Глава 5

Благодаря воспоминаниям, полученным из головы Кабуто, я прекрасно знал, что где находится в этом убежище. Поэтому найти свитки с техниками было несложно. Я взял себе несколько особенно интересных. Все–таки Орочимару считался бы гением, если бы не помешался на своей идее вечной жизни. Им было уже создано несколько невероятных медицинских дзюцу, которые могли бы спасти жизни многим людям, но вместо того, чтобы стать одним из самых выдающихся ирьенинов в мире, он предпочел ставить жестокие опыты на людях и животных, надеясь таким странным образом докопаться до сути бытия.

Мой внутренний хомяк ликовал, когда я один за другим запечатывал в себе свитки с исследованиями и лабораторные журналы. Умники в ИВМ тоже едва ли не джигу отплясывали, видя целую кучу новых знаний. Все–таки, я медицинскими дзюцу не особенно увлекался, довольствуясь техникой мистической руки и «заплатками» из Матрицы. Да на самом деле, они мне не так уж и нужны — даже если мое настоящее тело полностью уничтожат, я все равно буду жить, правда, довольствоваться придется исключительно искусственными тушками. Но умникам до практики и дела нет, для них теория куда важнее, поэтому они с радостью вцепились в эти бесполезные для меня бумажки.

Также я разжился образцами ДНК Хаширамы Сенджу. У Орочимару даже целые органы, выращенные из его тканей, имелись. Тут чуть ли не каждый уважающий себя злодей считает своим долгом «породниться» с этим легендарным шиноби. Я начинаю подозревать, что тело Первого Хокаге после смерти просто растащили на сувениры.

Кроме этого, я прихватил еще несколько интересных образцов, у змеиного санина была огромная коллекция всяких диковин, в том числе и оружия. Три меча из семерки легендарных также хранились тут в оружейных свитках. Видимо, это Орочимару первому пришло в голову собрать семерку великих мечников, а вовсе не Кабуто. Все остальное я уничтожил самым тщательным образом, внимательно проследив, чтобы ни одной целой склянки не осталось. Сверху все это полил драконьим огнем, чтобы даже образцы ДНК невозможно было извлечь.

Эту базу, как и прошлую, я полностью уничтожил, с помощью стихии земли обрушив коридоры. Теперь посмотрим, сможет ли кто–нибудь использовать Эдо Тенсей в грядущей мировой войне. Раньше я хотел применить ее сам, чтобы узнать у Фугако–доно, куда он перевел все деньги, принадлежавшие клану Учиха. Но эта техника все–таки слишком жестокая, и мне не хочется жертвовать ей живого человека, чье тело впоследствии станет сосудом для призванной из загробного мира души. К тому же существует вероятность, что настоящий Саске все–таки мертв и давно уже на том свете, а воскрешенный мной человек сможет меня разоблачить. Так что пусть все остается пока как есть.

Если Кабуто не ошибается, то на данный момент эта техника есть только у меня, потому что память о ней я у Якуши стер. Впрочем, война начнется и без этого — ведь стотысячная армия клонов белого Зецу уже готова. Неплохо было бы попытаться ее уничтожить, но тут уж и думать не надо — высшие силы, или кто там за этим миром приглядывает, так широко развернуться мне не дадут. Я даже насчет Эдо Тенсей не до конца уверен, вдруг из небытия всплывет какой–нибудь гений и начнет воскрешать сильных шиноби налево и направо. Или на меня самого затмение найдет, и я самостоятельно их оживлю. Хотя последний вариант довольно сомнителен, все–таки пока на меня никто не воздействовал, какие бы номера я ни откалывал, надеюсь, так и дальше пойдет.

Теперь мне надо найти Суйгецу Хозуки, Карин Узумаки и Джуго, хотя ума не приложу, зачем они мне сдались. Может, перевоспитать их и в Коноху сдать? Там скоро каждый сильный шиноби на счету будет.

Ближе всего было добираться до Суйгецу. У Орочимару имелась огромная сеть всевозможных убежищ и тюрем, где он держал подопытных, и теперь карта с их месторасположением, выуженная из памяти Кабуто, была и у меня.

