Записки из Зелёного Бора. По следам Духа Зимы

Звезда Зелёного Бора

Складывая свои вещи и вещи своего племянника на полки шкафа, установленного в роскошном купе поезда, Арчибальд с благодарностью думал о благородстве Бассета Балтазара, который без долгих разговоров согласился помочь им организовать неожиданную поездку. Стоило лису только заикнуться о своём намерении отправиться на поиски пропавших родственников, как начальник вокзала и его подчинённые бросились исполнять его пожелание. Несмотря на крайне напряжённый период зимних праздников, они смогли найти свободное купе в спальном вагоне поезда, отправлявшегося в путь этим вечером. Очень многие звери стремились отметить дни зимнего солнцестояния на севере.

На перроне толпились бобры, сони и нутрии в нарядных клетчатых рубашках, намеревавшиеся принять участие в ежегодном Фестивале на Просеке. Те, кто опоздал купить билеты на фестиваль, устремлялись на дегустацию прославленных деликатесов в городке Сладкоежке. А любители чтения ехали в легендарный Еловый лес, славившийся своими книжными магазинами и огромной библиотекой, самым первым заведением такого рода во всей округе, на полках которого можно было найти не меньше миллиона книг!

Однако лишь самому неосмотрительному зверю могло прийти в голову отправиться на станцию Зимовье. Осенью туда ещё можно было съездить, но с наступлением холодов никто — за исключением разве что каких-то авантюристов и фантазёров — не выходил на этой станции.

— Как нам повезло с этой поездкой на «Звезде Зелёного Бора»! — воскликнул Бартоломео, забираясь на верхнюю полку. — Жаль, что у нас не было времени заскочить в магазин, а то я обязательно взял бы с собой книгу «Секреты Железной дороги Крайнего Севера», которую ты мне подарил!

— Может быть, у них в поезде найдётся экземпляр? Я бы не удивился. Посмотри, какие прекрасные книги они собрали в путевой библиотечке! Ты точно захватил все свои лекарства, Бартоломео? — спросил Арчибальд, взволнованно изучая содержимое чемодана. — Это путешествие, знаешь ли, будет посложнее осеннего. Тогда мы могли возвращаться на ночь домой, а сейчас нам предстоит долгая поездка!

— Лекарства у меня в рюкзаке, дядя Арчибальд. Я прямо сейчас приму ложку микстуры. Надо принимать по ложке утром и вечером!

Упомянутая микстура состояла из настоев лепестков бурачника, листьев мяты и веточек розмарина; она очищала лёгкие лисёнка, облегчала дыхание и помогала защититься от инфекций. Доктор Ёж из клиники на холме прописал её, чтобы помочь Бартоломео продержаться до тех пор, пока не окрепнут его слабые маленькие лёгкие.

— Это не очень вкусно, но зато полезно! — скривившись, произнёс лисёнок, проглотив снадобье.

— Я знаю одного юного детектива, который заслужил, чтобы перед обедом ему позволили осмотреть весь поезд. Если я правильно запомнил, что говорится в подаренной Балтазаром брошюре, на каждой остановке организуются экскурсии по составу. Мы воспользуемся этим, чтобы расспросить проводников. Кто знает, вдруг они заметили что-то такое, что могло бы помочь нам.

— Как же здорово, что мы с тобой снова будем заниматься расследованием!

Во всём лесу не было поезда больше, чем «Звезда Зелёного Бора». Его расписание было построено таким образом, чтобы все передвижения происходили ночью: благодаря этому, днём пассажиры могли наслаждаться туристическими экскурсиями. К большому синему паровозу был прицеплен тендер с углём, за ним следовали четыре багажных вагона, вагон-ресторан, где подавали традиционные кушанья разных уголков леса, пять спальных вагонов первого класса. В начале и в конце поезда имелись также два салона-библиотеки, где звери могли перекусить, заказать лёгкий ужин или просто почитать. Как отмечал в своей книге Бобр Кастор, в общей сложности в поезде могли поместиться шестьдесят крупных и сорок мелких зверей.

— Да, яблочки зелёные. Кажется, что мои летние прогулки с милым Фердинандом были так давно, — пробормотал Арчибальд, выходя из уютного купе и запирая за собой дверь. — Надо спешить, экскурсия вот-вот начнётся, а она обещает быть весьма интересной!

