REVOLVE I-V

Прочертив двумя штырями несколько царапин в каменистой почве, Рей, повинуясь одному лишь инстинкту припал к земле, пропустив над собой оканчивающийся странным, похожим на булаву наростом, хвост твари. Берем с этим ударом разминуться уже не мог, но, подобно какой-то крепости, которую тварь пытается взять штурмом, он попросту принял взмах конечности, способной этим вот ударом превратить в лепёшку добрую четверть каравана, на жёсткий блок мечом.

Перед почти что двухметровым лезвием вспыхнуло сразу три щита и то, что один из них был зелёного цвета, а остальные далеко не такими широкими, как следовало бы, значило, что силы Берема были на исходе. Ловким финтом гильфар прогнулся, подбросил меч вверх, а вместе с ними и крошившиеся, словно гнилое дерево щиты. Это было невообразимо, но он смог отвести удар вожака.

Рей не стал смотреть на то, что было дальше. Он верил в мастерство Берема и, что главное, у него была своя задача.

Рывок второго уровня было очень глупо применять в направлении отличном от строго горизонтального, но сейчас навык забросил парня в аккурат на спину монстра. Врезав железякой в руке по одному из позвонковых наростов, Рей остановил свой непродолжительный полёт и окончательно закрепился на спине твари уже при помощи Бега по стенам, который, что немало важно, можно было применять и в таких ситуациях.

Мокрая от дождя, чешуйчатая броня зуборога стала ощутимо менее скользкой и Рей, не рискуя оставаться настолько высоко да ещё и с двумя кусками железа в руках дольше, чем нужно, двинулся к передней части бестии.

Будет лучше, если молния ударит поближе к голове. — Мысль парня была проста и логична. Он понятия не имел верная она или нет, но хуже от этого точно не станет.

Первый штырь Рей воткнул прямо между пары небольших чешуек, неподалёку от головы зуборога. Бестия, наверное, даже не ощутила потуг букашки у себя на спине.

Но так просто Рей отсюда уходить не собирался. В освободившейся ладони появился кинжал.

Можно попробовать его ослепить. Но только на один глаз, а то в слепом бреду эта погань может разворотить всю стоянку и не заметить . — Парень с силой вонзил второй штырь где-то в районе шеи бестии.

На его лицо наползла кровожадная улыбка, не предвещающая для огромного зверя ничего хорошего. Рывок и Рей ещё успел заметить, как зуборог наконец обратил своё внимание на маленькую серую фигурку, мелькнувшую перед его мордой. Огромный желтоватый глаз, размером превышающий эту самую фигурку, повернулся и слишком поздно бестия поняла, что букашка подозрительно близко.

Рей был быстр. Не став тратить и мгновения на то, чтобы поиграть в гляделки с вожаком, он одним Рассечением второго уровня оставил от глаза бестии кровавое месиво.

Толчок ноги от нароста, который должен был прикрывать этот самый глаз, Рывок и Рей оказывается неподалёку от Берема.

Так должно было быть.

Но грянул гром.

Уже не видя вспышки ударившей молнии, не слыша заупокойного, полного сильнейшей агонии полу-рёва, полу-воя огромного зуборога, Рей отлетел совсем не туда, куда собирался.

Всё тело жгло сильнейшим огнём выворачивающей наизнанку боли. Чувство было такое, будто его распотрошили, прожевали, а затем заживо окунули в раскалённое железо. Мышцы не слушались, глаза застлало тьмой, но Рей, что невообразимо, остался в сознании! Он держался за него крепко. Вцепился мёртвой хваткой утопающего и отпускать не собирался. Эту хватку не смогла разжать даже твёрдая земля, столкновение с которой принесло лишь новые, более яростные и концентрированные потоки страданий. Парализованный, парень не мог ни пальцем пошевелить, ни пискнуть, ни даже вдохнуть.

За те пару секунд, что прошли, темнота успела окутать его сознание почти полностью. Такая манящая своей прохладой и спокойствием. Она пеленой покрывала разум Рея. В ней не было боли, там он бы не мучился и для кого-то другого, в этой темноте и правда было спасение, ведь агония от телесных ран могла и повредила бы разум неискушённого обывателя.

Но Рей боли не боялся. А пока ниточка сознания не покинула его, то и тело не слишком долго будет раненным.

Парень потянулся к своему внутреннему пространству. Давалось это не просто тяжело, а непомерно, несоизмеримо трудно. Рею будто приходилось прорываться сквозь густые, будто живые потоки темноты, пока он наконец не разглядел перед собой почти полностью почерневшую, основную душу человека. Он немедля ни секунды сломал две зелёных души зуборогов. Этой энергии хватило бы очень надолго, но Рей, не смея тратить и мгновения оставшейся ему жизни, влил сотни и сотни маленьких зелёных комочков в повреждённую, почти что распотрошённую душу.

Остаток концентрированной энергии разошёлся по телу уже даже не прохладой, а настоящим морозом.

Он смыл ожоги и охладил разорвавшиеся от перенапряжения мышцы.

Срастил сломанные при падении кости и возвратил чувствительность до этого, будто отрезанным, ногам.

Заставил биться замершее на короткие секунды сердце.

Рей тягостно потянул в себя воздух. Звук получился булькающий, противно болезненный, а грозовой воздух не охладил, а наоборот – лишь обжёг горло. Парень не собирался себя истязать. Сломав ещё и оставшиеся белые души двух мелких зуборогов, он постепенно, но уже более точно контролируя процесс, начал приводить тело уже в полный порядок.

Нещадно ныло буквально всё. Начиная внутренностями и заканчивая ослепшим, похоже, сожжённым глазом. Второй тоже болел, но, похоже, был на месте. Звон в ушах стоял такой, что и не передать, но Рей игнорировал столь мелкое неудобство, даже несравнимое с тем, что ему пришлось ощутить несколькими мгновениями ранее. Он упорно вливал часть энергии в ещё слегка сероватую от ран душу человека, а часть равномерно распределял по телу – так лечение происходило быстрее.

Меня не убила даже молния . — Мысленно хмыкнул парень, наслаждаясь животворящей прохладой. Он пролежал так с десяток секунд, пока не вспомнил, почему же эта клятая молния его ударила. Попытка поднять голову вновь отдалась болью, поэтому Рей лишь с трудом повернул её набок, защищаясь от норовящих попасть в нос капель воды.

И запоздало, как-то невнятно осознал, что всё ещё слеп и почти глух. Вместо того, чтобы в панике бросить всю энергию душ для лечения глаз, Рей попросту активировал зрение душ. Заодно и проверит, работает ли оно, пока глаза повреждены. Рей этого уже не видел, но просиял и правда только левый, единственный уцелевший глаза. Шутка ли, но именно его он успел разрубить зуборогу и если в этом мире есть что-то на подобии кармы, то это было оно, не иначе.

Даже сквозь прикрытое веко, Рей сумел увидеть, как методично подёргивается голубая, тусклая от истощения душа, а вот вторая, намного ярче да и больше этой, уже парила в десятке метров вверху.

Зуборог всё же умер.

Рей пока ещё нормально не слышал и не видел происходящего, но через мгновение ему захотелось врезать себе по голове. Видно, молния не особо положительно повлияла на его умственные способности. Оставалось надеяться, что это пройдёт. А то даже настолько очевидная идея пришла к нему со слишком большим запозданием.

Теперь, когда основная душа в основном, в порядке, ничто не мешало ему сменить облик.

Гильфар монотонно, с упорством реки, которая точит многотонный камень, вколачивал меч в череп твари. После каждого удара он бросал полный сожаления взгляд в сторону дымившегося трупа молодого воина.

Лишь когда под лезвием хлюпнула серо-красная жижа мозга, а ярость в груди гильфара немного поугасла, смертельно уставший, Берем, так и не удосужившись выдернуть засевший на полутораметровой глубине меч, повернулся и, не без труда, схватившись за здоровенный рог, спустился с башки монстра.

Он еле-еле переставляя ноги, утробно рыча очередные проклятия, брёл сквозь тьму в сторону тела своего друга.

Глава 189

Глава 189

Гильфар и не мог припомнить, когда в последний раз он чувствовал себя настолько измотанным. В его теле не осталось ни крупицы энергии да и физически он был опустошён никак не меньше.

Именно из-за этой усталости нельзя было винить Берема за то, что он с некоторой опаской наблюдал картину всё ещё дымящегося тела. Вставшего на ноги.

Правда, не простояв в вертикальном положении и секунды, оно как-то странно дёрнулось и, будто срубленное одним ударом дерево, накренилось в сторону, а затем грузно повалилось наземь.

Не может быть. — Сегодняшняя ночь слишком сильно надавила на разум Берема и произошедшее с аэрдом стало последней каплей. Рей разглядеть всего случившегося не мог, зато гильфар чётко видел, как в железный штырь на спине зуборога ударила молния. Видел, что аэрд успел оторвать ногу от поражённой стихией бестии, но молния, будто живая, вырвалась из тела твари прямо за спиной его друга. Правда, молнию она в тот момент мало напоминала, скорее какой-то искрящийся луч бело-синей энергии. И эта сила, прошив и обуглив наплечник, сделанный из крепчайшей кожи, словно какой-то листик дешёвого пергамента, врезалась в тело Рея.

Того снесло в сторону, как пылинку ветром, только дымчатый след остался в воздухе.

Гильфар потерял многих друзей за свою долгую жизнь. Это всегда печалило одинаково, но он уже мысленно был готов к тому, чтобы отдать последнюю дань чести молодому воину, который по собственной на то воле, без какого-либо корыстного умысла, не так давно спас ему жизнь.

И вот прямо сейчас. Берем видел, как несомненно мёртвый Рей, а о том, что это может быть не так даже помышлять не стоило, поднялся на ноги.

Затем сразу же упал, но.

Как-то невольно гильфар сразу вспомнил историю про живого мертвеца, которую так и не успел рассказать полностью.

Берем почувствовал, как по его хвосту прошлась холодная дрожь и зашевелились шипы на голове, но всё равно сделал уверенный шаг вперёд. Тьма ночи немного расступилась и гильфар заметил подёргивающегося в странных конвульсиях аэрда. При том, что он выглядел абсолютно невредимым. Сквозь дыру в доспехе виднелась абсолютно гладкая, даже не подпалившаяся кожа. Разве что длинноватые волосы парня стали почти втрое короче, но опять же горевшими не выглядели. Молодой воин просто лежал и дрожал, будто его муравьи кусали.

Рей же в этот момент терпел боль от непонятно откуда взявшихся ударов током. Всё тело билось в судорогах, а он недоумевая, пытался хотя бы дышать, но не получалось.

Не зная, что делать, Рей привычным, отточенным до автоматизма движением распылил по телу энергию серой души. На мгновение, достаточное для того, чтобы моргнуть, удары не прекратились, но немного утихли, а потом, когда навеянная энергией прохлада исчезла, принялись с прежним усердием пронизывать корчащееся на мокрой земле тело.

— Грх. Да. Чт. — Рей случайно прикусил себе язык и, когда понял, что боль постепенно нарастает, а сведённые судорогой мышцы рвутся, вернулся в основной облик.

И всё, как рукой сняло.

Гильфар отшатнулся, глядя на то, как до этого распахнутые во всю ширь глаза аэрда, сменились выжженным провалом одного глаза и пускай и поцелее, но тоже явно неработоспособным, вторым. Кожа лица стала чуть ли не серой от ожогов, а на плече, куда угодила молния, всё ещё бугрилось чёрное, прожаренное мясо.

— Великие предки, так ты мертвец или я повредился умом?

— В бездну твой ум. — Прокряхтел молодой воин, а затем прямо на глазах у Берема его тело начало восстанавливаться. Даже не самому брезгливому гильфару пришлось отвернуться от зрелища того, как из чёрной дыры на месте глаза, этот самый глаз за считанные секунды начал заново прорастать .

И что это, мать вашу, было . — Рей не без удивления отметил, что тело больше не бьёт током, правда причину почему это происходило раньше, он так и не понял. Ну да и того, что от адской боли осталось лёгкое недомогание и писк в ушах уже было достаточно, чтобы не особо расстраиваться. Он довольно потянулся, проверяя, правда ли все мышцы в порядке, а Берем заметил, как кожа молодого воина постепенно возвращала себе первозданный вид. Волосы тоже вернулись к прежней длине.

— Тебя что нельзя убить? — Подозрение в голосе гильфара было абсолютно искренним. Да Берему и незачем было подделывать его, он и не думал шутить.

— Уж точно не так просто. — Лицо Рея растянулось в хищной улыбке, когда он посмотрел на голубую душу, всё ещё витающую в воздухе. Гильфар не видел её, а потому вспыхнувшие алчностью глаза друга он принял за ушибленную молнией голову. А как иначе?

Сам парень тем временем успел подтянуть огромный сгусток вплотную к себе, но поглотить не смог. Не хватало места. А значит, придётся пожертвовать частью душ, чтобы не сказать выбросить.

Рей недовольно цыкнул, а затем гильфар почувствовал, как волна холода ворвалась в его тело. Тусклый взгляд змеиных глаз вспыхнул таким огнём, что казалось бы, Берем мог повторить недавнюю битву ещё дважды и даже не запыхаться при этом. Даже из его пасти повалил пар от разгорячённого дыхания. Отдающиеся болью руки, кости в которых явно пострадали, теперь чувствовались так, будто гильфар лет на шестьдесят помолодел.

Он поражённо воззрился на аэрда, который выглядел ничем не хуже.

Рей заметил непонимающий взгляд Берема, но решил пока ничего не объяснять. С каждой секундой душа перед ним теряла энергию. Парень с некоторой грустью попытался поглотить её ещё раз, но, как он и подозревал, места пока не хватало.

Попытка сломать душу пока она была вне его тела тоже не увенчалась успехом и Рей, с некоторой грустью начал ломать серые комочки внутри себя, вливая их энергию в свою основную человеческую душу. Почти бесполезное занятие, но просто выбросить их парню не позволяла нахлынувшая неизвестно откуда бережливость или, скорее, жадность. Да, то чем он занимался было всё равно, что пытаться дырявой ложкой наполнить высохшее озеро, но всяко лучше, чем просто распылить души по окрестностям.

Прошёл десяток секунд, но Рей успел извести никак не меньше пяти сотен душ. Затем попытался снова поглотить душу зуборога, но не получилось.