Похоже, увидев меня, Хозуки решил пока не выдавать своего присутствия. Среди множества стеклянных контейнеров, заполненных водой, сложно было бы отыскать нужный, но мои глаза могли увидеть чакру в одном из них.

— Суйгецу, я собираюсь выпустить тебя отсюда, — я разбил толстое стекло, и вода хлынула на пол.

— Наконец–то свобода. — Хозуки принял человеческую форму и встал. — Не знаю, кто ты, но спасибо. Раз ты пришел сюда один, значит, тебе удалось убить Орочимару.

— Меня зовут Учиха Саске. Ты, должно быть, слышал обо мне.

— Учиха? Не тот ли, чье тело так мечтал заполучить Орочимару? Хотя уже не важно. Зачем я тебе понадобился?

— Я собираю самых сильных бойцов здесь. Ты пока первый.

— Первый? Кто еще будет?

— Карин и Джуго.

— Они мне не нравятся, вряд ли мы поладим.

— Поладите. Вы у меня скоро вообще лучшими друзьями станете.

— Ха–ха, что–то не верится, — Суйгецу мгновенно переместился мне за спину и прижал палец к виску. — Давай сразу кое–что проясним. То, что ты одолел Орочимару, не делает тебя сильнее меня. Тебе просто повезло. Но сейчас преимущество у меня.

Я вздохнул. Так и знал, что без этого не обойдется.

— Суйгецу, посмотри на себя.

Хозуки в этот момент вдруг обнаружил, что прижимает палец к собственному виску, а я стою в нескольких метрах от него.

— Что?! Гендзюцу? Это и есть та сила, ради которой Орочимару так хотел тебя заполучить?

— Не только. Ты себе и представить не можешь, на что способны эти глаза.

— Ладно, я пойду с тобой, но сначала…

— Сначала оденься, — перебил его я. А то моя женская ипостась уже начала думать, что этот парень довольно симпатичен, да еще и блондин с сиреневыми глазами. Да и эти его клычки весьма интересно смотрятся… — Идем уже отсюда.

Я отвернулся и направился к выходу. Через пару минут ко мне присоединился Суйгецу, к счастью, уже одетый. Чувствую, пора выгулять мою женскую ипостась, а то еще накинусь на кого, и вряд ли это будет Карин.

— Я слышал, это ваша команда одолела моего семпая Забузу Момоти?

— Он жив. Я забрал его меч в обмен на жизнь. Возможно, вы даже встретитесь в скором времени.

— Что?!

Я молча материализовал перед ним Обезглавливатель. Мой внутренний хомяк до глубины души возмутился таким расточительством, но поделать ничего не мог.

— Откуда ты узнал?..

— Ты же из клана Хозуки, твой старший брат был одним из семи легендарных мечников Тумана. Ты ведь тоже тренировался владеть Великими Мечами.

Я решил пока промолчать, что у меня было целых четыре меча, боюсь, хомяк не простит мне такого предательства. Он–то для нового пополнения коллекции оружия уже и место присмотрел во внутреннем музее.

До южного убежища, где заправляла Карин, добираться пришлось несколько часов. Девушка встретила нас почти у самого входа, заранее почувствовав приближение.

— Учиха Саске… Это и вправду ты. Раз ты здесь, значит, Орочимару мертв.

Тут в разговор влез Суйгецу, впрочем, я и не возражал, мне же меньше напрягаться. Карин вначале отказывалась присоединиться к нам, но когда я отправил Хозуки выпустить пленников, она моментально заперла дверь и попыталась меня соблазнить. Не то чтобы это было сложно, но с сокомандниками лучше не заводить настолько близких отношений.

— Карин, вообще–то мне от тебя кое–что нужно.

— Для тебя что угодно, Саске–кун, — девушка прижалась к моему плечу, влюблено заглядывая в лицо. — Чего же ты хочешь?

— Два литра твоей крови.

