Глава 11

Купер пружиной слетел с кровати. Он поверить не мог тому, что случилось. Кошмар какой — то. Хуже кошмара. Полнейшее унижение. Сексуальный апокалипсис.

Купер выскочил из спальни в коридор. Последний раз такое случилось с ним в шестнадцать. И надо же, чтоб из всех женщин рецидив произошел… с Пайпер Дав!

Он закрылся в ванной комнате. Кстати, ванной, которую они делили. Слава богу, не сейчас, потому что ему нужно побыть одному.

Заунывно прогудел противотуманный ревун. Купер включил свет, но не мог смотреть на себя. Ночевка в этом месте обернулась паршивой идеей.

Ванная комната была старомодной в духе всей остальной обстановки: с радиатором под окном и плоскостопой ванной, окруженной белой душевой шторой. Купер включил воду и кое — как втиснулся внутрь. Душевая насадка едва доходила до груди, а занавеска липла к телу, отчего он ощутил себя, словно на него напал гигантский кальмар.

— Ты тут воды кругом налил, — раздался ворчливый голос по другую сторону занавески.

— Выметайся отсюда!

— Я писать хочу. Не смотри.

— Очень надо.

Зашумел унитаз, и грудь Купера ошпарило кипятком. Он отпрыгнул и стукнулся о край ванной. Влажная занавеска теснее сомкнула свои щупальца. По другую сторону раздался смешок.

Вот что случается, когда ты нарушаешь план игры. Тебя бьют. Это она и сделала. Она побила его в его собственной игре.

Только душ вернулся к нормальной температуре, как она включила кран над раковиной, и еще одна порция горячей воды окатила Купера. И снова пришлось отскочить.

Преждевременная эякуляция. Одна только мысль заставляла морщиться. Он же выносливый спортсмен. Марафонец. Пловец на дальние дистанции. И выносливость — предмет его гордости. Эта женщина перевернула верх тормашками всю жизнь, разрушила, что могла. Вот чего не ожидал от нее, того не ожидал.

Купер включил холодную воду. Чтобы ледяной душ прочистил мозги.

Если только начнет мыслить как неудачник, то в него точно превратится, и никто уже не поможет Куперу Грэхему. Он должен найти разумное объяснение тому, что случилось, чтобы спасти самолюбие. Может, сказать ей, что у него проблемы со здоровьем? Неожиданный приступ простуды? Дала знать старая травма. Или стать презренным ублюдком и обвинить во всем ее? Сказать, что она была — что? — чересчур сексуальной, эта чертовка? Не время играть честно.

Купер схватил полотенце. Одно совершенно ясно. Он должен с ней встретиться лицом к лицу. Возможно, стоит в качестве предлога использовать горе. Может, и сработает. Он скажет, что получил известие о кончине дедушки. Откуда ей знать, что сукин сын умер двадцать лет назад. Идеальный предлог.

В спальне Пайпер не было. Дверь закрыта. Купер натянул джинсы и постучал. Когда никто не откликнулся, он дернул ручку, но дверь была на замке.

Так, значит, он переживает горе. Отлично, сойдет. Потерял любимого дедушку.

— Открой!

— Да не переживай так, — послышалось из — за двери. — Со всяким может случиться.

Она так великодушна в ореоле победы. О, твою мать, как милосердна. Если таким, как она, дать волю править миром, то мужчины просто вымрут.

— Да я не переживаю, — услышал Купер свой голос. — Это происходит сплошь и рядом.

Откуда это взялось, черт возьми?

— Серьезно? — спросила она. — С тобой?

Купер увязал все глубже.

— Черт, да.

В задницу умершего дедушку.

Пайпер рывком открыла дверь, сверкая глазами.

— И ты что, этим гордишься?

— Да как — то особо не задумывался.

Она была босиком, но снова натянула мерзкую футболку с «Медведями».

— Ты полный болван. Ты ведь в курсе?