Ещё? — Рей не знал расстраиваться ему или радоваться. Но в итоге, решив, что лучше всё же радоваться – почти синяя душа будет явно ценнее пускай и тысячи, но серых.

Как оказалось, эта душа была ценнее не тысячи, а почти двух. С половиной.

Зато не хватит слов, чтобы описать с каким наслаждением Рей наблюдал за тем, как до этого насыщенно зелёный цвет души Пожирателя Солнц стал голубым, при том, что парень потратил на усиление только две трети энергии от души вожака-зоборога.

Сейчас перед ним стоял нелёгкий выбор: влить в душу змея и остаток тоже или потратить его на душу человека.

И Рей бы мог истратить на эту дилемму не один час, если бы случайно не заметил что-то странное, рассеянно глядя на своё внутреннее пространство. Именно эта рассеянность, несосредоточенность и позволила ему заметить то, что творилось за переделами вместилища душ.

Молнии.

По всему телу носились то искорки, то похожие на полноценные, но уменьшенные в тысячи раз бело-синие пучки молний.

— Что за? — Шёпот аэрда, который удивлённо разглядывал собственные, протянутые вперёд руки окончательно утвердил Берема в мысли, что его друг тронулся.

Скорее всего из-за молнии, но и об землю он тяжело приложился. А она тут твёрдая. — Гильфар разглядывал Рея, не смея мешать его несомненно важным размышлениям. Он не знал, как стоит вести себя с умалишёнными, но вдруг он только навред.

Мысль Берема так и застряла где-то внутри его черепа, когда между пальцев аэрда проскочила маленькая искра. Она перепрыгнула с указательного на средний палец и в нём же утонула, будто спрятавшись.

Рей в этот момент смотрел на собственную руку не менее ошалелым взглядом, чем это делал гильфар. Он только что, по какой-то одной ему ведомой причине, попытался подвигать эти пучки молний, летающие по всему телу и результат чётко видел что он, что Берем. Не долго думая, парень уже более мощным усилием воли собрал молнии в кулаке.

— Чтоб меня по-всякому и по-разному. — Откуда-то сбоку послышался не то восторженный, не то испуганный голос гильфара. Зрачки-веретена неотрывно смотрели на объятый сетью маленьких молний кулак аэрда.

Глава 190

Глава 190

Рей полностью разделял мнение Берема, но если гильфар просто смотрел, то сам парень ещё и ощущал молнии у себя в руке. Самую малость щипало, но не более того.

Так вот почему меня так скрутило в слабом облике . — Связать одно и второе было несложно, но эта мысль вспыхнула в голове Рея, а затем, сметённая цунами из бушующего восторга, затерялась где-то в закромах памяти.

Рей поднял и вторую руку и усилием воли, весьма схожим с тем, которым он двигал энергию навыков, сдвинул уже искорки-молнии разлитые по всему своему энергетическому телу.

Теперь и второй кулак стал напоминать пылающую, но не огнём, а молниями, головёшку.

Берем безмолвно стоял сбоку. Змеиные глаза непонимающе бегали с одного кулака на другой.

— Не двигайся, — заявил Рей.

Гильфар достаточно долго знал аэрда, чтобы посчитать эти слова странными. Молодой воин говорил всегда спокойно и холодно, оный незнакомец испугался бы лишь его пробирающего до самого нутра голоса. Но сейчас слова Рея звучали предвкушающе и, что насторожило Берема ещё сильнее, в голосе аэрда даже слышалась совсем мальчишеская радость.

А когда парень повернулся и оба кулака теперь смотрели в его сторону, гильфар догадался, что тот задумал.

— Ты сильно ударился, аэрд. Тебе всё это кажется.

— Вот как? — Парень хищно улыбнулся. — Тогда дай мне руку.

— Не зли меня, аэрд. — Берем сделал шаг назад, украдкой взглянув в сторону так и оставшегося в черепе зуборога меча. — Пускай у меня и не осталось энергии, но чтобы переломать тебе всё, что ломается, мне она и не нужна.

— Вот как. — Рей осторожно взглянул вниз. Только сейчас он заметил, что ветер утих. Да и от дождя осталось только название. А вот лужа, в которой стоял Берем. — Уверен, будет не больно.

Парень упал кулаками вниз раньше, чем гильфар понял подоплёку его последних слов. Он почувствовал лишь как окоченели мышцы в ногах, а потом.

А потом не случилось ничего. Молнии на руках аэрда погасли, Берем встряхнул ногами и те почти сразу пришли в норму.

— И правда не больно, — Гильфар недобро оскалился. — Но тебе сейчас точно будет.

В который раз за эту проклятую ночь Берема прервали. Могло показаться, что снова грянул гром, но нет, звук был не менее громкий, но более протяжный, в нём даже можно было расслышать нотки грусти.

Двое повернули голову к равнине.

— Самка. — Прошипел Рей. Богиня, он и забыл о ней.

— Наверное, услышала последний рёв вожака.

— Скоро будет здесь, она больше не бежит за Цессом.

— Прости, аэрд, но я не смогу помочь. Без энергии против этой бестии. — Гильфар покачал головой. — Не самый приятный способ самоубиться.

Рей огляделся. Он настолько погрузился в себя, что и не заметил, как гроза прошла. Это было и хорошо и плохо одновременно. Теперь не получится повторить тот же трюк, но, если быть честным с самим собой, парень не слишком-то горел желанием ощутить себя молниеотводом во второй раз. А хорошим было то, что света стало больше. Ненамного. Только сияние одиноких звёзд, проступивших, сквозь поредевшие облака, но и этого было достаточно. К примеру, для того, чтобы пускай и очень смутно, но разглядеть движущийся в их строну холм.

Рей достал лук.

Берем молча наблюдал.

Молодой воин взвёл стрелу. Медленно, её заволокло зелёным туманом. Густым настолько, что тот почти полностью её скрыл. Затем зеленоватая, похожая на дымку энергия сгустилась. Стала напоминать сияющую, словно ярчайшее пламя, воду. Но и на этом аэрд не остановился.

Гильфар знал, что происходит.

Медленно, по глади голубой энергии побежали ярко-синие прожилки. Их становилось всё больше и больше, пока вся стрела не вспыхнула, став напоминать собой уже какое-то копье цвета глубокой синевы.

Подобный трюк было совсем не просто провернуть. Берем понимал это, поэтому пытался даже дышать тише. Стоит аэрду хоть на мгновение потерять концентрацию и.

Рей в это время ощущал, что контролировать энергию внутри себя стало ощутимо легче. Чем это вызвано, парень понятия не имел, но ещё час назад он не смог бы создать навык третьего уровня. А это несомненно был он. Удерживать столько энергии было, конечно, непросто, но Рей ощущал, что справится.

Парень выжидал. Зуборог был почти в пяти километрах. Эта стрела точно пролетит подобное расстояние, но нужно попасть в голову. Не в морду. Не задеть рог или ранить шею. Только в голову. Прошить череп насквозь и упокоить. Впрочем, монстр был не из быстрых. Если повезёт, то получится сделать три, а то и четыре выстрела. Благо, энергии хватит и на большее.

Но, видно, странная энергия, которая осталась в его теле после удара молнии израсходовала запас удачи Рея окончательно.

Послышался треск, но даже не тетивы. Лук сложился, переломившись ровно посередине. Стрела погасла, разве что всплеск энергии разметал парню волосы, но на этом всё.

— Предки, помилуйте меня, только не говори, что у тебя имеется единственный лук.

Рей сжал в руках два куска особой, гибкой породы атанита. Лук был почти новый. Он сломался не из-за старости или повреждений. Нет. Навык третьего уровня попросту оказался слишком мощным для него.

А ещё гильфар был прав. У Рея не было другого лука.

— Тск. — Парень недовольно цыкнул, взглянув в сторону несущегося к каравану зуборога. — Возвращайся в лагерь, Берем. — Рей отточенными движениями расстегнул несколько ремешков и наручи Доспеха Зовущего Луну исчезли в Инвентаре.

Не сразу гильфар понял, что это вытворяет его друг, но затем ему вспомнилась не такая уж давняя ночь. Глаза аэрда пристально смотрели на огромную тушу монстра, несущегося к ним. На секунду, всего на долю мгновения Берему показалось, что зрачки в голубых глазах вытянулись и он отвернулся.

— Точно справишься? — Вопрос вырвался у него сам собой. Гильфар тяжёлым взглядом наблюдал за тем, как его друг зашагал вперёд, растворяясь в темноте ночи. Берем понимал, что без энергии он фактически не сможет ничем помочь.

— Иди уже. Небось, все думают, что нас давно уже съели и обмочившись ждут своей очереди.

— Предлагаешь мне напугать их посильнее, чтобы они ещё и обделались? — Берем хмыкнул, успев заметить, как в темноте, очертания фигуры его друга исказились. Потянулись, а потом и вовсе стали неразличимы.

Гильфар огляделся, неспособный в темноте разглядеть кромешно чёрное тело Пожирателя Солнц.

Зато он услышал, как где-то далеко сбоку от него на землю опустился хвост подросшей змеи.

Услышал, как заскрипели камни, как жалобно они затрещали под весом тела, опустившегося на них.

Услышал шипение. Громкое, настолько, что больше напомнило сухой ветер в пустыне. Оно заставило его. Испугаться.

Гильфар мало чего боялся. Зуборог-вожак не пугал его. Хоть Берем и понимал, что легко может расстаться с жизнью, в битве с этим созданием, он его не боялся. А вот простое шипение, обычный звук, разнёсшийся в темноте, которая теперь казалась намного гуще, чем была на самом деле, заставил Берема утробно зарычать. Противное было чувство, ведь он понимал, что аэрд не собирался внушать ему страх. Благо, это чувство продлилось с секунду и почти сразу отступило. Сразу, как треск камней утонул где-то вдали. В той стороне, где был зуборог.

Сказать, что тело Пожирателя выросло, когда его душа перешла на новый уровень, будет всё равно, что ничего не сказать. Рей сначала даже не понял почему он так. Так высоко. Змей просто лежал на земле, но расстояние, между его глазами и почвой заставило парня вновь испытать восторг. Тело, до этого ощущающееся очень длинным, больше, чем двадцатиметровым, теперь же стало просто непомерным.

Рей неспешно двинулся вперёд, навстречу кажущимся уже не таким большим сгустку тепла и понял, что одно неловкое движение бросило его на почти пять десятков метров вперёд. Или больше? В этом теле всё казалось таким маленьким.

Каково же было удивление парня, когда он заметил, что самка, до этого исправно бегущая к нему, свернула в сторону, а потом и вовсе начала удаляться в строго обратную сторону.

Зуборог почувствовал опасность. Ему редко приходилось слышать собственный инстинкт самосохранения, но сейчас тот буквально визжал о том, что дальше идти не стоит. И хоть зверь и не понимал почему, он не видел опасности, но не сомневаясь и мгновения, всеми восемью лапами, вырывая из почвы целые валуны, рванул прочь от собственного гнезда.

В равнине появился ещё один монстр.

Глава 191

Глава 191

Хищник стал добычей.

— Кгхг-а-а! — Крик зуборога огласил собой добрую половину равнины. Именно крик. Не полный самоуверенности рёв, не угрожающее рычание. Крик.

Самка рванула вперёд ещё быстрее, хоть где-то в глубине своей звериной души и понимала, что ей не уйти. Хвост, а точнее, то что от него осталось безумно жгло. Животное до сих пор не до конца понимало, что случилось. Оно бежало так быстро, что огромные валуны, встречающиеся на пути, если не крошились в щебень, то просто отлетали в стороны. Редкие деревья соседней рощицы сначала ломало, затем вырывало, оставляя позади лишь вспученную вывороченными корнями землю, которую и вминало обратно последней парой лап. Но враг оказался быстрее.

Неожиданно увеличившийся вес заставил зуборога замереть на месте. Мгновенно. Вот туша, весом в сотни тонн неслась вперёд со скоростью горной лавины, а вот она остановилась, будто её к земле пригвоздили. Зверь не мог представить, как такое могло произойти.

А потом такой же многотонный хвост оторвали. Быстро, но самке эта пара секунд трепыхания показалась вечностью. Запекло, как в те дни, когда жёлтый кругляш в небе светит очень ярко. Но в тысячи и тысячи раз больнее. Противно зашипело.

Но половина хвоста исчезла, теперь её больше ничего не держало и самка смогла бежать дальше. Рана так и горела болью и жаром.

Зуборог утробно мычал, перед парой здоровенных глаз стояла красноватая пелена мучения. Не заметив слишком большой ямы, тварь, лишённая хвоста и не способная теперь регулировать центр своей тяжести, грузно навернулась.

Бестия с грохотом завалилась набок, дёрнулась всем телом, попыталась подняться, но чиркнув пылающим болью хвостом по земле, закричала снова.

Тогда это и произошло. Все три сердца огромного зуборога пропустили несколько ударов.

Темнота стала ближе. Чёрная, как самая глубокая пропасть, она кольцом сжималась вокруг неспособной пошевелиться самки. Страх сдавил её с такой силой, что даже боль от всё ещё разъедаемого чёрной жидкостью хвоста на секунду отступила.

А затем перед мордой зуборога мелькнул глаз. Большой. Больше его собственного. Но намного страшнее этого глаза была странная чёрная дымка, поползшая по земле. Трава под ней не просто гнила, а осыпалась серо-чёрной пылью. Часть этого тумана, почти незаметного сквозь пелену ночи, коснулась переднего рога самки, но та не могла и дёрнуться. Дымка обволокла рог, который не смогли бы обхватить и трое человек, покрыла его полностью, будто пробуя на вкус, а затем медленно осела наземь.

Рог выглядел так, будто его аккуратно срезали.

Глаза самки налились багровым. Тяжёлое дыхание вырвалось из огромной пасти, когда она дёрнула всеми лапами в сторону темноты. Никого не задела, зато вернулась на ноги.

Зверь обезумел от страха. Затравленный, загнанный в угол страшным хищником он собирался дать последний отпор. За свою жизнь он ещё поборет.

Единственным глазом самка успела заметить, как сбоку от неё что-то мелькнуло. Боль пришла и исчезла мгновенно. Настолько быстро, что она не успела даже зарычать. А потом опустилась тьма. Такая приятная. Совсем не холодная. Она унесла с собой боль, обжигающую хвост, убрала страх. Подарила такой желанный покой.

