Простой сложный разговор. Модель легкого и эффективного общения

Глава 2. Темы

Мы уже собирались начать занятие, и аудитория постепенно наполнялась студентами. Когда я открыла свою презентацию, парень по имени Джош, сидевший недалеко от лекторской кафедры, поднял руку.

— Почему вы вчера задали нам выбрать темы? — спросил он более чем скептически. (Накануне я действительно попросила всех записать минимум пять тем, которые они могли бы обсудить с кем-нибудь из класса.)

— Это было сложно?

— Вовсе нет, я справился в два счета. Но мне не нравится сама идея готовиться к разговору заранее.

Задание подготовить темы не отнимает много времени, но оно всегда вызывает недовольство у некоторых студентов. Провоцировать их недовольство и любопытство — моя работа, поэтому я вздернула брови и улыбнулась ему, словно хотела сказать: «Я ценю ваш скептицизм, но наберитесь терпения. Продолжение следует».

Это был день «Круга общения» — упражнения, которое я провожу в начале семестра. Я много раз проводила «Круг общения», и, будь то по видеочату или в личном общении, результат всегда один и тот же: некоторым людям сама идея планирования разговора глубоко не по душе. Даже те, кто тщательно составляет план рабочего собрания или старательно репетирует свои ответы для собеседования на работу, часто считают, что подготовка к повседневному разговору фальшива, манипулятивна, стыдна, не нужна и, что еще хуже, непродуктивна. Многие из них убеждены, что подготовка к разговору приведет к обратному результату: их речь во время беседы покажется неестественной и неуклюжей, то есть отрепетированной, и, скорее всего, оттолкнет собеседника.

Моим студентам «Круг общения» приносит огромную пользу, выполняя сразу несколько задач: он позволяет им познакомиться друг с другом поближе; привыкнуть к записи бесед, которые они затем будут изучать; попрактиковаться в более осознанном подходе к выбору темы, своей и собеседника; и просто приятно провести время. Это всего только третий день занятий, первое серьезное упражнение на курсе, и я специально не раскрываю им свои цели. Так что, как и Джошу, им всем любопытно, что же их ждет впереди.

Когда остальные студенты неторопливо вошли в аудиторию, они увидели, что стулья расставлены в два больших концентрических круга, причем стулья во внутреннем круге стоят «лицом» к стульям во внешнем круге. В рамках упражнения студенты должны провести пять последовательных бесед, каждая продолжительностью пять минут, с пятью разными собеседниками, и все беседы будут записаны и расшифрованы автоматически на их телефонах. Главная цель, объяснила я, — получить удовольствие от общения. Я попросила студентов оценить приятность каждой беседы после ее окончания, а затем послушать их после занятия, чтобы в следующий раз мы обсудили, почему одни беседы получились более приятными, чем другие.

Первый раунд бесед был разминочным. Им даже не пришлось выбирать темы — я сделала это за них. Каждую минуту я объявляла новую тему, например:

Когда пять минут истекли, студенты открыли свои телефоны, чтобы пройти двухминутный опрос. В какой степени вы согласны со следующими утверждениями о вашей беседе? Они давали ответы по шкале от 1 до 7: было приятно; было неловко; мы много смеялись; я контролировал выбор темы; мне понравились темы; я затронул одну из тем, которую подготовил накануне; я чувствовал себя уверенно; мой собеседник был внимателен.

После первого раунда студенты во внешнем круге пересели так, чтобы каждый занял новое место и получил нового собеседника. В течение следующих четырех раундов студенты сами выбирали темы. Перед каждым раундом я говорила им, что они могут выбирать из подготовленного списка тем, если хотят, но поскольку я знала, что многим из них не нравится заранее готовить темы для общения, я заверила их, что это не обязательно. Можно импровизировать.

После нескольких раундов почти все, похоже, увлеклись упражнением — даже скептически настроенный Джош. К концу упражнения, после финального раунда, студенты были измотаны, и их стулья, все на колесиках, хаотично двигались по комнате. «Круг общения» превратился в «Карусель общения».

— Вы справились!

Я искренне гордилась ими. Вести непрерывный, сосредоточенный разговор в течение двадцати пяти минут — тяжелая работа. Они тоже аплодировали себе. Даже без угощения и напитков они чудесно провели время. Мы поставили стулья в один большой круг, чтобы подвести итоги.

Студенты в этом году, как и во все предыдущие годы, удивились тому, что было так весело. Они были благодарны за возможность узнать своих однокурсников поближе.

Однако, как это бывает каждый год, некоторые так и не приняли идею подготовки к беседе, даже после того, как выполнили упражнение. Кто-то признался, что не поднял ни одной темы из тех, что выбрал накануне, потому что просто забыл о них. Другие, как Джош, не затронули свои темы по иным причинам: возможно, просто не захотели или решили, что в этом нет необходимости.

Я заверила их: «Ничего страшного. Это необязательно!» Но затем настала моя очередь возразить: «Когда я обходила аудиторию во время упражнения, я заметила, что студенты с готовыми списками тем не выглядели зажатыми или отстраненными. Они смеялись. Они были увлечены разговором. Они нашли общий язык со своими собеседниками. Кто мне объяснит почему?»

И тут понеслось. Многие студенты сказали, что, как ни странно, подготовка тем для беседы принесла им колоссальную пользу.

— Я и не думала, что буду обсуждать темы, которые подготовила, но я рада, что составила этот список заранее, — сказала рыжеволосая девушка со значком «Я проголосовал на выборах» на лацкане пиджака.

— Я обсуждал одни и те же заранее подготовленные темы со всеми собеседниками, и каждый раз было интересно, — добавил другой студент в куртке с логотипом Гарвардской школы бизнеса.

Еще одна студентка, девушка в массивных очках, дала один из моих любимых ответов:

— Честно говоря, мне совсем не хотелось составлять список тем, но в итоге я часто им пользовалась.

— Что скажете? — спросила я Джоша после занятия. Он в этот момент собирал свои конспекты, и в аудитории остались только мы вдвоем.

Он признался, что все еще не на 100 процентов уверен в необходимости заранее обдумывать темы для беседы, но ему понравился «потрясающий» разговор с однокурсницей о Докторе Манхэттене из комикса «Хранители». Эта однокурсница как раз проходила мимо нас, и я попросила ее поделиться своим мнением. К удивлению Джоша, она сказала, что эту тему она подготовила заранее и выбрала из своего списка.

На следующем занятии я поделилась результатами опроса — средней оценкой бесед, включая параметры, которые сильно коррелировали с удовольствием от общения. Каждый раз, когда я провожу «Круг общения», я получаю одинаковый результат: студенты оценивают свои разговоры на заранее подготовленные темы как гораздо более приятные, чем совершенно спонтанные беседы.

До конца семестра все студенты учились заранее готовить темы для бесед на моих занятиях и вне их — сначала в качестве обязательных заданий, затем по собственному желанию. Благодаря активной практике даже Джош убедился, что беседа с готовым списком тем под рукой гораздо приятнее, чем без него. К концу курса более 90 процентов студентов назвали подготовку тем для общения одним из трех важнейших навыков, которым они научились.

Но почему же подготовка тем не приводит к скованности и отчужденности, как боялся Джош? Неужели тридцать секунд подготовки действительно имеют такое значение? Чтобы ответить на эти вопросы, давайте для начала убедимся, насколько удивительно сложно выбирать темы для общения.

