Прости себе меня

Глава 38

Что-то мешало ему перейти дорогу и позвонить в соседский дом. Уже третий день Егор таращился из своих окон во двор её дома. Её автомобиль стоял во дворе. Несколько раз он видел родителей Ксенакис, но самой девушки след простыл. Заболела?

Аня говорила ему, что их группу отправили на карантин. Но не может же зачинщиком эпидемии быть Муха! Её в университете даже не было...

Тогда она, чёрт её побери?!

Его звонки она игнорировала. Сообщения — тоже. Она их даже не читала! Сколько бы вопросов и угроз он ей не отправлял, девчонка не открыла ни одно.

— Куда-то собрался?

Егор перевёл немного растерянный взгляд на отца. Поставил на стол стакан, который сжимал слишком сильно, и отмахнулся. Старался стереть со своей рожи то выражение, от которого самому блевать хотелось.

Нет, он беспокоится. Это простое любопытство. Ему насрать, где она и с кем...

Наверное.

— Да, — размял шею, массируя ту пальцами. Затёкшие мышцы тут же благодарно скрипнули, — поеду к себе.

— Нагостился? — хмыкнул Эдик и, налив себе воды в тот же стакан, встал рядом с сыном.

— Вы вернулись. Мамины цветы теперь под контролем. Можно отчаливать.

Можно. И нужно. Он не просто наломал дров. Он распалил из них костёр, который пока не собирался тушить. Но действовать издалека тоже можно.

— Ну, на ужин хоть останься. Мама мясо по-французски делать собралась. Ксенакис на час заглянут.

Егор едва сдержал скепсис, что так и напрашивался растянуть его губы. Только тихо хмыкнул и, хлопнув отца по плечу, ответил:

— Мне кое-куда смотаться нужно. К ужину приеду.

Конечно же он приедет. Раз дело приобретает такой оборот, то он обязательно поприсутствует на ужине. Интересно, Муха придёт? Скорее всего она останется дома. А это уже шанс. Либо он придёт к ней сам, пока родители ужинают, либо просто разнюхает, куда она пропала.

Поднялся в свою комнату, побросал в сумку те немногие вещи, которые брал с собой из квартиры и, поцеловав мать в щёку, вышел из дома.

Он не особо ждал встречи с Аней. Скучал?

Ему было некогда скучать.

Но Аня который день настаивала на встрече, и сегодняшний день не стал исключением. Откровенно говоря, он уже и думать забыл о том, что их что-то связывает.

— Я соскучилась... — при встрече девушка потянулась к нему губами.

Егор сухо ответил ей тем же. После поцелуя незаметно провёл по губам большим пальцем, стирая чужую влагу. Бросил быстрый взгляд на наручные часы.

- У меня мало времени, Ань.

Он пропустил девушку вперёд, позволяя ей первой войти в лифт. Проследил за тем, как Аня плавно качает бёдрами при ходьбе и машинально сравнил с походкой Ксенакис. Слишком разные.

— Почему? — она оглянулась и, положив ладонь на грудь Егора, посмотрела в его глаза.

Он заметил, как девушка нахмурилась.

Она заметила, что его взгляд изменился. Жёсткий. Холодный. Пустой.

— Семейный ужин.

Смотрел на дисплей, где одна цифра сменяла другую и мысленно подгонял лифт. Чем раньше они закончат, тем лучше. Тянуть кота за яйца не хотелось.

Аня угукнула. Кивнула и, поправив длинные волосы, отвела взгляд. Он ощущал её волнение. Будто девушка уже чувствовала, что что-то не так.

Она вышла из лифта и пошла вперёд. Про себя считала шаги до его квартиры. Раздражал даже цокот собственных каблуков.

Стискивая в пальцах тонкий ремешок от сумочки, Аня остановилась возле его двери, и молча дождалась, когда Егор откроет дверь и пустит её на свою территорию. Это ведь о чём-то говорит? Он же не станет приглашать её к себе, если собирается бросить?

Брюнетка закрыла глаза на секунду. Почему она вообще об этом думает?

Она понятия не имела. Но нутро нашептывало ей о том, что всё изменилось.

— Кофе будешь?

