Полюби меня, ведьма!

Глава 30

А Яна схватилась за него, и только сейчас поняла, почему чувствует себя так странно. У неё ведь нет магии и определить сразу она не могла. А вот герцог смог.

— Я беременна? — прошептала она.

— Да, — кивнул герцог. — Ты беременна. И если хочешь, чтобы он выжил, и жил нормальной жизнью, то будешь со мной.

Яна посмотрела на него больным взглядом и спросила:

— Неужели ты хочешь жить с той, кто тебя никогда не полюбит? Кто всю жизнь будет ненавидеть?

Цинз отвернулся, и ведьма увидела, как сжалась его челюсть. Он молчал какое-то время, а затем ответил:

— Мне всё равно, главное, что ты будешь моей.

— Как ты себе это представляешь? — Яна подалась чуть веред, чтобы поймать его взгляд. — Нашу жизнь? Мы всю жизнь будем жить на этом острове? Ты сам-то не рехнешься от одиночества?

— Нет, всю жизнь не будем, — покачал головой Цинз. — Но я подожду, когда подрастет твой ребенок. Хочу сам его воспитывать, и хочу, чтобы он или она считал меня своим отцом. И когда произойдет первый оборот, мы вернемся.

— С чего ты взял, что я не уйду от тебя, когда мы вернемся? — Яна приподняла бровь.

— С того, что я запечатлею зверя твоего ребенка на себе, и он будет полностью мной управляем, — взгляд герцога потяжелел. — Скажу спрыгнуть в жерло кратера, выполнит приказ не задумываясь.

Яна внимательно посмотрела на герцога и тихо спросила:

— Разве это любовь?

Цинз наклонился к ведьме, уперевшись ладонями в подушку, по обе стороны от её головы, и глядя в глаза, выдохнул прямо в губы:

— Ты моя, запомни это, раз и навсегда. А про демона своего забудь.

Он впился жадным поцелуем в губы ведьмы.

Яна почувствовала, что её сейчас стошнит. Она попыталась отодвинуть руками демона, но сдвинуть такую глыбу было не реально, и тогда она со всей силы вцепилась в его губу зубами, прокусив её до крови.

Цинз от неожиданности отпрянул от ведьмы. Взгляд его похолодел, и он посмотрел на её живот.

Яна автоматически обняла его руками, пытаясь хоть так защититься.

— Я убью его, — сказал герцог, — если не будешь подчиняться.

— Ты мне противен! Меня тошнит от тебя! — не сдержавшись, крикнула Яна прямо ему в лицо. — Дервиль моя пара, ты разве не понимаешь, что это значит? Ни один мужчина не сможет никогда мне его заменить!

— Раньше мы были вместе, — нахмурился Цинз.

— Мы были братом и сестрой, у нас не было никаких интимных отношений. Что ты там себе сам насочинял, я не знаю!

Яна приподнялась и медленно выползла из-под герцога, пытаясь как можно дальше от него отстраниться. Её потряхивало от злости и отвращения, и демон прекрасно это видел и понимал.

Он какое-то время смотрел на ведьму с растерянностью, но затем упрямо сжал челюсти, и процедил:

— Ты привыкнешь. У нас впереди вечность.

Цинз резко встал и вышел из комнаты.

А Яна все никак не могла поверить, что Сын Ветра себя так ведет. Она попыталась мысленно обратиться к Лэль, но та, так же, как и ведьма пребывала в шоке.

Яна невесело улыбнулась.

— Ну вот, даже моя вторая личность на почве бесконечного стресса, не знает, как реагировать на происходящее.

Встав с постели, она поплелась вниз. С утра, перед походом к властелину Инферно Яна успела перекусить, но времени прошло уже изрядно. К тому же теперь ей надо было питаться за двоих.

Яна погладила живот, прислушиваясь к себе. Но так ничего и не поняла. Вроде бы никаких изменений в себе ведьма не ощущала. Она обратилась к памяти Лэль, но и та в первое время ничего не чувствовала, Орсо же сразу заметил изменившийся запах своей пары. Она вспомнила, как оборотень с утра начал вести себя совершенно неадекватно. Нюхал её живот не меньше часа, не выпуская из постели, будто надышаться никак не мог. И совершенно не слышал её увещеваний. А потом всю беременность не отходил от неё не на шаг. Доставал чрезмерной опекой, даже собственную еду отдавал, чтобы она больше ела.

Лэль была в шоке от его поведения. Эльфы в парах никогда себя так не вели. Беременную эльфийку никак не выделяла её пара. Они продолжали вместе охотиться, или патрулировать лес. Да и живот у эльфиек был очень маленьким, особо и не мешал прыгать по деревьям. Только перед родами эльфы просили мелорн, на котором жили, чтобы тот создал комфорт и помог в родах, в случае опасности.

Но позже одна из оборотниц с тоской во взгляде объяснила, что это совершенно нормальное поведение для оборотня. Сама она потеряла своего мужа, в той битве и теперь одна растила детей.

Сейчас же Дервиля не было рядом. Как бы он себя повел? Или опять бы пришлось звать Ливреда? Теперь Яна не узнает.

Теперь и подавно не может быть и речи о разрыве связи с кольцом. Ребенка — это сто процентов убьет.

Спустившись вниз, Яна поняла, что Цинз куда-то ушел из дома.

— Это к лучшему, — вздохнула она, надеясь, что брат все же опомнится и прекратит себя так вести.

Лэль внутри неё не знала, как реагировать на подобное поведение Сына Ветра. К тому же это был уже не совсем он, его личность наложилась на личность демона, которого чуть не убила любимая. Может это как-то повлияло на его психику?