Итальянский писатель Примо Леви в своих потрясающих мемуарах 1965 года «Передышка» пишет о тяжелом возвращении в Италию после освобождения из нацистских лагерей смерти. Он описывает встречу с Мордо Нахумом, «греком», своим собратом-евреем, которому удалось добиться уважения итальянских солдат (своих бывших врагов). Леви был поражен талантами этого человека: «Он был не обычным греком[78], а настоящим мастером, авторитетом, “супергреком”. За несколько минут разговора он совершил чудо, создал определенную атмосферу». Нахум не только «обладал необходимыми знаниями (он говорил по-итальянски)», но и «что еще важнее и чего не хватает даже многим итальянцам, он знал, о чем говорить по-итальянски. Нахум поразил меня: он показал себя настоящим знатоком по части девушек и спагетти, “Ювентуса” и лирической музыки, войны и гонореи, вина и черного рынка, мотоциклов и спекулянтов». Охватив самые разные темы для разговора, Нахум быстро подружился со своими заклятыми врагами.

Конечно, не все мы такие виртуозы общения. В 1939 году, примерно в то же время, когда этот удивительный грек добивался уважения итальянцев, британская писательница Вирджиния Вулф вспоминала неприятный обед с поэтом Стивеном Спендером. Его «расхлябанные мысли» перескакивали с одной темы на другую, причем все они были настолько «туманными» и «удушливыми», что когда в тот же вечер она попыталась записать их в дневник, то не смогла вспомнить ни одной. «Мы ныряли, и скакали, и перепрыгивали — от женского вопроса к писательству, анонимности и… я забыла, что было дальше». Эта встреча положила конец какой-либо перспективе сотрудничества между ними.

Несомненно, можно назвать множество причин, по которым им не удалось наладить общение, например нарушение очередности или отвлекающие факторы. Но как греку удалось «создать атмосферу» в самой невероятной ситуации, среди бывших врагов, в то время как Вулф и Спендер, представители одной и той же страны, класса и литературного круга, куда входила лишь небольшая группа лиц, не смогли найти общий язык в таком простом контексте, как обед? И Леви, и Вулф подчеркивают важнейший фактор общения: темы. Как и в дискуссиях моих студентов в «Круге общения», одни темы имели больше успеха, другие — меньше. Рассуждения грека о спагетти, вине, футбольных клубах и мотоциклах запомнились больше, чем «туманные» беседы Спендера о писательстве, анонимности и всех прочих материях, которые Вулф благополучно забыла.

Слова, которые мы произносим, печатаем и показываем жестами, — вербальное содержание разговора[79], именно они делают разговор разговором. Невербальное содержание (например, мимика, язык тела, жестикуляция) и акустические особенности наших голосов (например, тон, смех, скорость речи, паузы) тоже имеют огромное значение, но без вербального общения, то есть без слов, взаимодействие не считается разговором. Хотя мы можем выстроить из слов самые разные конструкции — фразы, предложения, абзацы, обороты, слоги и прочее, — мы, как участники беседы, выбираем именно темы[80], развиваем их, управляем ими и запоминаем их. За счет этого темы становятся очень полезным инструментом, если мы стремимся улучшить свои навыки общения. Темы — это то, о чем мы говорим, но не только. Технически это тематически связанные разговорные реплики, имеющие общий смысл для всех собеседников. В отличие от слов и фраз, которые произносятся очень быстро, обсуждение темы, как правило, происходит несколько медленнее, и мы успеваем следить за ним.

Как мы уже выяснили, беседа — сложная координационная игра. И в этой координационной игре темы считаются основополагающим элементом. Мы интуитивно понимаем: то, о чем мы говорим, определяет то, как пройдет общение. Первая максима TALK — темы, потому что это строительные блоки общения, и крайне важно овладеть ими. А чтобы овладеть темами, как и всеми другими аспектами координационной игры, требуется самоанализ (о чем вы хотите поговорить) и чтение мыслей (о чем хочет поговорить собеседник), а также анализ атмосферы в целом (какие темы окажутся удачными, а какие — нет).

Как и красота, хорошая тема — в глазах смотрящего (смотрящих). Девушки и спагетти пришлись по душе новым итальянским друзьям грека, но эти темы вряд ли помогли бы Спендеру увлечь Вирджинию Вулф. Одним людям разговор о винтажных автомобилях покажется захватывающим, а другим — непонятным, скучным, раздражающим, пугающим или неактуальным. То же самое касается любой другой темы.

Существует общепринятое представление о том, какие темы теоретически подходят для обсуждения с незнакомыми людьми, а какие — нет. Мы с коллегой-исследователем Майком Йомансом выяснили это, когда попросили тысячу человек[81] оценить список из пятидесяти тем в зависимости от того, насколько, по их мнению, им будет приятно обсудить каждую из них с незнакомым человеком. Темы варьировались от совершенно невинных («Вы читали что-нибудь интересное в последнее время?») до довольно напряженных («Когда вы в последний раз плакали в присутствии другого человека? А наедине с собой?»). Респонденты предпочитали темы, предполагающие спокойную беседу, не наступающую на «больные мозоли» и не вызывающую негативных эмоций, например: «Нравится ли вам, где вы живете, или вы планируете переехать?», «Что представляет собой ваш идеальный день?» и «Какие ваши любимые песни / блюда / сериалы / фильмы / книги?». При этом большинство респондентов, похоже, интуитивно понимали, что темы, связанные с грустью и смертью, вызывают отторжение. Вопрос «Чья смерть из всех членов вашей семьи расстроит вас больше всего? Почему?» оказался последним в списке.

Но вот тут-то все и усложняется. Темы, которые, по мнению наших респондентов, теоретически больше всего подходят для разговора, не всегда совпадали с темами, которые людям больше всего нравится обсуждать. Когда мы попросили их все-таки поговорить на эти темы, обнаружили нечто удивительное и обнадеживающее. Многие отталкивающие темы, которым респонденты дали самые низкие оценки в опросе, больше всего порадовали их во время беседы. Например, тема «Когда вы в последний раз плакали в присутствии другого человека?», которую наши респонденты поставили на предпоследнее место по вероятному удовольствию от беседы, оказалась одной из тех, которую люди часто обсуждали с удовольствием. Если тема кажется печальной, это не значит, что она действительно расстроит вашего собеседника.

Практически невозможно заранее определить, окажется ли выбранная тема хорошей или плохой, особенно если мы не знакомы с собеседником. Не поймешь, пока не попробуешь. Наши предпочтения в выборе тем для разговора абсолютно отличаются от наших предпочтений в отношении еды, цвета, фильмов или обуви, потому что тема — как и все аспекты беседы — результат совместных усилий собеседников. Если вчера вам было неприятно обсуждать завтрак со своим дядей, то вы можете предположить, что вам просто не нравится обсуждать завтрак, что это плохая тема. Однако обсуждать завтрак со своим другом по колледжу, или с другим дядей, или с тем же дядей, но в другое время может оказаться удивительно приятным занятием. Кто бы мог подумать, что дядя Фред завоевал сердце тети Фло, приготовив ей омлет с зеленью и козьим сыром в 1971 году? Кто бы мог подумать, что ваш лучший друг так смешно рассказывает о том случае, как он сжег французские тосты в любимой форме для выпечки своей тещи? Не сама тема завтрака определяет, насколько нам нравится ее обсуждать. Все зависит от нас, наших собеседников и множества других факторов беседы.

