Ни в одной стране, — твердят со страниц газет и журналов сионистские пропагандисты, — ни в одной стране, кроме Израиля, евреи не могут найти спасения от своих бедствий!
О том, какое «спасение» нашли еврейские трудящиеся в государстве Израиль, я довольно подробно осветил в предыдущих главах своих заметок. О «страданиях» и «бедствиях» таких евреев-миллиардеров, как Ротшильд, Моргентау, Лимен, говорить просто смешно.
А в вопрос о положении еврейского трудового народа в других странах мне хочется внести некоторую ясность. Сама жизнь ярко свидетельствует о том, что страной, где впервые в мире была полностью разрешена национальная проблема, где, объединенные нерушимой ленинской дружбой, уже почти полвека свободно развиваются многие народы и национальности, в том числе и евреи, явился Союз Советских Социалистических Республик. Этого не замечают только слепые чудаки — обыватели или же люди, ослепленные классовой ненавистью к нашей Родине.
Если же с элементарной объективностью рассматривать исторические факты, то сразу становится очевидной безосновательность сионистских выдумок по этому поводу. В подтверждение своей мысли мне хочется привести отрывки из статьи В. Пахмана «Еврейская автономная», помещенной в газете «Советская Россия» 6 августа 1958 года.
Вот они:
«На востоке нашей Родины по берегам Биры, Биджана и Амура, в предгорьях Хингана, раскинулась Еврейская автономная область. По территории она больше, чем такие европейские государства, как Бельгия или Голландия. Огромные богатства таятся в ее недрах: крупнейшее в нашей стране Хинганское месторождение олова и Союзненское — замечательных графитов. Здесь есть золото и магнезиты, уголь и железняки. А земли в области лучшие на Дальнем Востоке: на них колосятся пшеница и рис, плодоносят яблони и сливы, вызревают арбузы и дыни. Благодатные, привольные, просторные места!
В 1928 году Президиум ЦИК СССР издал постановление о закреплении этих земель Приамурья для нужд поселяющихся здесь трудящихся еврейской национальности. Этот акт Советского правительства был беспрецедентным в истории: ведь на протяжении тысячелетий евреев подвергали постоянным гонениям.
И только страна Советов, где национальный вопрос был решен на основе марксизма-ленинизма, предоставила трудящимся евреям землю. Вот почему сюда сразу же потянулись эшелоны евреев-переселенцев.
…Ремесленники, портные, парикмахеры, продавцы, люди, которые в прошлом не работали на земле, потому что ее у них не было, приезжали в Биробиджан, получали землю, становились колхозниками, обживали этот край.
А уже через шесть лет Еврейский национальный Биробиджанский район был преобразован в автономную область.
За нее, за эту землю, вместе со всеми советскими людьми в годы Великой Отечественной войны шли в бой с врагом жители области. В местном краеведческом музее есть портреты воинов Советской Армии — представителей Еврейской автономной области, удостоенных звания Героя Советского Союза. Один из них, Иосиф Бумагин, повторил в бою за Бреслау подвиг Александра Матросова. Другой, Давид Кудрявицкий, мужественно погиб при форсировании Днепра. Их имена чтят в народе.
Еврейская автономная область — главная сельскохозяйственная база Хабаровского края. Здесь сосредоточены пятьдесят три процента всех его посевных площадей, тридцать девять процентов общественного поголовья крупного рогатого скота.
В области пятьдесят один колхоз, но, пожалуй, самый старый из них — «33-я годовщина Октября». Колхозное село называется Валдгейм. По-еврейски это значит «лесной дом». Давно уже выкорчеван вокруг лес, давно на месте одинокого домика вырос большой поселок с клубом, отстроились фермы, конюшни, а название по-старинке сохранилось, напоминая о былом.
Мы беседовали в правлении с председателем колхоза Борисом Бенционовичем Гальпериным (он здесь уже двадцать четыре года, приехал прямо из Москвы после окончания сельскохозяйственного вуза) и с секретарем партийной организации Михаилом Абрамовичем Кулем. Оба гордятся богатым хозяйством колхоза. Им есть чем гордиться! За артелью закреплено шесть тысяч гектаров земли — только осваивай. Доход колхоза в прошлом году — около трех миллионов рублей.
Но самое главное богатство колхоза — это люди, трудолюбивые, настойчивые.
В прошлом году в артели было необычное собрание. Чествовали колхозника Ехиэля Иосифовича Рака. Говорили хорошие слова о его делах, о том, что вот уже двадцать пять лет он работает в колхозе и двадцать из них — бессменно бригадиром тракторной бригады. Девять детей вырастил бригадир, причем трое сыновей — трактористы в бригаде отца.
…Бывает, вечерами собираются вместе старики колхоза. Приходит колхозный пчеловод Зельман Гершович Вольфсон, который первым приехал в Валдгейм в 1928 году.
Приходит и колхозный садовод Лейб Элевич Резник, который живет в Валдгейме с 1931 года и всю свою жизнь посвятил разведению садов в этих местах. Он многократный участник ВСХВ. Дома у него книги по садоводству, а на стене рядом с семейными фотографиями — портреты Мичурина и Дарвина.