Купер оперся на дверной косяк и оправдал ее худшие предчувствия.

— Тебе нужно помнить, Шерлок, что у всякого на моем месте не жизнь, а сплошной «шведский стол» по части женщин. Я могу делать, что хочу и когда хочу.

Губы ее еще хранили следы поцелуев, а васильковые глаза сверкали негодованием.

— Ты человек или персонаж из комиксов, явившийся мне в кошмарах?

Купер невольно нащупал идеальную защиту и продолжил в том же духе.

— Большинство женщин не возражают, а если и возражают…

Он пожал плечами.

Пайпер хлопнула себя по колену.

— В море много другой рыбы? Так, что ли?

Купер зевнул и потянулся.

— Ага. Наверно, мне должно быть стыдно.

— А тебе не стыдно?

— Все, что требуется от них, — сказать нет.

— От них дождешься.

— Кто их поймет, этих женщин?

Ему на благо Пайпер быстро смекала, и ее негодование начало превращаться в нечто, что стало походить на веселье. Куперу это совсем не понравилось, поэтому он высказался вслух:

— Освежи мне память, Шерлок. Я пропустил и не услышал твое «нет»?

Она выставила подбородок:

— Да не слышал ты «нет». Говорила же, что я известная пожирательница мужчин.

— Ты также утверждала, что покончила с ними.

— Но не говорила, как надолго. — И перед тем, как захлопнуть дверь перед его носом, выдала последний залп: — Спокойной ночи, Скорострел.

* * *

Пайпер проснулась от хлопанья фала по металлическому флагштоку за окном. Ночью чувство глубокого разочарования закопалось у нее внутри, и Пайпер изо всех сил пыталась его вытрясти. То, что Купер не довел дело до конца, может, и было для него унизительным, но обернулось ей даром небесным. Все и так зашло слишком далеко — куда уж дальше — и без этой близости.

О чем она только думала? Да вообще не думала. В том — то и проблема. Что — то в Купере Грэхеме вырубало Пайпер мозг. Одно было совершенно ясно: несмотря на их добродушное подшучивание, несмотря на его безусловную привлекательность, она не собирается пройти с ним этой же дорожкой, неважно, как было хорошо. Почти фантастично. Твердое напряженное тело под ее ладонями. Искусные руки, которые знали свое дело. Ее охватила дрожь.

Они едва перемолвились словом за завтраком из клубничных кексов, фриттаты с ветчиной и сыром, в которой Пайпер только поковырялась. Она с ужасом думала о часах, которые проведет с ним наедине в машине, и когда они покидали Ту — Харборс, накрутила себя, как катушка зажигания.

Вместо того, чтобы ругать себя за то, что случилось, стоит радоваться: заставила великого Грэхема Купера потерять самообладание. Однако Пайпер не чувствовала радости. Только надеялась, что он не станет обсуждать прошлую ночь, иначе ей придется использовать все свои хитроумные козыри, а она не была уверена, сколько у нее еще осталось в запасе.

Едва они проехали рудные грузовые доки, как Купер издал дьявольский смешок:

— Согласись, Шерлок. Как легко тебя поймать. Мне стоило лишь скинуть рубашку, и ты пропала.

Ну вот, опять двадцать пять. Снова соревнуются в шпильках.

— Верно, — якобы согласилась она. — Мужская грудь моя слабость. Серьезно, Купер, если ты еще больше накачаешься, то будешь чесать под мышками и лопать бананы.

— Предоставь мне побеспокоиться об этом, пока обдумываешь, как помочь с моей маленькой проблемой.

— Превосходная идея. Заткнись на следующие четыреста миль, тогда я смогу ее обмозговать.

Еще смешок. На том и закончилось, поскольку они больше не разговаривали.