Вместо того чтобы делить темы на абстрактно «хорошие» и «плохие», следует выбирать темы, исходя из ваших отношений[82] с собеседником, его восприятия этих тем и целей каждого участника беседы.

Мои исследования показывают, что интересный разговор зависит не от выбора интересной темы, а от умения сделать любую тему интересной с помощью управления темами. В каждой беседе мы вместе с собеседником постоянно ищем вопросы, приятные для обеих сторон. Этот неустанный процесс управления темами — их выбора и направления во время беседы — еще одна трудность координационной игры. На каждом шагу, каждый раз, когда один из собеседников берет слово, у него есть возможность задержаться на текущей теме, переключиться на новую, вернуться к старой или попробовать ту или иную комбинацию этих вариантов. Подобные тематические микрорешения — как мы направляем разговор и как принимаем и отклоняем предложения собеседника по выбору темы — определяют, какие сокровища мы сможем открыть для себя во время совместной беседы, ведь дело не только в выборе темы, но и в том, что именно вы по этому поводу скажете.

Готовить темы заранее полезно[83] как раз для того, чтобы управлять ими во время беседы. Представьте, что это чит-код, который поможет вам решить координационную проблему.

Большинство из нас, как и мой скептически настроенный студент Джош, отказывается заранее обдумывать темы. Люди, которые умеют общаться, ничего не планируют, верно? Они с рождения наделены соответствующим талантом. Обладают интуицией. Эмпатией. Харизмой. Находчивостью. Они генетически предрасположены к непринужденному, спонтанному общению, в то время как нам с вами, простым смертным, приходится нелегко. Мои студенты часто восхищаются харизматичными людьми, которых они знают, и приписывают их харизму врожденному таланту: «Мой друг просто гений в этом смысле. Он всегда знает, что сказать, понимаете? Я хочу быть похожим на него». Подобное мышление — наблюдать за успехами других людей и приписывать эти успехи врожденному таланту, а не длительным усилиям или упорной работе над собой — находится в русле мифа о естественности: когда человек демонстрирует свое мастерство, нам кажется, что ему это дается легко и просто, и мы верим, что это действительно легко для него и должно быть легко для нас.

Миф о естественности порождает немало проблем, в том числе нежелание готовить темы заранее. Мои исследования показывают, что перед началом разговора 27 процентов людей тратят[84] не менее пяти минут (а часто гораздо дольше), решая, что надеть, и только 18 процентов обдумывают, о чем они будут говорить. Некоторые люди считают, что, если заранее подготовить темы, это будет отвлекать во время разговора и все силы уйдут на то, чтобы вспомнить свой список тем. Они боятся, что, забыв свой список, растеряются, отвлекутся, в беседе появятся неловкие паузы и заминки. Более половины (53 процента) опрошенных мною людей считают, что обдумывать темы заранее просто не нужно. Они уверены, что знают, о чем говорить, особенно в повседневных беседах с хорошо знакомыми людьми. Чуть больше трети считают, что подготовка тем создаст в разговоре ощущение натянутости, как будто они идут по определенному списку или строго следуют сценарию (34 процента). А более 50 процентов считают, что, если заранее обдумать и выбрать темы, то удовольствие от общения снизится, и только 12 процентов верят, что, напротив, повысится.

Таким образом, подавляющее большинство людей слепо полагается на свое умение выбирать тему на ходу, во время хаотичного обмена репликами, несмотря на то что особенности контекста общения и наши цели постоянно меняются. Психологи называют этот вид быстрой, инстинктивной, автоматической и эмоциональной обработки информации системой 1[85]. Это наша операционная система по умолчанию. Во время разговора именно система 1 управляет темой. Неосознанно мы принимаем интуитивные решения о теме обсуждения каждый раз, когда говорим. На каждом шагу мы выбираем, оставаться ли на данной теме, плыть по течению или резко перейти на новую тему, и решаем, что сказать на эту тему. Наши собеседники делают то же самое.

Сложность заключается в том, что, хотя система 1 и эффективна, она часто сбивает нас с пути. Мы инстинктивно хватаемся за то, что проще, — за любую тему, пришедшую нам на ум. Но темы, которые всплывают в голове спонтанно, не всегда подходят для беседы (совсем наоборот). Человек говорит о том, что первым возникло у него в голове, — например, о том, что сейчас солнечно, холодно или идет дождь, или о том, что какой-то незнакомый парень стоит неподалеку или что ему только что принесли соленую закуску, — вместо того чтобы обсуждать вопросы, истории и мысли, которые его действительно волнуют. Мы говорим о том, что знаем или хотим узнать, или о том, что не требует особых усилий, вместо того чтобы попытаться выяснить, что знает наш собеседник или что он хочет узнать, или затронуть более сложные темы, или поискать темы, интересные нам обоим. Мы стараемся доказать собственную значимость[86] или собственную правоту[87] (наш врожденный эгоцентризм[88]), вместо того чтобы попробовать выяснить, чему мы можем научиться у собеседника и какие темы увлекают его больше всего. Руководствуясь мифом о естественности — убеждением в том, что следует доверять своей интуиции, — мы рискуем слишком полагаться на свою интуицию, вместо того чтобы подумать, что действительно поможет нам достичь своих целей.

Вступать в беседу без предварительной подготовки очень соблазнительно, поскольку мы живем иллюзией, что разговор должен быть легким и не требовать усилий. Но на самом деле общение между людьми никак нельзя назвать легким, не требующим усилий, даже для «супергрека» из книги Примо Леви или харизматичных друзей, которыми восхищаются мои студенты. Хорошая беседа, как и хорошая актерская игра, книга, музыка, акробатика или любой другой вид мастерства, требует сочетания инстинкта и обдуманных усилий, даже если последние незаметны для собеседника. Такое более медленное, более обдуманное и более логическое мышление психологи называют системой 2. Чтобы стать отличным собеседником, нужно использовать преимущества как системы 1, основанной на мгновенных суждениях, так и обдуманной системы 2. Нужно действовать интуитивно в моменте, но при этом стратегически спланировать весь разговор в целом. Если обдумать разговор заранее, это придаст беседе уверенность и плавность, которые, в свою очередь, помогут нам действовать интуитивно в моменте. Макровопрос: каковы наши цели? А микровопрос: какие темы помогут нам достичь этих целей?

На практике это означает, что нужно больше полагаться на склонную к размышлению систему 2. Для моих студентов заблаговременный выбор темы (например, про Доктора Манхэттена из «Хранителей») значительно улучшил качество беседы. Хотя непринужденность и воодушевление могут возникнуть и спонтанно, вероятность их появления гораздо выше, если заранее спланировать беседу. Это происходит благодаря явлению, которое психологи называют «когнитивной разгрузкой»[89], снижающей требования к обработке информации за счет физических действий, облегчающих умственные усилия (например, когда вы записываете свои мысли или делаете заметки). Очень тяжело управлять темами в разгар беседы, когда вы пытаетесь слушать и отвечать[90] на вопросы и паникуете: «О чем же мы будем говорить дальше?» Гораздо проще продумать целевые темы до начала разговора, когда у вас есть время задействовать систему 2. Подготовка темы, в свою очередь, освобождает ментальные ресурсы во время разговора, так что вы становитесь внимательнее, меньше паникуете и говорите без запинок.