Пасть Пожирателя разжалась и из неё вывалилась оплавившаяся голова ещё недавно живой бестии. Затем тело змеи потянулось вверх. Пара огромных, почти чёрных, еле тронутых голубым глаз, с какой-то безумной высоты воззрилась на тушу зуборога. Змей неподвижно наблюдал за тем, как ветер уносит из мёртвого тела комочки тепла. Как остаток головы истлевает и опадает на землю противными, полусгнившими ошмётками. Как последние искры жизни покидают зуборога.

Рей не спешил возвращаться в основной облик. Нужно было провести небольшой эксперимент, ведь кроме размера изменилось ещё кое-что.

Пасть змея снова открылась, из неё полились капли чёрной жидкости, оставляя на бездыханном теле зверя всё новые выжженные желоба. А затем, вслед за жидкостью из пасти повалил густой, плотный до безобразия туман. Он объял нижнюю часть бестии и та зашипела, зашлась чёрным дымом, постепенно сгнивая до состояния пыли.

Змей опустил голову, лёг на землю всем своим непомерно длинным телом, а затем его силуэт в темноте ночи исказился, уменьшился и в итоге сжался до размера столь незначительного, что с предыдущим и сравнивать не стоит. Даже на фоне остатков зуборога тельце человека казалось почти неразличимым.

Рей повернулся, оглядев содеянное каким-то торжествующим взглядом.

— Это безумие. — Ночная мгла проглотила шёпот. Он сделал несколько шагов по мокрой земле, заметив что из скалистой она превратилась в обычную рыхлую почву. Грязь набилась между пальцев и Рей недовольно тряхнул стопой. Эффекта это не возымело и, не став попусту пачкать сапоги, парень накинул на себя плащ, защитившись от тех порывов ветра, которые забыла забрать с собой ушедшая гроза.

Рей потянул к себе душу, с толикой сожаления осознавая, что она не помещается.

Зато теперь он уже не сомневался. Усиливать Пожирателя и дальше было бессмысленно и, к тому же, глупо. Если душа змея начнёт занимать слишком много места, в итоге, его может не остаться для развития главной души. Да и Пожиратель и так стал непомерно силён, а вот душа человека явно скрывала в себе какой-то секрет.

Рей на мгновение взглянул на своё энергетическое тело, убедившись, что странная сила молний никуда не исчезла. В теле Пожирателя их почему-то не было. Снова загадки системы, которые придётся разгадвать самому.

Но это потом, а сейчас. Треть оставшейся от вожака-самца энергии направилась к душе человека. Рей прямо на себе ощутил изменения. Мышцы будто налились силой, ядро энергии навыков внутри него вспыхнуло. Самой энергии больше не стало, но она ощутимо погустела и засияла ярче.

Но, вполне ожидаемо, душа зуборога-самки всё ещё не поместилась. Она была самую малость слабее души самца, а значит занимала почти столько же места.

Рей начал снова ломать души. Делал он это уже без особого сожаления. Да и о чём тут сожалеть? Сегодняшняя ночь была самой захватывающей за всю его жизнь. Даже за две жизни.

Ещё восемьсот серых душ исчезло внутри души человека и Рей всё же немного скрипнув зубами, начал ломать почти белые. Там было несколько десятков душ обитателей севера Фароса, а остальное – элитные солдаты Рондала. Почти четыре тысячи отлично подготовленных бойцов и редкие, уже белые души королевских гвардейцев. Только их и получилось хоть немного усилить, остальные же вмещали в себе пару-тройку серых душ и на этом всё.

Рей не стал раннее заниматься их усилением, ведь при этом часть энергии неизбежно рассеивалась. Вот только, в итоге, он потерял намного больше. Было неприятно, но ничего уже не поделаешь. Послужит уроком. Оставалось утешать себя тем, что теперь места останется довольно много. Ну и душа змея, способного размазать в лепёшку монстра, который в свою очередь мог бы сровнять с землёй небольшой город, тоже ощутимо поднимала настроение. Настолько ощутимо, что у Рея до сих пор сердце билось, словно бешеное, от одних лишь воспоминаний о сценах того, как незначительно этот зуборог выглядел рядом с телом Пожирателя.

Ещё две сотни белых душ исчезло из его внутреннего пространства, когда душа самки-вожака наконец неспешно поглотилась.

Рей не спеша, аккуратно сломал её, надеясь потерять как можно меньше энергии впустую. Осторожными, небольшими потоками он начал методично вливать силу в душу человека. Та сияла всё ярче и ярче. Процесс, который до этого, с душой Пожирателя не занял и пары минут из-за спешки Рея, растянулся вот уже на долгую четверть часа. Теперь, когда спешка была не нужна, парень не собирался понапрасну истратить и крупицы столь драгоценной энергии голубой души.

Глава 192

Глава 192

Душа человека так и не стала синей. В том, что именно к этому цвету она стремится, Рей догадался благодаря уплотнению энергии навыков. Сложно было сказать много ли ещё нужно для перехода на следующий уровень, ну да это и не имело значения. Парень так или иначе не собирался пропускать ни одной души на своём пути.

Неприятное хлюпанье под босыми ногами вынудило Рея забраться на край когтя мёртвой самки зуборога. Он стряхнул воду со стоп, вместе с комками земли и решил немного подождать, пока законы этого мира услужливо очистят кожу от грязи.

Статус .

Имя: Рей?

Раса: ?

РАСОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ:

Бессмертный

Многоликий 4 ур. (Человек, Небесный тильдас, Куринг, Снежный змей, Уроженец леса Фарос, Пожиратель Солнц, Пустынный Ястреб, Ворон.)

Повелитель душ 6 ур.

СПЕЦИАЛИЗАЦИИ:

Охотник 7 ур.

(Обнаружение животных, Ловушка, Увеличенный урон животным(3х), Подчинение(Дьявольская пантера), Метка охотника, Исчезновение)

Владение кинжалами 7 ур.

(Отступление, Проникающая способность(5х), Ускорение, Иллюзорная тень)

Лучник 6 ур.

(Увеличение дальности стрельбы(4.5х), Мощный выстрел,

Корректировка траектории, Ливень)

Метание: Кинжалы 4 ур.

(Возврат, Увеличение дальности броска(2х), Выстрел)

Наездник 3 ур.

(Неутомимость(3х), Без седла)

Ловкач 4 ур.

(Усиленный прыжок (2х), Рывок, Бег по стенам)

Ассасин 2 ур.

(Ослепление, Тишина)

В последний раз новые навыки появлялись настолько давно, что Рей даже слегка глаза приоткрыл, заметив, что уровень Владения кинжалами вырос до седьмого. Открывшийся навык должен был быть сопоставим в плане полезности с Исчезновением и, не пытаясь подавить собственного интереса, парень применил его.

Иллюзорная тень .

Рей не без удивления пронаблюдал за тем, как вокруг ядра его энергии завертелся какой-то даже внешне сложный конструкт. Почти мгновенно он принял очертания сферы, оформившись в ещё одно ядро. То распространило по всему телу вспышку энергии, что задела даже одежду. Не прошло и пары секунд, как перед Реем стоял ещё один Рей. Сотканный из энергии навыков первого уровня. Босоногий и одетый в такой же плащ.

Тело этой тени было полупрозрачным, цвета всех оттенков зелёного. Оно мерно выпускало из себя почти незаметные эманации энергетического тумана, но развеиваться не собиралось. Смотрел клон прямо в глаза своего оригинала.

— Как интересно. — Рей достал из Инвентаря сапоги, надел и спустился на землю. Голова иллюзии повернулась к нему. — Можешь говорить?

Ответа не последовало, но парень не особо-то расстроился. Логика подсказывала, что раз навык появился из боевой специализации, то предназначен он явно не для того, чтобы скрасить время разговором. С самим собой.

Отдав клону ещё несколько команд и не дождавшись никакой реакции, Рей слегка нахмурился. Благо, отдавая последний приказ о нападении, он неумышленно продублировал его мысленно и копия атаковала его.

— Замри . — Клон, и вправду, послушно и незамедлительно замер. Кулак так и застыл в десятке сантиметров от груди Рея.

Следующие несколько минут парень измывался над копией как мог. Тень послушно выполняла любой приказ, правда, не любой сложности. Но с этим парню ещё предстояло поэкспериментировать. А вот этот конкретный клон, похоже, себя уже изжил. Его фигура становилась со временем всё прозрачнее и тусклее, пока тень, будто догорающая свеча, не истлела зелёным дымом.

Рей, не долго думая, достал кинжал и применил навык повторно. Первый клон появился с полностью идентичной его собственной, экипировкой, а значит.

Пучки зеленоватой энергии отделились от тела Рея и соткали в паре шагов его копию. Теперь уже вооружённую.

— Парируй . — Приказал парень и резким взмахом в сторону шеи тени, провёл сразу два эксперимента. Во-первых, созданный из зелёного сияния кинжал явно сильно уступал в твёрдости гильфаровому, ну да это и не странно. Хотя удар он всё же выдержал, пускай лезвие и почти располовинилось. А во-вторых, тень оказалась не очень быстрой. Нет, вполне себе на уровне обычного человека, но не более того.

Решение этой проблемы было очевидным. Нужно было использовать навык второго уровня.

— Исчезни . — Отданный без особой уверенности мысленный приказ, что удивительно, возымел эффект. Клон сразу же истлел, а Рей пронаблюдал за тем, как несколько пучков зеленоватой энергии направились к нему. Почти неощутимая разница, но, часть энергии, затраченной на создание клона, похоже, восполнилась.

— Как интересно.

Парень хотел было продолжить эксперименты, когда неподалёку появилась большая чёрная тень. Цесс, не спрашивая разрешения потёрся мордой о плечо хозяина и взглянул куда-то в сторону.

Рей проследил за взглядом кошки и заметил свет где-то в стороне. В лагере засияли огни. И гроза и нападение зверей закончились.

Парень немного недовольно поморщился, понимая, что увлёкся. Мысли о том, чтобы получше разобраться с новыми способностями, которых было довольно много, сразу отошли на второй план. Его возвращения ждал дорогой ему человек и не стоило затягивать это ожидание ещё сильнее.

Одев теперь уже кожаную броню, Рей одним Рывком оказался на спине Цесса и влил в навык Без седла побольше энергии, как его и учил Берем. Что удивительно, получилось это пускай и не без труда, но всё равно в разы проще, чем до этого. Парень ощутил, как созданная из голубой энергии подушка крепко зафиксировала его на спине питомца и отдал Цессу приказ.

Кот неспешным бегом двинулся в сторону огней, пока его хозяин погрузился в размышления.

Я даже смог применить навык третьего уровня. — Рей понятия не имел с чем связано то, что контролировать энергию стало проще. — Может из-за молнии?

Вспомнив о странной силе, Рей вновь взглянул на змейки и ленты электрических разрядов, бегающие по его энергетическому телу. Если и обычные навыки очень даже напоминали магию, то вот это уже была она, с какой стороны не посмотри.

Рей дёрнул одним пучок к пальцу и вокруг того заплясала небольшая молния. Смотрелось более, чем эффектно, но Берем тогда даже боли не почувствовал.

Со стольким ещё нужно разобраться. — Вздохнул Рей, понимая, что находится уже совсем недалеко от лагеря. Цесс даже еле дёргая лапами умудрился добраться сюда неимоверно быстро.

Первым что заметил парень были горстки охранников с факелами. Они спешно осматривали фургоны, успокаивали животных, а иногда и людей, перепуганных ничуть не меньше. Битва не продлилась и десятка минут, но когда тебе приходится сидеть в кромешной темноте, слушая звериный рёв и перезвон молний с громом. При этом боясь даже пискнуть лишний раз, эти минуты кажутся намного более длинными.

Рею пришлось спешится и остаток пути к каравану пройти пешком, Цесс остался чуть поодаль. Мало кто из пассажиров каравана видел пантеру до этого и сегодня вряд ли захочет увидеть.

Парень успел немного осмотреться, пока шагал. Самым примечательными были разве что несколько трупов лошадей да охранники, столпившиеся вокруг туши самца-зуборога. Посмотреть там и правда было на что, но Рей хотел убедиться, что с Тессой всё в порядке.

Открыв дверь в фургон, гильфар застал там кучку перепуганных ршкиров. Старик и беловолосый мужчина, обладающий характером самой миролюбивой овцы, сидели в одном углу, а в другом были убийца с волосами цвета крови и Тесса. При чём последняя явно была без сознания. Голова её покоилась на коленях женщины, которую коту аэрда всё же следовало сожрать. По крайней мере, сам молодой воин не уставал об этом повторять.

Утроба Берема огласила внутренности фургона негромким рычанием, а так как смотрел он при этом в сторону бессознательной Тессы, о причине догадаться было несложно.

— Она. — Красноволосая заговорила, но сбилась на полуслове, когда змеиные глаза встретились с её собственными. — Тесса хотела пойти наружу. Но там ведь опасно.

Гильфар кивнул. Убийца поступила правильно, но.

— Приведи её в чувство. Что-то мне подсказывает, что аэрд долго возиться не будет. Ему и так не терпится побыстрее отправить тебя к вашим ршкирским предкам. Остаётся только дать ему повод.

В глазах Берема не было сочувствия к судьбе Розы. Лишь усталость от пускай и короткого, но чертовски непростого сражения. Сдерживать огромную бестию было сложно не только из-за огромных затрат энергии. Всё мастерство понадобилось гильфару, чтобы пресечь попытки твари банально раздавить его в ровную серую лепёшку. Главное было создать видимость того, что он достаточно грозный противник, спешить с которым не стоит. Так оно, по сути, и было, правда, сам гильфар мог погибнуть в том бою чуть ли не в любой момент. Но он защитил этот проклятый караван и сегодня в нём никто не умрёт. Уж не из-за того, что у аэрда настроение испортится.

Кстати о караване.

Взгляд Берема, который так и не собирался забираться в фургон, повернулся к Дорсу.

— А ведь я предупреждал тебя старик. — Купец, к его собственной чести, не дрогнул услышав слова гильфара. Янтарные глаза стойко выдержали взгляд Берема. — Не будь здесь меня и аэрда с его кошкой, от твоего каравана остались бы лишь ошмётки и потроха на мокрой земле.

— Не думай, гильфар, что я не узнал тот рёв, что, небось, слышали даже в Рмене. Я умею быть благодарным.

