала еще шире.

Лаура проследила крошечные линии вокруг ее глаз и губ кончиками пальцев, наслаждаясь тихим моментом.

Дэв наклонила голову, прикоснувшись губами к ласкающей руке, целуя ладонь.

Лаура задрожала.

– Я всегда задавалась вопросом, на что это похоже – быть с вечерней леди, – вызывающе прокомментировала Дэвлин, прикасаясь губами к шее Лауры.

– Замолчи, Дэвлин, – рассмеялась блондинка. – Или у меня внезапно появится аллергия на эти цветы на твоих рукавах, и я заставлю тебя раздеться.

– Губительная мысль! – Марлоу посмотрела вниз на грудь Лауры и начала выщипывать перья из корсажа.

Лаура задохнулась, когда перья были удалены одно за другим, щекоча ее в очень чувствительных местах.

– О-о-о… Возможно, это платье не так уж и плохо, – сказала Дэвлин с более чем намеком на разврат в голосе.

– О, да, – простонала Лаура, вжимаясь в кровать и чувствуя туман, от которого ей совсем не хотелось избавляться.

– Знаешь, – прошептала Дэвлин между поцелуями, – это к несчастью – видеть невесту перед свадьбой.

Лауре потребовалось время, чтобы понять, что Дэвлин говорит с нею. Дэвлин, смутно вспомнила она, имела привычку что-то сбивчиво говорить в самые странные моменты. Она вздохнула, когда губы переместились на ее плечо, а зубы вонзились в кожу. Лаура неосознанно двинулась бедрами вперед, ища большего контакта с телом наверху.

– Может это и правда, – она задохнулась, когда губы Дэв двинулись ниже. – Но, так или иначе, я не могу представить… О, Боже. Что мы не ДЕЙСТВИТЕЛЬНО удачливы прямо сейчас.

Она почувствовала короткий смешок Дэв.

– Я тоже.

* * *

Лаура переминалась с ноги на ногу, ожидая реплики от безупречно одетого Майкла Оакса, который господствовал над церемонией подобно королю Туту, расхаживая взад-вперед у тыльной стороны тента. "Он злорадствует", подумала Лаура. "Но это только справедливо". Внутренняя часть тента выглядела изумительно. И, несмотря на шутку, от которой у них с Дэвлин чуть не случился коллективный сердечный приступ, похоже все должно было пройти без помех. Она наблюдала за детьми Марлоу, которые танцевали вокруг и болтали с гостями. Они так нервничали, что, Лаура была уверена, могли помчаться в ванную в любой момент. Внезапно ее посетила ужасная мысль, и блондинка мысленно исследовала свой собственный организм, радуясь, что последовала родительскому совету и посетила дамскую комнату, прежде чем выйти из хижины.

К огромному восхищению и облегчению Дэвлин и Лауры другие создания мистера Ягасаки были в стиле, которого никто не ожидал. Лаура провела пальцами по прекрасной серебристой вышивке, покрывающей бледно-зеленое в кельтском стиле свадебное платье, за которое любой с готовностью согласился бы умереть. Далекое от официоза, простое, но элегантное платье подсознательно заставляло Лауры держать спину прямо и высоко поднимать подбородок.

Плечи оставались обнаженными, а волосы были собраны в узел, хвастаясь стройной шеей и простой серебряной цепочкой. Дизайнер разрешил обойтись без фаты или даже шляпки, но настоял, что несколько цветов, воткнутых в волосы, будут совершенны.

Он был прав. Дэвлин забыла дышать, когда увидела Лауру полностью одетой.

Тент был хорошо освещен множеством высоких, обернутых лентой медовых свеч, запах которых смешивался с ароматом множества белых роз. Внутренняя часть тента была несколько темнее, чем ожидала Лаура. Порывы ветра заставляли дрожать стены тента.

Лаура видела Дэвлин у другой стены, стоящую между очень гордых родителей. Ее светлые глаза перемещались от человека к человеку, ожидая реплики, чтобы пойти вниз по проходу. Именно в этот момент, Дэвлин медленно развернулась, и женщины встретились взглядами, на долгий момент забыв обо всем на свете.