Когда собеседники заранее придумывают темы для разговора, качество беседы обычно только выигрывает[91]. В исследованиях, над которыми я работала, когда участники заранее обдумывали возможные темы беседы в течение хотя бы тридцати секунд, в разговоре оказывалось меньше пауз и запинок, особенно в моменты перехода от одной темы к другой, которые часто вызывают определенные затруднения. Те, кто заранее обдумал темы, делали более короткие паузы и использовали меньше слов-паразитов, таких как «гм», «э». Кроме того, они и чувствовали себя спокойнее, то есть испытывали меньше тревоги и больше уверенности. А если вы чувствуете себя спокойнее — хотя бы чуть-чуть! — это многое меняет. Исследования показывают, что плавное течение разговора, особенно при смене одной темы на другую, позволяет успешнее налаживать контакт, ощущать эмоциональную близость и взаимопонимание. Это помогает всем участникам общения построить более качественные отношения, в которых больше комфорта и меньше неловкости.

Заблаговременная подготовка тем даже повышает точность и актуальность информации, которой мы обмениваемся. Если нужно обязательно обсудить с кем-то определенный вопрос, мы с большей вероятностью вспомним об этом, если подумаем заранее. Помимо того что мы вспомним, какие темы нужно обсудить, подготовка к разговору также позволяет охватить большее количество тем[92], что полезно само по себе, особенно если разговор идет слишком медленно и собеседники теряют интерес. Подготовив темы заранее, можно гораздо проще и незаметнее сменить тему (без лишней натянутости, пауз и многословности), поэтому собеседники чаще находят взаимно приятные мотивы для обсуждения.

Независимо от того, насколько легко вы импровизируете на ходу, продуманность — ваш верный друг. Выбирать темы заранее полезно для всех.

Я не имею в виду эпизодическое продумывание тем, время от времени, перед особенно важными или ответственными беседами. Я рекомендую делать это постоянно, перед каждым предстоящим общением. Знаю, придется думать много и часто. Но это работает. Достаточно просто знать, что у вас есть такая возможность — обдумать темы беседы заранее, возможность допустимая и полезная, и вы будете чаще задумываться о предстоящих беседах и своих собеседниках, размышлять о том, какие шаги помогут избежать неприятных сценариев и выбрать приятные. Заранее обдумывая тему, вы размышляете о своем собеседнике, а, как мы увидим дальше, почти все секреты хорошего общения связаны с тем, чтобы лучше узнать точку зрения собеседника[93].

В ходе исследований и преподавания я обнаружила: несмотря на первоначальный скептицизм, как только люди начинают ощущать преимущества предварительного выбора тем для беседы, они по-настоящему увлекаются этим методом. Они делают для себя пометки в календарях. Они выделяют дополнительное время для размышлений перед встречами. Они создают электронные таблицы с перспективными вопросами для обсуждения с незнакомыми людьми. Они знают: во время беседы необязательно затрагивать все подготовленные темы, но они будут под рукой, когда понадобятся. Если вам нравится обдумывать темы заранее, знайте, что вы не одиноки.

Среди многих людей, которые упускают преимущества предварительного выбора тем, — Хьюго и Джози[94]. Хьюго недавно переехал в Калифорнию из Франции, но довольно неплохо говорит по-английски. Джози учится в аспирантуре в Стэнфорде. У них блиц-свидание, которое продлится всего четыре минуты:

Джози. Тебе нравится Калифорния?

Хьюго. Да, здесь замечательно.

Джози. Правда?

Хьюго. Просто чудесно.

Ох. Короткие, почти односложные ответы — это всегда непросто. Джози задала открытый вопрос, и Хьюго, по сути, не дал ей ничего, с чем можно было бы работать дальше. Не зная, что еще придумать, Джози советует Хьюго посетить несколько интересных мест — Пало-Альто, Сан-Франциско. Затем Хьюго переключается на дежурную тему любого разговора, настоящую классику общения:

Хьюго. Погода — лучше не бывает.

Джози. Ты не поверишь, но у нас это считается плохой погодой! В прошлом году было намного лучше.

«О, нет, — подумаете вы, — только не погода». Да, друзья мои, погода. Продолжение следует:

Джози. Какая погода сейчас в твоем родном городе, во Франции?

Хьюго. Теплее, чем здесь.

Джози. Правда?

Хьюго. Но у нас чаще идут дожди. Как в Великобритании и…

Джози. Все время дожди?

Хьюго. На юге очень жарко. Там довольно хорошая погода.

Наверное, вы думаете: «Не разговор, а мука». Даже сегодня, в эпоху разрушительных торнадо и ураганов, снежных бурь, которые возникают в самых неожиданных местах и в самое неожиданное время, и засушливых сезонов, настолько продолжительных и тяжелых, что целые регионы горят месяцами, лишь немногие темы для беседы имеют худшую репутацию, чем погода. Это самое банальное и избитое клише, само воплощение скуки — непризнанный, но вопиющий провал в беседе со стороны всех ее участников. Для общения это самый страшный кошмар, тема, обрекающая на бесконечный цикл пустой болтовни, лишь бы убить время; она мало что дает и, казалось бы, ни к чему не ведет.

Именно такой была мрачная судьба наших двух участников блиц-свидания. Когда исследователи попросили Джози и Хьюго оценить эту беседу после ее завершения, оба поставили ей ужасную оценку. Второго свидания точно не предвидится.

Их диалог отражает чудовищную пытку[95], которую многие из нас испытывают во время так называемого small talk. Пробки на дорогах, как вы провели выходные, сколько часов в сутки спит ваш ребенок — такие вопросы словно выкачивают кислород, и человек отчаянно ищет пути к бегству, даже если оба собеседника действительно хотят общаться.

Большинство из нас боится small talk. Некоторые даже прямо говорят при знакомстве, что терпеть не могут такие «светские беседы». (И кстати, сближение на почве общей нелюбви к small talk — один из способов избежать таких бесед, хотя и не всегда работает.) Есть множество веских причин недолюбливать[96] small talk, как подтвердят наши незадачливые участники блиц-свидания.

Но подождите минутку. Хотя неудачная попытка Хьюго и Джози выстроить диалог действительно подтверждает эту мысль, я хочу привести контраргумент: в их случае проблема была не в small talk.

Их беседа не задалась по многим причинам, в том числе из-за того, что Хьюго давал в основном односложные ответы и сам задавал мало вопросов, а такую ошибку трудно исправить. Но смертельным ударом стал не small talk сам по себе — в конце концов они только что познакомились и ничего не знали друг о друге. Проблема заключалась в их неуклюжем управлении темой беседы. Они застряли в порочном круге small talk[97], не в силах перейти на следующий уровень разговора, хотя все необходимое для этого у них было. Small talk — дверь, ведущая к более увлекательной беседе, но ни Хьюго, ни Джози не взялись за ручку, чтобы открыть эту дверь.

Вопреки распространенному мнению, small talk имеет огромное значение. Это начальный путь, проторенный и знакомый[98], который часто позволяет нам перейти к более серьезным, глубоким разговорам. Он помогает завязать беседу с незнакомыми людьми и новыми приятелями, о которых мы пока мало что знаем, или возобновить общение с теми, кого мы знаем хорошо. Small talk важен и в смешанной компании, где предпочтения собеседников и отношения между ними совершенно разные. Допустим, одному человеку в компании не терпится поговорить о недавнем инсульте матери своей подруги, а другому приятнее обсудить наблюдение за птицами. Простые и понятные всем собеседникам темы позволяют поддержать разговор, не делая никаких предположений и не отдавая предпочтения интересам одного человека. Главное — воспринимать small talk как отправную точку, средство достижения цели, а не саму цель.