Старики вспоминают, прошлое, обсуждают дела сегодняшние. То и дело слышится в таких случаях обычное: «А помнишь?»
— А помнишь, как в первый год даже картошки на семена не было? В Хабаровск за ней ездили…
Позднее появились в этом крае семьи Бензарей, Готсданеров, Каплунов, Двинских, Нахембергов, но и они прочно вошли в единую колхозную семью.
И сейчас едут сюда переселенцы. Только в колхоз «33-я годовщина Октября» прибыло недавно пять семей.
— И еще ждем шестьдесят семей, — говорит председатель. — Пусть приезжают, всех разместим.
А размещать есть где, хотя народу в колхозе немало…»
Прочитав этот отрывок, я невольно подумал: да, это тебе не кибуц! За пользование трактором Ехиэль Рак и его сыновья не должны значительную часть своего рабочего дня тратить на отработку процентов какому-нибудь американскому ростовщику — средства производства здесь принадлежат народу.
И молоко не приходится обменивать на молочный порошок, и одежда у людей не казенная, а своя, да и никто, очевидно, не спрашивает: зачем тебе вторая рубаха, — если артель имеет прибыли три миллиона, значит, «карманные» расходы каждого колхозника намного превышают десять израильских фунтов!
Рассказывая о жизни рабочего класса в Еврейской автономной области, тов. Пахман пишет:
«…Биробиджанский завод автотракторных прицепов. В словах директора завода Льва Моисеевича Слуцкого и секретаря партбюро Михаила Ефимовича Закса звучит та же законная гордость за свой край, за свой завод и его людей, о которой говорили колхозные руководители.
— В прошлом году мы отмечали тех, кто проработал на заводе двадцать и более лет, — говорит тов. Слуцкий. — Их было тридцать человек: кузнец Крученецкий, станочник Цинкер, слесарь Савельев, мастер кузнечного цеха Рутман и другие. Половина из них не захотела уходить на пенсию. Сейчас продолжают работать в цехах.
В жаре большого цеха работает Самуил Семенович Крученецкий. Высокий, крепкий, подтянутый — одно слово — кузнец! А дети?
— Они тоже пойдут на завод, вот школу закончат, — говорит он.
Его друга — Михаила Абрамовича Рутмана — знают на заводе как рационализатора. За время своей работы он внес тридцать рационализаторских предложений. Их экономический эффект — сто тысяч рублей.
Жестянщик Мордко Давидович Заславский тоже работает на предприятии двадцать лет. Трех дочерей воспитал, двум дал высшее образование. Они вернулись после окончания вуза в родное Приамурье. Старшая — учительница в школе, средняя — воспитательница в детдоме. А самая младшая — Долера еще учится в седьмом классе.
…В области сложились кадры местной интеллигенции. Большим уважением и авторитетом пользуется секретарь Биробиджанского горкома партии Иосиф Львович Бокор. Хорошо знает свой край давно живущий в Биробиджане редактор областной газеты Наум Абрамович Корчминский. Писатель Борис Израилевич Миллер известен далеко за пределами области. Одна из его книг сейчас переведена с еврейского языка на русский и издается в Москве.
Мы беседовали с Миллером в редакции местной газеты «Биробиджанер штерн». Газета выходит на еврейском языке, а он — один из самых активных ее авторов. Миллер объездил всю область, знает многих колхозников в самых отдаленных селах по Амуру, их жизнь, радости и заботы.
— Я сросся с этим краем, — говорил Борис Израилевич, — не знаю, где мог бы жить еще.
В Биробиджанской городской библиотеке имени Шолом-Алейхема — большой фонд литературы на еврейском языке. Здесь часто обсуждается творчество литераторов. Не так давно состоялись вечера поэта Самуила Галкина и местного поэта-песенника Исака Бронфмана Такие вечера проходят очень активно: читатели критикуют авторов, артисты читают стихи, поют еврейские народные песни…»
Едва ли к этому следует что-либо прибавить. В свое время Владимир Маяковский, описывая в стихотворении «Еврей» трудности, какие пришлось преодолевать первым жителям Биробиджана, говорил, что там, куда пришли поселенцы, было
…Геройство — каждый дым,
и каждый кирпич,
и любая труба,
и всякая капля воды.
А нынче
течет ручьевая лазурь;
и пота рабочего
крупный град
сегодня
уже
перелился в лозу,
и сочной гроздью
повис виноград.
Люди работы
выглядят ровно:
взгляни
на еврея,
землей полированного.
Здесь
делом растут
коммуны слова:
узнай —
хоть раз из семи,
который
из этих двух —
из славян,
который из них —
семит.
Славяне, семиты и все другие народы нашей страны «выглядят ровно», пользуются одинаковыми правами, в единой дружной семье социалистических наций настойчиво работают во имя радостного Завтра.
В Киеве, во Львове, в городах и селах Донбасса я встречал людей, которым удалось вернуться из Израиля в СССР. Все они уже обеспечены жильем, имеют постоянную работу по специальности.