Платье Президента было не менее потрясающим. В том же кельтском стиле, но цвета теплого песка пустыни. Облегающая верхняя часть, юбка-крепп, свободные рукава, спускающиеся до запястья. Ее шлейф был чуть длиннее, чем у блондинки, а прекрасная удивительная вышивка, закрывающая лиф, была сделана бледно-золотой нитью.

Лаура восхищалась своей возлюбленной. Дэвлин выглядела воистину по-королевски. И Лаура была вынуждена поднять руку ко рту, чтобы убедиться, что он закрыт и из него не капает слюна. Она с благодарностью задавалась вопросом, когда же она стала столь удачливой, чтобы оказаться здесь… на грани получения всего, о чем она когда-либо мечтала… и даже того, о чем еще не имела представления? "Удивительно".

Ни одна из женщин не смогла удержаться от усмешки. Два сердца дико стучали в такт, но больше от нетерпения, чем от страха.

Это оно.

Равномерную барабанную дробь дождя по тенту прервал струнный квартет, расположенный у передней части тента. И она спускалась по проходу, не чувствуя под собой земли. Лаура остановилась рядом с Дэвлин, которая уверенно взяла ее за руку. Лаура перевела слегка дрожащее дыхание, чувствуя себя намного лучше в компании этой высокой женщины.

Дэв благодарно улыбнулась Лауре и прошептала:

– Рада встретить тебя здесь.

Лаура сжала руку Дэв, и улыбнулась.

– Не говори мне, что ты ожидала кого-нибудь другого? – Шепотом ответила она, пока родители и дети Дэв занимали свои места в первом ряду, рядом с Дэвидом, Бэт и священником.

Прошло несколько секунд тишины перед тем, как священник, дружелюбно выглядящий молодой человек, который, как подозревала Дэвлин, только недавно начал исполнять свои обязанности, посмотрел на свои заметки. "Или, возможно, это я становлюсь действительно, действительно старой", размышляла она, сделав мысленную заметку – спросить у матери, почему она выбрала именно этого бойскаута.

– Дорогие возлюбленные…

– Стойте!

Оркестр прекратил играть.

Сотня пар глаз обратились к тыльной стороне тента, остановившись на невысокой полной женщине с короткими седыми волосами.

Все члены семейства Дэвлин закрыли лаза и тихо застонали, Майкл Оакс упал на стул и выглядел так, будто был готов разрыдаться.

– Дэвлин? – Проговорила Лаура уголком рта, ее голос был на пределе слышимости.

– Помоги нам Бог. Это – тетушка Мирти, – объяснила она, желая натравить скучающего агента на старую женщину.

Мирти встала, сжимая свою огромную сумку. После того, как Секретная Служба обыскала ее, она отказалась отпускать сумку даже на секунду, боясь, что ее украдут.

– Что здесь происходит? – Спросила старушка, ясно испытывая смущение.

– Привет, тетя Мирти, – бодро ответил Аарон, – это – свадьба.

– Ш-ш-ш! – Одновременно зашипели на него Кристофер и Эшли. – Никаких разговоров, или мы не получим пирог позже!

Глаза Аарона широко распахнулись, и он зажал рот рукой. Тетушка Мирти должна разобраться с этим сама. Никто не встанет между ним и пирогом, высотой в 1,2 метра. Никто.

– Почему эти женщины одеты так, будто сейчас в палатку ворвется Робин Гуд и спасет их? – Мирти посмотрела на гостя, сидевшего рядом с ней, который, по чистой случайности оказался Говардом Страйером.

– Не спрашивайте меня, – защищаясь, ответил он. – Как будто я понимаю. Я – водопроводчик.

Джанет встала и быстро подошла к Мирти.

– Продолжайте, продолжайте, – сказала она, махнув священнику. – Не обращайте на нас внимания.

– Как вы можете продолжать без жениха? – Разумно спросила Мирти.

– Вы не единственная, кто задается этим вопросом, – пробормотал Говард.

– Мирти, – предупредила Джанет, думая о том, что Фрэнк был обязан предоставить ей список всех своих безумных родственников, прежде чем она согласилась выйти за него.

– Что, черт возьми, это за свадьба? – Продолжала Мирти, нисколько не волнуясь, что прервала церемонию. – Почему эта женщина стоит так близко к Дэвлин? Жених бросил бедную Дэвлин у алтаря? – Она обвела взглядом аудиторию в поисках этого труса, готовая поразить его своей сумкой.

