Развод в 42. Верни меня, мой генерал

Глава 14

Глава 14

Поворачиваюсь, смотрю на высокого военного. Я уже разбираюсь в знаках отличия, понимаю, что передо мной генерал.

Опять генерал, снова генерал…

Подташнивает от генералов.

И вообще, от сильных мира сего.

- Не узнаёте?

Морщу лоб. Что-то смутно знакомое.

- Зверев. Роман Зверев, мы учились вместе с Соболем.

Вспоминаю сразу.

Красавчик. Так его наши девчонки за глаза звали. А еще плейбой. Действительно, красивый был парень.

Но если мой Саша был красивый такой, мужской красотой, более строгой, что ли, то Зверев напоминал тогда солиста какой-то поп-группы. Слишком…напомаженный – это было выражение деда, и я его тогда использовала, и даже Соболю сказала, он посмеялся, потом признался, что у Зверева очень непростая судьба.

Мать его бросила, просто оставила на вокзале, ему года три было. Попал в детдом. Его отец в этот момент в горячей точке был, ничего не знал. Когда вернулся, стал его искать, а Ромку уже отправили в Америку, вроде как в лучшую жизнь, а там была семья каких-то психопатов, которые над детьми измывались. С виду картинка красивая, а внутри… работать заставляли как рабов на галерах – это Саше сам Рома рассказывал. Ему уже лет шесть исполнилось, помнил всё хорошо, бунтовал, они его к кровати привязывали, не кормили. Отец его нашёл, добился, чтобы его ему вернули.

- Вспомнили же, да? Вижу, вспомнили. Я вас сразу узнал, хоть и не понял ни хрена… вы же…Ты же погибла, Лина? Погибла? Жуткая авария, машина взорвалась, тело изуродовано… Саша какой-то дорогущий тест ДНК заказывал, чтобы…

Мне больно.

Очень больно всё вспоминать.

Бледнею.

Меня шатает, к стенке прислоняюсь.

- Тихо, тихо… спокойно. Это же они, да? Соболи? Я Сашке говорил, только он… он не хотел верить.

- Извините, я… мне нужно вернуться на работу.

- Нам надо поговорить, Лана.

Киваю.

- Как мне вас найти?

- Я… я в первой травме. На третьем этаже.

- Когда вы заканчиваете.

- Сегодня допоздна. Две смены.

- Я буду ждать вас внизу. В холле.

Еще раз киваю, двигаюсь дальше, перед глазами пелена.

- Вас проводить?

- Спасибо, я сама. Не нужно.

Не нужно ничего, лишние слухи…

Вместо лифта открываю дверь на лестницу.

Быстро спускаюсь. Там балконы. Выхожу.

Мне надо на воздух.

Слезы душат.

Кричать хочется. Громко кричать. Во все горло.

Всю свою боль отдать в крике.

Не могу в себе держать больше всё это не могу!

Господи… почему я? Почему всё время я? Что я такого сделала? Я же хороший человек? Я в жизни мухи не обидела. Почему?

Что такого я в прошлом натворила, что карму отрабатываю? Что?

Слезы стынут на ветру.

Вздохнуть не хватает сил.

Я ведь просто хотела быть счастливой!

И была…

Тот бал.

Платье нежно голубое с кружевом, расшитым золотой нитью, с золотым пояском. И туфельки, с золотыми пряжками.

Никогда у меня не было ничего такого же красивого.

Никогда.

Я танцевала, чувствуя себя Золушкой. А мой Соболь был прекрасным принцем. В парадной форме с аксельбантами, которые так нежно звенели.

И как он на меня смотрел!

Я таяла от его взглядов, от того, что видела и считывала в них. Мне было плевать на всё, что вокруг. Я только его видела.

После бала он усадил меня в машину, резко стартанул.

- Куда ты меня везёшь?

- Сюрприз, тебе понравится.

Мы приехали к одному из элитных домов в центре, новостройка с закрытой территорией, это был первый подобный у нас в городе.

- Что тут? – у меня почему-то сердце сжалось. Страшно стало.

- Квартира.

- Чья?

- Наша.

- Наша?

Я видела, как он нервничает, это было странно. Соболь, и вдруг нервничает, серьёзно?

- Лана… - у него даже голос сел, охрип, и бы таким… невероятно притягательным. И он сам, его серые глаза, которые стали почти чёрными. – Я хочу, чтобы ты была моей, понимаешь? Совсем… Я думал… думал, что пока не могу предложить тебе брак, пока учусь и вообще… Но вчера переговорил с командиром и он, в общем, он дал добро. И меня будут отпускать из казармы в увольнительные…

- Саша, ты…ты мне предложение делаешь?

Он нахмурился, челюсти сжал…

- Всё неправильно, да? Всё не так. Я…Я хотел сначала там, на балу… Но подумал, вдруг ты будешь стесняться, испугаешься. Мне не хотелось, чтобы тебе было неловко, особенно, если ты откажешь мне, и…Чёрт… Я всё не то говорю. Я люблю тебя, Лана.

Это было как выстрел.

Его слова.

Взгляд.

Выстрел в самое сердце.

Который лишает воздуха. Мешает дышать. Но при этом наполняет каким-то немыслимым счастьем.

Нереальным.

Его так много!

Оно растёт внутри тебя как облако, как пена, как сладкая вата…

- Лана…

Его взгляд, такой больной…такой отчаянный…

- Лана…

- Саша… Сашенька…

Я не помня себя бросилась в его объятия, ремень отстегнула, обняла.

- Правда? Скажи, что это правда?

- Правда. Люблю. Хочу, чтобы ты женой была, только…

- Что?

- Я военный, Лан…

- Военный, я знаю, и что?

- Я на самом деле хочу быть военным. Не тыловой крысой, не кабинетным начальством. Мне интересно другое. Понятно, что будут потом и кабинеты, и штабы, я ведь не простым солдатом, но… возможно придётся уехать, и много ездить.

- Саша, с тобой? С тобой я хоть куда!

- Ты учишься… нужно будет окончить, или… перевестись.

- Саша… мы всё решим, всё решим если вместе, понимаешь!

Я искренне так думала.

Что можно всё решить.

Всё. Если вместе.

И я была так оглушительно счастлива.

И он тоже.

И та ночь. Первая. Была самой счастливой.

Эта квартира. Пустая почти. С кухонным гарнитуром и матрасом на голом полу. Он её купил. Сказал, что у него была квартира в Москве. Продал там, купил тут.

- Зачем, если всё равно уедем?

- Подумал, что может ты не поедешь со мной сразу, у тебя институт. И мне будет спокойно, что ты живёшь тут, понимаешь?

Я понимала это.

Не понимала другое.

- Как я не поеду, Саш? Я поеду!

И я бы поехала.

Господи…

На край света бы поехала!

- Светлана? Господи, что с вами?

Поворачиваюсь и буквально падаю на грудь генерала Богданова. Его жена стоит рядом.

- Боже, Богдан, её нужно срочно в тепло, она вся ледяная.

- Давай в мой кабинет. Чай, коньяк.

Прихожу в себя уже там, в кабинете. Главврач протягивает мне бокал янтарной жидкости.

- Нельзя. Мне работать еще.

- Я вам на сегодня больничный выпишу, с сохранением заработной платы.

- Спасибо, не нужно…

- Мне лучше знать, что вам нужно, доктор Усольцева. Что же вы сразу не сказали, что знаете Соболя? Зверева?

Качаю головой.

- Я не знаю. Это не я… Это… это всё было в прошлой жизни. В той, в которой я умерла…