От ответа глаза Карин удивленно расширились. Ну да, довольно странная просьба. Но на основе ее крови я рассчитываю создать клонов, обладающих ее сенсорными способностями, так как мои собственные возможности в этом плане совершенно не впечатляют.

— Не волнуйся, они мне нужны не сразу, можно постепенно давать понемногу. Или я сам мог бы тебя кусать, — я коснулся ладонью ее щеки, и скользнул пальцами вниз, огладив шею.

— Я… — Карин сглотнула, словно у нее пересохло в горле. — Да, я согласна.

Она потянула вниз молнию на кофте, обнажая плечо и шею, сплошь покрытые следами укусов.

— Вот же варвары, испортили такую красивую кожу. Я обещаю быть намного нежнее.

Карин задрожала и покраснела еще сильнее, ощутив мои губы на своей шее. Я чуть изменил собственные клыки, сделав их острее, чтобы кусать было легче, и приступил к действу.

Судя по аниме, Карин ловила кайф, когда ее кусали, ну по крайней мере, когда это делал Саске, а теперь я еще с помощью гендзюцу усилил приятные ощущения. Девушка была просто в экстазе, и весь остальной мир ее сейчас мало интересовал. Поэтому она даже не заметила, когда дверь развалилась на несколько кусков, и в комнату ввалился Суйгецу.

— Что это вы делаете? — он замер на пороге, увидев необычную сцену.

Я сделал еще пару глотков и только тогда оторвался. Карин к этому моменту уже успела потерять сознание, но явно не от потери крови — на ее щеках все еще горел румянец, а на губах сияла блаженная улыбка. В качестве вампира я пробовал себя впервые, но у меня определенно талант. Заживив две круглых ранки и застегнув молнию на ее кофте, я обратил все внимание на второго члена команды.

— Короче, Карин идет с нами. Кстати, Суйгецу, у тебя вообще кровь есть? Или только вода? Если есть, то выдели немного на благо науки.

Парень схватился за шею и сделал несколько шагов назад.

— Зачем тебе?

— Не нервничай так. Если не хочешь делиться, то не надо. Я не настаиваю, мне и Карин хватит, — успокоил я его.

— Ты питаешься кровью? — с легким любопытством спросил Хозуки.

— Нет, мне просто вкус нравится, — усмехнулся я в ответ.

— Эээ… понятно…

— Да шучу я. Кровь мне для техники нужна. Хотя обычно я использую сердца, но не убивать же вас ради этого?

Я похлопал по щекам Карин, приводя ее в чувство, и спросил, не осталось ли на базе кого живого. Девушке потребовалось несколько минут, чтобы сосредоточиться, но она смогла определить, что кроме нас тут никого больше нет.

Мы поднялись на поверхность, и я призвал сразу четырех клонов со стихией земли. Здесь работы было больше, чем в прежних убежищах. Нужно было не только сравнять с землей все постройки, но еще и проследить, чтобы никто не мог добраться до содержимого могил, во множестве разбросанных по территории. Мне совсем не хотелось, чтобы какой–нибудь безумный последователь Орочимару получил доступ к измененному генетическому материалу бывших подопытных. Конечно, оставались еще отпущенные заключенные, на которых тоже ставили опыты, но убить их всех только для того, чтобы не допустить утечки информации, мне совесть не позволила.

Закончив с этим, я возвел пятиметровый черный обелиск как память жертвам экспериментов Орочимару. У многих из них даже имени не было, лишь порядковые номера, поэтому на передней грани обелиска шел длинный, на несколько сотен, перечень цифр.

У подножия памятника я положил прихваченную в лаборатории шкурку белой змеи, которая была талисманом Орочимару.

— Впечатляет. Столько стараний ради каких–то неудачников.

— Суйгецу, ты же не хотел бы, чтобы после смерти вообще не осталось памяти о тебе, пусть даже в виде надгробия? — я пожал плечом. — Хотя бы такую малость я могу для них сделать.

Мы втроем отправились в северное убежище. С Джуго я особенно церемониться не стал, как только открылась дверь в его камеру, сразу же обездвижил с помощью гендзюцу и подавил действие проклятой печати. Придя в себя, Джуго немедленно потребовал, чтобы его опять заперли в камере и вообще оставили в покое.

