6.

Городок Бельфлёр нельзя было назвать типичным маленьким городком, обычно представляющим собой два ряда домов вдоль главной улицы. Потому что вдоль главной улицы Бельфлёра стоял только один ряд домов; по другую сторону улицы сразу начинался пляж. Пустой, холодный, серый, прилизанный дождем и прибоем пляж…

Две яхты покачивались у далекого пирса. Еще несколько лежали на песке, склонив голые мачты.

Самым старым зданием в городе был, пожалуй, консервный завод. Похоже, он переживал и лучшие, и худшие времена. Дощатый забор недавно покрасили, но фасад стоял облупившийся. Двое рабочих привинчивали над решетчатыми воротами новую вывеску. Наверное, завод только что сменил владельца.

У маленького кинотеатра сидел, сложив на коленях огромные руки, седой коричневолицый лесоруб. Скалли показалось сначала, что это манекен, но потом манекен повернул голову и равнодушно посмотрел на проезжающую машину. Наверное, он кого-то ждал.

В мотеле, получая ключи от комнат, Малдер спросил портье, женщину лет тридцати со странно асимметричным измятым лицом:

— А что у вас говорят об этих смертях в лесу?

— О каких таких смертях? — посмотрела на него портье.

— Девочка умерла. Карен Форсман. Не слышали разве?

— Нет. Ничего не слышала…

— В газетах было. Трое пошлым летом, она сейчас. Все одноклассники…

— Ничего не знаю. Спросите полицию.

Скалли послышалась фальш в ее голосе, но фальш — это отнюдь не доказательство…

Кладбище городка располагалось на пологом склоне, местами заросшем белой сиренью и дикими розами. Сирень цвела, и густой ее запах смешивался с гарью дизельного топлива, исторгаемой маленьким кладбищенским экскаватором.

Человек восемь стояли на склоне холма и молча наблюдали за работой машины.

— Мистер Малдер? — по склону быстрым шагом спускался коренастый мужчина в расстегнутом пиджаке и съехавшем набок светлом галстуке. На руке его болтался хороший кожаный черный ридикюль. — Джон Труи, патологоанатом графства. Приступим?

— Знакомьтесь: агент Скалли. Бакалавр медицины, — представил ее Малдер.

Скалли пожала руку доктору Труи. Рука была твердая и прохладная.

— Помещение для проведения вскрытия нам предоставят,

— продолжал Труи, — там тесновато, правда, но лучшего поблизости ничего нет, в этом я вас заверяю.

— А что, с помещением были проблемы?

— Да, видите ли, патологоанатом местной больницы в отпуске, а без него… Но теперь все в порядке, я договорился.

— Чью могилу вскрываем?

— Рэя Сомса. Поскольку вы не конкретизировали, мы решили именно так. Видите ли… семьи девочек остались жить здесь, и… могли возникнуть трудности. Семья же Сомсов вскоре после несчастья переехала в Айову: отец, мать и две младших сестры. Мы известили их и получили согласие.

Очевидно, на расстоянии это не настолько трудно пережить, как вблизи… — он говорил это, глядя в основном на Скалли.

Скалли кивнула.

Позади скрипнули тормоза, сдвоенно хлопнула дверца машины, и сердитый голос произнес:

— Эй, черт возьми, что здесь происходит?

И тут же:

— Папа, не надо…

Скалли оглянулась. Из остановившегося синего «Чероки» вверх по склону быстро шел, почти бежал решительный высокий мужчина в мягкой бежевой куртке. Лицо его было очень знакомым. У машины осталась стоять девушка лет двадцати с красивыми волнистыми волосами.

— Что вы себе позволяете? — громко заговорил мужчина. — Вы что, считаете, что приехали — и можете распоряжаться здесь так, как вам левая нога прикажет?

— Кто вы такой? — приподняв брови, спросил Малдер.

— Доктор Джейк Немман, и я делал вскрытие…

— А, — вспомнила Скалли, — вы делали вскрытия погибших прошлым летом молодых людей… — его фотография была подклеена к делу. Правда, там он был в академической шапочке и мантии…

Доктор Труи предостерегающе кашлянул, однако Немман на него даже не взглянул. Он был то ли взбешен — непонятно чем, — то ли так же непонятно чем испуган.

— Но тогда вы должны быть в курсе, что мы приедем, — сказал Малдер.

— Нас не было в городе…

— А-а! То есть тело Карен Форсман вскрывали не вы.

Теперь ясно, откуда такое расхождение в диагнозах, — Малдер позволил себе усмешку.

— Что за инсинуации? — взвился доктор Немман. — Вы хотите сказать, что мы здесь халатно относимся к исполнению своих обязанностей?!

— Никаких инсинуаций, — отрезала Скалли.

— Например, из тела погибшей Карен Форсман были взяты образцы тканей, — сказал Малдер. — Чего в предыдущих случаях вы сделать не удосужились.

Он повернулся, чтобы идти, и вдруг доктор Немман схватил его за плечо и повернул к себе.

— В чем бы вы меня не обвиняли, — прошипел он, — вам придется запастись настоящими доказательствами!…

— Папа, — громко и отчетливо позвали от машины. У девушки теперь было очень напряженное и встревоженное лицо. — Папа. Поедем. Пожалуйста. Домой.

Доктор Немман взглянул Малдеру в глаза… и Малдер вдруг прочел в этом взгляде отчаяние и обещание. Такой человек будет идти до конца… Потом доктор резко повернулся и побежал вниз. Девушка чуть расслабилась. «Чероки» нервно тронулся — и покатился к городу.

Скалли подумала, что и отец, и дочь выглядели слишком изможденными для людей, возвращающихся с отдыха…

— Этому парню нужен отпуск подлиннее, — будто подхватив ее мысли, сказал Малдер, глядя вслед машине.

Доктор Труи кашлянул.

— Э-э… мистер Малдер…

— Да?

— Я тут поговорил кое с кем… Понимаете, я хоть и не здешний житель, но все-таки бываю здесь часто, как бы наполовину свой… так что со мной говорят. — Он замолчал и посмотрел на Малдера в сомнениях.

— Я слушаю, доктор.

— Да. Так вот: это маленький город. А в маленьких городах ведь как: дети выросли — и уехали…

— Как правило.

— Да, как правило. И здесь это обычное дело. Только вот из того класса… ну, в котором все эти умертвия… дети не уезжают. Крутятся здесь. Все, понимаете? Или в самом Бельфлёре, или где-то рядом. Работу находят… хотя какая тут, если разобраться, работа…

— Спасибо, доктор. Надо будет поговорить с родителями.

— О-о! Думаю, это окажется потруднее, чем вытащить этот гроб…

Загрузка...