* * *

Ему следовало бросить Пайпер на постель и сводить ее с ума, пока она не стала бы умолять его дойти до финишной прямой. Взамен он почувствовал себя чересчур униженным, чтобы рассуждать здраво, и ввязался с ней в поединок. Победа сидела в крови Купера, и он терпеть не мог ощущать себя неудачником. Ненавистна лишь одна мысль, что Пайпер таким его увидит. Он не мог съехать на обочину, кинуть ее на заднее сиденье, как хотелось, но молчание в машине доставало. Каким — либо образом Купер должен показать ей, кто в их команде куортербек.

— Я думал о нашем разговоре прошлой ночью, — начал он, — возможно, ты говоришь дело.

— Да как обычно.

Пайпер ослабила ремень, чтобы подогнуть под себя ногу. Будь на ней шорты, а не джинсы, Купер бы имел случай полюбоваться на внутреннюю сторону ее бедер. Как он теперь знал, твердых, гладких и красивых бедер. Поэтому поспешно продолжил:

— Уж не упускаю ли я что — то, не тратя побольше времени в постели с подружками?

Она скривилась:

— Грустная история. Все эти травмированные женщины, которые верят, что виноваты в твоих проблемах. Мне стоило бы открыть консультацию.

Он ни за что не засмеется.

— Угу. Чем больше я размышляю, тем больше прихожу к выводу, что ты права. Возможно, у меня какая — то сексуальная проблема.

— К счастью, столько книг выпущено на эту тему.

— Черт, я особо не люблю читать. Чересчур много непонятных слов встречается.

— Интересно. А в твоей квартире я каких только книг не нашла.

— Должно быть, уборщики оставили. — Купер продолжал вешать ей лапшу на уши, в точности как и следовало. — Коли ты первая ткнула носом меня в мою проблему, то будет справедливо, если ты и поможешь мне с ней разобраться. Только в качестве сексуального партнера, как сама понимаешь. С деловыми отношениями это не имеет ничего общего.

Пайпер посмотрела на него с полнейшим фальшивым участием:

— Не пойми меня неправильно, но я типа потеряла интерес.

Только не та, которая откликалась, как она прошлой ночью, потеряет интерес, но Купер только кивнул.

— Я понимаю.

* * *

Какое — то время было тихо. Чтобы ослабить напряжение, Пайпер позвонила Джаде проверить, как там продвигается ее веселая карьера убийцы. Как выяснилось, весьма недурно. Она устранила еще пять своих одноклассников. Потом они остановились, чтобы перекусить, и Пайпер села за руль. К иллинойской границе плечи уже ныли от усилий продемонстрировать свою расслабленность. Она лихорадочно искала тему для разговора, чтобы занять их последний отрезок этого бесконечного путешествия.

— Мне случайно довелось узнать, какой ты мягкий. И я имею в виду не в сексуальном смысле. Несмотря на то, что …

Купер поперхнулся кокой.

Пайпер мысленно улыбнулась.

— Все эти визиты в больницу Лури…

— Понятия не имею, о чем ты.

Разумеется, он был в курсе. Хотя умудрялся тайком от внимания прессы прокрадываться в детскую больницу Лури, Пайпер открыла интересный факт, что он проводит много времени, навещая больных ребятишек.

— Не могу тебя представить в окружении детей. — Вранье. Из того, что она видела, Купер расслабляется с детьми, как в окружении красивых дам. — Можешь со мной поделиться. Это горячие сестрички, да?

— Теперь ты меня смущаешь.

— Однако есть секрет, который я не могу раскусить. Даже при всех своих великолепных сыщицких талантах.

— Сенсация просто.

— Когда я за тобой следила, иногда ты якшался в закоулках с разными презренными типами. Что насчет этого?

Купер потер баночку коки.

— Пустая болтовня, больше ничего.

— Не верю. Признавайся как есть. Считай, что я твой духовник.

— Ты нисколько не похожа на священника. Ты…

— Не увиливай.

Купер поерзал неловко на сиденье.

— Ну не знаю. Это… Я не собираюсь ничего делать, так что нечего тут говорить.