Глава 193

Глава 193

Берем проворчал что-то, помялся немного на месте и лишь потом встретился взглядом с парой удивлённых глаз его ученицы. А Тессу гильфару было сподручнее воспринимать не как человека, а именно как ученика. Девушка в тот момент как раз попыталась заговорить, но сразу же недовольно ухватилась за затылок. Ухватилась явно не подумав, ведь после этого зашипела от боли, – именно туда её и приложила красноволосая, не иначе. И лишь потом, опомнившись, Тесса взглянула на Берема.

— Где Рей!? — девушка выскочила из фургона с такой прытью, что даже гильфар на мгновение удивился. У женщины его друга воистину был талант. Она совсем недавно начала учиться пользоваться энергией, но результаты были налицо. — Берем, почему ты один!?

— Успокойся. — Рявкнул, хотя, скорее, рыкнул гильфар. — Всё хорошо. Аэрд собрался покончить со второй тварью. И, да будет ваша Богиня свидетелем моих слов, если той бестии здесь всё ещё нет, то уже и не будет.

Берем не стал дожидаться реакции девушки и повернулся обратно к фургону.

— Прежде, чем прийти сюда, старик, я немного осмотрел лагерь. Опасность миновала и дождь тоже, но до утра ещё больше часа.

— Понимаю. Стоит зажечь костры. — Дорс поднялся на ноги и отправился отдавать приказы. Группки охранников и так уже сновали по лагерю, так что старику вряд ли осталось так уж много работы.

— Так где же Рей!? — Не унималась Тесса. — Если всё хорошо, почему его ещё нет?

— С какой стороны я похожу на ведунью, женщина? — Слегка оскалился гильфар. — Аэрд был уверен, что справится, значит так оно и есть. Я даже не разглядел того монстра толком, но и сам в этом не сомневаюсь. — Берем взглянул в сторону равнины. О каком именно монстре он говорил, знал лишь сам гильфар. Серый хвост нервно потёрся о землю, но незнакомцу этот жест мало о чём говорил.

На этом Тессе пришлось успокоиться. Не потому что девушка так легко приняла на веру слова гильфара. Просто из-за соседней связки фургонов вышла фигура в синем плаще.

— Вижу, вы и без меня не скучаете.

Заметив, что с самым дорогим ему человеком всё хорошо, Рей окончательно утвердился в до безобразия великолепном настроении. Битва, пускай и не долгая, зато какая насыщенная, оставила после себя приятное, терпкое, как от хорошего вина, послевкусие. Подкреплённое резко возросшими силами, оно даже посмело вылиться небольшой улыбкой на лице парня.

Следующий десяток минут Рей провёл, выслушивая упрёки Тессы. Правда, выглядел он при этом явно не как человек, которого порицают, скорее, как Цесс, когда объедается так, что ходил с трудом. Ещё бы кому-то, а уж тем более Рею, не нравилось чувствовать на себе заботу молодой влюблённой красавицы. Саму Тессу такая реакция Рея только злила, заставляя ругаться ещё сильнее, но парня из объятий она так и не выпустила.

Тот же всё это время с интересом разглядывал милое личико уткнувшееся в его грудь и изредка поглядывающее наверх, мол: ты внимательно слушаешь? Рей деловито кивал и лишь один раз позволил себе оторвать глаза от Тессы. Он взглянул в сторону Розы, когда история дошла до того момента, где Тесса потеряла сознание. В голубых глазах, проклюнулась совсем не угроза, как ожидал этого Берем, а наоборот – благодарность. Рей еле заметно качнул головой. Красноволосая ответила тем же, завистливым взглядом поглядела на наёмника, который обнимал её подругу и исчезла внутри фургона.

— Эй! — Послышался откуда-то сбоку голос Дорса. — Мне даже под языком горько от того, что приходится вас прерывать, но здесь нужна помощь. Фургон сорвался и перевернулся. Лошадь раздавило.

Берем двинулся за стариком. Так и не став ничего говорить, он прошествовал мимо друга и вцепившейся в него Тессы. Реакция Рея на поведение красноволосой убийцы несомненно удивила его, но настроение у аэрда было явно приподнятое, чтобы не сказать отличное. Видно, в этом и всё дело.

— Может тоже поможем?

На слова парня, Тесса вновь подняла голову и наконец разжала руки. И чего она так распереживалась? Наверное, со стороны выглядело очень глупо. Ну и плевать.

В следующий раз ты сможешь взять меня с собой . — Уверившись в этой мысли, она твёрдо шагнула вслед за парнем, почти сразу с ним поравнявшись. Нос неожиданно защекотал знакомый запах, уже такой привычный и приятный. Запах любимого человека. Странно, но в нём что-то изменилось. Но это, наверное, из-за дождя. А то казалось, будто Рей еле ощутимо пахнет грозой. Молниями.

Картина небольшой трагедии оказалась довольно печальной. Фургон был большим, до этого явно грузовым, но хоть какую-то часть товара всё же смогли сбыть в Рмене, вот он и опустев, стал укрытием в грозу. Лошадь, привязанную к нему вплотную, буквально расплющило. Удивительно, но видно, дерево было и правда тяжеленным, впрочем, дрогам, которые и тащили эти махины, подобный вес вряд ли доставлял неудобства.

Сразу десятеро охранников пытались водрузить фургон обратно на колёса, но, не приподняв его и на метр, уронили огромный вес обратно на землю. Чавкнула то ли туша лошади, то ли мокрая земля.

Как раз в тот момент, когда они уже собирались прибегнуть к помощи тросов и лошадей, двух охранников оттолкнул Берем. Роста в гильфаре было никак не меньше двух с половиной метров. Какой-то мужчина повернулся к нему, уткнулся взглядом в широченную спину, не понимая, что это такое перед ним стоит.

Берем невозмутимо, не прося помощи ни у одного ршкира, схватился за одну из самых тяжёлых и крепких пород дерева.

— Не поможешь? — Шёпотом поинтересовалась Тесса, заметив, что Рей и с места не сдвинулся.

— Берем хочет показать, какой он сильный и какие ничтожные эти. ршкиры рядом с ним. — Так же тихо ответил парень. Впервые он произнёс слово из языка гильфара и решил больше этого не делать. У Берема получалось звучно и как-то естественно, а вот сорвавшись с человеческого языка оно прозвучало совсем иначе.

Тело гильфара на мгновение вспыхнуло зелёным и фургон встал на два боковых колеса. Охранники с нескрываемым удивлением глазели на происходящее, пока Дорс их не окликнул:

— Хватайте с другой стороны! Коли нам самую малость повезёт, этот фургон ещё сможет ехать.

Охранники спохватились довольно быстро и Берем, будто только этого и ждал, поднял фургон окончательно. Тело гильфара перед этим вспыхнуло уже голубым и одним нерезким рывком он поставил эту махину на колёса, придержав за крышу, благо рост позволял.

На благодарности Дорса и расплющенную лошадь гильфар даже внимания не обратил. Он повернулся к Рею, который вместе с Тессой так и стоял в стороне.

— Пойдём, аэрд. Мне не терпится посмотреть ещё раз на тот фокус с молниями. Ты удивишься, но я такое уже видел.

— Видел? — И правда удивился Рей.

— Да, — кивнул Берем, — Один аш’хасец умел делать так, чтобы дул ветер.

— О чём вы? — Вмешалась уже Тесса, шагая вслед за парнем и гильфаром.

— Сейчас покажу. — Рей схватил девушку под руку и снова повернулся к Берему. — Расскажи побольше про этого аш’хасца. — О расе людей-кошек парень уже слышал от Тессы, но встретить этих существ пока не довелось.

— Ну, аэрд, — протянул Берем. — Тут особо-то и нечего рассказывать. Ветер как ветер. Что ты ветра никогда не видел? Правда, совсем слабый, но трюк весьма недурственный. Я бы даже сказал, очень полезный.

— Это чем же?

— Прогонять треклятую жару, для чего же ещё? А то в этой равнине иногда такое пекло стоит, что разгорячённый воздух можно не то, что увидеть, а даже пощупать.

Рею пришлось кивнуть. Кто-кто, а он, не будучи способным потеть, в полной мере прочувствовал все прелести равнинной погоды.

Демонстрация новой энергии впечатлила Тессу, заставила гильфара с видом знатока кивнуть, хотя и было видно, что понятно Берему гораздо меньше, чем он хотел бы показать. Но перед его ученицей, Рей решил не задавать здоровяку вопросов, на которые у того не будет ответов. Да и парень уже готов был к тому, чтобы самостоятельно разобраться в секрете этой силы.

Стоянка тем временем постепенно оживала. Многие спали, но большинство сомкнуть глаз так и не сумело и они были в своём праве. В том, что сон окажется неспокойным и сомневаться не приходилось.

Люди не стали разбирать приготовления к грозе. В темноте это заняло бы уйму времени да и не собирался никто заниматься этим. Фургоны, увенчанные молниеотводами, так и стояли плотными кучками, а в проёмах между ними сияли костры. Каждый тянулся к этой искорке света и точно так же каждый держал в руке если не бутылку, то кружку. Кто-то блаженно отдыхал, праздновал пережитую ночь. Кто-то хмелем прогонял остатки страха. Охранники поминали шестерых товарищей, которые уже преступили порог праотцов.

Старый купец завёл новый рассказ. Новую историю о своих былых приключениях. Многие умолкали, заслушивались словами умелого рассказчика и те в тишине разносились по всему лагерю.

И когда-то Дорс поведает уже совсем другим попутчикам, но сидя под теми же звёздами, байку о том, как случайно встреченные им молодой наёмник и старый гильфар, спасли от неминуемой гибели почти тысячный караван.

Нет, не так.

Старик расскажет о героях. И ему поверят. Его услышат. А если нет.

Вряд ли у кого-то кроме него найдётся стол, сделанный из одной единственной, здоровенной чешуйки зуборога.

Глава 194

Глава 194

Рмен не считался подданным Рондала. Находясь в дне быстрого конного пути от границы королевства, город по праву мог считать себя одним из Вольных. Вот только жили здесь только люди. Исключения бывали, но столь редко, что поминать их даже не стоит. Нелюдей местный народец не жаловал, те отвечали тем же, вот и получалось, что город имел с Рондалом гораздо больше общего, чем местным властям хотелось бы думать. Ещё одной схожей чертой было то, что значительная часть горожан жила где-то на хрупкой черте бедности. Балом же правила знать.

Ночь давно заявила свои права. Холод совсем молодой осени слегка приглушал блуждающий по городу запах нечистот, прогонял жителей в дома и уголки потеплее и, что самое главное, показывал разницу между простым обывателем и человеком побогаче. Мало в каком доме посмели бы расточительствовать настолько, чтобы зажечь камин из-за лёгкой прохлады. Если быть совсем честным, то дым шёл всего из двух дымоходов. Первый высился над поместьем местного градоправителя. Молодого, наследственного, совсем недавно занявшего пост скоропостижно почившего отца. То, что почил старый градоправитель не своей смертью было даже не слухом, а фактом, но недавняя война многое спустила с рук даже местным чиновникам.

Второй дом, в котором сегодня горел очаг, стоял как раз по соседству с домом градоправителя. Перед широкими воротами кого-то дожидался запряжённый шестёркой лошадей дилижанс. Слуги всё ещё грузили в него припасы, а значит, молодой господин собирался в небольшое путешествие. Он, кстати, будучи хорошим другом градоправителя, свой пост занял весьма схожим способом. Оба прослыли довольно честолюбивыми и гордыми молодыми людьми. Но, если новый градоправитель обладал ещё и недюжинным умом, то вот молодой господин этого поместья, сим был не так одарён.

Быть может, именно потому судьба сегодня сыграла с ним столь злую шутку.

Огромное поместье опустело. Мало кого такое могло бы удивить, молодой господин в последнее время часто прогонял слуг, которые, якобы не давали ему в полной мере расслабиться . Как именно и со сколькими женщинами одновременно он расслаблялся не было секретом, но перечить никто не собирался. Правда, нынешний случай был немного из ряда вон.

— Вы закончили? Было велено уходить. — Старшая служка подгоняла двух других. Те как раз опустошали бадью, в которой всего десяток минут назад соизволил искупаться молодой господин. И пускай умом он не отличался, зато природа наградила его красотой. И помогать господину с омовением было, пожалуй, самой большой радостью женской части прислуги.

Но вот сегодня он от помощи отказался и, что ещё непонятнее: велел воду для купания не просто вскипятить, но ещё и разбавить соком лимона, сахаром и пряными травами. Страньше некуда, но не слугам было судить причуды знати.

— Молодой господин был весь красный, когда выходил, — пробубнила одна из девушек, вытирая пролившуюся воду. — Может он обжёгся?

— Не наше дело. — Шипение старшей служки удвоило скорость работы двух других и уже через минуту они, юркнув пустым коридором, оставили поместье почти пустым. Внутри были только молодой господин и его гостья.

Уже с десяток минут в комнате, с пышущим жаром камином, звучали лишь сладострастные женские стоны, попеременно прерывающие томное дыхание и треск костра. В какой-то момент раздался один особо протяжный и блаженный вскрик. И на секунду-другу комнату заполонила тишина.

— Тебе понравилось, моя госпожа? — Светловолосый молодой юноша, не поднимаясь с колен, проводил раболепным взглядом женщину, которая слегка неровной, но от того не менее соблазнительной походкой, направилась к стоящему неподалёку столу.

Та не ответила, раздалось лишь ещё одно придыхание, с которым бывшая министр Рондала надела на себя нижнее бельё и уселась на стул. Лиловые глаза задумчиво посверлили лицо юноши-раба, прошлись по отметине от зубов на обнажённой шее и потерялись, блуждая по раскрасневшейся после недавнего купания коже.

От той приятно пахло лимоном.

Лифина невольно облизнулась.

Она поманила молодого аристократа пальцем и тот, послушнее любой собачонки, пополз к ней. Ладонь женщины легла на волосы молодого парня. В полупустом взгляде зелёных глаз вспыхнуло обожание, которое слегка смешалось с испугом.

Это было и не странно.

Язык женщины потянулся к его щеке, прошёлся по ней сверху вниз, оставляя за собой ниточку слюны. Эта сцена, на первый взгляд не выглядящая хоть в какой-то мере пугающей, становилась таковой, лишь из-за того, что Лифина не наклонялась к лицу аристократа.

Язык женщины оказался намного длиннее человеческого.

