Полюби меня, ведьма!

Эпилог

Если сказать, что ведьма испытала невообразимые ощущения, то это значит, ничего не сказать. Сила взметнулась внутри неё окутывая каждую клеточку тела, наполняя сузившиеся от магического голодания каналы, расправляя их, и напитывая.

Яна и не думала, что это может быть одновременно так больно и так хорошо.

Фенек же вырвался наружу и скакал словно пьяный вокруг ведьмы. Его тоже оглушило огромным напором силы, хлынувшим из ведьмы.

Яна расхохоталась, схватив на руки Маако и начала с ним кружится и от души зацеловывать вредную мордаху. А лис был так рад её видеть, что даже позволил себя тискать, чего раньше за ним никогда не водилось. Ведь он вообще-то древнее могущественное существо, а не какой-то домашний питомец. Но из-за магического опьянения Маако тоже радовался вместе с Яной. И облизал всё её лицо в ответ.

Она забыла обо всем на свете. О Дервиле стоящем и зачарованно смотрящем на неё, мысленно уже прощающемся, о Цинзе лежащем и захлёбывающемся собственной кровью, Каане, держащей герцога на земле тяжелыми лапами, проломившими грудную клетку. О Великом Лесе, и даже о своем ребенке.

Такое длительное отсутствие связи с Маако и потеря магии, оказалось для неё слишком опасными. Вполне возможно, что еще немного, и связь с фамильяром полностью была бы разрушена, и тогда неизвестно, что случилось бы и ними обоими.

Краем сознания Яна это поняла, когда сила начала хлестать в неё огромным напором, с которым она физически не могла справиться. А сейчас и вовсе перестала мыслить.

Забыв обо всем на свете, Яна открыла портал, даже не осознавая, что раньше этого сделать не могла и в одно мгновение исчезла.

Она вернулась домой, и увидев опешившую сестру, начала её обнимать и хохотать…

Дервиль же схватился за голову. Он её потерял навсегда. Она никогда к нему не вернется. Он бы не вернулся. За то, что натворил.

Больным взглядом он посмотрел в то место, где еще мгновение назад счастливо танцевала его пара, а затем кое-как поднявшись на ноги, он позвал Каану, чтобы она отпустила Цинза.

Герцог был ему теперь неважен. Жив он или мертв. Всё едино. Без Яны у него даже сил на месть и злость не было.

Не мешкая, гончая подбежала к инкубу, и осторожно взяв за руку зубами, открыла портал домой, и подтолкнула его вовнутрь.

Мало кто знал, что эти существа, практически не видят границ, они спокойно умеют путешествовать из мира в мир и находить любое существо, по одной капле крови. Каана, не просто так была предводительницей и альфой в своей стае. Такие, как она рождались очень редко. И именно Каана помогла Дервилю найти его женщину. А еще именно она потребовала, чтобы он вернул Яне свободу.

«Самка всегда будет смотреть в другую сторону, если самец насильно лишит её свободы», — сказала она ему мысленно.

Дервиль поблагодарил Каану и ушел к себе в подземелье. Ему никого не хотелось видеть. Он вообще не знал, как дальше будет существовать без своей пары.

Он так провинился перед ней, еще и не в первый раз.

И решение, которое он принял на пару с Ливредом, было самым верным.

Яна намного лучше сможет позаботиться о себе и их ребенке сама, потому что он ни на что не годен. Ни в той жизни, ни в этой он не смог их защитить. История почти повторилась, и только чудо, что он успел вовремя. Но он прекрасно понимал, что сам допустил эту ситуацию.

Напыщенный, самоуверенный идиот.

Даже Ливред молчал и не хотел ни о чем с ним говорить. Демон как будто исчез, закрыл все свои эмоции от инкуба, отгородился глухой стеной. Хотя Дервиль чувствовал, что он никуда не делся, он внутри него. И по своей воле дал возможность инкубу вернуть Яне свободу. Сейчас же Дервиль желал, чтобы Ливред вышел и пользовался его телом, потому что у него не было даже сил встать.

Сколько так провалялся инкуб на постели, он и сам не понимал. Ему казалось, что прошла целая вечность, хотя верный Сурхон приносил завтрак всего пару раз. Но даже сил на обычную еду у инкуба не было. Он не понимал зачем ему питаться, зачем жить вообще без Яны?

И только спасительный сон помогал ему забыться и увидеть свою любимую.

Вот и в очередной раз, она сидела рядом с ним, и недовольно скривила свой красивый носик.

— Оу, ну и вонь, — пробормотала она, — Сурхон давно он так лежит?

— Уже третий месяц, Ваша Светлость, — отрапортовал верный дух хранитель.