Но что — то подсказывало, что он не прочь обсудить, а Пайпер приветствовала любую тему, которая не вела прямиком в спальню. Она ждала.

Купер повернулся к окну.

— Была одна идея… Но требующая чересчур много времени и сил, а результат не гарантирован. — Он снова повернулся к Пайпер. — Все эти пустующие городские стоянки пропадают даром. Ничего кроме бурьяна и мусора.

Картина начала вырисовываться.

— Ты хочешь пойти дальше, чем просто кидать «бомбы».

Он пожал плечами.

— Есть куча народу без работы и видов на будущее. И все эти пустующие участки земли. Кроются кое — какие возможности для народа.

— Но не для тебя.

— Черт возьми, нет. Сейчас меня занимает только бизнес.

Купер вытащил сотовый и позвонил Тони.

Пайпер слушала их разговор, что Тони нанял нового вышибалу вместо Делла, который уволился четыре дня назад, и размышляла, понял ли Купер, что ее работа на него закончилась.

За шесть дней в клубе она сделала все, что могла. Ряды персонала очищены, они с Тони вместе сочинили инструкции, которые не позволяли мошенничать в работе. Жалованье у Купера вместе с платой за вождение поможет продержаться какое — то время. А вот сколько, зависит от чаевых в конверте, которые собрал для нее хозяин конторы лимузинов, и надолго ли ее работа в «Спирали». Работа, которая завершена.

Пайпер убеждала себя, что надо мыслить почаще как акула и пореже как герлскаут. Зарплата, которую платил Купер, была спасательным кругом, и Пайпер нужно удержаться на работе. Разве что теперь ей больше нечего для него делать.

Если бы только Дюк не научил ее трудоспособности — наряду с умением стрелять, удить рыбу и чувствовать себя неуютно в роли женщины. Хотя и нужно еще немного дольше подоить Купера, Пайпер не могла на это пойти. Когда он закончил говорить с Тони, она покрепче вцепилась в руль.

— Я сделала все, что могла для тебя.

Купер поставил мобильник в держатель и чуть ли не с вожделением посмотрел на нее:

— Не совсем все.

— Я говорю о работе, — быстро уточнила Пайпера. — Я закончила со всем, для чего ты меня нанял. Самая твоя большая проблема сейчас — твое тупое упрямство. Ты отказываешься держать поблизости от себя вышибал.

— Мне нянька не нужна.

— Интересно, что любой знаменитый спортсмен, который является в клуб, притаскивает весь нанятый набор мускулов, но ты ведь у нас самый крутой.

— Я могу сам о себе позаботиться. — Более воинственно он не мог бы сказать. — Ты в самом деле думаешь уволиться?

— Это не увольнение. Клуб очищен. Тебе только остается нанять вышибалу — женщину. Не очень разумно заставлять мужиков возиться с клиентками, неважно насколько они наклюкаются. Ты можешь в итоге очутиться с большим жирным иском за сексуальные домогательства.

— Отличный совет. Ты нанята.

Ей следовало бы предугадать такой результат, и на секунду Пайпер позволила себе даже задуматься. Однако она не сможет работать до утра четыре ночи в неделю и продолжать строить свой бизнес, только не на долгий срок. Не успеет оглянуться и станет вышибалой в ночном клубе, а не детективом. А она не зайдет так далеко, чтобы загубить свою мечту.

— Нет, спасибо. Я частный сыщик. Найди кого — нибудь другого.

— Все дело в прошлой ночи? Ты увольняешься, потому что…

— Потому что спала с боссом?

Вторая причина, по которой она не могла остаться.

Купер уставился на нее:

— Это совершенно неэтично с твоей стороны! Столь же неэтично, если бы тебя уволил я сам!

— Пожалуйся на меня в Комиссию по обеспечению равных условий найма, — огрызнулась Пайпер.

— Перестань корчить из себя нахалку. Ты знаешь, что я имею в виду.

Она усиленно старалась выглядеть профессионалом.