— Иногда мне кажется, что я сплю и вижу прекрасный сон, — сказал мне растроганно рабочий-строитель Арон Подольский, — даже не верится, что я снова на своей родной земле, у меня и моей семьи теперь есть дом, есть родина!..
Трудящиеся евреи нашей страны, проживая в разных республиках Советского Союза, органически сроднились с национальной культурой тех народов, среди которых они выросли, принимают активное участие в их производственной, научной, литературно-художественной жизни. Этим свободным и полноправным советским гражданам кажутся странными выдумки сионистов, поддержанные и шотландским профессором Хайманом Леви, которые утверждают, будто ассимиляция еврейского населения в СССР является не закономерным и органичным процессом, а «принудительным».
Этим господам из вполне понятных соображений хотелось бы, как это видно и из декларативной статьи Бен-Гуриона в газете «Кемпфер», сохранить обособленность евреев от всех других народов.
Когда-то, отмечая пробуждение «геройского самосознания» среди еврейского пролетариата, Владимир Ильич Ленин подчеркивал, что «именно реакционные силы… ополчаются против ассимиляции еврейства и стараются закрепить его обособленность»[6]. Великий вождь призывал поддерживать все то, что содействует устранению еврейской обособленности.
Разумеется, сионисты, будучи такими же врагами еврейского народа, как и антисемиты-расисты, придерживаются совсем другого взгляда!
…Находясь в Израиле, мы посетили Реховот — одно из предместий Тель-Авива, где размещен научно-исследовательский институт имени X. Вейцмана. Это, по сути, центр научной мысли в Израиле. Здесь проводятся исследования в области органической химии, оптики, биофизики, изотопов, математики, экспериментальной биологии, электроники и микроанализа.
Нам рассказали, что в прошлом году институт осуществил ряд интересных работ по атомной физике и открыл дешевый способ производства «тяжелой воды». Но в то же время нас удивило сообщение, что из сорока двух членов Комитета руководителей института — двадцать восемь иностранцев. Возглавляет этот Комитет не израильский ученый, а американский деятель — Дью Стоун из штата Массачусетс.
В США и в Великобритании созданы специальные «Комитеты содействия институту имени Вейцмана». В составе первого — пятьдесят пять американцев, во втором — тридцать один англичанин. Узнав об этом, одна из наших туристок правильно заметила:
— Не понимаю — это израильский институт, работающий на Америку, или американский институт, обслуживающий Израиль?
От прямого ответа на этот вопрос уклонился и профессор Мейер Вейсгал, директор-распорядитель института. Принимая нас, он заявил в своей приветственной речи, будто среди евреев не может быть противоречий, все они — братья, независимо от классовых признаков и происхождения.
Этот откровенный сионистский призыв к обособленности евреев на основе «своеобразия» их исторического развития напомнил нам многие аналогичные утверждения наших идейных противников, в частности авторов пресловутой теории «безбуржуазности украинской нации».
Мои товарищи категорически возражали против тезиса профессора Вейсгала.
Обдумывая услышанное нами, я написал в стихотворной форме письмо на имя господина Вейсгала. Этим письмом мне хочется завершить свои заметки.
ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ПРОФЕССОРУ М. ВЕЙСГАЛУ. ДИРЕКТОРУ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОГО ИНСТИТУТА ИМЕНИ ВЕЙЦМАНА В РЕХОВОТЕ
Взирая
на собравшихся
любовно,
вы с кафедры
доказывали им,
что все евреи —
братья, безусловно,
любой, мол, спор меж ними
разрешим:
«Пускай опять
перегрызутся гои[7].
пусть бьются…
наше дело — сторона.
Евреи мы.
Оставьте нас в покое.
Евреи мы,
и цель у нас одна!..»
И я еврей, профессор!
Но, по чести,
скажу вам прямо:
нам не по пути, —
с народами другими
жажду
вместе
я к счастью
и к содружеству
прийти!
В Израиле,
и нищем и богатом,
встречал я многих,
мыслящих, как я,
и каждого из них
считаю братом:
все, кто за мир, за труд, —
мои друзья.
Встречал и тех,
кто рьяно (не задаром!)
оплетает
путы
всяческих неправд,
кто нынче
с Бонном пьет на брудершафт,
с вояками,
что славны Бабьим Яром.
Трезвонят о прогрессе
эти «братья»,
но свой народ
делами
тянут вспять,
приветливо
для тех
открыв объятья,
кто Робсона
хотел бы линчевать.
— Ах! Не убий! —
болтают, лицемеря,
зовут «своих»
в единую семью,
мечтая крепко руку сжать
Бандере,
мечтая крепко глотку сжать
мою.
Такой бы рад
душителем ворваться
в мой светлый дом —
в страну,
где я живу…
Пусть он еврей,—
я этакого «братца»
и семиюродным
не назову!
Меня взрастила,
как родного сына,
не пожалев
ни ласки, ни тепла,
в суровый час
на битву повела
родная
золотая
Украина.
Мне больше жизни
край советский дорог,
я сын его —
другого званья нет!
И кто мне брат,
и кто мне лютый ворог,
запомнил я,
профессор,
с малых лет!