– Тетя Мирти, – внезапно сказала Дэвлин, пытаясь собрать больше терпения, чем у нее было. Мирти никогда не могла разобраться с тем, кто такая Саманта, и почему она продолжает появляться на семейных торжествах. Узнав, что у нее тоже фамилия 'Марлоу', Мирти решила, что Джанет и Фрэнк тайно удочерили ее, и никто не мог убедить старушку в обратном. – НЕТ никакого мужчины, Мирти. Помнишь, мы говорили об этом раньше. – Она повернулась к Лауре. – Прости.

Блондинка только улыбнулась и пожала плечами. Не было необходимости объяснять южанину о сумасшедших родственниках. Этого следовало ожидать.

Мирти сделала кислое лицо и обратилась к Дэвлин, будто та была непослушным ребенком.

– Я всегда тебе говорила, что мужчины не терпят высоких болтливых женщин. – Она покачала скрюченным пальцем в сторону своей племянницы. – Теперь, смотри, что произошло! Тебя бросили у алтаря.

Лаура и Бэт громко фыркнули, не в силах больше сдерживаться.

Дэвлин подняла очи горе и жалобно застонала. Она обратилась к Богу.

– Это за то, что я тайно рассматривала подъем налогов, так ведь?

– Ты говоришь мне, чтобы я замолчала, Джанет Марлоу. – Пожаловалась Мирти, прервав общение Дэвлин с Богом. – Так-то ты обращаешься с гостями? Полчаса назад мне досаждал этот красивый молодой человек в черном костюме. – Она указала на агента Секретной Службы. – Он заставил меня открыть сумку!

Джанет с трудом боролось, чтобы не закатить глаза.

– Я знаю, Мирти. Я знаю, – успокаивала она.

– Думаешь, он одинок? – Искренне спросила Мирти. – Дэвлин останется старой девой, если мы не позаботимся об этом. Люди начнут говорить.

Большинство гостей рассмеялось, а священник выглядел таким взволнованным неожиданным прерыванием, что Дэвлин не была уверена, сможет ли он продолжить говорить, когда придет время. Она наклонилась, прижавшись губами к уху Лауры.

– Ты же не думала, что это будет нормальная свадьба?

Лаура рассмеялась.

– Ты все еще любила бы меня, если бы мы перескочили через пение, поэзию и молитвы и перешли сразу к клятвам и целованию? – В голосе Дэв имелся намек на просьбу.

Блондинка подняла бровь, но ее глаза выражали истинные чувства.

– Что ты задумала, Дэвлин? – Прошептала она в ответ.

Дэвлин перевела дыхание и обратилась к гостям.

– Ну, люди, несмотря на то, что, походе, меня бросили у алтаря… – она сделала паузу, пережидая волну смеха. – Мое сердце ЦЕЛО.

Напряженность в комнате тут же пропала, когда все поняли, что ни Дэвлин, ни Лаура не собираются накидываться на Мирти за вмешательство. Гости немного наклонились вперед на их местах, ожидая, что свадьба все же начнется. Все кроме Мирти, которая, в сопровождении двух агентов с большими зонтами, направлялась охотиться на неправедного жениха Дэв.

Обняла Лауру за талию, Дэвлин притянула ее поближе к себе.

– Хорошо, Преподобный. – Усмешка появилась на ее лице. Несмотря ни на что, это был лучший день в ее жизни. – Сделайте меня счастливейшей женщиной на земле. И, на сей раз, – ее голос стал чуть ниже, заставляя священника слегка испугано моргнуть, а гостей наклониться еще дальше вперед на их местах, – не останавливайтесь, пока она не будет моей во всех смыслах этого слова. – Она повернулась к Лауре, заглянула ей в глаза. У самой Дэвлин глаза искрились непролитыми слезами. – Навсегда.

Раздалось тихое 'ааааааааххх' от их друзей и семейства, отчего щеки Дэв слегка покраснели, но не было никакого сомнения в этих словах.

Блондинка смогла хрипло произнести клятву только после того, как немного справилась с охватившим ее от слов Дэвлин чувством.

Многими годами позже, в неформальной беседе, Лаура Страйер все еще вспоминала эти слова Дэв как самое романтичное признание, которое она когда-либо слышала. И все это было для нее.

Это не была совершенная свадьба, но это была их свадьба… и они хранили ее в сердцах.