Развод в 42. Верни меня, мой генерал

Глава 23

Глава 23

- Саша… Сашенька…

Обнимаю его, не могу оторваться.

Какое-то немыслимое счастье переполняет.

Мой Соболь.

Мой Саша.

Мой родной…

Кто-то скажет – так не бывает, чтобы через двадцать лет, вот так…

Бывает. Всё бывает в этой жизни.

Мне кажется, тридцать бы прошло, сорок, пятьдесят… Не важно.

В следующей жизни бы встретились – и всё равно были бы настолько родными. Немыслимо родными. Близкими.

Одним целым.

- Лана… девочка моя…

- Саша… Прости меня… прости за всё, я…

Слёзы текут, мокрое всё вокруг…

- Что ты плачешь? Зачем? Почему плачешь, глупенькая?

- Это от счастья я… от счастья…

- Расскажи… скажи ты… я знаю, что ты была… у тебя должен был быть ребёнок.

Он шепчет это, тихо, так… так взволнованно, а я… я отстраняюсь немного, в глаза ему смотрю.

- Должен. Был. Есть. Двое. У нас… двое, слышишь? Мальчик. И девочка. Мальчик Вовка и Сашенька… Я хотела… Но Саша и Саша было бы странно. Поэтому мальчик в честь моего отца, Володя. А малышка – Сашуня, Сашенька, Санька. То есть… она не малышка уже. Она взрослая. Они…

- Покажи… - он хрипит. И я вижу его глаза.

Стальные. Родные.

Сейчас они влажные.

Судорожно достаю из кармана халата телефон.

- Тут… не всё…конечно, но у меня много. И в альбомах. Знаешь, я специально делала альбомы им, с самого рождения. И я их забрала.

- Забрала? Откуда?

- Я… Я…

Я не знаю как это всё рассказать. Не знаю как перестать заикаться, плакать.

Я просто не знаю как себя вести…

- Я…развелась с мужем, и…

Сильная рука обнимает, снова укладывая меня к нему на грудь.

- Всё, всё, родная… успокойся. Всё теперь будет хорошо. Слышишь? Теперь точно всё будет хорошо.

Я слышу.

И от этих слов тепло разливается по груди, по телу. Только вот… слёзы.

Они всё равно текут и текут.

Я не слышу как открывается дверь в палату.

Слышу только удивлённый возглас.

- Что тут происходит? Это… Это что такое? Как вы…

Я дрожу. Пытаюсь подняться, но Соболь удерживает меня крепко.

- Выйдите вон из моей палаты.

- Но… товарищ генерал, что вы себе позволяете! Я… я медицинский работник, я буду жаловаться, вы… вы тут.

- Я сказал – вон отсюда. И вызовите сюда заведующего отделением.

- С какой стати! Вы что считаете, что вы…

Тут я не выдерживаю, вырываюсь, встаю.

- Да как вы смеете так разговаривать с пациентом! Он ранен! Он… он своей грудью солдат закрывал, а вы…

Та самая медсестра, которая уже меня тут пыталась воспитывать и поучать стоит в дверях, красная как рак.

- А вас вообще нужно уволить по статье, Усольцева! На вас уже жалобы поступают, что вы с пациентами шашни крутите! Я напишу докладную! И жалобу в департамент здравоохранения.

- Пишите. – снимаю с себя руку Соболя, - погоди, Саш, погоди. Пишите, давайте, не забудьте только в жалобе указать, как вы мне лично, тут в коридоре говорили, чтобы я к вашему генералу не лезла, потому что у вас уже тут на него очередь. Было такое?

- Что ты сочиняешь, Усольцева? Кто ты такая вообще? Тебя из медицины погнали, ты ребёнка убила, хватает совести тут еще выступать?

- Что ты сказала? Ты… - Соболь снова пытается подтянуться на руках, я вижу, как ему сложно.

- Саша, успокойся, прошу, нельзя тебе волноваться.

- Саша… Да уж. Красиво устроилась, Усольцева. Охмурила генерала, и плевать, что он калека, да? На генеральский паёк рот раскрыла? А может у него детей, семеро по лавкам? – она уже просто несёт какую-то чушь, издевается.

А я не выдерживаю.

- Не семеро! Двое! У него двое детей. У нас двое детей. И генерал Соболь мой муж, ясно? А теперь, пошла вон отсюда! И рапорт о твоём поведении будет у генерала Богданова на столе. Поняла?

- Что?

Выхожу вперёд, грудью напирая, выталкивая эту заразу из палаты.

А в коридоре уже собрались сёстры, доктора. Крики услышали.

- Что тут происходит? – проталкивается врач, заведующий отделением травмы, я его почти не знаю.

- Василий Павлович, тут у нас… инцидент.

- Никакого инцидента. Я жена генерала Соболя.

- Официально? – снова влезает эта дрянь.

- Если не верите, можете спросить у генерала Богданова.

- Что за шум, а драки нету? – Богданов, к счастью, тут как тут. – Лана, ну что? Решилась? Поговорили? Я, кстати, сейчас выезжаю за твоим Вовкой, будем его отбивать. Не волнуйся, вечером привезём. Край – завтра утром.

Напряжение достигает какого-то предела. Делаю шаг и впечатываюсь в грудь Богданова.

- Товарищ… товарищ генерал…

- Ну, всё, всё… хватит. Не надо плакать больше. Радоваться надо. Теперь всё будет хорошо.

Богданов улыбается. А я вижу краем глаза застывшую у стены напротив фигуру.

Анастасия Алексеевна. Бледная как смерть. С сжатыми крепко зубами.

- Товарищи медики, расходимся, ложная тревога, все живы, почти здоровы, свадьба будет чуть позже, но все приглашены. Да, Светлана Владимировна? Пойдём-ка, проверим, как там наш герой. Кстати, к ордену очередному представлен. И награду будет получать в Кремле. Только надо, чтобы своими ножками дотопал, да? Но это мы устроим.

Богданов утаскивает меня снова к Соболю, который полусидит вцепившись в матрас.

Последнее что я вижу, как его мать дрожащей рукой достаёт телефон.

Куда она собралась звонить?

Зачем?

Может ли это навредить Саше?

Детям?

Господи, что же за люди такие. Неужели и теперь не остановятся?

***

Девочки, дорогие! Хотим сказать вам ОГРОМНОЕ спасибо за ваши комментарии! Не на всё успеваем отвечать! Но очень и очень вас ЛЮБИМ!