— Сидя здесь, свое безумие ты контролировать не научишься. Тебе необходимо пройти тренировки режима отшельника, чтобы суметь удерживать в балансе природную чакру с духовной и телесной составляющими. Возможно, обитатели горы Мьебоку смогут тебе с этим помочь. А пока я сам буду тебя сдерживать.

Джуго немного подумал и вышел наружу. Из воспоминаний Кабуто я знал, что Кимимару, который был его единственным другом, умер от отторжения проклятой печати ненамного позже, чем в каноне. Так что парня тут ничто не держало, а идея научиться контролировать собственную жажду крови показалась ему очень соблазнительной. Из всей этой компании Джуго бы мне больше всех понравился — спокойный, тихий, зверушек любит — если бы не превращался периодически в психа, одержимого жаждой крови. Но делать нечего, придется их за собой тащить, правда, я пока не решил, куда именно. Сразу в Коноху возвращаться не стоит, мало ли что эти буйные там натворят, пусть сначала привыкнут жить в обществе нормальных людей.

— Так для чего ты нас всех собрал? — спросил Суйгецу, когда мы покинули очередную базу Орочимару.

Я посмотрел в небо, надеясь, что на меня снизойдет вдохновение. Не снизошло. Пришлось импровизировать самому.

— Скоро начнется четвертая мировая война шиноби, и я собираюсь в ней не просто поучаствовать, но и оставить заметный след. Однако в одиночку это будет довольно проблематично, поэтому мне нужна команда.

— Я не хочу участвовать в войне! У меня вообще другие планы! — возмутился Суйгецу, остальные просто удивились.

— Придется, — усмехнулся я. — Война все–таки мировая, спрятаться не получится. Да и не думаю, что захочется. Вы все, наверное, уже слышали про Акацуки. Их лидер хочет собрать всех биджу и воссоздать десятихвостого, а потом с помощью его силы погрузить мир в грандиозное гендзюцу. И может так случиться, что в этом новом мире вы будете вообще не нужны, и вас просто сотрет. Или поменяет личность на противоположную. Ты, например, начнешь бояться воды и ненавидеть оружие, Карин станет заучкой и не будет интересоваться ничем, кроме книг, а Джуго превратится в… даже не знаю, у него и так уже раздвоение личности, не представляю, в какую сторону его качнет. Может, станет дознавателем в пыточной или начнет цветы выращивать.

— Откуда ты столько знаешь о планах Акацуки?

— Я почти три года на них работал.

— Точно! Вспомнил, в Акацуки вроде бы и правда какой–то Учиха был. Но его, кажется, звали по–другому.

— Итачи Учиха, мой старший брат.

— Итачи Учиха? — переспросила Карин. — Разве это не он уничтожил свой клан и стал нукенином?

— Он. Благодаря его стараниям, во всем мире осталось в живых только три представителя нашего клана.

— Но… тогда получается, он убил твоих родителей и всех родственников. Разве ты его не ненавидишь? — осторожно спросила девушка.

— Это было давно. К тому же у него были веские причины. Да и уничтожил он только половину клана. Остальных добил ученик легендарного Мадары Учиха. А если даже один из основателей хотел уничтожить свое детище, то значит, действительно есть за что. И давайте закроем тему, это далеко не самые приятные воспоминания моего детства.

Некоторое время мы шли молча, а потом Суйгецу снова не выдержал неизвестности:

— Куда мы сейчас идем?

— В ближайший город. Нужно закупить все необходимое и заодно немного отдохнуть.

Удачно, что как раз в этом городе живут Мэй и Рэй. А может, это перст судьбы или что–то вроде того. В любом случае пора немного отдохнуть и выпустить на прогулку женскую ипостась. А эти двое уже знакомы со всеми моими «заскоками».

По дороге Карин и Суйгецу постоянно переругивались, иногда девушка не выдерживала и пускала в ход кулаки, а силой ее, похоже, творец не обидел. Голова Суйгецу после такого разлеталась брызгами воды и быстро собиралась обратно, впрочем, не заметно, чтобы это его вообще беспокоило. Он все так же продолжал ее дразнить и огребал раз за разом.