— Смотри, дядя Арчибальд! — перебил его Бартоломео, заметив знакомую морду за окном поезда. — Дедушка Жерве всё ещё стоит на перроне и… Так я и знал, он ест моё печенье! Вот ведь сластёна! Ой, дядя… По-моему, бабушка Ариэлла сейчас начнёт петь.

— Шишки-кочерыжки! Она же сочинила «Прощальную песнь»! Закройте окна! — закричал Арчибальд. — Господин проводник, надо немедленно отправляться!

При первых звуках третьей вариации «Прощальной песни» стёкла в окнах вагона слегка задрожали. Однако «Звезда Зелёного Бора» уже тронулась и, постепенно ускоряясь, словно собираясь сорваться с рельсов в небо, помчалась в ночь, прорезая мрак светом своего мощного фонаря. Арчибальд, прижавшись к двери купе, понемногу пришёл в себя. Всё обошлось, никто не оглох!

Мышонок Папагено, удобно устроившись в салоне-библиотеке, в ожидании начала экскурсии перечитывал длинный пергаментный свиток с описанием устройства и работы «Звезды». Он взгромоздился на плечи своего заместителя, а тот, в свою очередь, с трудом удерживал равновесие, опираясь на восемь других мышей, служивших для него опорой. Папагено очень нравилось выстраивать подобные пирамиды из своих подчинённых. Сотрудники железнодорожной компании предлагали всем желающим совершить экскурсию по разным вагонам, начиная от салона «Сова» — расположенного ближе всего к паровозу, — и заканчивая хвостом поезда. В последнем вагоне, в салоне «Филин» путешественников ожидали прохладительные и горячие напитки и изысканные закуски.

— Мышераз, мне мешает твой хвост! — пожаловалась мышка Мышедва, поднимая мордочку и изо всех сил стараясь не чихнуть. — Начальник, хвост Мышераза щекочет мне усы!

— Сколько раз я должен вам повторять, нижний ярус! — прорычал Папагено, бросив презрительный взгляд на поддерживавших его мышей. — При построении пирамиды СЛЕДИТЕ ЗА СВОИМИ ХВОСТАМИ! Мыше-семь, если ты рассчитываешь когда-нибудь занять место в верхнем ярусе, ты должен выпрямить плечи и немедленно поправить свою проклятую фуражку!

— Пр’шу пр’щения, г’сподин Папагено, — ответил толстенький мышонок, по лбу которого катились крупные капли пота. — Что я могу п’делать, стоит мне залезть на Мышевосемь, как у меня начинает кружиться г’лова.

— КОГДА ТЫ ОБРАЩАЕШЬСЯ К НАЧАЛЬСТВУ, СЛЕДУЕТ ГОВОРИТЬ «ТАК ТОЧНО, НАЧАЛЬНИК!», МЫШЕСЕМЬ! Я не намерен повторять тебе всё по тысяче раз! Ну, что же, дамы и господа. Меня зовут Мышонок Папагено, и сегодня вечером я буду вашим экскурсоводом. Если вам угодно узнать как можно больше о нашем великолепном поезде, о «Звезде Зелёного Бора», СЛЕДУЙТЕ ЗА НАЧАЛЬНИКОМ! Ой, то есть за экскурсоводом… Да-да, СЛЕДУЙТЕ ЗА МНОЙ! ВПЕРЁД, ШАГОМ МАРШ!

Несмотря на воинственный настрой экскурсовода, прогулка по составу оказалась весьма приятной. По дороге кое-кто из экскурсантов несколько раз упал, споткнувшись о сумки и чемоданы, брошенные прямо в коридоре пассажирами, чьи слишком короткие лапки не позволяли им дотянуться до багажных полок. В таких случаях мышам приходилось выстраивать свою знаменитую пирамиду и поднимать багаж наверх с помощью сложной системы закреплённых под потолком лебёдок.

— Дамы и господа, мы дошли до последнего спального вагона! В нём у нас обычно путешествуют самые знаменитые пассажиры! Это самый удобный вагон, и за место в нём взимается дополнительная плата! В этом вагоне мы предлагаем дополнительную порцию сыра, дополнительный бокал красносмородинового вина, дополнительные матрасы, а также дополнительного проводника-мышонка! Поездка в этом вагоне не забудется, уж поверьте Папагено!