Парень зашёл вслед за ней. Закрыл дверь, бросая ключи на узкий комод в прихожей и скидывая с себя кожаную куртку. Ему хотелось как можно скорее покончить с этой тягомотиной и вернуться в родительский дом. Хотелось застать, наконец, Муху. Встряхнуть её как следует за то, что игнорирует. За то, что не боится. Маленькая сучка. Ты либо кусайся до конца, либо спрячь свои зубы. Но нет. Она то и дело раскачивает качели. И его заодно.

— Не буду, — прошептала Аня. Слишком быстро. Он даже не сразу понял, что её прохладные руки оказались на его торсе. Проворным движением забрались под тонкую ткань футболки, задирая ту и нащупывая металлическую пуговицу на чёрных джинсах.

Блять!

На выдохе Егор подхватил её за плечи, дёргая на себя.

— Ань, — привлёк её внимание, — что ты делаешь? Стой!

— Я соскучилась, Егор. Очень, — повторилась и губами прижалась к его шее. Встала на носочки, одновременно пытаясь удержать равновесие. — Очень сильно соскучилась. А ты? Нет?

В перерывах между поцелуями шептала вопросы, которые не требовали ответа. Опустила ладошку на ширинку и сжала пальчики на напрягшемся члене. Улыбнулась, когда он, стиснув зубы, вдохнул воздух с тихим свистом. Где-то глубоко внутри хотел снова остановить её. Он ведь не трахаться приехал! Блять! Какого хера он потащил её домой?!

— Я так сильно хочу тебя, — промурлыкала слова, которые он так сильно хотел услышать от другой. В глотке загудела злость.

Гордей опрокинул голову, тёмным затылком вжимаясь в стену. Надавливая на хрупкие девичьи плечи, и вынуждая девушку опуститься перед ним на колени.

...

Смахнув входящий вызов от неизвестного номера, Егор выключил звук на телефоне и бросил тот на соседнее пассажирское кресло. Опустил окно и вдохнул хоть и не свежий, но прохладный воздух. Он любил это время суток больше, чем любое другое.

Пробки на дороге неторопливо рассасывались, и парень, опустив взгляд на панель, попытался прикинуть, сколько времени ему понадобится, чтобы добраться до дома. Успевает? Кажется, да.

Снова телефон.

Подхватил, прочитывая сообщение от Ани...

Не знаю, что послужило причиной этому. Ты ведь так ничего и не объяснил. Но я надеюсь, что дело не в другой девушке. Я буду ждать твоего звонка. Пожалуйста. Позвони мне.

Чёрт.

А ему на миг показалось, что она всё поняла. Что он доходчиво объяснил ей, что им пора закругляться. Что она ему больше не нужна.

Секс? А кто сказал, что нельзя? Она сама себя предложила. А ему просто некуда было спустить пар. Ну, конечно же...

Брюнет закрыл сообщение и набрал матери. Убедился в том, что не опаздывает и, снова забросив телефон, выкрутил руль вправо. Заехал во дворы, объезжая пробку. В предвкушении встречи с Мухой, чувствовал самый настоящий зуд под ногтями. Она что, снова прячется от него? Неужели думает, что за дни её отсутствия он передумает или потеряет интерес? Настолько наивна? Она же знает, что он не из тех, кто так просто отпускает...

Когда, наконец, машина Егора остановилась возле ворот родительского дома, парень несколько мгновений не касался педали газа. Несмотря на то, что ворота уже открылись, он всё ещё тормозил. Искоса поглядывал на приоткрытую калитку ведущую в гнездо Ксенакис.

Это приглашение?

Хмыкнул и, тряхнув головой, отпустил тормоз. Заехал во двор и почти сразу убедился в том, что гости уже на месте. Что же получается, они забыли закрыть калитку?

— Егор! — услышал голос матери и, забрав с соседнего сиденья телефон, вышел из автомобиля, — Марина принесла морковный торт! Ты же его обожаешь! Давай скорее!

Гордеев незаметно скривился. Морковный торт он любил больше, чем остальные. Откровенно говоря, у Марины он получался охренительно вкусным. Он лет сто не ел соседской стряпни. А тут...

Интересно, а главный десерт тоже здесь? Или продолжает прятаться?

— Руки помою! — уведомил мать перед тем, как зайти в дом со стороны кухни.