— Вы прямо как супружеская пара после двадцати лет брака, — поддел их я. — Так азартно ссоритесь, заслушаться можно.

— Что?! — хором закричали они. — Никогда!

— Да чтобы я с этим уродом!.. — возмутилась Карин.

— Да чтобы я с этой дурой!.. — вторил ей Суйгецу.

— Вы уже говорить начали хором, — ухмыльнулся я. — Карин, ты так часто его бьешь, что это больше похоже на подсознательное желание прикоснуться.

— Так это ты на меня запала? — засмеялся Суйгецу и тут же схлопотал мощный удар в солнечное сплетение от покрасневшей девушки.

— А ты, Суйгецу, постоянно ее провоцируешь и от ударов даже не уклоняешься. Такое ощущение, будто тебе это нравится.

— Нет! Да ни за что! — парень даже отпрыгнул подальше от Карин. — Я ее терпеть не могу!

Эти двое с неприязнью взглянули друг на друга и отвернулись в разные стороны.

— Да что вы как в детском саду. Это там было нормально дразнить понравившуюся девочку и дергать ее за косичку. Но сейчас–то мы больше не дети. И кстати, пары садист–мазохист самые крепкие.

— Нет!!! — снова хором воскликнули Карин и Суйгецу.

— Опять одновременно ответили, — хмыкнул я. — И что–то уж слишком яростно вы все отрицаете. Как говорится, от любви до ненависти один шаг, причем в обратную сторону это правило тоже работает. Мы ведь шиноби, а значит, смерть может прийти за нами в любой момент. И лучше честно говорить о своих желаниях, чем потом умереть, сожалея о неслучившемся.

— Саске–кун, а какие девушки тебе нравятся? — Карин моментально нашла повод сменить разговор.

— Мне нравятся милые, тихие и скромные. Которые никогда не повышают голос и не устраивают скандалов. Одним словом те, что могут стать идеальными женами. Но при этом они должны быть еще и сильными, если не физически, то духовно. Еще мне нравятся совершенно безумные девушки, с которыми никогда не знаешь, что получишь в следующий момент — поцелуй или мышьяк в чай.

— Ха–ха–ха, Карин, ты точно в пролете, — рассмеялся Суйгецу, за что моментально получил ногой с разворота.

— Захлопнись, придурок! — сердито рявкнула обиженная девушка.

— Ладно–ладно, что–то ты совсем разошлась, — парень примиряюще поднял руку.

На подходе к городу, я еще раз напомнил всем о правилах поведения в обществе:

— Никого не убивать, драк не затевать, даже если вас пытаются спровоцировать. Вести себя тихо и смирно, мебель не ломать и двери не вышибать. Кто будет плохим мальчиком — останется ночевать на улице, а всех остальных приглашаю на горячие источники.

— Горячие источники? — моментально заинтересовалась Карин и слегка покраснела, уж не знаю, чего она там навоображала.

— Хозяева гостиницы — мои друзья, так что постарайтесь вести себя прилично хотя бы ради меня.

Как всегда, Мэй и Рэй устроили мне бурную встречу.

— Саске! — Мэй добралась до меня первой и с разбегу повисла на шее, целуя в губы.

— Что? Это еще кто такая? — до глубины души возмутилась Карин, увидев подобное непотребство.

Но ответить было некогда, потому что до меня добралась и Рэй, которая поприветствовала точно таким же способом.

Мэй и Рэй — близняшки на два года меня старше. В тринадцать лет они потеряли родителей, но молодцы, не сдались и сумели унаследованную гостиницу не только сохранить, но и улучшить. Я с ними познакомился совершенно случайно, когда в перерыве между двумя заданиями Акацуки хотел поразвлечься. А в следующий раз, снова оказавшись в этом городе, нашел их уже целенаправленно. Мэй и Рэй похожи друг на друга настолько, что их только шаринганом можно различить, да еще и носят одинаковую одежду, чтобы вводить окружающих в заблуждение. Друг друга они понимают с полувзгляда и иногда даже заканчивают фразы по очереди. Мэй и Рэй веселые и абсолютно безбашенные, с ними не соскучишься. Скорее, это после общения с ними приходится некоторое время в себя приходить в тишине и спокойствии.

