Прости себе меня

Глава 55

Быть здесь. Это так дико. Страшно. Странно. Словно и не было того перерыва. Словно они не договаривались больше не пересекаться. Сделать вид, что незнакомы?

Смешно, не так ли?

Но всё же она здесь. Сама приехала. Сама шагнула на запретную территорию. Зачем?!

Что ей управляло, когда она ехала к нему? Когда набирала его номер?

Гнев? Отчаяние?

Или мысли о нём, что атаковали её голову ежедневно?

Его образ. Глаза. Наклон головы. Он являлся к ней даже во сне.

Безумие. Сумасшествие.

Дани тяжело дышала, губами касаясь его горячей и влажной кожи на груди. Сквозь себя пропускала каждый вдох. Его и свой. Его пальцы чуть сильнее сжались на руке, и девушка мелко затрясла головой.

— Отпусти, — попыталась оттолкнуться. Забрать руку и забыть тепло его кожи, — Пусти, говорю!

— Это всё? — нет уж. Его хватка не ослабла. — Зачем ты явилась сюда? Тебе стало легче?

Теперь этот вопрос задавал он...

— Я... — гнала от себя притяжение. Откуда всё это? Что это значит? — мне не легче. Мне не станет легче. Понимаешь? Ты испортил всё!

— Может, прогуляемся?

Что?

Как это понимать?

— Тебе плевать? — всё же вывернулась. Провела плечами и отошла к двери. — Тебе же плевать? Ну, конечно!

Егор закусил верхнюю губу и задумчиво посмотрел на неё. Не совсем понимал, как вести себя. Что делать?

— Мне не плевать, — подтянул узел на полотенце, которое уже с трудом держалось на бёдрах, — я предлагаю тебе прогуляться. Но если не хочешь...

— Я поругалась с Яной.

Сказала, глядя на него исподлобья. Убеждая себя, что во всех её бедах виноват именно он. Только по его вине, она стала вести себя, как настоящая сука. Даже с близкими людьми. Это из-за него она сорвалась на подруге!

— Это проблема? — повёл бровью.

— Это ты виноват!

— Что? При чем здесь я?

Пока она лихорадочно соображала, что ему ответить, Егор незаметно приблизился. Протянул руку, запирая дверь на замок, и даже немного удивился, когда она не среагировала на это.

Кажется, у неё не было ответа.

— Заходи, не стой на пороге.

Это приглашение казалось таким обыденным. Будто такое повторяется каждый день.

Дани несмело стащила с шеи вязаный шарф, и бросила тот на полку. Искоса проследила за тем, как Гордеев поднял с пола её сумочку и повесил её в гардероб. Забрал её пальтишко и спрятал там же.

— Раздевайся, — обронил, отворачиваясь от девушки, — я пока схожу, оденусь.

...

— Я не собиралась сюда приезжать, — произнесла Даниэла шёпотом.

Обняла себя за плечи и устремила потухший взгляд в окно. Туда, где солнце окрашивало небо в цвета заката. Дни стали такими короткими.

— Но ты приехала.

Егор выставил на кухонный стол пару чашек, и встал рядом с девушкой. Ему безумно нравилось её присутствие здесь. Кажется, только этого ему и не хватало в последнее время. Чтобы вот так: Муха рядом. Спокойная и немногое растерянная. Обнимая себя, смотрит на горизонт из окна его дома. Не кричит и не бьётся в истерике...

— Это было спонтанное решение, — покачала головой, — эмоции... я никогда раньше не ругалась с Яной. Я обидела её.

— И решила обвинить в этом меня? — хмыкнул парень и, ощущая недостаток воздуха, приоткрыл окно.

— Просто... всё навалилось комом. Это накопленное. И я не смогла сдержать злость.

— На кого?

Казалось, он задавал такие правильные вопросы. Но от них внутренности сжимались до боли.

На кого?

Точно не на Яну. Она не при чём.

Тогда на него?

На себя?

Заявиться к нему: не лучшая идея.

Однако... она не жалела. Она чувствовала себя... в безопасности?

Девушка вздрогнула от подобной мысли. Слегка отшатнулась и подняла голову. Его глаза прожигали дыру. Так горячо.

— Я натворил дел, Даниэла, — хрипло. Надломленно, — Ты можешь не верить... но я бы многое отдал, чтобы не делать тебе больно.

— Я не верю, — её острый подбородок слегка задрожал. — Так быстро? Вот так? Раз, и пожалел?

Честно говоря, он пожалел уже очень давно. Только вот сил остановиться не было. А может, он их и не искал вовсе. Не было необходимости. Просто привычка получать желаемое.