Лэль было жаль брата. Он слишком сильно был привязан к ней, когда они жили в Великом Лесу, и она надеялась, что когда исчезнет из его жизни, то Сын Ветра наконец-то устроит свою судьбу. Но оказалось, что он пошел её искать, еще и этот остров умудрился найти.

Все это попахивало одержимостью.

Яна проверила шкафы на кухне и нашла много разных плодов. Овощи, фрукты, орехи, приправы. Меллорн всегда щедро делился с теми, кто дарил ему свою энергию. Правда мяса он дать не мог, просто физически не умел его создавать.

Старейшины рассказывали, что древние эльфы вообще не ели мясо, и не охотились, но многие начали находить себе пары, среди жителей мира и приводить их в лес. А тем нужна была другая еда. Да и дети уже рождались с иными предпочтениями. И тогда Великий Лес позволил своим детям охотиться.

Яна мысленно задалась вопросом — как они будут готовить внутри меллорна? Огонь он точно не сможет развести. Ведь здесь всё из дерева.

Порывшись еще в шкафах, ведьма обнаружила деревянные миски, тарелки, кружки, ложки, вилки и даже очень острые ножи.

Порезав мелко овощи и зелень, Яна пожалела, что нет масла, и тут же услышала скрип. Она обернулась и увидела, что открылась одна из створок многочисленных шкафов, а внутри стоял кувшин.

Заправив маслом салат, Яна произнесла вслух слова благодарности дереву и принялась за еду. Получилось очень вкусно и сытно.

Когда с обедом было покончено, ведьма не представляла, чем себя занять. Возможно, поискать какое-то оружие и подумать об охоте?

Взяв один из ножей, Яна пошла на улицу, чтобы поискать палку и возможно её заточить.

А во дворе её ждал сюрприз.

Каана и Ливред.

Гончая прижимала мощными лапами Цинза к земле, вцепившись ему в глотку и утробно рычала. Ливред же стоял рядом, сверкая ненавистью и о чем-то спрашивал герцога.

Яна не сразу поняла, что над ними тремя висел купол тишины, потому она и не услышала возни во дворе.

Она растеряно посмотрела вокруг, и у неё сложилось ощущение, что кто-то перепахал всю землю возле дома. Похоже, пока она готовила и ела салат, пропустила эпичную битву. Потому что герцог и её пара оба были в крови, и страшных ранах.

— Ливред? — тихо спросила ведьма, все еще не веря в то, что он смог за ней прийти в другой мир.

Демон мгновенно поднял голову и посмотрел на ведьму, а затем Яна и пискнуть не успела, как в считанные мгновения он оказался рядом, подхватил её на руки и начал всю обнюхивать и вертеть из стороны в стороны.

Яна расхохоталась, и попыталась выбраться из объятий пары, потому что было ужасно щекотно, но, когда поняла, что демона повело от её запаха, — он припал к её животу и замер там, с отрешенным выражением лица, — решила потерпеть.

Все равно это надолго. И ведьма даже расслабилась, потому что демон держал её навесу.

А затем Яна ощутила, как его тело уменьшается, и она уже оказалась в руках Дервиля.

Ведьма замерла не зная, что делать. Как будет реагировать инкуб на всё происходящее она не понимала. Вполне возможно для него ребенок станет помехой. Ведь энергию пополнять она уже не даст. Яна приготовилась сражаться с Дервилем до последнего. Умом она понимала, что это её Орсо, но он был уже совсем другим. И своим поведением это доказал.

Однако на её удивление, инкуб повел себя так же, как и Ливред до этого, он замер у её живота, прикрыл глаза и к чему-то прислушивался и кажется даже принюхивался.

Яна решила, что им стоит выяснить всё сейчас, чтобы ей было понятно, как себя дальше вести с инкубом.

— Дервиль, — начала она, и инкуб сразу же посмотрел на ведьму, а она, не дожидаясь ответа продолжила: — я должна тебе сказать, что не позволю во время беременности тянуть с себя энергию. Ребенок может пострадать. Делай что хочешь, но на этот раз я буду сражаться до конца.

Последнюю фраза ведьма произнесла решительно и зло. Она и правда собиралась драться со своей парой, хоть и понимала, что может ему проиграть, но ребенок в любом случае погибнет, если инкуб решит и дальше использовать её, как личную батарейку.

И даже Лэль в её голове не проронила ни слова против, прекрасно понимая, что права.

Взгляд демона стал не читаемым, он осторожно поставил ведьму на ноги и сделал пару шагов назад, а затем резко опустился перед ней на одно колено, и сдернув со своей шеи какой-то медальон протянул его на раскрытой ладони Яне.

Ведьма автоматически перевела взгляд на руку и увидела своё кольцо.

Она опять посмотрела на инкуба, не веря в то, что видит перед собой.

— Я должен попросить у тебя прощения, — сказал инкуб хриплым голосом. — Но знаю, что не имею права. Я столько всего натворил… Я вспомнил прошлую жизнь. Нашу жизнь. И я… я не достоин тебя. Прости, если сможешь, любимая. Твоё кольцо, я возвращаю его. Бери. И если ты захочешь уйти, я всё пойму и… — голос Дервиля прервался, а глаза покраснели. На щеках заиграли желваки, словно он пытался себя перебороть, а затем закрыл глаза, шумно выдохнул и договорил: — Клянусь, что, если ты захочешь уйти и не пожелаешь меня больше никогда видеть, я никогда не буду преследовать тебя, и искать с тобой встречи.

Яна растеряно смотрела на тонкие черты лица Дервиля, не представляя как реагировать на его речь.

А инкуб, резко сделал шаг вперед, взял ослабшую руку девушки, и осторожно надел кольцо на безымянный палец правой руки.