— Тебя так долго не было, — надула губки Мэй.

— Совсем о нас позабыл, — вторила ей Рэй.

— Я попробую исправиться, — произнес я, но каждый из нас прекрасно понимал, что все останется по–прежнему.

— Позвольте представить вам мою команду, — я, наконец, вспомнил об остальных и отцепил от себя близняшек, уже пытавшихся стянуть с меня безрукавку. — Суйгецу, Карин и Джуго. И мы все устали и проголодались с дороги.

Нас быстро разместили по комнатам и дали время привести себя в порядок, пока готовится праздничный обед.

Я как раз вышел из душа, когда в мою комнату проскользнула Карин в одном полотенце.

— Саске–кун, я просто хотела спросить, кто тебе эти девушки, — куноичи изобразила смущение, но от желания услышать ответ у нее чуть ли не уши шевелились.

— Мои любовницы, — я решил не ходить вокруг да около. Возможно, Карин это отпугнет, и она забудет о своей влюбленности в меня. — А всего их у меня одиннадцать, по одной в каждом городе, где я раньше часто бывал.

«Так, похоже, Карин в шоке», — подумал я увидев остановившийся взгляд девушки.

— Ах ты, коварный изменник! — на пороге возникла Мэй, разыгрывая праведный гнев. — Обманывал бедных несчастных нас, а сам крутил на стороне? Сейчас возьму и тоже тебе рога наставлю, хотя бы с тем симпатичным парнем с огромным мечом. Впрочем, рыженький тоже ничего.

— С рыженьким поосторожнее, он иногда ни с того ни с сего превращается в монстра, одержимого жаждой убийства. Так что изменять придется под моим присмотром.

— Ой, бедненький, — Мэй сочувствующе вздохнула. — Я собственно, зачем зашла. Обед будет готов через пять минут, поторопитесь.

С этими словами девушка вышла, оставив Карин еще более удивленной.

— Я думала… — куноичи замолкла на полуслове.

— Что? Ожидала увидеть скандал? На самом деле, они прекрасно понимают, что от меня ничего не стоит ждать — ни чувств, ни верности. А сейчас я собираюсь переодеться, — непрозрачно намекнул я.

Карин сообразила, что я имел в виду, только когда я потянулся к полотенцу на бедрах, и, покраснев еще сильнее, выскочила за дверь.

Сегодня повар превзошел сам себя, ну или я просто был настолько голоден, что вся пища казалась мне необычайно вкусной. Рэй рассадила нас всех за одним большим столом, ломившимся от деликатесов. Похоже, моя новая команда не ожидала такой роскоши, да и большинство блюд они видели в первый раз. Да уж, Орочимару своих подопытных не баловал, не умерли от голода — и ладно.

— Ого, ничего себе, — Суйгецу окинул взглядом стол.

— Ну, иногда от того, что ты последний в роду, тоже бывает польза, — я криво усмехнулся. — Все наследство досталось мне, правда, счет в банке я так и не заполучил.

— Давайте хорошенько отпразднуем то, что вы стали одной командой, — хлопнула в ладоши Мэй и попыталась разлить всем по чашкам саке.

— Вообще–то никому из нас еще нет двадцати, так что никакого спиртного! — остановил я ее.

— Эээ? Раньше тебя такие мелочи не волновали.

— Это было раньше, а сейчас я лидер и должен подавать положительный пример.

— Понятно, — слегка удивленно произнесла Рэй и даже отставила собственную чашку. — Кажется, ты все–таки повзрослел и стал более ответственным.

Мэй и Рэй свое дело знали отлично и развлекали гостей разговорами и шутками. Даже Карин, с первого взгляда невзлюбившая близняшек, постепенно оттаяла и начала смеяться.

Загрузка...