Самозванка в академии драконов

Глава 25

На следующий день в перерывах между лекциями я дежурила в палате Рекса, глядя на друга, погруженного в целительский сон. Он так и не пришел в себя со вчерашней ночи, но, по словам мэтра Шаона, руководившего здесь всем, это было нормальным явлением. Друг выглядел гораздо лучше — на лице вновь проступили краски, дыхание выровнялось, лихорадка тоже отступила.

— И более сильные драконы после заклинания черных молний проводят на больничной койке пару недель. Вам повезло, что в него попала только одна и поразила плечо, а не туловище, — целитель покачал головой и вышел, оставив нас одних.

Нападавшего, по словам нашего декана, Харела Гримвуда, так и не нашли. Вообще ничего, ни единой зацепки, ни единого следа, хотя искали всю ночь. Я вспомнила допрос, который он устроил нам с подругой сегодня утром, выловив нас перед столовой, и зябко передернула плечами. Определенно, дроу умел быть... убедительным.

В его голосе было столько злой желчи, а черные глаза, и без того всегда жуткие, горели каким-то потусторонним фиолетовым огнем, когда он, нависнув над нами, цедил буквально по буквам, какие безответственные, глупые и никчемные адептки ему достались. Что мы чуть не угробили себя, да еще и главного старосту втянули в свои дурные затеи.

А когда Минди рискнула спросить, не будет ли для Рекса последствий, дроу только многообещающе оскалился. Вот уж не думала, что такого, как он, можно чем-то пронять! Впрочем, достижение было так себе, чтобы записывать его на свой счет.

Вздохнув, я от нечего делать решила почитать учебник, но вместо него неожиданно выудила из ученической сумки подарок мэтра Финкена.

«Точно, я же забыла его выложить!» — подумала я, рассеянно открывая форзац дневника, обтянутого темно-синим бархатом.

«Аарона Н.» — было выведено старинным витиеватым почерком, и я хмыкнула про себя, углубляясь в чтение.

Судя по всему, эта Рона была такой же первогодкой, как и я. Драконица с восторгом описывала академию, в которой мечтала учиться с детства: профессоров, занятия и новые знакомства. Ей все было интересно, и она с энтузиазмом погрузилась в кипучую студенческую жизнь.

Вскоре Рона сблизилась с одногруппником, который в дневнике именовался лаконичной буквой

Х

Или это знак икс? Высокий, красивый парень оказывал ей знаки внимания, и эта парочка, судя по всему, стала не разлей вода.

«Х помог мне на сегодняшнем практическом занятии...»

«Мы гуляли в парке, и Х неожиданно подарил мне букетик цветов...»

«Х смотрел на меня так, будто хотел...»

Я покачала головой и собиралась уже закрыть историю чужой любви, не желая читать откровения, когда следующие строки привлекли мое внимание:

«Он обещал помочь мне, но

Харел

резко против. Мне кажется, он преследует меня и задумал что-то плохое... Как я раньше этого не поняла? Мне страшно».

Х... Харел... Совпадение ли? Так звали нашего декана, и это имя было достаточно редким. А дроу живут долго, как и драконы. И он вполне мог учиться в этой академии несколько веков назад.

Нахмурившись, я продолжила читать дневник, но, кажется, Аарона-Рона перестала доверять ему все свои тайны.

О своих восторгах она больше не писала, ее мысли явно занимало что-то другое. Записи становились все реже, отрывочнее, а текст все сумбурнее. Судя по всему, с учебой у нее не ладилось, и теперь она часто проводила время в компании дракона со старшего курса, который помогал ей не завалить экзамены и зачеты. Имени его она не называла.

Последняя запись была датирована весной и в ней сквозила такая тоска, что у меня волосы на затылке встали дыбом от ужаса.

«Он добился своего. Ее больше нет. Моего магического духа больше нет. И меня скоро не будет...»

Я оцепенело вглядывалась в последние строки, пытаясь понять... осознать... Как это... нет духа? Куда он могла деться?! Харел что-то сделал с ней? Просто какой-то неизвестный Харел, или наш декан Харел Гримвуд?!

Ответа пока не было.

Я едва дождалась, когда из столовой вернется Минди, и уже собиралась рассказать о своих сомнениях ей, но... видя, каким искренним беспокойством светятся глаза подруги при взгляде на Рекса, как она суетится около него, поняла, что просто не имею права тревожить эту идиллию.

Может, Инферно прав, и мои инициативы ни к чему хорошему не приводят? Вспомнить хотя бы наш вчерашний поцелуй.

Отогнав от себя ненужные мысли, я тихо притворила за собой дверь и вышла из палаты, решив пока пойти к себе в комнату, но далеко не ушла.

— Блейз? — на лестнице меня окликнул голос одной из дежурных, драконицы с третьего курса.

— Да, — я непонимающе смотрела на девушку.

— Тебя вызывает ректор.

— З-зачем? — от волнения я даже стала заикаться.

