После развода. Любовь без срока давности

Глава 50

— Прости. — Николас перехватил мою руку и прижался щекой к ладони. — Просто поверь мне. Поверь, пожалуйста.

— Я боюсь. — честно призналась я. — Боюсь боли. Боюсь предательства и обмана. Боюсь довериться.

— Не бойся. — целуя меня в ладонь, сказал Ник. — Я никогда не предам тебя. Ты моё сердце, Лида. Я люблю тебя.

Я слабо улыбнулась. Клятвам в вечной любви и верности я больше не верила. Слишком болезненным был жизненный урок. Но я устала, этот день выпил из меня все силы. Я просто нуждалась в обыкновенном человеческом тепле. В этот момент я, как никогда раньше, чувствовала себя обычной слабой женщиной, которой необходима была поддержка, крепкое плечо. И я дала Николасу ещё один шанс.

Этой ночью между нами не было страсти. Даже поцелуев не было. Только тихие разговоры в темноте спальни. Мягкие объятия. Нежные руки, утешающие и успокаивающие. Сон на широкой, горячей груди. А утро началось с запаха кофе, который Николас принёс мне в постель.

Солнечно-рыжий, взъерошенный, немного сонный, босой, без футболки и в джинсах с расстёгнутой на поясе пуговицей, Николас медленно шёл к кровати и напряжённо смотрел на чашки в своих руках, стараясь не расплескать кофе.

Удобно устроился на другом краю кровати, поджав под себя одну босую ногу и облокотившись спиной на мягкое изголовье. С наслаждением потягивал кофе и задумчиво смотрел на меня поверх своей чашки.

— Чем сегодня будешь заниматься? — поинтересовался, прищурив один глаз от падающего из щели между шторами солнечного лучика.

— На работу в галерею поеду. — смакуя кофе, промурлыкала я. — Совсем дела забросила. И Яков Ильич звонил. Говорит, в магазин на реализацию принесли чудесную вещицу конца девятнадцатого века. Серебряную табакерку. Хочу посмотреть. А ты?

— А я с тобой, если ты не против.

— Не против. — пожала я плечами. — Только боюсь, тебе скучно будет. Я документами весь день заниматься буду, накопилось за время отпуска.

— А я буду кофе тебе варить и за булочками в твою любимую пекарню бегать. И вообще, готов сегодня весь день быть у тебя на посылках.

— На побегушках? — со смешком уточнила я.

— Ага. — с удовольствием согласился Николас. — Я весь в твоём распоряжении. В ближайшую жизнь я совершенно свободен для тебя.

Я отставила пустую чашку на прикроватную тумбочку и с наслаждением, до хруста, потянулась. Сейчас я чувствовала себя гораздо лучше, спокойнее и легче, чем вчера.

Николас, прищурившись, смотрел на меня улыбкой.

— Тогда собираемся. — ничуть не смутившись под его заинтересованным взглядом на мою грудь, обтянутую ночной шелковой сорочкой, скомандовала я. — Позавтракаем в ближайшей кофейне. Боюсь, что у меня в холодильнике только просроченные продукты. Я ещё ничего не успела заказать после возвращения.

— Как скажешь, звезда моя. — соблазнительно облизал нижнюю губу Ник.

Посмеиваясь, проскользнула мимо Николаса в ванную комнату и закрылась в ней на замок. Не сейчас, дружок. Меня уже заждались дела в галерее. И я ещё не была уверена, что готова вернуться к прежнему формату наших отношений. Пускай Ник сначала попробует доказать, что я могу ему доверять.

Прохладный душ окончательно разбудил меня.

Я высушила и тщательно уложила волосы, нанесла на лицо крем и сделала лёгкий, дневной макияж. Что-то подсказывало мне, что и этот день будет непростым, и меня ждут встречи со многими людьми. А идеальный внешний вид всегда был моей бронёй и придавал мне уверенности.

— На твоей или моей? — стоя на парковке возле дома, покрутил на пальце автомобильный брелок Николас.

— На моей, но ты за рулём. — я кинула Нику ключи от своей машины и пошла к пассажирской дверце.

Николас ловко поймал их налету, прижал руку с ними к своей груди и дурашливо поклонился.

— Как прикажешь, звезда моя.

На самом деле я хотела быть на собственных колёсах и ни от кого и ни от чего не зависеть. И мне нужно было сделать несколько звонков прямо сейчас. Поэтому я пустила за руль Николаса.

— Хорошая кофейня с горячими завтраками прямо по проспекту в квартале отсюда. — задала маршрут своему сегодняшнему водителю. — Потом сразу в антикварный заедем, он по пути. И дальше в галерею.

Пока ехали до кофейни и парковались рядом с ней, позвонила своему бессменному продавцу и оценщику антиквариата Якову Ильичу и попросила прийти пораньше. Написала сообщение администратору галереи. Сообщила, что буду через час и чтобы она приготовила все документы к моему приезду. Чиркнула Маше, спросила, как у них дела. Дочь вчера обмолвилась, что у Марка сопли и он капризничал. Маша пока не ответила.

Николас всё это время помалкивал, задумчиво улыбался и время от времени бросал на меня заинтересованные взгляды.

— Ты мне нравишься такой. — пожал плечами в ответ на мою вопросительно приподнятую бровь. — Вообще, всякая нравишься. Особенно сонная и тёплая по утрам. Такая красивая и расслабленная.

— Не подлизывайся. — не сдержав улыбку, хлопнула ладонью по мужскому плечу и на секунду залюбовалась золотистыми искорками в медовых глазах. Красивый чертяка. Зря я утром закрылась от него в ванной.

— Люблю тебя. — искренне признался Николас, и мне стало легко, легко на душе. Приятно. Словно теплым, мягким пёрышком погладили. Может, всё не так плохо и хорошее, счастливое время вернётся? Закончится эта изнуряющая тягомотина с Градовыми и их наследством, и я снова стану свободной и лёгкой, как синица.

Но я рано радовалась. Приехав в галерею, первым кого я увидела, это поджидающего нас у ещё закрытого главного входа Костю.