— Интересно, какие звери могут захотеть купить место в «вагоне для знаменитостей», если самые обычные купе настолько удобны, — прошептал Арчибальд на ухо племяннику. — Наверное, кто-нибудь с проблемами самооценки…

— До-о-обрый вече-е-е-ер! Как приятно увидеть гостей из вагонов попроще! Не правда ли, Тристана? — послышался голос из приоткрытой двери одного из купе.

Из купе, опираясь на тросточку, вышла черепаха с моноклем в глазу, одетая в костюм с галстуком-бабочкой, под руку с другой черепахой, облачённой в платье с оборками.

— О, кого я вижу, это вы Арчибальд! Как странно, что мы с вами встретились именно здесь! — с деланым радушием проворковал Финеас. — Вы едете с нами в одном поезде! Какая потрясающая новость! Как вам нравится наше купе? Не правда ли, оно замечательное? Признаюсь, поначалу мне было немного не по себе в этой роскоши, но что же делать? Известный писатель, безусловно, имеет право на всё самое лучшее! Вот, не хотите ли попробовать салат-латук! Может быть, растительная пища поможет вам собраться с мыслями? Мы с вами выступаем в один и тот же день в «Библиотеке Елового леса».

Интересно, о какой книге вы будете рассказывать. Вряд ли о «Записках из Зелёного Бора», а?.. Ну, что же, друзья мои, не стану вас задерживать, всего вам наилучшего! Пойдём, Тристаночка, нам пора ужинать.

Арчибальд, не выпуская из лапы лист салата, с трудом удержался, чтобы не чихнуть, когда его нос оказался в опасной близости от оборок платья Тристаны. Вероятно, не стоит добавлять, что он удержался также и от вопроса о том, предполагался ли в меню ужина черепаховый суп.

— Дамы и господа, вот мы и добрались до последнего вагона — это САЛОН «ФИЛИН»! — прокричал Папагено, приглашая пассажиров последовать за ним. — Прошу вас, не стесняйтесь, попробуйте напитки и закуски! Что до меня, я совершенно вымотался, я чувствую себя не лучше, чем кусок сыра, пролежавший целый день на жарком солнце, а как вы, ребятки? РЕБЯТКИ?

Мышераз, Мышедва, Мышетри, Мышечетыре, Мышепять, Мышешесть и Мышевосемь, подпиравшие главного помощника Папагено, с трудом держались на лапах и раскачивались из стороны в сторону, подобно выстроенным в шеренгу костяшкам домино. Только Мышесемь, дождавшись, когда начальник разрешит пирамиде разойтись, нашёл в себе силы ухватить кусочек сыра с подноса у проходившего мимо официанта.

Усевшись на диван, Арчибальд начал от нечего делать рвать на мелкие кусочки листок салата, а Бартоломео тем временем жадно разглядывал полки роскошных книжных шкафов из лакированного бука в поисках «Секретов Железной дороги Крайнего Севера». Он долго изучал полки, где стояли произведения авторов с фамилиями, начинавшимися на «Б», но, в конце концов, книга нашлась на полке с надписью «Информация о железнодорожном транспорте».

— Странно, — прошептал лисёнок, — создаётся впечатление, что эту книгу кто-то только что сюда поставил.

Бартоломео повернулся, и в этот момент ему показалось, что в дальнем углу салона закрылась дверь, незаметная на фоне стен, оклеенных цветными обоями. Неужели такое возможно?

— Господин Папагено, можно задать один вопрос? — лисёнок решился обратиться к экскурсоводу, хотя тот в это время ещё продолжал отчитывать своих несчастных подчинённых. — Вы только что сказали, что салон «Филин» находится в самом хвосте поезда, но разве за ним нет никаких других помещений?

— За ним? Нет, откуда! Я знаю поезд, как свои четыре лапы, и могу точно утверждать, что состав заканчивается именно здесь! Ребята, можете разойтись!

Как свои четыре лапы, ну-ну! Конечно, Бартоломео был всего лишь маленьким лисёнком, но настоящий лесной детектив всегда поймёт, что имеет дело с загадкой.