Заметив трепыхание во взгляде мальчишки и дрожь, пробившую его кожу, она хищно улыбнулась. Один мысленный приказ и глаза юноши снова потухли, лицо расслабилось и он уже было потянулся лицом к её бедру.

— Не спеши. — Голос госпожи прозвучал в голове аристократа нежнейшей музыкой. Он даже не поморщился от вспышки боли, когда ладонь Лифины скользнула по его волосам вниз, пройдясь по слегка влажноватой щеке.

Теперь пальцы существа перед ним венчались уже не человеческими ногтями, а какими-то невнятными подобиями когтей. На них переливались капельки крови рассечённой щеки аристократа. Женщина. Или скорее, то, что выдавало себя за оную, потянуло пальцы к лицу и язык, вытянувшись на добрую треть метра, неспешно слизал алые бусинки.

— Молодые. — Протянула Лифина. — Вы самые вкусные. Дети слишком сладкие и мягкие, будто ешь расплавленный мёд. Старики сухие и горькие, как передержанная на огне рыба. А вот ты, мой мальчик. — Палец существа потянулся к лицу молодого аристократа и тот, не думая и секунды, прильнул к нему, будто ребёнок к матери. — На вкус очень даже ничего. Как же хорошо ты придумал с тем, чтобы повариться в лимонном соку. Стоит тебя немного наградить.

— Спасибо, госпожа моя. — Глаза юноши вспыхнули радостью, он снова дёрнулся в сторону соблазнительных ножек, обтянутых дорогущей, полупрозрачной тканью чулок. На этот раз Лифина не стала останавливать его.

Но взглянув в вожделенные зелёные глаза, ей невольно вспомнилась причина, почему она выбрала именно этого юношу своей целью. Вспомнился вкус всего одной капли крови, выпитой не дольше двух месяцев назад. Горечь и сладость, терпкость и незабываемое послевкусие переплелись в той крови столь невообразимым букетом, что даже сейчас у женщины не возникало сомнений, – кровь странного наёмника – несомненно вкуснейшая из того, что она пробовала за свою довольно долгую жизнь.

Вот только приятные воспоминания зажгли в фиолетовых глазах лишь гнев. Из-за этого проклятого человечишки всё пошло прахом. Обжитое таким трудом место исчезло, утянув за собой власть над целой страной. О подчинении нового короля и думать не стоило: старикашка слишком недоверчив и хитёр. Чего только стоит то, что вместо личной аудиенции, он отравил за ней отряд гвардейцев.

Но больше всего Лифина жалела о том, что придётся сочинять и создавать себе новую легенду. Одинокая заботливая вдова, которая души не чает в своей маленькой дочурке. Сюжет настолько же примитивный, насколько действенный. Да и сама девочка в этот раз попалась на редкость хорошая. Пожалуй, лучшая за последнюю половину столетия. Лифина иногда даже ловила себя на мысли, что начала взаправду привязываться к этому человеческому отродью.

Нет. Глупости. Видно, всё дело в том, что потеряно столь удобное и перспективное обиталище, а вместе с ним и четыре года труда. И всё из-за богомерзкого мальчишки, который, по ведомой одной Богине причине, не подчинился, когда она выпила его кровь. В чём было дело Лифина гадала даже сейчас, а уж зачем этот недоносок, исторгнутый собачьей утробой, решил начать войну, она даже думать не желала.

— Я выпью этого ублюдка досуха. Труп выпотрошу и скормлю той мерзкой кошке, а девке вырву глаза и брошу где-то поближе к трущобам, может кому-то приглянется. Или стоит сделать всё в обратном порядке и помучить его подольше, как думаешь?

— Тебе лучше знать, моя госпожа. — Разгорячённое дыхание совсем молодого парня принесло с собой волну удовольствия, но мысли о ненавистном наёмнике прогнали из её головы плотские желания.

Хотя нет. Одно желание всё же осталось. Но перед тем, как насытиться, нужно всё ещё раз уточнить. Контроль не абсолютен и какие-то промашки неизбежны.

— В доме абсолютно пусто? — Рука Лифины скользнула по шее аристократа. Из небольших царапин брызнула кровь, но тот даже не поморщился.

— Только я и ты, госпожа моя.

— Дилижанс готов к отбытию?

— Ждёт только тебя. — Кивнул парень, и невольно дёрнувшись, углубил раны на шее.

— А твой знакомый точно сможет найти кого нужно?

— Тысячные караваны редко ходят равниной да и с этим Дорсом он должен быть знаком.

— Молодец. — Лифина наклонилась, впилась в юношу, не старше двадцати лет каким-то совсем уж плотоядным поцелуем. Тот в этот момент несомненно выглядел самым счастливым человеком в мире.

Госпожа немного отстранилась и зашептала ему на ухо:

— Ты отлично постарался. А сейчас расслабься и закрой глаза. — Юноша не смея тратить и секунды на сомнения, зажмурился, подавшись в сторону существа перед собой. — У меня впереди долгая дорога и нужно хорошенько покушать. А перепуганное мясо всегда немного горчит.

Под конец фразы мелодичный голос женщины резко просел, стал рычащим, но юноша не мог видеть, как рот, рядом с его шеей превратился в оскаленную острейшими клыками пасть. Как та разошлась настолько широко, что достала до ушей. До этого прекрасное лицо превратилось в что-то настолько мерзкое, что открой бедный аристократ глаза, умер бы от страха в тот же миг.

Но он послушно сидел, так и не увидев, как пасть сомкнулась на его шее. Тварь могла бы откусить парню голову с просто невообразимой лёгкостью, но она медленно, глоток за глотком пила бьющую из огромной раны кровь. Её хватит всего на несколько минут трапезы, но останется ещё вкуснейшая, проваренная в лимонном соку кожа и твердоватое, но по-своему вкусное мужское мясо.

Монстр, что годами охотился в столице Рондала и которого не способны были поймать лучшие следопыты, этим же монстром нанятые, сегодня убил ещё одного человека. А сколько их было всего даже сама Лифина не смогла бы сказать.

Дверь комнаты отворилась только через четверть часа. Оттуда вышла женщина в длинном платье, с довольной улыбкой на красивом лице и спрятанным где-то в самой глубине лиловых глаз, намерением жестокой расправы.

На полу лежало то, что осталось от тела молодого аристократа. Не хватало обеих рук. Сердца. Печени. Обглоданные до костей ноги валялись в разных углах комнаты. Да и остальное было бы сложно собрать в целого человека.

Но труп найдут только завтра к полудню. К этому времени, монстр, растерзавший его, будет уже в сотнях километров оттуда, на пути к очень похожему на Рмен городку.

Часть 25

Глава 195

— Просыпайся . — Странный, нежный, но в то же время безумно апатичный голос прозвучал прямо в голове парня. Ушатом холодной воды он обрушился в подёрнутое пеленой нетвёрдого сна сознание.

Рей распахнул глаза, подорвался на ноги и совсем ошалело, непонимающе огляделся. В руке успел из ниоткуда появиться кинжал, обнажённое тело вспыхнуло энергией. Сеть мелких молний, взвившаяся вокруг фигуры Рея, осветила темноту помещения, – тусклый свет полной луны с этим не справлялся.

— Что за. — Парень пробормотал что-то себе под нос и недовольно потёр затылок. Тот слегка неприятно, но знакомо пульсировали похмельем. Рей огляделся, не опуская кинжала повернулся, попытавшись смыть дурман с разума заготовленной энергией душ.

Но мысли всё равно путались, комкались и танцевали в голове, как листья на ветру. Непослушное сознание никак не могло понять происходящее, поэтому сперва Рей решил довериться глазам.

Незнакомая, но довольно большая комната пустовала. На полу лежало смятое одеяло. Как-то странно были сдвинуты два весьма роскошных кресла. В воздухе витал знакомый запах. К нему примешался ещё один, но и его Рей быстро распознал. Наконец в голову начали вливаться обрывки воспоминаний.

Я уснул? — Даже в голове этот вопрос прозвучал совсем уж неуверенно. Когда он в последний раз спал? Даже с памятью Рея ответ на этот вопрос удастся дать далеко не сразу.

Глаза метнулись вверх, но вместо неба наткнулись на потолок. А вот голос, пробудивший его ото сна был знаком. Как и язык.

Всего раз в жизни Рей слышал этот голос и всего раз в этом мире он слышал язык из мира старого.

И это было ни в коей мере не хорошо. Даже наоборот. Совсем наоборот, ведь в тот раз он стоял на грани того, чтобы сойти с ума.

Разум судорожно забился, пытаясь вырвать из головы хоть что-то стоящее, хоть какие-то чёткие воспоминания. Те непослушно, неохотно то ли из-за хмеля, то ли из-за сна, но всё же собирались в единую картину.

Комната стала смутно знакомой. Рей спрятал кинжал, потёр рукой мягкую обивку кресла. Мысли с трудом, но выстроились в ровный ряд. Парень присел на край стула, но потом поднялся и начал надевать броню. Это всегда помогало собраться, вот и сейчас немного замедлило водоворот из мыслей в голове.

Рей впопыхах попытался надеть сапог и чуть не свалился на пол, удержавшись всё за то же кресло. Он тряхнул головой, та закружилась лишь сильнее и, чувствуя, что сознание снова начало уплывать, он разлил по телу побольше энергии душ.

Помогло, но несильно и парень провалился в кресло.

В голове тем временем появилась первая, более-менее ясная сцена.

Тесса кормила довольного Цесса жаренным мясом. Кот разве что не улыбался, наслаждаясь вкусом сочного, только снятого с костра кабана. А уж когда девушка чесала ему уши, Цесс мурчал не хуже домашней кошки, лишь изредка поглядывал в сторону кучи ещё не приготовленного мяса и огня, рядом с которым сидели его хозяин и гильфар.

Берем тоже был здесь?

Ах да. Он учил с их Тессой готовить мясо на костре.

Но почему?

Рей решил пока не подыматься на ноги. Что за бесовщина творится? Почему он не может вспомнить как здесь оказался? Неужели всё лишь потому что он заснул?

— Цесс . — Попытка связаться с кошкой обернулась лишь ещё одним приступом головокружения, но Рей успел ощутить, что кот всё ещё ему повинуется. Он был довольно далеко. Почти в пяти километрах от города.

А что это за город?

Вместо ответа в голове снова всплыла морда Цесса. Пантера тащила в лагерь уже Богиня знает какую по счету тушу животного. Рей остановил разошедшегося не на шутку зверя лишь когда тот принёс к каравану труп запряжённой лошади. Благо, всадника не было и Тесса не успела заметить, какой подарок ей притащил кот. Такое ей вряд ли бы понравилось.

Сцены понеслись дальше, перед Реем появилась пара зелёных, удивлённых дарами Цесса глаз, но парень прогнал бесполезные видения из головы и та снова закружилась.

Но главное он забыть не успел, ухватившись за мысль всеми силами.

Подарок? Туши зверей были подарком Тессе? К чему бы это?

Череп будто раскалывался на части. Какое к чёрту похмелье, он не мог даже думать связно! Рей непрерывно вливал в голову энергию душ, благо, после битвы с зуборогами он решил обезопасить себя и теперь не приходилось тратить время на то, чтобы ломать души. Все лишние уже и так были сломаны.

Эффект от прохладной энергии проявлялся, но от чего то очень медленно. Лишь спешно натягивая перчатку серого доспеха, Рей смог вспомнить очередную сцену. Воспоминание медленно становилось всё более чётким, но парень будто подгонял собственный разум.

Он уснул и снова слышал голос, который слышать не должен был! Даже по отдельности эти факты были далеко из ряда вон, а объединившись, заставляли заторможённый разум вскипать, а голову огрызаться новыми вспышками непонятно откуда взявшейся боли.

Наконец туман перед глазами исчез окончательно и Рей смог вспомнить сегодняшнее утро.

— Успеешь к полудню? — Рей навис над гильфаром, поглядывая в серые когтистые ладони. Там блеснул зелёный камушек.

— Кропотливая работа. Впервые делаю такое. Но успею. — Серьёзно буркнул Берем и прервался, недвусмысленно посмотрев на друга.

— Отлично, — не став и дальше докучать, Рей удалился.

Издали он бросил ещё один взгляд на закованную в стальной доспех фигуру. Берем сидел прямо на полу, согнутый вперёд, как древнее дерево, он почти не шевелился. Разве что кончик хвоста настырно пытался проделать в полу комнаты дырку. Редкое, еле слышное довольное фырканье подсказывало, что гильфару и правда интересно. А может существу, прожившему уже больше столетия, просто было приятно, что кто-то попросил его о подобной помощи? Всё же у Берема был весьма своеобразный характер, но ни в коей мере не плохой, как можно было бы подумать из-за грозного вида. Просто мало кому гильфар доверял настолько, чтобы не притворяться тем, кем он сам себя видел.

Рей вышел в коридор довольно просторного дома какого-то местного чиновника. Знакомого Дорса, коих, если верить старику на слово, у него было больше, чем звёзд на небе. Этот, видимо, был довольно близким, ведь заслышав о прибытии каравана старого купца в Аткан, сам пригласил того погостить в своём поместье.

Собственное самодовольство купец в этот момент изо всех сил пытался скрыть, вот только получалось чуть лучше, чем никак. Но упрекать Дорса Рей и не думал, особенно после того, как старик утащил с собой и их небольшую компанию. Вряд ли в городе найдётся постоялый двор, где провести несколько ночей можно будет с тем же комфортом, что и здесь, так что отказываться было попросту глупо.

А вот пантеру чиновник брать к себе наотрез отказался. Дорс твердил, что уговорит теперь уже друга , но тот, что странно, оказался неумолим. Вероятнее всего, просто боялся кошки. Цесса пришлось оставить за стенами.

Первый же шаг по коридору поместья и замысловатая, хитрая, но совсем безвкусная россыпь плиток осыпалась прямо перед глазами Рея.

Интуиция подсказывала ему, что самое важное он уже узнал и дальше сцену из памяти можно не смотреть.

Так и было.

Ураган в голове сходил на нет. Думать становилось всё проще.

Причиной тому, что пантера таскала Тессе подарки, а Берем, столетний гильфар, пользующийся в бою двуручным мечом, весом с человека, мастерил тончайшей работы украшение, оказалась пресловутая женская хитрость. А если точнее, хитрость одной красноволосой убийцы, которая после спасения каравана, почему-то переменила своё отношение к Рею совсем в другую сторону. Причины таких перемен оставались для самого парня загадкой, но вот этому уже нельзя было удивляться. Кто сможет в полной мере понять разум столько изощрённого существа, как женщина, станет властелином всего мира, не иначе.

