После развода. Любовь без срока давности

Глава 31

— За тебя. — улыбнулся Николас, протягивая через стол бокал, и я протянула навстречу свой.

Тонкое стекло бокалов соприкоснулось с тихим, мелодичным звоном. Качнулось тяжёлой волной рубиновое вино, оставив на стенках тягучий след.

— Спасибо. — улыбнулась я, ловя в медовых глазах напротив, золотые искры. — Спасибо за то, что ты всегда рядом, когда нужен.

— Так и должно быть, Лида. — долгим взглядом смотрел мне в глаза Николас. — Ты знаешь, что я чувствую к тебе, на что готов ради тебя.

Наши разговоры всё чаще переходили ту хрупкую, тонкую грань, которую мы уже с трудом пытались удержать. Ник становился настойчивее, по-видимому устав держаться во френд зоне. А я ещё никак не решалась подпустить его ближе. Что-то удерживало меня от следующего шага. Возможно, неуверенность в себе. Но скорее страх снова ошибиться в мужчине. Боязнь той боли, что однажды едва не сломала меня.

— Я послезавтра улетаю на Кипр, Лида. — Николас отставил в сторону бокал и чуть поддался назад, давая возможность подошедшему официанту поставить перед ним тарелку с горячим.

— Ты не говорил. — я улыбнулась и кивнула официанту, держащему следующую тарелку и вопросительно смотрящему на меня. — Салат для меня.

— Неожиданно возникли дела. Нужно моё личное присутствие. — беря в руки вилку и нож, посмотрел на меня Ник. — Полетели со мной? Отдохнёшь, позагораешь, накупаешься в море. Отвлечёшься, одним словом. У меня большой красивый дом, Лида. Там тебе никто не побеспокоит.

Это было не первое, скорее сто первое приглашение Николаса. А у меня всегда были сто и одна причина отказаться. Я не была готова что-то менять в наших отношениях. Но сегодня мне невыносимо захотелось к морю. Я даже услышала шум накатывающих на прибрежные камни волн. Представила нас с Ником на берегу, любующихся закатом. Я бы прижалась спиной к его груди, а он обнял бы меня руками и дышал в макушку.

— Не могу, Ник. — вздохнула я. — Максим приезжает. Я почти год не видела сына, очень соскучилась.

— А он? — слишком спокойно спросил Николас. — Он соскучился? Или он к отцу приезжает?

Я знала, что Максим планировал провести летние каникулы в Черногории. У его друга и однокурсника из Будвы родители владели несколькими яхтами и занимались тем, что устраивали морские прогулки для туристов. Максим хотел подработать этим летом, нанявшись к ним на одну из яхт.

Это было нормальным желанием двадцатилетнего парня. Что может быть заманчивее провести лето с другом на море под парусом? Ну точно не скучать в душном городе рядом со мной.

Я смирилась: мальчик вырос, ему сейчас важнее друзья-студенты, девчонки в купальниках, солнечные пляжи и весёлые компании таких же беззаботных молодых людей. Самый возраст весело проводить время с друзьями в барах и ночных клубах, а не сидеть возле матери.

Если бы Игнат не позвал сына, не попросил немного побыть рядом с Матвеем, Максим не приехал бы этим летом домой. Он согласился только ради младшего брата, которого любил.

— Скорее к Матвею. — покусывая губу, призналась я. — Ты же знаешь, что у малыша сейчас проблемы. Ему нужна помощь и поддержка любимого брата.

Николас хмыкнул, задумчиво глядя на меня, провеул кончиком языка по зубам.

— Я бы его выпорол за такое отношение к тебе. Жаль, что я не его отец.

— Тебя пороли в детстве? — недовольно нахмурилась я. — В нашей семье не практикуется физическое наказание. Игнат никогда и пальцем детей не трогал.

— Может, и зря. — усмехнулся Николас. — Вот меня отец запросто мог перетянуть ремнём по заднице. Да и дед не гнушался задать трёпку, если я заслужил. Зато у меня и мысли не возникало проявить неуважение к старшим. Особенно к матери. Она у меня замечательная, очень добрая. Ты на неё похожа характером. Мягкая и одновременно очень сильная.

— Мне сложно поверить, что ты можешь выпороть ребёнка. — я приподняла бровь, недоверчиво смотря на Николаса.

— А я и не делал этого никогда. — усмехнулся Ник. — Не то чтобы поводов с сыном не было, просто себя помнил. Обиду на отца. Я же не мог дать ему сдачу, слабее был, беспомощнее. В общем, согласен, не самый лучший метод воспитания. Но тряхнуть твоего сына за шиворот хочется.

Я слабо улыбнулась и опустила глаза в тарелку. Иногда мне самой хотелось схватить сына за грудки и трясти, кричать ему в лицо, что люблю его, что он делает мне больно, невыносимо больно. Что я ночами вою в подушку от тоски по нему, от обиды, от непонимания за что он так со мной. Что невыносимо скучаю и каждые его звонок мне, каждый приезд — это радость, смешанная с болью. Но я никогда не делала этого. Я транслировала сыну только любовь, только радость от встречи. Я никогда не признавалась Максиму в своей тоске и обиде за его равнодушие и отстранённость.

— Может, всё-таки со мной? — потянувшись через стол, Николас положил тёплую ладонь на мою руку, держащую столовый нож, легонько сжал мои пальцы. — На Кипр. К лазурному морю. Отогреешься.

Прозвучало, как "отогрею", и я улыбнулась Нику, столько тепла и затаённого желания светилось в его медовых глазах.

— Давай в следующий раз. — я подхватила свободной рукой бокал, сделала глоток и облизала кисловато-горькие после вина губы. — Обещаю, Ник.

Вечером, уже укладываясь спать, привычно проверила телефон. Ни сообщений, ни звонков от Максима не было. Игнат, когда говорил о приезде сына, не назвал точную дату, и я каждый день ждала, что Максим позвонит или напишет, что прилетает сегодня. Или завтра.

Покрутив телефон в руках, не выдержала и решила позвонить сама.

Максим сразу снял трубку.

— Мам, ты чего так поздно?

— Привет. — вздохнула я, слыша недовольное удивление в голосе сына. — Прости, что поздно, но ты обычно в это время ещё не спишь. Хотела узнать, когда ты прилетаешь. Может встретить тебя в аэропорту?

— Я не сплю. Просто Мотьку только уложили. Я позавчера прилетел, мам.