Также можно рассматривать small talk как часть более широкой категории: простые темы, которые можно обсуждать с кем угодно. Универсальность — вот что делает small talk эффективным инструментом. С любым человеком можно говорить о погоде, о важных текущих событиях, о еде, о сне или о том, что происходит в вашем ближайшем окружении. Любой человек сможет общаться с вами на эти темы. Но если задуматься, то вы заметите: эти темы популярны потому, что они всегда под рукой, их проще всего использовать во время беседы. Small talk охватывает темы, которые наш мозг, работающий по системе 1, выуживает из текущей обстановки. И при правильном подходе любая из этих тем может перевести разговор в другое, более плодотворное русло.

Вот тут становится интереснее. Перечисленные выше примеры — не единственные универсальные темы для разговора, а лишь небольшая подгруппа. Темы, которые мы можем обсуждать с кем угодно, также включают в себя более серьезные абстрактные вопросы, затрагивающие человеческий опыт: что вызвало у вас сильные эмоции в последнее время? Какие достижения или важные события произошли в вашей жизни? Эти темы обычно уводят нас от small talk в силу своей способности привлечь внимание собеседника и порадовать его эго. Если погоду и только что съеденный ужин можно назвать нижним уровнем беседы, то эти темы помогают быстро выбраться из тупика.

Переход от системы 1 к системе 2 в контексте small talk открывает целый новый мир возможностей. И как ни странно, это еще одна область, где заблаговременный выбор тем может принести пользу[99], позволяя держать в запасе более интересные и надежные темы и придавая вам уверенность. Когда вы вступаете в беседу, вооружившись по-настоящему интересными темами, вы сможете быстро проскочить обсуждение пробок и погоды (или вообще обойтись без них).

Как только вы начнете обдумывать, чем пополнить свой арсенал универсальных тем, перед вами откроются бесконечные возможности. Некоторые мои студенты даже решили составить электронную таблицу таких универсальных вопросов. У меня тоже есть любимые темы для подобных ситуаций, например: «Кто вас рассмешил недавно?» и «Вы слушали недавно какую-нибудь хорошую музыку?»[100].

Черпать вдохновение можно везде. Муж моей коллеги Майк, руководитель направления перспективного развития и стандартов одной технологической компании из техасского Остина, рассказал мне, что готовит темы для разговора, слушая радиопередачу «Эта американская жизнь» во время ежедневной пробежки. Каждый эпизод этой радиопередачи (теперь уже подкаста) имеет определенную тему («Современные дети», «Работа в условиях дедлайна», «День на пляже», «Кровь»). Ведущий и команда журналистов готовят материал, опираясь на интервью, посвященные теме недели.

Но Майк — как я полагаю, в отличие от большинства из 4,3 миллиона человек, которые слушают эту передачу каждую неделю, — включает «Эту американскую жизнь» не только для собственного развития. Программа наполняет его мысли множеством ярких историй, актуальных фактов и любопытных идей, которые он может обсуждать с другими людьми.

Например, в эпизоде «Дом на озере Лун-Лейк»[101] речь идет о группе подростков, которые нашли в лесу таинственный заросший дом, брошенный хозяевами, однако на столе был оставлен ужин, а на двери висело выпускное платье. Майк переделал эту историю в короткую и удобную тему для беседы. «Не возражаете, если я расскажу вам одну историю, которую недавно услышал по радио?» — спросит он коллегу (допустим, во время затишья в обсуждении технических деталей на работе). Он в двух словах перескажет историю, а затем поинтересуется: «Как вы думаете, почему хозяева покинули дом?»[102]

Заимствование идей из «Этой американской жизни» оказалось так эффективно, что Майк решил искать темы для разговора и в других источниках. И теперь он «прикарманивает» вопросы из телепередачи «В студии актерского мастерства», например: «Какое ваше любимое ругательство?» или «Какой звук вы терпеть не можете?». Он не скрывает, что черпает эти истории и вступления к беседам из подкастов и телепередач. «Как только вы вникнете в суть этого метода, — говорит Майк, — уже неважно, откуда вы заимствуете свои идеи». Он прав. Важно, как мы используем эти идеи. А поскольку существует бесчисленное количество тем, включая small talk (да, погоду тоже надо обсудить), то перед нами открываются практически безграничные возможности.

Привычка Майка начинать беседы с помощью тем из подкастов показывает скрытую силу small talk, но не решает в полной мере важнейшую проблему — как избежать порочного круга в беседе. Почему? Потому что даже самые интересные, актуальные и понятные темы могут затянуть в бездушный, смертельный водоворот межличностного общения, из которого не смогли выбраться наши калифорнийские участники блиц-свидания. Никому не хочется бесконечно обсуждать, как ему спится по ночам или что произошло в доме на озере Лун-Лейк. Всему есть пределы, даже у захватывающих тем, придуманных экспертами по общению из программы «Эта американская жизнь».

Хитрость заключается в правильном выборе времени: не задерживайтесь на одной теме слишком долго. Даже если small talk складывается удачно, используйте его ровно столько, сколько необходимо. Главное — перейти на следующий уровень до того, как беседа превратится в тяжелую повинность. Для этого нужно стать охотником за сокровищами.

Считайте, что беседа — бескрайний океан, усеянный бесконечным множеством островков-тем. Хорошие собеседники жаждут открыть новую местность — неизведанную территорию, сопряженную с риском, но при этом сулящую совершенно уникальное вознаграждение. Мирно бороздя спокойные, предсказуемые воды small talk, вы чувствуете себя в безопасности и можете использовать эту защищенность для поиска перспективных островов. Но есть опасность слишком долго задержаться на корабле[103], любуясь островами издалека. Так вы никогда не найдете сокровищ. В конце концов вам придется рискнуть — сойти на берег и исследовать новые места.

Вот вам тайный плюс small talk: его можно использовать как мостик к более значимым, содержательным и интересным разговорам. Это пространство для исследования, которое помогает искать переход к более глубоким и увлекательным темам, особенно в разговоре с незнакомцами или людьми, с которыми у нас мало общего. Беседуя о погоде, вы можете узнать, что ваш собеседник ездил на Таити, и тут же завяжется приятнейшая беседа об этом острове. Джози и Хьюго нужен был совсем небольшой скачок, чтобы перейти от погоды во Франции к его детству во Франции. Или от погоды в Калифорнии к любимой тенистой скамейке, которую Джози обнаружила в кампусе, к детским секретам, культурным различиям, надеждам и страхам, музыке или обсуждению, где и когда у них рождаются самые удачные идеи. При правильном подходе small talk превращается в хорошо отработанный ритуал, который дает нашему мозгу время и возможность сформулировать более интересные, глубокие вопросы и мысли. «Самый простой короткий будничный разговор[104], — пишет обозреватель журнала Atlantic Джеймс Паркер, — может внезапно окунуть вас в пылающую бездну чужой души».

Переход от обыденного small talk в пылающую бездну человеческой души требует определенного мастерства. Вряд ли замечание вашего собеседника о моросящем дождике на улице мгновенно приведет к глубокому обсуждению того, что все его жизненные решения продиктованы его отношениями с матерью. Между этими пунктами находится множество других этапов беседы, в ходе которых мы выясняем, какие темы приведут нас к цели.

Полезно упорядочить бесконечное множество возможных вопросов для обсуждения в четкую иерархию — назовем ее пирамидой тем, где самые общие темы находятся внизу, а самые личностные — наверху.

