— Мы так и не поговорили нормально. — развалился в кресле для посетителей Костя. — Нужно обсудить некоторые моменты, братишка, чтобы потом без обид.
Я усмехнулся, отложил ручку, которой подписывал документы и тоже откинулся на спинку своего рабочего кресла.
Знал, что привело Костю ко мне в офис. Вопросы задавать не стал, только приподнял бровь, изображая заинтересованность.
— Я о своём сыне. — небрежно махнул рукой Костя. А в холодных глазах — тонкая насмешка, которую я ненавидел.
— О моём сыне. — поправил я.
— А ты молодец, Игнат. — оскалил искусственные зубы брат. — Знаешь, я тебе даже благодарен. Если бы не ты, я мог никогда не узнать о его существовании.
— А ты поройся в памяти, покопайся, может, и не одного сына найдёшь. — намекнул я на бурную сексуальную жизнь Кости в студенческие годы.
— Ну ты тоже был не промах. — хохотнул брат. — Но за Никиту я тебе благодарен. Отличного мужика воспитал. Крепкого. Упрямого. Чисто Градовский характер.
— Что тебе от него надо? Вот не знал ты о его существовании тридцать лет и жил прекрасно, теперь-то, что он него нужно? Не думаешь же ты, что взрослый мужик, воспитанный в семье, бросится сейчас тебе в объятья с воплей: "папа! Ты меня нашёл!"?
— Как что? Сын же. Наследник! — в глазах брата заплескался наигранный восторг. — У тебя-то их два, ты должен понимать.
— Три. — глухо произнёс я.
Хотелось втащить в холёную морду напротив. Никита — мой сын! Я его вынянчил, я его вырастил. Я любил его, своего первенца. И отказываться от него не собирался. Чтобы там себе брат не напридумывал о моём сыне.
— Ну пусть три, пусть. — примиряюще поднял ладони вверх Костя. Я на твоё место не претендую. Я просто хочу наладить с Никитой отношения.
— Вот только он не хочет? — понимающе усмехнулся я. — Ну, у тебя есть дочь.
— Ой, да что дочь. — досадливо отмахнулся Костя.
— Родит тебе внука-наследника. — закипая, цедил я.
— Баба от бабы родить не может. Она же у меня того… — разочарованно вздохнул Костя. — В общем… Подруги у неё есть, а мужиков нет. Говорит, насмотрелась на нас с матерью, не дай бог, такую жизнь и такого мужа рядом.
— Хреново жили? — хмыкнул я, уже понимая, что не нравилось его дочери.
— По-разному жили, да. Но такого лада, как у вас с Лидой, не было. Дед мне за эти дни все уши прожужжал, какая Лида хорошая, какая послушная, какая жена идеальная. Спокойная, терпеливая, тихая. — Костя задумчиво потёр пальцами колючий подбородок. — А наша с Несси жизнь — это была вечная борьба. Скандалы, разборки, соперничество во всём. Тебе в этом плане повезло. Ты же с самого начала её себе присмотрел, понял, что отличная, жена получится.
Присмотрел. Мне Лида понравилась с первого взгляда. Тоненькая, хрупкая, глазища огромные, испуганные. И волосы, как светлый шёлк по плечам струились. Не было у меня тогда мыслей о ней, как о жене. Просто смотрел на неё, неземную какую-то, и млел, как дурень деревенский, впервые увидевший прекрасную деву.
Иногда видел её в коридорах университета. Ловил себя на мысли: "может подойти, познакомиться?", но отмахивался от неё. Молодая больно, скромная, что мне с ней делать? В кровать она ко мне точно не прыгнет. Такой образ у меня её нарисовался — невинная дева, нежная, непорочная.
А потом Костя на вечеринке её в комнату увёл. И она пошла. Не сопротивлялась, не отталкивала, даже прижималась к нему.
Я помню, какое разочарование тогда испытал. Как из квартиры той ушёл и в парке потом подрался с двумя гопниками. Они деньги у меня хотели отжать, а я в такой ярости был. Я бил их обоих, пока силы не кончились. Бросил их валяться на земле, а сам пошёл и нажрался в ближайшем баре.
Это потом я узнал, что она не в себе была, пьяная в хлам и ничего толком не соображала. Это Костя её к себе прижимал, чтобы не рухнула, потому что на ногах с непривычки не стояла.
— Ты что же, решил, что можешь и жену мою бывшую к рукам прибрать и сына?
— А чего добру пропадать? — хохотнул брат. — Лида твоя женщина красивая, шикарная для своих лет. И она мать моего сына. Я ей страшно благодарен. Я даже восхищён. Ведь не избавилась, хотя молоденькая совсем была. А сын…
— Ты мне-то хоть на уши не приседай. — поморщился я. — Не Лида тебя восхищает, а отцовские деньги, которые он ей якобы завещал. И ещё раз. Никита — мой сын.
— Денег у меня и у самого достаточно. А хорошая жена на дороге не валяется. — щерился в ухмылке Костя. — Ты её бросил — я подобрал.
— Ещё не подобрал. — отзеркалил брату ухмылку и не заметил, как треснула и разложилась напополам в моих пальцах ручка. — Но попробовать можешь. Удачи.
Нет, я не переживал, что у Кости как-то получится завоевать Лиду. Знал, как она к нему относится. Да и мой старший сын тоже не иуда, за деньги не продастся. Оставалось только пожелать удачи брату. Хотя кулаки просто чесались врезать ему в бубен.
— Я, кстати, уже поговорил с Никитой. — Костя, улыбаясь, провёл большим пальцем по нижней губе и замолчал, явно ожидая от меня вопросов.
— Никак не можешь успокоиться? — задал я вопрос. Совсем не тот, что он ожидал. — Всё никак детскую обиду не забудешь?