Но не задерживаясь на первом этаже проскользнул на лестницу. И, оказавшись в своей комнате, скинул с себя футболку, заменяя ту на свежую; и джинсы. Натянул на себя свободные спортивные брюки и, умывшись, подошёл к окну. Несколько минут вглядывался в окна дома напротив. Свет не горел нигде. Ни в одном окне. Хотя, окна её спальни теперь находятся на другой стороне, он надеялся, что она здесь. На его территории. Это было бы потрясающе. Но что-то Егору подсказывало, что Дани здесь нет. Она же не идиотка, чтобы добровольно прийти к нему в дом?

И снова вопрос: почему открыта калитка?

Ещё одна попытка дозвониться до неё. Телефон в его руке едва не треснул от силы, с которой он его стискивал. Но она всё ещё игнорировала его звонки. Сучка. Маленькая свирепая ведьма.

Спустился вниз и сразу же наткнулся на её мать.

— Егор! — Марина широко улыбнулась и распахнула для него свои руки. Лицемерная тварь, — рада видеть тебя!

— Привет! — привычно подыграл, принимая объятия, — и я. А почему ваша калитка открыта? Гостей ждёте?

Ну же, скажи, что ваша дочурка явится сюда с минуты на минуту...

— Саша вернулся. Забыл что-то, — отмахнулась женщина, — мама тебе сказала, что я принесла морковный торт? Ты же любил его?

— Да, — усмешка была произвольной. Не успел проконтролировать, но понадеялся, что её мать не заметила скепсиса, с которым он ей ответил, — вам бы в кондитеры, тёть Марин. А не в юристы...

— Хобби должно оставаться хобби. А моё юридическое образование неплохо кормит, — женщина мягко улыбнулась и, дождавшись ответной улыбки, перевела взгляд на его руки. Егор проследил за ней.

Всё те же полумесяцы. Едва заметные. Почти зажившие. Но Марина их заметила.

Можешь ли ты догадаться, чьих рук это дело? М?

Ты будешь крайне удивлена...

— Даниэла тоже здесь? — поинтересовался, удивляясь собственной наглости.

— А? — Марина растеряно захлопала глазами, — ой, нет! Она не поучаствует в ужине. Но всем передаёт привет!

Он мгновенно раскусил эту насквозь фальшивую улыбку.

Как же... привет она передаёт...

— Марин! Не поможешь мне?

Мам... ты не вовремя...

Егор отступил в сторону, пропуская свою мать. В её руках был большой поднос, на котором красовались горшочки. Запах был восхитительным. Парень повёл носом. Он был голоден как волк.

— Давай мне, — перехватил у Тамары тяжёлый поднос, — а отец что-то говорил про мясо по-французски.

— Мясо тоже будет!

Пока женщины продолжали колдовать на кухне, Егор вышел во двор, заставая там своего отца и Александра. Протянул руку главе семейства Ксенакис и, перехватив предложенную им сигарету, взглянул на своего отца. Сморщился от негодующего родительского взгляда.

— Я думал, что ты бросил, — покачал головой Эдик.

— Бросал. Не затянуло, — заполнил лёгкие привычной горечью.

— Я бросал раз шесть, — произнёс Ксенакис, — бесполезно.

— Это потому, что не по собственному осознанию, — Эдик задумчиво посмотрел на вспыхнувший уголёк возле лица сына.

— Ну да. Или Марина просила, или Даниэла. Дани вообще тошнит от одного запаха...

Серьёзно?

Егор повёл бровью, искренне удивляясь. Муха не раз утверждала, что её тошнит. От Егора. Так, может, во всём виноваты сигареты?

Кстати, о ней... попытка номер два.

— А где она? Думал, вы все вместе придёте? — Гордеев даже не заметил что буквально заглядывал в рот собеседнику в ожидании ответа.

— С подружкой поехала в область. Каникулы себе устроили...

— Каникулы? — едва не поперхнулся. А он уж было думал, что девчонка заболела. Где-то глубоко внутри беспокойство чувствовал. А она, оказывается, каникулы себе устроила? — так ведь, учебный год вроде недавно начался?

— Их группу на дистанционное обучение вывели. Заболел что ли кто-то, — Александр потушил окурок в пепельнице, — вот они с Яной и уехали на недельку.

Егор неосознанно провёл языком по губам. Не заметил, как оживился. Пошевелил челюстью, снимая напряжение.

— Это куда же, если не секрет?