В основании пирамиды тем находятся вопросы, которые можно обсудить с каждым, — так называемый small talk. С основания часто полезно начинать, и в некоторых случаях на этом лучше остановиться, например в коротких диалогах с бариста или соседями. Но поскольку эти темы лишены индивидуальности, длительное пребывание в основании пирамиды может показаться обезличенным, неудовлетворительным, поверхностным и даже унизительным для человеческого достоинства.

Одна из целей общения — продвигаться вверх[105] по пирамиде тем, уходя от базового уровня и понимая при этом, что беседа может развиваться циклами снизу вверх и обратно. Некоторые темы больше подходят для личного разговора, чем для глубокого обсуждения. Мы не всегда стремимся к вершине, но важно иметь некое представление о том, насколько высоко мы и наши собеседники хотим забраться. Мы должны быть уверены, что, несмотря ни на что, мы не застрянем надолго[106] в основании пирамиды[107].

^{Пирамида тем: движемся от small talk к глубокой беседе и обратно}

Чтобы перейти от small talk к более личным темам, нужно обладать определенным умением. Однако это проще, чем нам кажется, — перепрыгнуть с погоды во Франции на детство во Франции или плюсы французского рэпа или с погоды в Италии на оперу или мотоциклы. Чтобы совершить такой скачок, необходимо знать или выяснить отношение собеседника к теме — его личный опыт, компетентность[108], степень заинтересованности или любопытства к данному вопросу. Недавние исследования показывают, что гораздо эффективнее выбирать максимально конкретные темы[109]. «В чем смысл жизни?» и «Что нового?» — слишком абстрактные, общие вопросы, услышав их, собеседник может растеряться, не зная, что ответить. А вот вопросы «Почему тебе нравится твоя квартира?», «Когда ты начал пить кофе?» или «Как ты увлекся йогой?» более конкретные. Они дают собеседнику простор для исследования и перехода на более высокий уровень разговора, но при этом не так сильно пугают и смущают, как открытые вопросы. Подобные вопросы задают достаточно общую тему, по которой легко высказать свое мнение.

В тот момент, когда Джози и Хьюго зашли в тупик, обсуждая погоду в Калифорнии и Франции, Джози могла бы задать более конкретный, личный вопрос, например: «Тебе нравится Калифорния, потому что она напоминает родину?»

Уточняющие вопросы отлично подходят для того, чтобы перевести разговор в более конкретное русло (подробнее о них в следующей главе). Но раскрывать личную информацию тоже эффективно. Когда Джози с ноткой разочарования спросила: «Все время дожди?» — Хьюго мог бы ответить так: «Вообще-то я люблю дождь, на душе становится так уютно». Подобная личная информация мягко подталкивает разговор вверх по пирамиде тем, поскольку обычно вызывает ответное признание со стороны собеседника, а мы продвигаемся вверх по пирамиде тем, опираясь на уязвимость и доверие.

Хороший собеседник всегда находится в поиске личных деталей, конкретных и при этом радующих эго. Если у вашего собеседника есть дети, можно поговорить о его отпрысках или о детях вообще («Чем нынче увлекаются девятилетние дети?»). Если ваш собеседник работает, можно расспросить об этом («Что интересного происходит у вас на работе?» или «Как вы оказались на этой работе?»). Сходства между собеседниками — особенно удачные темы. Для упражнения «Круг общения» мои студенты предлагают, например, такие темы: «Оправдала ли Гарвардская школа бизнеса ваши ожидания?», «Чем вы занимались на весенних каникулах?». Они опираются на те немногие сведения о своих собеседниках, которыми владеют: тот факт, что они тоже учатся в Гарвардской школе бизнеса, является плодотворной почвой для взаимопонимания.

Как я уже отметила, вершина пирамиды не служит целью каждой беседы. В середине также есть много интересного — это отличное место, чтобы узнать больше о собеседнике, понять его вкусы и предпочтения, а также дать ему возможность проявить свою индивидуальность, обсуждая вопросы, которые его увлекают. Не нужно взбираться на вершину пирамиды с каждым собеседником, хотя именно там вас ждет ни с чем не сравнимое вознаграждение.

Если мы сможем проложить свой путь через small talk и личную беседу, мы достигнем вершины пирамиды, где находятся темы, о которых вы и ваш собеседник точно хотите поговорить — и можете поговорить плодотворно. Вы выбираете темы, которые позволят вам и вашему собеседнику реализовать самые важные цели — добиться взаимопонимания, насладиться общением, защищать и развивать отношения. Обычно это не то, о чем можно поболтать с каждым; эти вопросы подходят лишь конкретной группе людей, их[110] конкретным сходствам, конкретному моменту разговора и важны для достижения конкретных целей. Возможно, это тема, которую вы[111] уже обсуждали раньше, чтобы укрепить свои отношения, или секрет, которым собеседник хочет поделиться с вами, или конкретная проблема или[112] достижение в его жизни, требующие вашего участия и поддержки. А для тех, кто общается впервые, то есть для незнакомцев, чьи цели часто сводятся к тому, чтобы узнать друг друга[113] получше и не чувствовать себя неловко, пиком будет найти тему, о которой один из собеседников может сказать что-то интересное, забавное или проницательное.

Вернемся к нашим участникам блиц-свидания. Если Хьюго признается, что тоскует по дому, Джози сможет поделиться, как она справилась с разлукой с семьей, и дать ему пару советов. Если Джози расскажет о своем любимом ресторане в городе, Хьюго может выразить желание сходить туда. Если Хьюго упомянет конкретную музыкальную группу, которая ему интересна, и окажется, что Джози она тоже нравится, возможно, они запланируют совместный поход на концерт в качестве второго свидания. Достижение верхнего уровня пирамиды не предполагает, что ваш собеседник не хочет или не может обсуждать какие-то темы с другими людьми. Это означает, что ему интересно, приятно и безопасно обсуждать их с вами. Способность находить пиковые темы свидетельствует о прочности ваших отношений, а обсуждение этих тем укрепляет отношения еще больше.

После того как Хьюго и Джози произнесли по восемь реплик каждый, продолжая обсуждать погоду, нетрудно представить, как они себя чувствовали: ужасно. А вот разговор, который я недавно подслушала в офисе:

— Может, M&M’s?

— Да, мне они нравятся.

— А арахисовые конфеты Reese’s Pieces?

— У меня аллергия на арахисовое масло.

— Батончик Almond Joy?

— Кокосовый? С орехами или без?

— В батончиках Mounds точно нет орехов.

— Понятно. Кажется, я не пробовала ни того ни другого.

Дело было в середине октября. Мимолетное замечание одного из собеседников, что он любит Хеллоуин (очень перспективная тема с массой тропинок к вершине пирамиды), привело лишь к тому, что оба собеседника намертво увязли в арахисовом масле и шоколаде. Они упустили шанс перейти к обсуждению, например, костюмов, в которые наряжались в детстве, или выяснению, действительно ли они верят в привидения, или воспоминаниям о чудовищном процессе над салемскими ведьмами, что было бы гораздо плодотворнее. Но вместо этого они буквально застряли в отделе конфет:

— Twix?

— Только если он свежий. Иначе карамель застревает в зубах.

— Согласен.