— Куп, хочу закончить на позитивной ноте. Надеюсь, ты согласен, что я проделала для тебя хорошую работу, и буду признательна, если ты порекомендуешь меня своим друзьям.

— Угу, ладно, сделаю.

Он щелкнул козырьком от солнца и схватил сотовый.

* * *

Купер пытался убедить себя, что все отлично. Пайпер сделала свою работу — хорошо сделала — и он ждал момента, когда она больше не будет на него работать, тогда они смогли бы полностью окунуться в личные отношения. И вот это время настало, а он больше не уверен, что Пайпер согласится.

Он притворился, что проверяет спортивный канал «И — эс — пи — эн» на телефоне. Идея провести голым несколько недель в ее компании стала более насущной, чем следовало бы. Может, все дело в его отставке с желанием удостовериться, что нет разницы между тем, кем он привык быть, и тем, кем стал сейчас.

Пайпер была для него неизведанной территорией. Лишенной сентиментальности и непредсказуемой. Женщиной, которая не воспринимала его всерьез — которой было наплевать, в скольких играх он победил, насколько богат и как знаменит. Женщина, которой по хрену его неотразимость!

Это уязвляло. Бога ради, по сравнению с его обычными подружками она была парнем. Парнем, упакованным в невероятно сексуальное, неправдоподобно притягательное, чрезвычайно крепкое маленькое тело. Это, по существу, противоречило всему, что Купер старался внушить себе насчет нее.

И именно по этой причине он не мог позволить Пайпер Дав с легкостью уйти из его жизни. Потому что он ее хотел, а она его — нет. Не льстила ему, не флиртовала с ним и уж совершенно точно в него не влюбилась.

А ему нужно было это от нее. Не полюбила по — настоящему. Этого Купер терпеть не мог. А просто влюбилась.

— Хочу отчет перед увольнением, — предупредил он, когда они подъехали и остановились позади ее машины. — Завтра вечером в клубе.

Купер отдал предохранители, которые вытащил из «сонаты», не предложив поставить их обратно. Пайпер и сама должна знать, как справиться. Разумеется. Она ведь на передних рубежах новой цивилизации, той, что выставляла традиционные мужские умения экс — спортсменов никуда не годными.

Он оставил Пайпер, которая, выставив зад, сунула голову под капот своей машины, и поехал домой. Дверь гаража бесшумно открылась. Купер припарковался рядом с «теслой», схватил сумку с вещами и вышел через боковую дверь. Фонари в глубине гаража перегорели, и пришлось идти в темноте. Купер услышал шорох. Безо всякого предупреждения из кустов выпрыгнул какой — то тип, взмахнул чем — то похожим на монтировку и попытался обрушить на голову Купера. Купер развернулся и отскочил. Кровь закипела. Купер направил плечо в грудь мужика и схватил его за руку.

Парень хрюкнул, однако не упал. Он в очередной раз попытался махнуть монтировкой, но Купер удержал его за руку и вывернул. Противник выбросил ногу, попав по больному колену Купера, заставив пошатнуться. Купер заработал тяжелый удар и свалился бы, если бы не быстрые рефлексы. Парень рослый, массивный. Купер отвлекся от боли, прострелившей колено, и набросился на гада.

Драка вышла короткой, но грубой, и нападавший наконец решил, что с него довольно. Он вырвался из захвата Купера, что — то ему крикнул и удрал по переулку. Купер было бросился за ним, но подвело колено. Когда он восстановил равновесие, бандит уже скрылся из виду.

Челюсть ломило. Колено адски ныло, костяшки пальцев кровоточили. Но вместо того, чтобы вызвать полицию… вместо того, чтобы приложить к лицу лед… Купер прохромал обратно в гараж и забрался в машину.

* * *

— Бог мой! Что с тобой случилось? — Пайпер схватилась за косяк, широко распахнув от тревоги глаза. Она снова нацепила футболку с гребаными «Медведями». Сколько еще этих сукиных сынов у нее имеется?

