После развода. Любовь без срока давности

Глава 25

— Он мне не понравился. — я поставил чашку с кофе на стол и отодвинул её подальше. Слишком крепкий, слишком чёрный. А у меня в последнее время давление шалило и сердце давило, ворочалось в груди тяжёлым валуном.

— А должен был? — с усмешкой посмотрел на меня Андрей. — Главное, что он Лидии нравится.

— Клоун. — поморщился я, недовольный тем, что зять не понимал меня. — Кто этот Николас вообще такой? Чем занимается?

— Насколько я знаю, у него в России компания. Продаёт яхты, лодки, маломерные суда. — зять с хитрым прищуром смотрел на меня и потягивал свой чёрный, как арабская ночь, кофе. — Не понимаю, чего ты всполошился, Игнат? У тебя своя жизнь, у Лидии своя, и никакого отношения ты больше к ней не имеешь.

— Ошибаешься. — хмыкнул я. — Конечно, имею. Мы с Лидой родители троих детей, пускай и взрослых. Мы остаёмся семьёй даже в разводе. У нас внуки общие. Конечно, мне не всё равно, что происходит у женщины с которой прожил двадцать шесть лет.

— Ты бросил её. Не думаю, что ты имеешь право сейчас как-то лезть в её жизнь и её отношения с другими мужчинами.

В голосе Андрея прозвучали предупреждающие нотки.

— Ну, во-первых, не бросил. — уверенно произнёс я, на что Андрей только саркастично хмыкнул, и я предупреждающе посмотрел на него. — Мы мирно и цивилизованно разошлись. По обоюдному согласию. Без скандалов и раздела ложек-вилок. Во-вторых, я не собираюсь никуда лезть. Я беспокоюсь за неё. Твоя тёща слишком мягкая и добрая. И доверчивая, как дитё. Её же облапошить можно на раз-два. Ты работы того художника в кавычках в её галерее видел? Это же мазня! У меня Матвей такое за пять минут намалюет. На сто процентов уверен, что этот мазила ей на уши присел со своим талантом и тем, что его работы разберут, как горячие пирожки.

— А ты эксперт в живописи? — иронично приподнял бровь зять. — Лидия прекрасно разбирается в этом, а ты?

— Да что тут разбираться. — начал злится я. — Я, может, и не специалист, но это же видно невооружённым глазом.

— Оставь это специалистам. И кстати. — Андрей откинулся на спинку кресла, потёр пальцем подбородок и усмехнулся. — Если ты не знал, то работы этого мазилы, как ты его назвал, действительно хорошо раскупают. Продано уже почти шестьдесят процентов его работ. И по поводу наивности твоей бывшей жены… Лидия очень умная и хваткая бизнесвумен. У неё чутьё на таланты и будущие знаменитости, как у ищейки. Ещё ни одна выставка не провалилась.

— С чего ты её так защищаешь? — я поставил локти на колени и свёл кончики пальцев рук куполом. — Взял на себя обязанность заботиться о ней?

— Кто-то же должен, если ты самоустранился. — с недобрым упрёком смотрел на меня зять. — Лидия не чужой мне человек. Она мать моей жены, бабушка моих детей. Она семья.

Так было с самого начала, с того самого дня, когда я объявил о нашем разводе. И старший сын, и зять не приняли моё решение. Врагами мы не стали, но отдалились так, что прищуриваться надо было и руку козырьком к глазам приставлять, чтобы рассмотреть вдали наши прежние отношения.

И если с Андреем нас связывал бизнес, и нам волей-неволей приходилось как-то общаться, взаимодействовать, то Никита просто игнорировал меня по полной. На телефонные звонки ещё через раз отвечал, но сам никогда не звонил. И самым большим ударом было то, что старший сын не пригласил меня на свою свадьбу. Я постфактум узнал, что сын женился. Я с внуком, его сыном, познакомился только в доме Андрея и Маши. Мне сложно было понять и принять такое отношение ко мне со стороны старшего сына.

Никита был моим сыном. С самых ползунков и памперсов. С первых зубов и бессонных ночей, когда они прорезались и он орал как резаный ночи напролёт. Со школы, куда я лично отвозил его по утрам, потому что Лида оставалась дома с маленькой Машей. С его первых детских неудач и первых достижений. Я никогда не считал его не моим сыном. Он был мой. И от этого боль, от его отстранённости и равнодушия, была только сильнее.

— Я рад, что о Лиде есть кому позаботиться. — усмехнулся я, чувствуя нелогичную ревность оттого, что кто-то делает это теперь вместо меня. — Присмотрись повнимательнее к этому Николасу. Что-то в нём не так. Зачем ему Лида? Он же моложе её лет на пятнадцать.

— На семь. — невозмутимо поправил Андрей. — Не думаю, что ему нужны деньги Лидии. Он достаточно богат. Я знаю, что у него успешный бизнес не только в России, но и на Кипре. Что он живёт практически на две страны. Был женат. Сыну восемнадцать, и он живёт и учится в Германии. Жена, кажется, в Греции или Италии, я не уточнял.

— Ты рыл на него информацию? — подался я вперёд.

— Я же сказал — Лидия член моей семьи, а значит, я за неё в ответе. Конечно, я поинтересовался прошлым и настоящим мужчины, проявляющего к ней интерес. — спокойно смотрел на меня Андрей. — Ничего криминального или подозрительного не нашёл. Нормальный мужик. Толковый, серьёзный.

— Паяц. — вспоминая наглые ухмылки сердечного друга Лиды, я не мог согласиться с характеристиками Андрея. Мне этот Николас показался несерьёзным и подозрительным. Слишком хорош собой, слишком молод для Лидии, слишком шустрый. Что у него может быть к моей спокойной и молчаливой жене? Чувства? Бред собачий!