Парню оставалось ответить на потеплевшее отношение тем же и, как оказалось он не прогадал. Ведь, если бы не Роза, о грядущем празднике, он бы, скорее всего, так и не узнал.

Сегодня у Тессы был день рождения . — Одна мысль вызвала целое цунами из воспоминаний. Разум снова будто заискрился от боли, в него полились совсем уж странные сцены. Одна такая даже заставила Рея на мгновение замереть, усомнившись в собственном здравомыслии.

Рей непонимающе взглянул на противоположное пустующее кресло. Далеко не самую неприятную картину буквально вышибло из памяти, когда парень наконец полностью осознал происходящее. Подорвавшись с кресла, он, чуть несколько раз не споткнувшись о совершенно ровный пол, кинулся к двери.

Почему посреди ночи он в комнате один? Где Тесса!?

Глава 196

Глава 196

— Знаешь, — Тесса схватила Рея за руку и полным какой-то совсем кошачьей ласки взглядом заглянула в лицо парню, — если бы у меня спросили, какой день самый счастливый в моей жизни, я бы выбрала сегодняшний.

Рей скосил глаза вниз. Молча, не желая портить столь трепетный момент, он с нескрываемой влюблённостью разглядывал прильнувшую к нему девушку.

Во взгляде Тессы не было удивления. Ещё бы. Нужно быть слепым, чтобы не догадаться, что готовится праздник. Особенно сильно себя выдавал даже не Цесс, а Роза, которая в последнее время совсем перестала докучать и к Рею начала относиться намного лучше.

И это хорошо, а то Тесса уже подумывала о том, чтобы втихую ненадолго связать подругу – та совсем не давала ей побыть наедине с любимым.

Вот только девушка сомневалась, что сам Рей переменил бы своё отношение к Розе лишь из-за того, что та рассказала про её день рождения. Что-то здесь было не так, эти двое явно сговорились, но для чего именно угадать было не так-то просто.

— О чём задумалась? — Тесса почувствовала, как ей на щеку легла ладонь. Она слегка склонила голову и легонько покачала ей из стороны в сторону, взгляд сильно подвыпившей девушки с трудом на чём-то задерживался да и сам Рей не сильно отставал. Праздник только закончился. Компания оказалась небольшой, зато хорошей, а это порой, если не всегда, было гораздо лучше шума гомонящей толпы.

— О том, что стоит завтра утром поблагодарить Берема. — Тесса немного слукавила, так же не желая портить атмосферу. — Напомни мне, если я забуду. Уверена, он очень старался. — Она схватилась за одну из подаренных Реем серёжек. Два небольших, но ярких изумруда, в покрытой тончайшим узором оправе из сероватого, подозрительно знакомого по цвету материала.

Парень лишь кивнул на просьбу и, ускорив шаг, увлёк Тессу за собой. Его подарок она уже получила. Но в комнате на втором этаже поместья, изнывая от нетерпения, их должна ждать Роза. Какой именно подарок Тессе приготовила подруга Рей очень чётко представлял и был совершенно не против насладиться подобным зрелищем ещё и воочию. Особенно сейчас: под влиянием выпитого вина он даже как-то предвкушал грядущую ночь. Она точно будет запоминающейся, особенно, если учесть, что Роза обещала остаться здесь, в Аткане и больше им не докучать. Девушка явно чувствовала себя третьей лишней. И если до этого она оставалась вместе с караваном в основном из вредности и ран, то сейчас ни одна из этих причин служить оправданием уже не могла.

Вроде бы, именно этим откровением, Роза и смогла уговорить Рея на сегодняшнюю ночную авантюру. Сейчас уже и не упомнить наверняка.

Дверь в комнату открылась. За толстенным стеклом виднелись последние всполохи догорающего заката. Почти что алые, они до безобразия хорошо сочетались с цветом волос девушки, что стояла рядом с огромной кроватью. Сцена была, на непритязательный вкус Рея, крайне обворожительная. Одежда на ней скрывала настолько мало, что останься Роза без неё, почти ничего бы не изменилось. Она взглянула на явно не ожидавшую такого поворота подругу, которую уже подталкивал вперёд наём. То есть, Рей, при этом умудряясь ещё и стягивать с пьяной Тессы одежду. Роза ещё раз поздравила ту с праздником и шагнула навстречу этим двоим.

Если Тессе больше всего запомнился сегодняшний день, то Роза гораздо больше ожиданий возлагала именно на ночь.

Сон снился очень странный. Стоило бы сильно постараться, чтобы отличить его от реальности, но при этом, Тесса чётко понимала: всё вокруг – не больше, чем простой сон. Наваждение.

В конце незнакомого переулка мелькнула облачённая в платье фигура. Не сразу девушка узнала того, за кем уже почему-то успела погнаться. Она, будучи не способной повлиять на происходящее хоть как-то, бросилась во тьму, родившуюся меж двух соседних домов. Та закончилась совсем не сразу и какое-то время сцены поворотов, других переулков и целых улиц мелькали одна за другой. А она все бежала и бежала, неслась вперёд не различая пути. Сложно сказать, сколько прошло времени, но когда Тесса уже совсем перестала осознавать происходящее, в конце очередного переулка показалась ярко освещённая площадь.

Тесса в этот момент чувствовала себя лишь сторонним наблюдателем, явно лишним и каким-то неправильным. Она совершенно не ощущала собственного тела, даже глазами двигать не могла, но при этом видела женщину в сером платье. Та улыбалась насмешливой улыбкой, которую могли изобразить только аристократы.

И вновь, недоумевая от событий столь странного сна, который упорно не хотел заканчиваться, Тесса осознала, что у неё в руках лук.

Она держала его всё это время или тот появился только что?

Лифина, а женщиной в сером платье была именно она, уже не скрываясь, засмеялась. Голос её оказался удивительно пронзительным и неприятным. Режущим слух эхо он отбивался от стен до тех пор, пока не пропела тетива и стрела не вонзилась в фигуру в странного кроя сером платье.

Но вместо крови во все стороны брызнул серый туман, фигура рассеялась, а вместе с ней распался на части и сон.

Голова лежала на чем-то мягком, теплом и крайне приятном на ощупь. Будь ситуация немного другой, Тесса не спешила бы подниматься, но уж слишком странным был сон, так что опомнилась девушка уже вскочив на ноги.

Жаль, но окружающая действительность тоже не спешила радовать чем-то обыденным и привычным. Как оказалось, до этого Тесса лежала на груди у Розы. Лишь густо покраснев из-за наготы подруги, к которой она только что очень плотно прижималась, девушка отметила уже наготу собственную.

Уже этого хватило, чтобы сбить с ритма шестерёнки у неё в голове, которые и так не слишком-то хотели сходить с места – хмель давал о себе знать. Всё же те последние несколько кружек. Или скорее бутылок были лишними.

Силясь вспомнить, почему она уснула в обнимку с обнажённой Розой, она могла бы провести всю ночь, но в какой-то момент девушке на глаза попалась кровать. Тут уж Тесса засомневалась в реальности всего происходящего, ведь на здоровенной кровати, раскинув руки в стороны, лежал Рей.

И спал.

Ни разу за те месяцы, что они провели вместе, она не видела ничего подобного. Сцена, неожиданно, одной своей непривычностью казалась даже более странной, чем недавние обжимания с подругой.

Тесса бросила в сторону Розы ещё один быстрый взгляд, стараясь не сильно разглядывать то, что разглядывать не стоит. Заметила разве что нахмурившуюся мордашку подруги. Ещё бы в комнате было довольно прохладно, а греть её теперь было некому.

Нетвёрдой походкой Тесса двинулась к кровати. Рей тоже был в чём мать родила, но от холода не морщился, его такой мелочью уж точно было не пронять.

Девушка осторожно, стараясь даже дышать реже, присела на край кровати. Редко когда лицо самого дорогого, самого желанного для неё человека, выглядело настолько расслабленным, как сейчас. Не умиротворённым или счастливым, скорее – спокойным. Даже во сне Рей старался не показывать свои эмоции, но привычная холодность и отрешённость всё равно исчезли.

Тесса поймала себя на мысли, что может очень долго наблюдать за тем, как мерно вздымается и опадает грудь парня. Строгий к себе и к окружающим, он в кои-то веки проявил такую маленькую слабость, как сон. А всё из-за её дня рождения.

На сердце приятно потеплело, девушка легонько улыбнулась и так же осторожно поднялась с кровати. Уходить не хотелось, но ненадолго отлучиться всё же придётся. Пить хотелось, будто после недели в пустыне. Богиня, зачем же было столько пить?

Оглядев комнату, она нигде не нашла заветного кувшина с водой, зато на полу валялась одежда.

Одеваясь, Тесса ещё раз мазнула взглядом по фигурке подруги и, схватив одеяло на секунду замерла.

Одеяло было одно, а вот тех, кого нужно укрыть – двое. Будь девушка в чуть более лучшей форме, несомненно нашла бы решение сей проблемы, а так, аккуратно накинув кусок мягкой ткани поверх Розы, Тесса двинулась к двери. Ещё не слишком хорошо соображающий разум решил, что Рей сумеет дождаться её возвращения, не околев. А уж там она не даст ему замёрзнуть! Да и сама согреется.

Глава 197

Глава 197

Чуть виляя из стороны в сторону, Тесса неспешно шагала по широкому коридору. Чувствовала она себя при этом донельзя странно: слишком уж много всего намешалось в побаливающей голове.

Прохладный воздух и всплывающие одно за другим воспоминания о прошлой ночи, довольно быстро прогоняли из её головы хмель, но в замен, будто издеваясь, усиливали жажду. В итоге, девушка то краснея от стыда, то съёживаясь от гуляющего по коридору сквозняка, неспешно плелась вперёд. А вместо коридора перед глазами стоял момент, где и Роза с несвойственной званию подруги пылкостью целовала её, а Рей тем временем.

Тесса остановилась и недовольно топнула ножкой. А ведь она знала, что эти двое сговорились! Споили её и сотворили такое!

Негодуя, девушка быстрее зашагала пустым коридором. И эта пустынность была странной, ведь слуг у приютившего их чиновника было не сказать, чтобы мало.

Ещё и этот сквозняк.

Сквозь провалы мутных стёкол в коридор лился свет полной луны. Тусклый, но и его хватало, чтобы не бродить в совсем уж потёмках. Зато какой же жути нагонял этот тихий вой ветра на пару с будто вымершим особняком. И будь Тесса чуть потрусливей, а жажда послабей, она бы вернулась к Рею. Плевать, что сейчас парень спал, рядом с ним она уже как-то отвыкла хоть чего-то бояться.

А уж после нападения зуборогов и подавно. Она даже сейчас могла словно наяву услышать тот рёв. Как стена огня. Как гром после молнии, он заставлял всех и каждого трястись в первобытном испуге, а Тесса вместо страха чувствовала лишь стыд за то, что не может быть рядом с любимым. И где-то на самом краю сознания в тот момент к ней подкрадывалось переживание. Пустое, как оказалось. Рей справился и с этим. Даже пассажиры каравана, немного сторонившиеся странного наёмника, после нападения от чего-то считали своим долгом здороваться с Реем при каждой встрече. В ту же ночь с благодарностями явилась как минимум половина каравана. Вторая пришла уже утром.

Удивительно, как легко демонстрация силы вылилась в уважение. А глядя на здоровенную, казалось бы необъятную тушу поверженного зверя, Тесса поймала себя на мысли, что угнаться за Реем ей становится всё сложнее. Но он всё равно смотрел на неё с всё тем же теплом в глазах, подталкивая вперёд.

И не зря: два дня назад ей наконец покорился второй этап тренировки Берема и теперь получалось контролировать энергию. Совсем неуклюже, но это уже что-то. Маленький шаг вперёд. Главное не сдаваться, а то иногда кажется, что даже Рей верит в неё больше, чем она сама.

Так что пугаться темноты коридора и промозглого ветра Тесса не собиралась. Поворот, ведущий на кухню, где девушка надеялась найти воду, тонул в темноте – там окон не было совсем, разве что свет от распахнутой настежь входной двери проливал в него немного света. Именно из дверного проёма веяло осенним холодом.

Девушка недовольно нахмурилась и нехорошо поминая про себя прислугу дома, двинулась к двери, собираясь наконец закрыть её и прекратить этот сквозняк.

Где-то на улице появился свет. Тесса помялась секунду-другую у двери, но в итоге не удержалась и перед тем, как захлопнуть дверь, выглянула наружу. Свет лился из-за угла дома. Жёлтые отсветы мерцали, танцевали в темноте ночи и, поддавшись непонятно откуда взявшемуся интересу, Тесса перешагнула порог.

Свет становился всё ярче и ярче. Его источник явно приближался, но девушка не спешила идти навстречу, застыв рядом со входом в поместье. Интерес и ещё не до конца выветрившийся страх пробежались по спине мурашками.

А вот когда источник света наконец показался из-за угла, Тесса не скрывая своего облегчения шумно вздохнула. Наверное, после недавнего ночного нападения она ещё долго будет бояться темноты.

Понавыдумывала тут себе. Всякого. — девушка кивнула удивлённому охраннику поместья, честно патрулирующему территорию. Тот деловито посветил на неё фонарём, но быстро признав гостью своего господина, кивнул в ответ.

Успокоившись, Тесса уже было развернулась ко входу в дом, чтобы наконец утолить ненавистную жажду, когда ей в голову пришло какое-то странное понимание. Оно так и зудело всё это время где-то на краю сознания не до конца нарисованной картиной. И лишь сейчас оформившись окончательно.

Почему стражник сам не закрыл дверь, когда обходил поместье до этого? И почему рядом со входом никого нет?

Сам же охранник тем временем тоже застыл в недоумении: грубить гостье поместья он не собирался, но ведь не гоже бродить вот так посреди ночи. И куда Риф вместе с Салешем подевались?

Мужчина дёрнул головой в сторону ворот, но не заметил там фонаря дежурящий сегодня охранников. Занятый своими размышлениями мужчина слишком поздно заметил полны искреннего испуга взгляд черноволосой девушки. Пара зелёных глаз оторопело воззрилась куда-то вверх, выше его головы.

