Развод в 42. Верни меня, мой генерал

Глава 3

Глава 3

В себя прихожу от того, что меня буквально поливают ледяной водой.

- Света, Свет, вставай…

Тихий голос мужа отрезвляет.

Разом понимаю, где я и что я.

Я в доме, который считала своим, и который, оказывается, у меня просто подло украли!

А ведь я вложила сюда свои деньги!

Вернее, не совсем сюда. Я ведь уезжала работать в провинцию по программе земский доктор. Отработала положенное время, целых пять лет! Получила финансовую поддержку. Потом вернулась сюда. Деньги мы с Андреем вложили в ипотеку. Его отец в то время только-только начал подниматься.

Я тогда с детьми уезжала на заработки. Андрея с собой звала. Его мамаша не пустила. Сыночке-корзиночке в «Мухосранске» делать нечего.

А я, между прочим, работала в очень приличной клинике, в хорошем, достойном городке в Курской области.

Мне казалось тогда, что мы с Андреем разойдёмся. Чужими стали совсем. Лучше бы тогда разошлись, реально.

Квартиру купили, ипотеку выплатили.

Продали, чтобы построить дом…

Построили.

Как мне теперь доказать, что я тут имею какие-то права?

Мне юрист нужен.

В нашей поликлинике вроде бы толковая женщина работает.

Надо к ней сходить.

Интересно, а куда мне вообще сейчас? Они ведь меня реально выпереть хотят!

- Свет, ты как?

- Нормально, Усольцев, жива пока…

Смотрю на Андрея, который глаза от меня прячет и мне стыдно. Стыдно, что прожила с ним столько лет. Стыдно, что всё пыталась полюбить…

- Ты… ты же понимаешь, что это не твой ребёнок?

- Что ты заладила? Не мой, не мой! Откуда ты знаешь?

- Андрей, я…

- Мы проверялись десять лет назад! Медицина не стоит на месте.

- Ну да, конечно. Только и ты не молодеешь.

- А вот и нет! Мне всё сказали. Это ты… ты сидишь, в этой своей поликлинике, ничего не знаешь.

- Разумеется, я ничего не знаю!

- Андрей, что ты с ней разговариваешь еще? Она мать твою чуть не убила! – Снова врывается в разговор свекровь.

- Не орите, пожалуйста…

- Это мой дом, хочу и ору! А вот ты… встала и вышла отсюда!

- Никуда я не пойду. А еще, подам на вас в суд за обман! Этот дом мой, часть его – точно! Мы продали квартиру, деньги на которую заработала я!

- Это когда было? Докажи! И деньги ты отдала сама. Всё подписала, так что… Давай, выматывайся отсюда.

- Я сказала, что я никуда не пойду.

Стараюсь быть спокойной, но голова раскалывается.

- Товарищ участковый, посодействуйте, а?

- Римма Марковна, успокойтесь, вам не стыдно? – у меня уже просто нет сил, голос повышаю.

- Мне стыдно? Мне? Нет, посмотрите на неё! Руку подняла, на мать мужа! На святую женщину, которая её нагулянный детей растила!

- Кого вы растили? Моих детей? Хватит. Всё…

Мне так мерзко на душе. Просто воронка, черная дыра внутри.

Словно жизнь, которую я прожила, вся эта жизнь – обман.

Собственно, так и есть.

Меня, настоящей… меня ведь нет.

Я погибла.

Тоже погибла.

Встаю, шатаясь, мне бы добраться до кровати. Хотя бы поспать.

Телефон еще нужно взять.

Но едва я выхожу в прихожую, чтобы взять сумку, как за мной выходит участковый и преграждает мне дорогу обратно.

- Сергей Юрьевич, в чём дело?

- Светлана Владимировна, вам лучше проехать со мной.

- Что?

Я в шоке.

Реально в шоке.

Смотрю на молодого мужчину, ему около тридцати, его жена часто приводит ко мне малыша трёхлетку, приятная такая женщина.

- Вы серьёзно?

Он мнётся, топчется на одном месте. Смотрю за его спину, где свекровь маячит. Да уж… Попала, так попала.

- Давайте проедем в отделение.

От этих слов меня просто накрывает.

- В смысле, в отделение? В какое отделение? Вы с ума сошли?

- Вы напали на гражданку Усольцеву, она написала заявление.

- Вы же всё видели, Сергей Юрьевич? – смотрю на участкового, чувствуя, как колотится дико сердце.

- Видел. Вы ей руки выкручивали.

- Я? Она на меня напала в моём же доме.

- Это не ваш дом.

- Я тут прописана!

- Нет. Вы не прописаны.

- Как? Я же…

Вспоминаю, что Андрей обещал всем заняться, а я со своей занятостью на работе...

Это было еще перед летом. Перед каникулами. Обычно всегда наплыв пациентов. Кому нужна справка в лагерь, кому анализы для путевок в санатории. Кто-то просто весь год не отрывается от учёбы, а летом приходит лечить всё и сразу.

Мне было не до прописки.

И не до того, чтобы узнать, на кого же оформлен дом.

Андрей что-то дал подписать мне, сказал, согласие на сделку. Я подписала. Я, конечно, в курсе, что для того, чтобы что-то продать или купить нужно согласие супруга. Или супруги.

Значит, он купил дом для своей мамы и любовницы?

- Абсурд какой-то… абсурд. Я не хочу никуда ехать. Я устала. У меня сегодня было больше тридцати пациентов. Можно я завтра приеду сама?

- Лучше поедемте сейчас, пожалуйста. Боюсь… потом будет хуже.

Хуже? Куда хуже?

Мы с участковым стоим на пороге моего, как оказалось, чужого дома.

В доме мой муж, вернее, тот, кого я двадцать лет считала своим мужем. Любящим меня, достойным. Хорошим. В доме муж, его родители и его любовница.

Прямо сейчас они сидят в столовой, мебель и дизайн которой помогала выбирать я, пьют чай из моего сервиза, едят шарлотку, которую я испекла вчера.

Это нормально?

Смотрю на участкового, который отводит глаза.

- Что?

- Светлана Владимировна, вы же сами понимаете.

- Что я должна понять?

- Что ваш… в общем… ваш муж, его отец…

- Ясно, не продолжайте. А если я подам встречное заявление? Заявлю, что меня избили в моём же доме? Что всё подстроено? Что в нашем городе процветает коррупция?

Сергей как-то гаденько усмехается.

- Подавайте.