Вам наверняка знакомо это чувство, когда разговор балансирует на грани: вы уверены, что из этого апельсина уже выжат весь полезный сок и теперь собеседники довольствуются мякотью и семечками. Возможно, вы подозреваете, что это хрупкое положение дел ни для кого не секрет: ваши собеседники не только знают о застое в разговоре, но и знают, что вы знаете о том, что они знают, и так далее. Или, возможно, вы подозреваете, что никто другой не осознаёт, насколько вялой и бестолковой стала беседа, и совершенно ясно, что вам нужно раздобыть новый сочный апельсин, причем срочно.

До сих пор мы говорили о содержании тем, которые вы выбираете для беседы, но не менее важно, когда вы обсуждаете[116] ту или иную тему. Золотая середина в выборе темы немного похожа на цикл созревания фрукта. Надо немного подождать. Еще немного. Еще чуть-чуть. Затем на долю секунды возникает идеальный момент — и всё, вы его уже упустили. Правильно выбранный момент и продолжительность обсуждения оказывают такое же влияние на удовольствие от беседы, как и сама тема. Беседа не длится вечно, и нам приходится выбирать, какие цели ставить, какие темы затрагивать и как долго их обсуждать. Когда обсуждение затягивается, беседа становится вялой, а наш интерес и вовлеченность уменьшаются. А когда вовлеченность снижается, мы не можем эффективно добиться своих целей.

Но когда и как следует переключаться с одной темы на другую? В идеале смена темы происходит плавно — это легкие переходы, а не резкие повороты. Иногда оба собеседника понимают, что тема исчерпала себя, но ни один из них не знает, как перейти к следующей (и повисает неловкое молчание[117]). Хуже, когда один человек чувствует, что тема исчерпана, но его собеседник не согласен. И хотя мы можем интуитивно догадываться, что пора сменить тему, мы не всегда улавливаем это желание у наших собеседников.

Есть одно хорошее решение — чаще менять темы. В конце концов тема не может исчерпать себя, если вы переходите к новому вопросу, когда в ней еще остается немного жизни. Мы с коллегами провели исследование с участием пар незнакомых людей[118]: одним мы предложили очень часто менять темы (они пытались охватить двенадцать заданных тем за десять минут), а другим — двигаться по тому же списку тем естественным образом, в любом темпе. Мы стремились ответить на следующий вопрос: что делает беседу лучше — более частое переключение тем, позволяющее обсудить как можно больше (даже если это означает, что некоторые темы вы не успеете выжать по полной), или плавное, спокойное течение своим чередом?

И что бы вы думали! В результате наших исследований выяснилось, что люди, которые чаще переключались с одной темы на другую, получили гораздо больше удовольствия от беседы. В среднем они оценили общение на 6 баллов из 7 по уровню удовольствия, в то время как те участники исследования, которые меняли темы в естественном темпе, — на 5 баллов из 7. Поскольку бесед было много, разница в 1 балл из 7 — это немало. Вы хотите жить на 5 из 7 или на 6 из 7?

Связь между сменой темы и удовольствием от общения прослеживается и в реальной жизни. По данным более чем 1600 тридцатиминутных онлайн-разговоров, большинство людей сочли, что в ходе беседы они затронули «достаточное количество» тем. Однако тех, кому казалось, что они обсудили слишком мало, было 20 процентов — больше, чем тех, для кого тем оказалось слишком много (11 процентов), а негативное влияние слишком малого количества тем на удовольствие от беседы было значительно сильнее, чем влияние их слишком большого количества. Хорошая новость заключается в том, что худшего сценария под названием «слишком мало тем» легко можно избежать. В своих экспериментах мы обнаружили, что собеседникам не составляет труда часто менять темы, если они этого хотят: пары, получившие указание менять темы чаще, в среднем обсудили девять тем за десять минут, в то время как пары, менявшие темы в естественном темпе, обсудили за это же время только пять тем. Когда людей поощряют менять темы чаще, чем обычно, они делают это легко, и их впечатление от разговора улучшается.

Но здесь возникает проблема. Если мы пытаемся подняться по пирамиде тем и углубиться в вопросы, которые можно обсуждать только с определенной группой людей, то как мы доберемся до вершины, если будем постоянно менять темы? Не исключает ли широкий диапазон[119] тем ту глубину обсуждения, к которой мы стремимся?

Дорогой читатель, это не так. Мы с коллегами-исследователями с удивлением обнаружили, что люди, которые часто меняли темы (и в результате добились более широкого охвата), делали это не в ущерб глубине обсуждения, которая так волнует некоторых из вас. Наше исследование показало: те, кто ловко управляет темами беседы, копают глубоко, находят сокровища быстро и переключаются на новые темы плавно, без мучительно неловких пауз и задержек.

Итак, если частая смена тем ведет к более качественным разговорам, почему мы этого, как правило, не делаем? Вы скажете: «Потому что мы об этом не знали, вы нам только что рассказали». Хорошо, справедливо. Но есть и внутренние причины. По крайней мере частично в этом виновата наша система мышления 1, которая активна по умолчанию. Интуиция заставляет нас выбирать легкодоступные темы, отказываться от менее очевидных вопросов, которые было бы интересно обсудить, слишком рано переключаться с хороших тем и слишком долго задерживаться на не самых хороших. Но дело также в неверном чтении мыслей. Насколько верно мы определяем, когда собеседник считает, что тема исчерпала себя? Не упускаем ли мы ценные подсказки, которые дают нам собеседники, намекая, что их интерес к обсуждаемым темам растет или ослабевает?

Моя исследовательская группа хотела понять, насколько хорошо люди считывают знаки своих собеседников, когда речь идет об их заинтересованности в обсуждаемой теме, — насколько правильно люди оценивают различные сигналы вовлеченности собеседника[120]. Мы обнаружили, что некоторые сигналы человек чаще оценивает правильно, например уточняющие вопросы. Однако люди склонны чрезмерно концентрироваться на одних аспектах поведения собеседника и недооценивать другие. Предположим, вы спрашиваете собеседника, как дела у его родителей, он отвечает, а затем задает вам зеркальный вопрос: «А как поживают ваши родители?» Вы можете придать этому вопросу слишком большой вес, восприняв его как знак того, что ваш собеседник интересуется этой темой, хотя на самом деле это не так. Часто зеркальные вопросы — всего лишь проявление рефлекторной взаимности. С другой стороны, если собеседник возвращается к теме, которую вы обсуждали ранее, это надежный признак того, что тема ему нравится и он хочет ее продолжить.

Живое общение как минимум не должно походить на монолог, произносимый перед аудиторией, которая молчит из вежливости. Это не значит, что в беседе нет места для длинных рассказов или что ни один из собеседников не должен говорить дольше других. Но когда беседа складывается удачно, темы и истории, как правило, выстраиваются совместными усилиями[121]: слушатели вставляют свои замечания, задают вопросы, смеются и дают обратную связь («да», «точно», «не может быть!»).

Мы должны обращать больше внимания на такие сигналы совместного повествования, потому что они, как оказывается, являются важными показателями заинтересованности собеседника. При их отсутствии вы, скорее всего, просто занимаете «эфирное время» без взаимного интереса и участия. Если вовлеченность одной из сторон снижается, пора сменить тему.