В воздухе повеяло запахом крови и кладбища.

Охранник так и не успел увидеть застывшую над ним тварь.

Послышался резкий высокий голос, будто кто по стеклу ножом провёл. Звук, которым издал безобразный монстр был до того противный и заупокойный, что затылок холодел:

— Наконец-то. — Огромная пасть неестественно широко раскрылась, но сразу же сомкнулась. Тесса, сквозь пронзивший её ужас всё же расслышала звук, с которым щёлкнули друг о друга два ряда неровных, но острых клыков. — С каким же блаженством я выпью без остатка твою кровь. — Тварь еле заметно двинула рукой. Та вытянулась, подобно хлысту метнулась вниз, но почти сразу вернулась обратно. Монстр схватился когтистой ладонью за стену, оставив на ней развод из свежей крови.

По земле покатилась голова стражника.

— ГРЯЗНЫЕ ОТРОДЬЯ! — Тварь, завопила. Заголосила, как ведьма, дёрнув головой. И та, будто не сдерживаемая шеей, двинулась в сторону. Вместо мышц теперь её держал явно нечеловеческий, длинный, с острыми краями позвоночник. — Я СЬЕМ ВАШИ ПРОКЛЯТЫЕ СЕРДЦА! — Существо вцепилось когтями в очередной камень, двигаясь вдоль стены. Тесса еле-еле смогла сделать шаг назад. Тело не слушалось, намертво скованное страхом. — Я ЖИВЬЁМ СНИМУ С ТЕБЯ КОЖУ! Я ЗАДУШУ ТЕБЯ ТВОИМИ ЖЕ КИШКАМИ, МЕЛКАЯ ПОГАНЬ! ВЫ ОТВЕТИТЕ МНЕ ЗА ВСЁ, ЧТО ПОСМЕЛИ ОТНЯТЬ! — Фиолетовые глаза существа пылали животной яростью. И если бы не недавний сон, Тесса ни за что не смогла бы сопоставить образ бывшего Первого министра Рондала с ликом монстра перед собой.

Лишь пылающие фиолетовым светом глаза служили немой подсказкой.

Именно это осознание и позволило девушке взять себя в руки. Голова твари с неприятным хлюпом встала на место, кости позвоночника спряталась. Монстр уже было пополз по стене, сближаясь, но дожидаться этого момента Тесса не собиралась. Всё тело девушки вспыхнуло зелёным светом. По мышцам разлилась сила и безоружная, она не думая рванула в сторону двери поместья.

Роза не сразу поняла, какой именно звук вынудил её проснуться. Она всегда спала некрепко, но не приходилось и сомневаться: ради сегодняшней ночи девушка с огромным удовольствием сделала исключение из собственного правила.

И вот, оглядев слипающимися глазами полумрак комнаты, она попыталась понять, что же разбудило её. Признаться, возможную причину всё ещё сонный разум отыскал далеко не сразу.

Единственным источником шума оказался посапывающий неподалёку наём. Нет, после того, на что он согласился пойти, этого человека хотелось называться только по имени, каждый раз обнимая при встрече. И ничего удивительного в таком отношении она не видела. Будь Роза на месте Рея, ни в коем случае не стала бы делиться Тессой с кем-то ещё. От того её благодарность становилась только больше.

Губы сами по себе расплылись в довольной, лукавой улыбке. Ночь удалась на славу. Жаль, но Роза собиралась сдержать обещание и оставить этих двоих в покое, но если их пути ещё когда-нибудь пересекутся, девушка собиралась приложить все усилия, чтобы повторить столь сладкую ночь ещё раз. А лучше два.

И лишь когда эти мысли прочно обосновались у неё в голове, Роза позволила себе нахмуриться.

Рей исправно сопел. Спал избранник её подруги сном настоящего праведника. Впрочем, будучи способным прикончить вожака зуборогов, он мог позволить себе такую блажь.

Но вот в этом сопении и была проблема, которую опытная убийца заметила почти сразу. Оно было совсем негромким. Почти неслышимым, если бы не являлась единственным, что нарушало воцарившуюся тишину.

Весь особняк будто вымер.

Не перешёптывались ночные служки. Не шумела посуда на вечно бессонной кухне живущего здесь богача. Даже звучный храп не смел разорвать вязкую тишину, заполонившую поместье.

Роза почувствовала, как где-то внутри начинает нарастать комок беспокойства. Встрепенувшись, она ещё раз оглядела комнату, но так и не нашла фигурки подруги.

Переживание нахлынуло новой волной, но почти сразу утихло. Намётанный глаз обнаружил, что одежды Тессы тоже не было. Следовательно, подруга просто проснулась чуть раньше.

Помявшись ещё немного, Роза всё же решила прогуляться: сна так или иначе нет уже ни в одном глазу – ещё одна издержка профессии, слишком быстро приходишь в себя.

Тихо пыхтевшая в голове тревога заставила её облачиться в привычный наряд быстрее обычного и на несколько мгновений застыть рядом с обнажённым силуэтом.

Даже девушке при её не совсем обычных предпочтениях приходилось признать, что у Тессы был весьма и весьма недурной вкус. Но сейчас Роза размышляла о том, будить Рея или нет? Если что-то случилось, помощь столь умелого воина явно станет нелишней.

Но в итоге, благодарно улыбнувшись спящему человеку, девушка тихо шагнула в коридор. Они не посреди равнины, а в городе ей опасаться попросту нечего.

Глава 198

Глава 198

После первого же шага, больше похожего на рывок, Рей понял, что поторопился. В глазах потемнело, тело против его собственной воли расслабилось и пол стал резко ближе.

Но парень очнулся всего через мгновение, ещё до того, как свалился с ног и вбитым уже в подкорку движением ушёл в кувырок. Уроки Тессы не прошли зря, но сейчас Рей был этому не рад.

Перевернувшийся мир снова ударил в голову странной, невиданной до этого болью. И плевать на неё, но перед глазами всё плыло, покачивалось и из раздвоившегося дверного проёма Рей лишь чудом выбрал правильный, разминувшись со стеной.

Коридор. Пусто.

Порываясь рвануть в извивающийся змеёй проход, Рей заставил себя застыть на месте. Как бы не хотелось поспешить, но нужно было подумать. И лишь после десятка секунд неподвижности, пульсация в голове слегка утихла, позвонив нормально мыслить.

Идея пришла почти сразу. Выматерив всё и вся, Рей в тот же момент изменил облик. На руках проступили когти, черты лица заострились и перейдя уже на куда более витиеватые и обидные ругательства гильфаров, парень осознал, что легче не стало ни на грамм. Голова всё так же раскалывалась.

— Проклятье. Что происходит!? — процедив в пустоту коридора несколько фраз, Рей, что поражало, получил ответ.

— Любой поступок имеет свою цену, дитя. Платить нужно всегда. Раньше. Позже. Но от этого не уйти . — Голос-шёпот на неизвестном этому миру языке иглой врезался в нестабильное сознание. Вскипевшая боль всё же заставила Рея поморщиться, а неизвестная женщина на секунду-другую умолкла, будто давая парню прийти в себя. — Твоё состояние – тоже лишь плата нескольким часам сна .

— Кто. ты? — Всё же сумел выдавить из себя парень.

— Поспеши . — Но голос в голове проигнорировал вопрос. А может просто не считал нужным на него отвечать. — Иначе тебе придётся слишком дорого заплатить за другой свой поступок. Она ещё пригодится тебе. В будущем .

— О чём ты. говоришь? — Даже на секунду Рей не смел усомниться в реальности того, что с ним на самом деле кто-то говорит. Что голос не плод его помутившегося разума.

Но ему вновь не ответили. И похоже, не слишком длинный разговор был окончен. И парень бы с радостью получше обмозговал странные слова, но и без этого они заставили Рея не просто забеспокоиться, а впасть в какое-то подобие паники. Столь беспомощным парень не ощущал себя с самого момента попадания в этот мир.

— Берем! — Крик гулко пронёсся по пустым коридорам. Отразился от каждой стены и теперь по дому гуляли десятки безответных возгласов. — Чёрт!

Не сразу пришло понимание того, что гильфара здесь нет. Дорс вроде бы уговорил его побыть сопровождающим. Проклятье!

Не смея тратить и секунды на ненужные размышления, Рей поплёлся вперёд.

Вот только, видимо, голос в голове не зря призывал поторопиться. Парень так и не успел сменить облик и чуткий слух фаросца уловил крик девушки.

Роза.

Первой мыслью было непонятное облегчение: кричала не Тесса. Собственное малодушие Рея не озаботило, он никогда не считал себя хорошим человеком. Он и человеком себя считал всё реже. Но размышлять над собственной низостью сейчас было не время.

Когти исчезли, а всё тело парня вспыхнуло ярким, почти полностью синим цветом. Это не прояснило взор, не убрало резь в голове, но каждым шагом, скорее даже прыжком, Рей теперь легко преодолевал несколько метров. Пользоваться Рывком не рисковал, боясь снова потерять сознание.

Вывалившись сквозь распахнутую входную дверь, Рей заметил кровь. Прямо перед входом валялась голова стражника.

Сердце остервенело забилось в груди, разгоняя кровь, из-за чего голова будто затрещала по швам.

— Тесса! — Слово смешалось с утробным рычанием, сорвалось на рёв.

Рей уже дёрнулся к воротам поместья, когда откуда-то со стороны послышался явно нечеловеческий смех. Наполненный животными нотками и каким-то изуверским восторгом. Парень, всё же размывшись в Рывке, за пару ударов сердца преодолел невысокую стену, ограждающую поместье.

Поняться на ноги получилось с большим трудом. Немногим меньше его потребовалось чтобы оглядеться. А вот после этого Рей сумел сделать всего один шаг. Так и замер на месте, будто пригвождённый к ней.

Под ярким светом полной луны всеми оттенками зелёного переливалась серёжка с небольшим изумрудом. Несколько метров земли рядом с украшением блестели уже красным. Серёжка лежала в самом конце широкой улицы, оканчивающейся в полусотне метров впереди.

Лежала посреди лужи крови.

Посреди бесформенных кусков мяса, плоти и переломанных костей.

Посреди того, что осталось от единственного дорогого Рею человека.

Кровь покрыла всё вокруг. Покрыла стену какого-то дома. Разлилась по уложенному неровным камнем улице, собираясь в мелкие лужицы. Кровь всё ещё сочилась из пасти странной, человекоподобной твари ковыряющейся в останках.

— А ты не слишком спешил. Пришлось начать ужин без теба. Эта девочка была такой вкусной. — Плотоядный голос раздался изо рта твари и голова, поддерживаемая лишь голым, слишком длинным позвоночником, повернулась к Рею. — Почему ты молчишь, мальчик? Не рад меня видеть? Или такая моя личина тебе нравится меньше, чем старая?

Тварь повела когтистой рукой и та обернулась обычной человеческой ладонью. Но монстр встряхнул конечностью, будто избавляясь от грязи и когти появились вновь.

— Думал, что я так просто вас отпущу? — Глаза твари вспыхнули живым огнём. Она повернулась окончательно, встала на то, что можно была назвать ногами. — Нет, ты будешь страдать. Наверное, стоило вырвать тебе ноги, отнять руки, оставив лишь голову и заставить смотреть как я ем её заживо. Но, прости, не смогла удержаться. Девочка так кричала, так вопила, когда я вырывала ей глаза. Разве ты не слышал?

Рей не мог вдохнуть потяжелевший, вязкий от запаха крови воздух. Крови Тессы.

Он попытался что-то сказать, ведь, как ни странно, помутнённый разум вмиг осознал, кем был этот монстр. Но голос дрогнул, предал его. Из горла вырвался лишь тихое рычание. Какой-то скулёж, заставивший тварь, явившуюся из столицы мерзко засмеяться.

Но Рей даже не взглянул в её сторону. Он не мог отвести взгляда от горстки окровавленной плоти. Воспоминания калейдоскопом неслись в голове.

Вот Тесса незаметно , так чтобы не он не ругался, кормит вновь провинившегося Цесса.

Вот она в который раз пытается что-то приготовить. Получается уже намного лучше, чем раньше. Ещё совсем немного и с её рук сходила бы очень вкусная еда.

Вот они уже сидят у костра и девушка, положив голову ему на плечо, мирно спит. На лице такая нежная, такая дорогая улыбка.

Но теперь.

Рей понял, что картина перед глазами размылась ещё сильнее, всё поле зрения заволокло чем-то тёмным. Щеку будто обожгло. А глаза, в которых вспыхнула и погасла последняя искра человечности наконец вперились в покрытую свежей кровью тварь.

Лифина всё это время вглядывалась в лицо человека перед собой. Искажённое яростью и злобой. Во взгляде плескается такой чистый, ничем незамутнённый гнев. Казалось бы, ещё секунда и он кинется к ней, но мальчишка продолжал стоять на месте.

Наверное, нужно его как-то подтолкнуть. Благо, вторую девушку она ещё не прикончила.

Но и стоит немного поспешить. Уже можно услышать пантеру. Зверь несётся сюда, воет, словно раненный волк на луну. Эмоции хозяина разрывают животное, но не подчиниться оно не может.

Лучше убить девушку сейчас, а то, чтобы выпотрошить кошку понадобится немного времени и мальчишка может убежать. Конечно, можно просто разорвать парня прямо здесь и пантера останется без хозяина, но.

Так просто Лифина его отпускать не собиралась. Нет, она хотела окончательно сломить волю этого человека. А перед этим заставить его страдать. Мучиться, пока весь её гнев сходит на нет.

— Мальчик, — Лифина облизнулась и потянулась рукой к бессознательному телу девушки с пробитым животом. — Ваша Богиня умоется кровавыми слезами, глядя на то, что я с тобой сотворю.

Когти почти сомкнулись на копне красных волос, когда свет полной луны на секунду потускнел. Всего мгновение, не больше, и всё вернулось на круги своя. Луна сияла так же ярко. Где-то вдалеке выла пантера.

Но Лифина удивлённо воззрилась на мальчишку.

До этого он разглядывал ошмётки той потаскушки-наёмницы, но теперь взгляд впился в неё. Из сжатых до слышимого хруста кулаков щедро текла кровь. Поза явно сменилась какой-то боевой стойкой. И это странно, ведь оружия при нём не было.

Но самыми удивительными были глаза. Они погасли, чтобы вспыхнуть чем-то другим. Чем-то, в чём Лифина без труда признала нечеловеческое.