Она, Ксенакис, стала его привычкой.

— Как дела у твоих родителей?

Все как обычно. Просто перевести тему... это так по-Гордеевски.

— А что с ними?

— Недавно ты обвиняла меня в том, что они поругались. Или я что-то перепутал?

Егор хмыкнул, вспоминая все обвинения, которых он удостоился за эти годы. Судя по тому, что их разговор только начинался, их чаепитие затянется надолго.

— Расскажи мне? — словно ожила. Дернулась вперёд. Её холодные пальцы коснулись его запястья. А Егору показалось, что его кожу обдали кипятком.

— Что рассказать?

— Всё, — распахнула глаза и крепче сжала его руку, — всё, что знаешь. Когда ты узнал? Сколько это длится? Почему? Они до сих пор вместе?

Егор подвёл глаза и тяжело вздохнул. О родителях ему совершенно не хотелось говорить.

— Забудь о них, Муха. Всё это в прошлом. — отмахнулся, уводя взгляд. — Уверен, что это была просто интрижка. Разбавить будни бытовухи...

— Врёшь, — всё ещё держала его руку.

— Зачем мне врать? Даниэла, их связь была моим рычагом воздействия. На тебя. Прости. Но это так. Несколько раз перепихнуться — это ещё не отношения.

Конечно же, он преувеличивал. Или же наоборот: преуменьшал. Ведь и сам сходил с ума от мысли, что его мать принимают за дуру. Что муж и подруга так поступают с ней. Но спустя время, он понял, что отец не впервые заводит шашни, а её мать — просто херовая подруга, которой захотелось разнообразить свою личную жизнь.

— Несколько раз перепихнуться? Это стоило тех видеозаписей? Ты следил за ними.

— Кстати об этом, — Егор освободился от её цепкой хватки и, достав из кармана спортивных брюк сигареты, распахнул настежь окно.

— Кстати об этом, — повторила девушка и отошла подальше от холодного воздуха, — записи... это правда? Правда, что мои фото тогда слил не ты?

Гордеев замер. Зажал зубами сигарету и перевёл на неё удивлённый взгляд.

— С чего вдруг тебе нужны эти подробности? — почувствовав дискомфорт, парень прочистил горло и оттянул ворот футболки.

Он не рассчитывал обсуждать это.

Какого хрена?

— Твой дружок уверял меня, что это не ты сделал. Это правда?

Слишком много вопросов. Это напрягало.

— Мой дружок?

— Тима.

Тима, блять...

— И что дальше?

— Мне клешнями из тебя всё тащить нужно? Егор? Ты хоть раз можешь со мной поговорить?

— А что это даст мне, м? Что с того? Ты станешь лучше ко мне относиться? Что-то изменится?

Говорить про ублюдка Федю тоже не входило в его планы. Но ведь он хотел, чтобы она держалась от того подальше?

Егор закурил. Выдыхая серость, смотрел перед собой. Что ещё им двоим предстоит обсудить?

В какой момент всё вышло из-под его контроля?

— Я просто хочу знать правду, — обиженно поджала губы, — я имею право. Всё это касается и меня. Именно мне всё это время приходилось расхлёбывать последствия. Ты так не считаешь?

Считаю.

...

— Куда мы едем?

Дани озиралась по сторонам. Напряжённо всматривалась в серо-черные стволы высоких стройных сосен, время от времени чередующиеся с тонкими берёзками и их плаксивыми ветками.

— Только не говори, что испугалась.

Испугалась?

Возможно. Отчасти.

Но ведь что-то же сподвигло её на этот очередной не совсем обдуманный шаг? И что теперь? Теперь она едет с ним вдоль лесополосы, давно покинув черту города. И эта дорога точно не вела в посёлок, где жили их родители.

— Не беспочвенно. Ты так не думаешь? Я бросила машину возле твоего дома. — Девушка достала из сумочки заколку золотистого цвета и заколола волосы на затылке.

— И?

— Я думала, что ты хочешь подбросить меня до дома...

— Я подброшу тебя, — невозмутимо взглянул на Даниэлу. — Но после того, как мы заедем в одно место.

Что это было за место он категорически отказывался говорить. На сюрприз это тоже не походило. Во всяком случае, Гордеев — последний человек на планете, от которого она могла ждать приятный сюрприз. Это не про него.

— Уже половина восьмого, — уточнила перед тем как достать свой телефон.

— Я в курсе. Поэтому и предложил поехать сейчас. Пока ещё не слишком поздно. Тебе же нужны ответы на вопросы?

