Прости себе меня

Глава 44

— Ну, как прошла поездка?

Даниэла подняла голову, отрывая взгляд от тарелки и прекращая жевать. Посмотрела на маму и улыбнулась одним уголком губ.

— Мне понравилось, — уверенно кивнула в ответ, — нам обязательно нужно будет туда поехать на новогодние праздники. Всем вместе.

— Нам? — папино лицо вытянулось от удивления, — не помню, когда последний раз мы куда-то ездили втроём.

— Пора начинать, — парировала Дани, вновь погружая вилку в пасту.

— Нужно заглянуть в график, — Марина Арсеньевна растерянно захлопала глазами, — кажется, я собиралась работать даже в новогодние.

— Оставишь заместителя, — пробубнил отец, промокая губы салфеткой. — Если я смогу, то ты — тем более, Марина.

Что-то в интонации папы Даниэле показалось странным. Слишком твёрдым. Жёстким и властным. Он хоть и не был никогда мягким и податливым, но какие-то изменения всё же были налицо.

— Всё нормально? — девушка отложила вилку и тихо прокашлялась, прикрывая рот кулачком. Привлекла к себе внимание обоих родителей. Что это? Замешательство?

— Ты о чём? — мама поднесла к губам стакан с водой. Сделала глоток, и случайно её зубы ударились о стеклянный край.

— Я не знаю... — словно очнувшись, Дани захлопала длинными ресницами, — вы мне скажите. Я что-то пропустила? Что за напряжение в доме?

Несколько секунд все молчали. Отец вскинул тёмные брови и вопросительно взглянул на маму. Словно ждал от неё чего-то. А в голове у Дани одна за другой мельтешили версии, и причины загустевшего воздуха в столовой. Казалось, что её мысли были слишком громкими. Их могли услышать окружающие.

— Всё хорошо, — не очень-то уверенно произнесла мама и, так же промокнув губы салфеткой, громко отодвинула стул. Поднялась на ноги, поправляя на груди шёлковую блузку, — секунду. Салат... Я забыла про цезарь.

Когда Марина покинула кухню, Дани снова посмотрела на отца. Тот, как ни в чём не бывало, продолжал накручивать на свою вилку спагетти. А затем с невозмутимым видом потянулся за бутылкой вина и, налив себе полный бокал, поднял глаза на дочь.

— Вина не хочешь?

Что?

Это точно её папа?

Дани часто заморгала. Свела брови и как-то неловко закивала. Кажется, это лучшее из того, что предлагал ей отец...

Александ поднялся из-за стола и достал из серванта ещё один винный бокал. Его движения были плавными и спокойными. Словно не он пару минут назад говорил голосом полным стали и ледяной крошки, что счёсывает тебе лицо, заставляя морщиться и шипеть.

Поджав подбородок, он поставил бокал перед Даниэлой и наполнил тот на одну треть.

— Вкусное, — прокомментировал, прокручивая бутылку и собирая с горлышка капельки, — мне на работе подарили. Италия. Пробуй.

Не отходя, смотрел на дочь. Его губы растянулись в усталой улыбке. Даниэла чувствовала беспокойство. Оно разносилось по венам, отравляя всё внутри своим ядом. Лёгкая тошнота подступила к глотке. Что-то не так.

Что? Неужели он что-то узнал?

Пропихнув в горле комок, девушка поднесла бокал к губам. Сделала крошечный глоток, размазывая вкус по языку. Облизнулась. Вкусно. Очень.

— Вкусно, — проговорила вслух.

— Я же говорил, — его улыбка стала шире, — а мать твоя не захотела.

— Что случилось, пап? — волнение никуда не уходило. Она нутром чуяла, что что-то не так. — Вы поссорились?

— Как раз... — в столовую вошла мама, — сухари немного пропитались и уже не такие колючие. Прям как вы любите.

Марина поставила на стол блюдо и обратила своё внимание на бокал в руках Дани. Вскинула брови, удивляясь.

Да, мам. Я тоже удивлена не меньше тебя.

— Я сыт, — папа нарушил повисшую тишину. Поставил бутылку в центр стола и, забрав с собой свою порцию вина, направился на выход, — спасибо. Я пойду отдыхать.

Что могло произойти за эти пять дней, чёрт возьми?! Что за чёрная полоса?!

Дани молча наблюдала за тем, как мать рваным движением руки, скинула с лица упавшую светлую прядь. Опустила голову, избегая взгляда Даниэлы, и начала собирать ненужную посуду.

— Мам? — Дани сжала пальчики на тонкой стеклянной ножке, — кто-нибудь объяснит мне, что происходит?

— Всё нормально, Дань, — отмахнулась от вопроса Марина, — не циклись на ерунде.

— Ерунде? — её голос почти зазвенел, — мы ведь только что сели за стол? Я вернулась пару часов назад. Меня не было пять дней. Я по-вашему слепая или глухая?

Конечно же, у неё были свои догадки. Она боялась, что окажется права. Ведь выглядело всё так, словно именно мама была причиной разлада. А разлад был налицо. Ей не показалось. А если виновница мама... Что же получается?

Папа что-то знает?

— Всё хорошо, Даниэла. — повторилась женщина, — простое недопонимание. Говорю же: не заморачивайся. Это же папа... пара дней, и его отпустит.

Девушка замолчала. Не обронив ни слова, задумчиво пялилась на то, как мама убирает со стола посуду. Так же молча помогла ей с этим, оставляя только свой бокал с вином.

Оставшись в столовой одна, Дани подошла к большому окну. Задумчиво смотрела на сад во дворе дома. Обвела его усталым взглядом, останавливаясь на пышных кустах. Несмотря на наступившую осень и действительно холодные ночи, розы всё ещё цвели.

Розы...

В тот день был град размером с горох. Твоя мать скулила, что он побил её розы...

Егор. Это он? Это его рук дело? Сукин сын!

А она уж было выдохнула! Поверила ему!

Девушка тихо и горько рассмеялась, опуская голову и едва не рыча от ярости.

Дура... какая же ты дура, Даниэла! Как вообще можно верить этому?..

Откуда эта наивность? Глупость? Поверить, что это закончится так просто?

В тот день она без зазрения совести проштудировала его телефон от и до. Под его пристальным вниманием заглядывала в каждую папку. И даже сообщения. Нашла то, что искала. Стёрла и почистила корзину. Облако. Всё, что было можно.

Она догадывалась, что есть копии. Потому что он когда-то упоминал об этом, говоря о том, что скинул эти записи себе на мобильный с ноутбука или планшета. Но Дани почему-то была уверена, что он не обманет в этот раз. Он заверил её, что это конец. Финишная черта. Что больше не станет её дёргать и доставлять неприятности. Просто сделает вид, что они даже не знакомы.

Если бы...

Чего он добивается?!

Даниэла сделала несколько глотков красного вина и посмотрела на свой телефон. В ту же секунду тот звонко пискнул, напоминая о себе.

Закусив губу, девушка подошла к столу и взяла мобильный. Провела пальцем по дисплею, открывая входящее сообщение.

Привет! Как ты? Прости, что пропал на время. Всё хорошо? Может, увидимся?

Дани перевела взгляд на собственную долговязую тень. Задумчиво прикусила нижнюю губу. Кто это? Витя? Поменял номер?

Телефон завибрировал, и Даниэла прочла ещё одно сообщение:

Прости. Совсем забыл. Это Федя.