Есть еще одна, последняя, причина неправильного переключения с одной темы на другую — вежливость. Иногда мы распознаём сигналы, подсказывающие нам, что пора переключиться, но игнорируем их, чтобы не показаться невоспитанным, резким или не вызвать недовольство собеседника. Я подозреваю, что именно это сыграло свою роль во время натянутого разговора наших участников блиц-свидания. Возможно, Джози и хотела расспросить о детстве Хьюго, но боялась слишком резко уйти с темы погоды и показаться грубой или навязчивой. Très gauche, non?[122] Вообще-то нет! Большинство людей слишком осторожничают, когда речь идет о смене тем, по трогательным, но ошибочным причинам. Кажется, что безопаснее и вежливее не сворачивать с пути.

К счастью, вам будет проще понять мысли своих собеседников, когда вы узнаете, на что обратить внимание. Если вы не уверены, когда стоит переключиться на новую тему, обратите внимание на три надежных, эффективных признака того, что тема застопорилась и из нее уже выжали все соки:

• молчание (паузы) становится дольше;

• чаще раздается вежливый смех (интуитивная реакция, чтобы заполнить затянувшиеся паузы);

• возникает избыточность (собеседники повторяют то, что уже говорили).

Мне кажется, что до смерти скучный обед Вирджинии Вулф и Стивена Спендера был буквально напичкан всеми тремя характерными признаками. А ведь появление даже одного из них свидетельствует о том, что пора переключиться на новую тему. При этом есть признаки, надежно указывающие на то, что данная тема пользуется даже большим успехом, чем вы думаете: если ваш собеседник искренне смеется над своими собственными словами, следовательно, ему весело, а тот факт, что он поднял тему или вернулся к ней, означает, что он хочет ее обсудить.

Итак, мы должны следить за сигналами, указывающими на необходимость сменить тему, и на первый взгляд это требует больших усилий. Возможно, вы задаетесь вопросом: «Как это сделать? Получается, я должен подумать о том, что сказать, затем сказать это, затем выслушать ответ, осмыслить эти слова и при этом еще обращать внимание на едва уловимые сигналы подлинной реакции моего собеседника?»

Надеюсь, ответ уже не удивит вас (как и моего скептически настроенного студента Джоша): нужно готовиться заранее! Если говорить об умении расшифровывать тонкие поведенческие сигналы собеседника (читать его мысли), то «вычислительные» ограничения человеческого разума ставят нас в весьма невыгодное положение: способности нашего мозга не безграничны. Это еще одна причина, по которой так важно заранее готовиться к беседе, — подготовка освобождает нашу ментальную энергию, позволяя считывать невербальные сигналы собеседника. Если человек поднял тему и продолжает к ней возвращаться, это сигнал «не переключаться». Если же кто-то из вас начинает повторяться, это сигнал «пора поговорить о другом». Вы также можете оказать собеседнику большую услугу — избавить его от необходимости читать ваши мысли и прямо сообщить ему, что вам нравится или не нравится та или иная тема. Небольшая обратная связь принесет большую пользу.

Мастера общения — люди, добившиеся особых успехов в моих исследованиях по управлению темами, — заранее продумывают, что они и их собеседники хотят получить от беседы, выбирают темы для достижения этих целей и не стесняются менять планы, когда тема теряет свою актуальность. Таким образом, они добиваются и широты и глубины в общении. Большинство из нас, если будет чаще думать наперед и увереннее менять темы, обнаружит, что тоже может «создавать атмосферу»[123], как супергрек из книги Примо Леви.

Несколько лет назад со мной связалась подруга по колледжу Каролина. Эта девушка бесстрашна — она без колебаний поднимает темы, которые многих заставили бы содрогнуться. Всего за месяц она затеяла групповую переписку по следующим вопросам:

Каролина позвонила мне во время пандемии. Она была дома, в Орегоне, а я решила прогуляться по своему кварталу, ненадолго сбежав от всех и вся. Я ответила после первого же звонка:

— Привет!

— Что ты знаешь о вагинальной сетке?

Я громко рассмеялась. Будучи матерью троих детей, я знала нескольких женщин, которым понадобилось восстановление тазовых органов после родов, и для этого врачи использовали вагинальную сетку. Я также слышала о коллективном иске, связанном с этим методом, который подали где-то в Австралии, если не ошибаюсь.

Нет сомнений, что для многих такое начало беседы — табу, совершенно бесстыжее и отвратительное, причина стресса, жалоб и навязчивых (или просто скучных) разговоров. Но меня это не смутило и не шокировало — наоборот. Я понимаю физическую тяжесть беременности и родов, и мне нравятся оригинальность и решительность, с которыми Каролина выбирает темы для обсуждения. Это было совершенно в ее духе — начать разговор с такого вопроса.

— Я так рада тебя слышать! — сказала я. И это правда: ее присутствие, даже по телефону, как бальзам на душу.

— И я тебя, Эл! Мне необходима твоя помощь. Я должна решить, нужна ли мне операция сейчас.

Я спросила Каролину, планирует ли она сейчас завести третьего ребенка, и выяснилось, что она сама не знает. Она всегда хотела большую семью, второго малыша родила, когда училась в школе бизнеса, но совсем недавно сменила профессию, а совместить рождение третьего ребенка и новую работу будет непросто.

Она очень быстро переключилась с эпатажного обсуждения операции по восстановлению женских половых органов на искреннюю просьбу дать совет по планированию семьи, что привело нас к откровенному обсуждению трудностей и преимуществ жизни работающей мамы. Эти темы нам обеим хотелось обсудить — для утешения, поддержки и чтобы просто выговориться.

Мы обсуждали непростую необходимость каждый день убеждать двух маленьких людей надеть обувь, при этом натягивая кроссовки на человечка еще меньше. Затем наш разговор перешел на виртуозное умение избегать пятен от маленьких пальчиков на своем деловом костюме, тихую радость, когда валяешься на диване со спящим ребенком на руках, неповторимый восторг, когда твой старший ребенок впервые в жизни по-настоящему удачно пошутил.

Мы перешли к обсуждению наших браков, отпусков и трудностей, связанных с пандемией. А затем, когда я добралась до конца квартала и повернула обратно, она выдала:

— У меня проблемы с мамой и братом.

Из всего, чем Каролина удивляла меня на протяжении многих лет, это было, пожалуй, самым неожиданным. Ее отец умер, когда ей было восемнадцать, как раз перед нашим знакомством в колледже, и она всегда была очень близка с матерью и братом. Каролина расплакалась, объясняя, что они очень отдалились от нее и им трудно простить ее за переезд в Орегон, а пандемия всё усугубила. У меня сердце кровью обливалось, но при этом я чувствовала глубокую благодарность подруге за то, что она поделилась этим со мной. Я сказала ей, что ничего страшного, если семейные неурядицы мешают ей принять важное решение. Она ответила:

— Спасибо, Эл. Люблю тебя.

И только когда я подошла к двери квартиры, за которой куролесили мои дети, мне пришлось попрощаться. Хотя мы не виделись много лет и нас разделяло много миль, я все равно чувствовала невероятную близость с Каролиной. Для хорошего разговора не всегда нужно выбирать хорошие темы. Даже самые нелепые аспекты могут стать глубоко значимыми. Если вы и ваш собеседник поставили перед собой цели, которые действительно важны для вас обоих, вы непременно найдете по-настоящему значительные, актуальные и радостные темы для обсуждения (особенно если вы готовитесь к беседе заранее, как сделала Каролина, прежде чем взять телефон и обратиться ко мне за советом).

Спустя чуть больше года после нашего разговора Каролина родила третьего ребенка. Она разместила в интернете несколько фотографий малыша. О вагинальной сетке не было ни одного упоминания, зато ее мама и брат стояли рядом с ней, сияя от счастья.