Купер пропихнулся мимо нее в квартиру.

— Это же ты у нас крутой сыщик. Вот и скажи мне!

Не ответив на эту чушь, она захлопнула дверь и пошла за ним, сжав рот в тонкую линию.

— Кто это с тобой сотворил?

Она вся пылала мщением. Будто лично собиралась расправиться с преступником. Купер понял, что так и поступила бы.

Он направился к холодильнику, ярость начала утихать.

— Какой — то бандит выскочил из засады, когда я выходил из гаража.

Купер схватил посудное полотенце и завернул в него лед.

Видимо, Пайпер не приходило в голову поиграть в медсестричку Нэнси (персонаж комиксов — Прим. пер.), в отличие от того раза, когда сама свалила его на землю в переулке. Она схватилась за блокнот.

— Начни сначала и расскажи, что точно случилось.

— Напал грабитель, вот что.

Купер приложил лед к физиономии.

— Опиши парня.

— Громила. Все, что я знаю. Темно было.

— Во что одет?

— В костюм от «Брук Бразерс». Проклятье, откуда мне знать? Я же говорю, темно было.

— Что насчет видеокамер? Фонарей?

Он помотал головой, о чем тут же пожалел.

— Они перегорели.

— Как вовремя.

Пайпер заставила его рассказать все с начала, не упуская ни одной мелочи. Особо нечего было рассказывать, и Купер пожалел, что пришел сюда. Непонятно, зачем вообще пришел.

Она оторвала взгляд от блокнота.

— Ты сказал, что он что — то кричал, когда убегал. Что именно?

— Не помню.

— Подумай.

Купер запустил пятерню в волосы.

— Черт, да не знаю я. Что — то вроде угрозы. «Я тебя достану». Что — то типа того.

— «Я тебя достану». Это он сказал?

— Угу. Думаю, так и сказал.

Он переместил лед.

— Не похож на обычного садового вора. А почему у него не было оружия? В нашем городе его таскают, как шоколадный батончик в кармане, и более удобно, чем монтировка.

— Смотришь слишком много сериалов.

Пайпер упорствовала:

— Если ему нужен был твой кошелек, он бы имел оружие. Похоже, у него к тебе персональный счет. Но почему?

Купер бросил взгляд на ее футболку.

— Потому что фанат «Медведей».

— Не смешно. — Она ткнула в воздух ручкой. — Тебе нужна скорая.

— Синяк на подбородке. Несколько ушибленных ребер. Сам справлюсь. И прежде чем ты спросишь, нет, я не подал заявление в полицию.

Он удивился, когда Пайпер не стала спорить. Может быть, поняла, что обратись он в полицию, история тут же попала бы в национальные новости, пресса пришла бы от нее в восторг, а без видеонаблюдения полиция и пальцем бы не пошевельнула. И все закончилось бы шумихой, которой Купер не хотел.

Пайпер сунула ручку за ухо.

— Что — то здесь не сходится, и я не хочу, чтобы ты возвращался сейчас домой. Переночуй сегодня тут.

Купер недоверчиво рассматривал ее. Должно быть, шутит. Он отбросил пакет со льдом.

— Да прежде рак на горе свистнет, чем я стану прятаться за женскими юбками. Или, в твоем случае, за уродской футболкой.

И он выскочил на улицу, прежде чем Пайпер завопила на него, обвиняя в сексизме и всяком другом дерьме.

Купер добрался до дома без проблем. Челюсть болела, как сволочь, ему нужно было помыться, но прежде чем полезть в душ, он пересек кухню и вышел в сад.

Как всегда, приятный запах земли и растущей зелени сотворил чудо. Как же Купер любил этот уголок.

Свет от двух фар из переулка позади здания освещал стену. Те же самые фары следовали за Купером до дома. С чувством покорности он вытащил мобильник и ткнул кнопку:

— Иди спать, Шерлок. Я никуда не денусь.

Загрузка...