В глубине голубых глаз родилась тьма. А по щеке парня неожиданно скатилась чернильно-чёрная слеза. Распавшись дымом, она ставила на коже ожёг.

И будто только этого и дожидаясь, вся фигура в серой броне исказилась.

Лифина ощутила то, о чём за несколько десятков лет, прожитых среди людей, успела забыть. Неизменно, она всегда ощущала себя хищником, а хищнику незачем бояться своей добычи. И она бы лишь отмахнулась от этого наваждения, но Лифина была уверена, что успела заметить, как зрачки в глазах парня вытянулись в тонкую чёрную линию.

Будто змеиные.

Часть 26

Глава 199

Из него получится отличный дар повелителю . — Эта мысль появилась в голове Лифины ещё в столице. Когда мальчишка не подчинился, даже не смотря на то, что она выпила его крови.

Такое уже случалось, но редко. Только когда у жертвы оказывалась слишком крепкая воля, контроль мог оказаться далёким от идеального. Может быть, когда-то она бы и смогла подчинить мальчишку полностью. Ещё до той злополучной встречи, после которой её превратили в незнамо что. Сколько лет уже прошло? Даже пожелай она, не смогла бы вспомнить. Сейчас у Лифины осталось лишь собственное имя и жалкие огрызки от старых способностей.

Вернее, не совсем так. Новый хозяин даровал ей совсем другую силу, вот только прямо сейчас Лифина очень сомневалась, что этой самой силы хватит.

Да, повелитель будет доволен. После смерти мальчик станет не самым слабым личем . — Жаль, но долго подобные размышления не продлились. В тот момент, когда глаза мальчишки перед ней исказилась, Лифина заподозрила неладное.

А вот когда гильфаровая броня лопнула словно мыльный пузырь, а тело парня потеряло всякую форму, обернувшись огромным, стремительно разрастающимся комком темноты, женщина неожиданно для себя сделала шаг назад, напрочь позабыв о валяющейся в стороне девушке.

Угольно чёрное, совершенно непроницаемое для света луны тело с невообразимой скоростью росло в размерах, при этом сильно вытягиваясь в длину. Настолько сильно, что не самая узкая в городе улица оказалась ему тесной.

Досматривать представление Лифина не собиралась. Из существа перед ней подношение повелителю явно не получится. И прикончить его тоже будет непросто.

Не став медлить и мгновения, женщина неуловимым движением скользнула в сторону, скрывшись меж домов. Не стоило оставаться посреди открытой улицы, а каменные стены внушали некоторое доверие. Существо, которым обернулся проклятый наёмник явно большое, скорее всего неповоротливое. Справиться с ним в черте города не должно быть чем-то невозможным.

Когти легко входили в камень и проскочив за пяток секунд явно не один десяток поворотов, она бросилась к ближайшей крыше, позволив себе оглядеться. За ней будто гнался гром. Грохот стоял такой, что в городе не проснулись разве что трупы на кладбище. Всего мгновения ей хватило, чтобы выбросить из головы всякие мысли о сражении.

Бежать.

С утроенным рвением Лифина бросилась к следующей крыше. В переулках ей никак не скрыться — тварь позади не удосуживала себя тем, чтобы обходить дома. Те сминались под напором монстра, словно сделанные из травы, а не из камня.

До этой злосчастной ночи Лифина даже не подозревала, что может двигаться так быстро. Со стороны казалось, что покрытое сероватой кожей тело буквально летит над крышами. Колени вывернулись в другую сторону, чтобы прыжки получались длиннее. Руки вытянулись, работая в паре с ногами, но треск явно приближался. Змей нагонял. Погоня длилась всего ничего, а тварь успела разворотить не меньше сотни домов.

В какой-то момент Лифина поняла, что сверху её накрыла тень. На одних инстинктах женщина рванула в сторону.

Мимо пронеслась огромная голова змеи. Дом, размером с эту самую голову, перемололо в щебень. Змею протащило вперёд на десяток метров, а в городе стало на ещё три дома меньше. Те, кто жили внутри даже понять не успели, от чего умерли.

Но у Лифины не было времени над этим размышлять. Её разум судорожно пытался найти путь к спасению, а глаза наблюдали за тем, как здоровенная голова змеи, будто не почувствовав и малейшего дискомфорта от столкновения, мерно повернулась к ней.

К тому моменту в когтистой ладони уже успел сформироваться шар из чистой фиолетовой энергии, размером с человеческую голову. Сила шипела внутри него, стонала голосами мертвецов. Небольшие лоскутки фиолетового дыма опадали на крышу, обращая черепицу в пыль.

Но это было ничем, в сравнении с мастерством повелителя.

В этот момент Лифина слишком остро ощущала свою неполноценность. Оставшиеся от давно забытого облика способности в бою были бесполезны. А применять заклинания Смерти она была попросту неспособна.

Но и этого сгустка энергии должно хватить, чтобы хотя бы ослепить тварь. Убежать явно не получится, бестия слишком шустрая. А вот лишить зрения и скрыться, пока тварь будет бесноваться в городе.

У Лифины были мгновения на собственную атаку – слишком быстр был рывок змея. Но куда сложнее было подавить непонятно откуда взявшийся страх. Один взгляд твари заставлял цепенеть. Яростное шипение пробирало до самых костей. И это была не магия! Лишь жажда убийства. Но настолько плотная, что её можно было ощутить наяву!

Рука со сгустком энергии, размылась ударом хлыста, словно внутри конечности совсем не было костей. Змея уже неслась вперёд и не могла уклониться.

Вот только атака, которая метила прямо в глаз твари, разминулась с ним. Фиолетовый сгусток дыма врезался в чешую, похожую на осколок вырванный из ночного неба

Лифина не надеялась слишком серьёзно ранить змея, но когда сгусток энергии Смерти просто впитался в чешую, даже ей понадобилось мгновение, чтобы осознать происходящее. На матово-чёрном покрове не осталось и царапины. Лишь неяркий фиолетовый блик появился на черноте чешуи, но почти сразу утонул где-то в теле змея.

Лифина замерла на короткое мгновение, осознавая увиденное. И эта заминка стоила бы ей жизни, если бы змей не врезался в соседний дом, вместо того, на котором стояла она.

Его всё же ранило? — Женщина отчаянно вцепилась за эту мысль, ведь если змей невредим, до утра она может и не дожить. — Может, повредились его внутренности?

Вспыхнувшая в фиолетовых глазах надежда угасла в тот же миг, когда голове змея, разметав обломки очередного дома, поднялась на десяток метров вверх. Тварь разгневано зашипела, но боли в этом звуке не было. Лишь ярость и желание расправы.

Змей как-то подозрительно медленно повернулся к ней. Потом повёл головой немного в сторону, затем в другую.

Лифина не была воином. Но даже ей хватало ума и понимания, чтобы догадаться: змей явно дезориентирован. Тогда она промахнулась не из-за своего неумения, просто бестия пронеслась мимо неё.

Это был шанс. Призрачный, но и им она сумеет воспользоваться.

Лифина не знала, что не так со змеем и это было плохо. Она не знала, как долго он пробудет в таком состоянии. Стоило спешить.

Секунда, достаточная для того, чтобы монстр приготовился к очередному рывку, а в голове у женщины уже созрел план. Перепрыгнув огромное тело змеи, слишком поздно взметнувшееся, чтобы остановить её, Лифина лишь утвердилась в своих мыслях: змей реагировал слишком медленно. И ей даже не хотелось думать, как давно бы закончилась эта погоня, если бы тварь была в порядке.

Может, из-за гнева разум мальчишки надломился? — Лифина и сама не осознавала, как может образ голубоглазого наёмника наложиться на образ змеи, способной играючи сровнять с землёй целый город. Сейчас она лишь искала способы выжить, а вот уже после, оказавшись в безопасности, можно будет подумать над тем, откуда вылез этот ублюдок и почему магия Смерти не ранила его?

Теперь, со знанием того, что змей плохо ориентируется в пространстве, Лифина виляла из стороны в сторону, не жалея сил. Вот она, казалось бы, несётся по прямой, вдоль длинной крыши какого-то поместья, а в следующее мгновение ныряет на улицу и, не сбавляя скорости, бежит уже вдоль неё. Чтобы через секунду снова оказаться на совершенно другой крыше.

А змей ломал и сминал всё, до чего дотягивалось его тело. Лифина не могла разглядеть, где именно находится хвост твари в темноте ночи, а значит, дотягивался змей до очень многих домов. Вот только женщине было искренне плевать, сколько людишек подохнет под многотонной тушей твари. Она рвалась к центру города, а значит жертв станет только больше. И такое решение она приняла не из желания извести побольше народу. Другого выхода попросту не было, а перебрать Лифина успела многие.

Под проклятым городом, построенным посреди равнины, не было и не могло быть никаких подземных ходов, где можно было бы скрыться. Сбегать в равнину – чистое безумие, там змей нагонит её в считанные секунды.

Спасение было только здесь, в городе. Оно пряталось, затаилось посреди перепуганной толпы, которая, несомненно, уже успела собраться где-то в центре Аткана. И огромная тварь, неспособная чётко различить её, стоявшую на крыше, вряд ли сумеет сделать это, когда она скроется в посреди сотен бегущих в страхе горожан.

По крайней мере, Лифина надеялась на это.

Глава 200

Аткан был весьма немаленьким городом. Огромного труда стоила его постройка ровно по центру огромной равнины. Материалы приходилось свозить долго и упорно, чтобы превратить пару сотен простых землянок в то, что сейчас негласно считали столицей Великой Равнины.

Именно поэтому, город привык жить спокойно. Разбойники побаивались сталкиваться с гарнизоном да и нужно же было и им что-то есть. А если в город тебя не пропустят, с этим как-то само собой возникают некоторые проблемы посреди огромной пустоши.

Звери тоже опасались подходить к огромному скоплению домов, обнесённых кое-какой стеной. Почти полностью сделанной из земли, но всё же.

От того местные жители привыкли жить, если не в достатке, то по крайней мере, в спокойствии. И в момент, когда неведомый монстр начал в буквальном смысле ровнять их родной город с землёй, реакция горожан была непредсказуемой.

Пожалуй, большинство так и не решилось покинуть дома — грохот в городе стоял просто невероятный. Не иначе, как само небо обвалилось и решило наконец встретиться с земной твердью в этот день. А дом даровал людям обманчивое ощущение безопасности да и не было в городе убежищ. Бежать же в равнину. Дураков не было.

Но были те, кого вело любопытство. Такие стягивались отовсюду к воротам и к городской ратуше, возведённой ровно по центру Аткана. И как оказалось, любопытных хватало. Это и не странно. Лето, сезон караванов в самом разгаре. А когда простонародью хватает хлеба, они жаждут зрелищ. И пожалуй то, то с чем пришлось столкнуть паре-тройке сотен зевак, станет самым незабываемым зрелищем за всю их жизнь. Если она не закончится прямо здесь.

Грохот всё нарастал. Дома и темнота мешали людям разглядеть то, что приближалось к центру города. Те, кто поумнее начали бежать заранее. Но когда уже можно было различить отдельные валуны и даже целые стены домов, которые взлетали в воздух, будто были сделаны не из камня, стало уже слишком поздно.

Змей достиг прыснувшей во все стороны толпы в считанные секунды. Несколько неудачников, решивших забраться на крыши сгинули прямо там.

Остальные же, не видя перед собой тех, кого ещё минуту назад считали друзьями, неслись куда глаза глядят, лишь бы подальше от огромной твари. Вот маленький мальчик, которому только предстояло встретить холод десятой зимы свалился на землю и не стоит сомневаться, он уже не поднимется. Десятки людей затопчут его и не заметят. Здравый смысл не возобладал. Ему попросту не было места в застланных страхом, первобытным ужасом глазах людей.

Мало кто заметил серый силуэт, мелькнувший в толпе. Словно ветер Лифина скользила между казалось бы сплошной толпой, не способной разминуться среди широких улиц. Как она и думала, змей потерял её из виду сразу же. Сейчас главное было не выдать себя и Лифина прекрасно это понимала.

Похоже, тварь была не полностью лишена разума. Змей не начал бесноваться среди толпы зевак. Достигнув площади, он замер на мгновение, издав пронзительное от своей громкости шипение. Наполненный безумной яростью из-за того, что враг уходит, этот звук разрывал слух. Люди орали от уже не только от страха за свою жизнь, но и от зверской боли в ушах. Те кто были поближе свалились прямо на месте, словно куклы с оборванными нитями.

Голова змея взметнулась вверх, в бессильной попытке разглядеть среди сотен и сотен огоньков тепла единственный верный. Шипение становилось всё гневней, змей не мог её найти, а Лифина старалась двигаться в тенях и не сильно обгонять бегущую толпу.

Но тварь осталась позади.

Это было близко. Единственный момент, когда жизнь Лифины висела на настолько тонком волоске был во время встречи с повелителем. Но тогда она выжила и сегодня умирать тоже не собиралась.

Шли секунды. Люди двигались медленно, но верно, постепенно удаляясь от змея. Хвост готовой впасть в исступление твари сметал целые проулки, высоко поднятую голову было не разглядеть на фоне ночного неба, только тусклые голубые искорки в глазах монстра могли подсказать, что долго затишье не продлится.

И это был самый важный и тонкий момент плана Лифины. Тварь могла попросту начать убивать всё, что шевелится. Чтобы прикончить эти несколько сотен человек змею не понадобится и половины минуты. Но если где-то внутри огромной башки монстра ещё есть человеческий разум и монстр начнёт убивать не сразу, Лифине хватит времени, чтобы скрыться.

В очередной раз оглянувшись, перед тем, как нырнуть в поворот, Лифина заметила, что змей замер на месте.

Не может быть! — секундное волнение пронзило разум женщины, но столь же резко сменилось ликованием.

Площадь перед ратушей окончательно опустела. Но даже будь там полно народу, гильфар, ростом чуть ли не в полтора раза выше человека, выделялся бы даже нехотя. Серая фигура стойко переносила внимание змея. Почти три сотни шагов разделяли их, Лифина на могла различить эмоции нелюдя с мечом. Да ей было и плевать: видно, встреча со знакомым всё же нашла какой-то отклик в разуме непонятного ей существа, обернувшегося змеем. Это заставило того если и не успокоиться, то попросту поубавило рвущий разум монстра гнев.