— И все это время он не съел ни единой крошки? — с ужасом охнула его пара, а Дервиль же мысленно улыбнулся, потому что сил на настоящую улыбку у него не было.

Какой хороший сон. Яна переживает и заботится о нем, это так приятно. Дервиль подумал, что хочет навечно остаться в этом сне, лишь бы она сидела рядом и гладила осторожно его по волосам.

Грязным… спутавшимся волосам.

— Нет, — ответил Сурхон. — Воду еще первый месяц пил, потом и это перестал делать.

Его пара печально вздохнула, и ворчливо прошипела:

— Мда, Маако, а ты говорил, что пусть еще помучается, больше никогда не буду тебя слушать.

— Пф! Можно подумать! Ну и сама тогда справляйся, я вообще больше ни слова не скажу. Буду изображать из себя тупое домашнее животное.

— Ты и так это делаешь, — ответила Яна. — Все уже перегрыз дома, и каждый угол пометил, Мирака меня уже из дома гонит.

— А что мне делать? — с обидой ответил фамильяр. — У меня зубы чешутся? Да еще и инстинкты! Я теперь даже уйти в тонкий мир не могу, чтобы пережить эти ужасные ощущения! А всё твой инкуб! Да разве ж можно так надолго лишать кольца? Если бы он его не вернул, мы бы оба погибли!

— Хватит Маако, сколько можно одно и тоже? — прошептала Яна, продолжая гладить инкуба по голове.

— Но ты ведь сама теперь не рада, что я не могу уйти из этого мира? Потому что полностью воплотился, — проворчал фенек: — И кто бы мог подумать, что я обрету могущество в теле этого недоразумения.

— Скоро ты сможешь сменить образ, — ответила Яна. — Потерпи.

— Скоро? Ты издеваешься? — прошипел лис. — Мне четыре хвоста надо отрастить, чтобы у меня получилось это сделать. Четыре! Ты знаешь, сколько времени должно пройти?

— Сурхон, — не обратила внимания на отповедь фенека Яна. — Давай попробуем его до ванны донести, помоем, а потом я буду потихоньку вливать энергию.

Дервиль ощутил, как что-то подняло его в воздух и куда-то понесло, а затем медленно опустило в теплую воду.

Любимая женщина начала осторожно мыть ему голову, затем смывать воду, и уже намыливать тело.

Инкуб никогда в жизни не чувствовал такого блаженства, сон все продолжался, и он был счастлив. Жаль, Дервиль не мог открыть глаза, сил не хватало, или как-то пошевелиться, но и это его радовало.

После того, как Яна помыла демона, Сурхон опять подхватил его на руки и унес на уже чистую постель.

— Сурхон принеси жидкий мясной бульон, попытаемся начать с малого, — распорядилась ведьма, а сама разделась до гола, легла рядом, обняв свою пару и прикрыла глаза, стараясь настроиться на то, чтобы отдать как можно больше своей энергии.

Инкуб сам не понял, как потянулся к ней, и начал забирать то, что давала ведьма. Но в этот момент внутри него встрепенулся демон, зарычал, и заставил отпрянуть от сладкого источника.

— Ребенок! — воскликнул инкуб, и открыл глаза, увидев перед собой сонную Яну.

— Что? — пробормотала она.

Дервиль заморгал от солнечных лучей, которые просвечивали сквозь занавески. Инкуб озадачено посмотрел вокруг и понял, что они не под землей в убежище, а в их комнате в замке.

— Любимый, что случилось? — спросила Яна, вырывая его из размышлений о том, как он оказался в комнате, ведь он помнил, что засыпал под землей.

— Где наш ребенок? — спросил он уже тише.

— Там с ней куча нянек водится, — зевнула Яна, — от Кааны и её выводка до баронесс.

— Её? — спросил инкуб, не веря и все еще думая, что находится во сне.

— Угу, у нас девочка, демоница, высшая, представляешь? — хмыкнула Яна. — И ей уже месяц.

— Как месяц? Сколько я спал?

Яна присела в постели и внимательно посмотрела на инкуба, а затем переспросила:

— Дервиль? Ты вернулся?

— А я уходил куда-то? — переспросил инкуб ничего не понимая, и разглядывая свою женщину с недоумением.

Яна немного округлилась. Но ей так сильно шло. Черты лица стали мягче, нежнее, даже взгляд изменился. Грудь увеличилась до пятого размера и появился нежный мягкий животик.

— Тебя не было несколько месяцев. Ливред решил, что ты уснул насовсем, — ответила ведьма.

— Много я пропустил? — ошеломленно спросил инкуб.

— Нет, — улыбнулась Яна, и рукой дотронулась до лица мужа. — Всего лишь несколько месяцев перепадов моего настроения, психоза за затем и рождение Лилу.

— Лилу?