Дани оторопела. Насупив густые брови, пялилась на его тёмный профиль и на то как блики от фонарей мелькают на его лице.

— Мне сложно тебе доверять, — Осторожно произнесла и опустила взгляд на телефон, зажатый в холодных пальцах. Он почти сдох. А на дисплее несколько пропущенных.

От Феди.

— Ты можешь позвонить своей матери и сказать ей, что ты со мной.

Может. И сделает.

Поэтому, пока батарея на телефоне не села окончательно, Дани набрала сообщение своей матери.

Временами поглядывая в окно и пытаясь различить хоть что-то знакомое. Но ни дорога, ни район не встречались ей ранее.

— Всё? Приехали? — спросила, когда они остановились.

— Да, — Егор заглушил двигатель и кивнул. Посмотрел на наручные часы, — сейчас. В последний момент успели.

— Господи! Да ты можешь мне объяснить, в чем дело?!

Она нервничала. Не понимала, что происходит. Оглядывалась по сторонам.

Они припарковались в тени, и Гордеев погасил фары. Словно прячась от кого-то.

— Да не голоси ты! Вон, — двумя пальцами указал вперёд, — смотри. Узнаёшь тачку?

Даниэла замолчала и вытянув шею, посмотрела туда, куда он просил. Метрах в ста от них, возле кованых ворот, скрывающих небольшой двухэтажный домик, стоял тёмный внедорожник.

— А должна? Почти ночь на дворе, вообще-то...

Он цыкнул и, опустив окно со своей стороны, полез в карман и достал оттуда телефон.

— Не тупи, Муха, — пробубнил и сбросил входящий, — это машина моего папаши.

Папаши? Что?!

Она свела брови и снова посмотрела на автомобиль. Словно перезагружаясь, прожигала в нём дыру и ковыряла собственные ногти.

— Что он тут забыл?

— Шлюху свою, — выудил сигареты с зажигалкой, — кого же ещё?

Дани обомлела. Повернувшись к парню, изучала невозмутимый профиль.

Кого? И он так просто об этом говорит?

Проглотив ком в горле, она отвела взгляд в сторону. Что он хотел всем этим сказать?

— К слову, о наших родителях. Я ведь говорил, что это не было чем-то серьёзным. Просто продемонстрировал. — Он повернулся к Даниэле и случайно выпустил дым ей в лицо.

— Это его новая любовница?

— Новая... старая, — пожал плечами, — твоя мать не первая и не последняя. Не знаю, что было в её голове, но мой папаша просто развлекался.

И не сказать, что это были приятные новости. Но и слишком паршивыми их тоже не назовёшь. Это не облегчало ситуацию. Но желание понять, почему так случилось, никуда не делось. Почему мама так поступила с отцом?

— Тамара знает? — не находила места своим рукам. И, наконец, сомкнув пальцы в замок, сложила их на коленях.

— Угу, — не глядя на девушку.

— И мирится с этим?

— Раньше мирилась...

— А сейчас?

— А сейчас бракоразводный процесс в самом разгаре.

Именно сейчас Даниэла поняла, что приехать к нему сегодня, было самым правильным решением в её жизни.

Если не сегодня, то уже никогда.

Впервые за долгие годы он отвечал на её вопросы. Так просто. Без утайки, сарказма и недомолвок.

Девушка заметила, как его взгляд сосредоточился. Проследила за ним и обнаружила вдалеке две фигуры.

Эдик. Его отец. В сопровождении женщины он уже стоял возле своего автомобиля. Пара обнималась.

Несколько минут тишины. Слишком длинных. Горьких. Они с Егором наблюдали за нежностями, от которых к горлу снова подкатывал ком.

— Егор? — Дани прервала молчание, как только внедорожник его отца скрылся в противоположном от них направлении.

— М?

— Кто слил мои фото? — всё ещё надеясь получить ответы на все накопившиеся вопросы.

Она услышала, как он хмыкнул. Затем перевела взгляд на его пальцы. Они выстукивали глухую дробь по кожаной обивке руля.

— Муха, ответь мне на один вопрос, — дождался короткого кивка, и продолжил: — Ты мне веришь?

Её рот открылся, но Егор так и не услышал ответа.

— Доверяешь на столько, чтобы пригласить в свой дом?

— Я не знаю, — мотнула головой, — нет... я не доверяю тебе. Но... сейчас я здесь, — под рёбрами всё скрутило противным спазмом. Дышать стало тяжело, — Зачем тебе?

— Я очень хочу, чтобы ты мне доверяла. Я, наверное, никогда не желал чьего-то доверия больше, чем твоего.