— Ага, — скривилась Яна. — Папаша твой распорядился, так называть юную принцессу.

— Отец был здесь?

— Был, — кивнула ведьма, и вздохнув, начала рассказывать: — во время рождения Лилу. К сожалению, без его помощи было не обойтись. Малышка чуть не погибла, она суккуба, хоть и высшая, а моей энергии ей не хватило, мы думали, что она погибнет, но тут, прямо в комнату, открыл портал твой отец, вошел, взял её на руки, что-то зашептал, весь побледнел, осунулся на глазах, я думала он в обморок упадет, но он распорядился, чтобы мы назвали её Лилу, отдал ожившую дочь Ливреду, а затем, сказав, что ты тоже чуть не убил его во время родов, открыл портал и ушел.

Инкуб пораженно смотрел на жену, все еще не веря в то, что это не сон. Что всё, что она рассказала не плод его обезумевшего от одиночества воображения.

Яна вернулась, она простила его, у него родилась дочь, его отец спас её от смерти. И еще и рассказал о том, что, когда-то его самого вытянул с того света. Да разве такое возможно вообще?

Он схватил её, и прижал к себе с такой силой, что Яна пискнула, но послушно прижалась в ответ, не пытаясь вырваться.

— Пусть это сон, но я не хочу, чтобы он заканчивался, — пробормотал инкуб, продолжая наслаждаться ароматом любимой женщины.

— Все в порядке любимый, это не сон, — прошептала она в ответ.

А позже он познакомился со своей дочерью. Лилу была его маленькой копией. И ей постоянно требовалась чья-то энергия. Одна малышка не могла находиться. И поэтому няньки меняли по очереди друг друга, давая иногда отдохнуть родителям. А если кто-то из нянек умудрялся засыпать, то появлялась Каана, и давала свою энергию.

— Постепенно она научится сдерживаться, — ответил Дервиль на вопрос Яны, ведь Лилу тянула без разбору со всех энергию, и это пугало ведьму.

Вдруг она случайно, кого-нибудь убьет?

А рассказать о суккубах никто толком ничего не мог. Обращаться к властелину Инферно Яна пока не хотела. А Ливред терялся, у него была совсем иная природа, демону не нужна была энергия живых существ.

— Дядя рассказывал, что в год я уже не был таким прожорливым.

Инкуб нахмурился, вспомнив Цинза. Он ведь так и не разобрался, зачем он украл его женщину.

— Герцог появлялся? — спросил он у Яны.

Она опустила голову, и устало вздохнула.

— Появлялся, Ливред ему чуть голову не оторвал, я остановила его, — ответила она, посмотрев на мужа больными глазами.

— Почему? — спросил Дервиль.

Ему было больно осознавать, что единственный близкий ему человек, оказался предателем.

— Потому что он сумасшедший и сам себя наказал, — ответила Яна.

О том, что Цинз — это её брат-близнец, одержимый странной любовью, она не хотела рассказывать.

Как и не хотела рассказывать о том, что он натворил в прошлой жизни.

Мечтая вернуть себе Лэль, он охмурил девочку-прислужницу полукровку, которую, когда-то спасла эльфийка на площади от жестокой расправы. Та по наивности подсыпала им в еду снотворное, думая о том, что прекрасный эльф придет её забрать с собой, но вместо этого получила нож в сердце. Поэтому Орсо и не учуял чужака в доме.

А Сын Ветра прокрался в спальню, перерезал горло, крепко уснувшему от зелья оборотню, а затем и убил их маленького малыша. Он почему-то наивно полагал, что Лэль лишившись истинного и ребенка, уйдет с ним жить в Великий Лес, но не подозревал, что эльфийка заберет нож у брата и воткнет его себе в сердце, чтобы уйти вслед за своей семьей.

Об этом Дервиль и сам вспомнил, только он не знал, кто был тот враг, потому что был уже мертв, и лишь краем гаснувшего сознания понял, что его сын и его жена уходят вместе с ним на следующее перерождение.

А ночью между инкубом и демоном состоялся непростой разговор. И они решили, что будут жить с любимой женщиной по очереди, через один день, а вот в сексе участвовать одновременно. И что Ливред не будет посягать на престол Инферно, потому что Дервиль не хочет сражаться со своим отцом. У него хоть и тяжелый характер, однако демон является отличным правителем и стратегом, который решил встретиться с советом ведьм на Земле и поговорить о возможном открытии посольств с той и другой стороны. Ведь Яна показала ему еще одну сторону их характера. Ведьмы способны сотрудничать, если понадобится.

И эта ночь была для Яны настолько жаркой и необычной, что следующий день она почти весь проспала.

Зато Дервиль навёрстывал упущенное и водился со своей дочерью.

Конец.