— Приехал твой отец, хочет тебя видеть, — махнув рукой, драконица последовала по своим делам, оставив меня стоять столбом с сердцем, камнем рухнувшем вниз.

Отец настоящей Вероны здесь? Или мой отец?

Да при любом раскладе мне точно конец!

*****

В кабинет ректора спустя десять минут я входила в буквальном смысле ни жива ни мертва. К ногам будто привязали тяжелые гири, руки противно дрожали, так что мне пришлось стиснуть их в кулаки.

«Может, сбежать и затаиться, пока он не уедет?», — с тоской подумала я, поднося руку к знакомой двери и тут же малодушно ее опуская. Думать том, что, помимо отца, я боялась увидеть самого Инферно после произошедшего в его покоях, я себе запретила.

— Блейз, входите, — послышался из-за двери глубокий, властный голос дракона, и я вздрогнула. Он что... почувствовал меня?

«Соберись, Рона! Это должно было рано или поздно случиться!» — приказала я себе мысленно и открыла дверь, застывая на пороге кабинета.

Первым, кто бросился в глаза, был высокий пожилой дракон, сидевший в кресле для посетителей. Коротко стриженные темные волосы, посеребреные у висков, волевое лицо и жесткий, цепкий взгляд знакомых опаловых глаз, обратившийся на меня.

Передо мной сидел не кто иной, как отец настоящей Вероны Блейз.

И сейчас в глазах дракона сквозило недоумение. Оставались доли секунд, прежде чем он что-либо скажет.

«Пожалуйста, не выдавайте меня! Я все объясню!» — я вложила в ответный взгляд все, что могла, молясь драконьим богам, чтобы он меня понял.

Ответом мне была полыхнувшая в глазах опасная молния. Этот дракон явно не привык играть в подобные игры, да и сама Верона говорила, что ее отец отличается крутым нравом. Иначе бы она не сбежала.

Что ж... По крайней мере, я сделала все, что могла.

— Кхмм... Верона, рад тебя видеть, — в голосе дракона послышались язвительные нотки и обещание устроить мне настоящий допрос. Позже. Наедине. С пристрастием, очевидно.

— Отец... — я растянула губы в приветственной дочерней улыбке. Ну... получилось как получилось. Надеюсь, лишь, что не перекошенный оскал, с моими то нервами!

Скосила глаза на Инферно впервые с момента, как вошла. И не ошиблась: дракон смотрел на меня пронзительным, пристальным взглядом. Как будто больше всего на свете хотел сейчас понять, что я снова скрываю.

Угольно-черные волосы лежали на широких плечах, темно-синий камзол был привычно расстегнут, обнажая белоснежную сорочку, облепившую мощную грудь. Вальяжно откинувшись на спинку кресла, дракон наблюдал за мной, чуть склонив голову набок. Всей своей позой, опасным прищуром золотистых глаз, будто ведя со мной диалог: — Что еще ты задумала, Рона?

Ответом ему был мой кристально-честный взгляд: — Ничего, господин ректор.

Судя по дернувшемуся уголку рта, Инферно мне не поверил.

— Если вы позволите, господин ректор, мы с моей... дочерью немного прогуляемся по территории академии, заодно и поговорим, — лорд Блейз вмешался в это странное немое противостояние.

Инферно продолжал буравить нас тяжелым взглядом, но поделать ничего не мог.

— Не вижу причин отказывать, — процедил он, явно не желая нас отпускать.

— В таком случае... Рона, идем.

Поклонившись, Блейз направился на выход. Я на негнущихся ногах последовала за ним, чувствуя, что Инферно продолжает смотреть на нас.

Один-ноль в мою пользу, дракон!

*****

— Ну и что это за маскарад, где моя дочь? — стоило нам отойти в безлюдное место, как пожилой дракон развернулся ко мне, и я отчетливо поняла: врать ему точно не стоит. Передо мной стоял матерый хищник, с которым шутки могли закончиться плохо. И единственная причина, почему он не выдал меня, заключалась в том, что лорд Блейз не хотел вмешивать постороннего в семейное дело.

— Позвольте, я все объясню, — вздохнув, я рассказала отцу настоящей Вероны, как познакомилась с ней, и мы поменялись местами. Я поехала в академию, а она в домик, оставленный няней.

— Вот как... — лицо дракона окаменело, стоило мне замолчать. Он явно воспринял это как личное оскорбление.

Может быть, я смогу чуть сгладить это впечатление?

— Поверьте, лорд Блейз, ваша дочь очень переживала и не хотела обманывать вас, но...

— Не стоит утруждаться, юная леди, — убийственно-ледяной голос дракона не оставлял сомнений в том, насколько он зол. — Верона знает, что я не терплю непослушания, а мое слово — закон.

Я мысленно закатила глаза. Где-то я уже все это слышала.

— Все драконы в нашей семье оканчивали АД, и поверьте, она тоже закончит именно эту академию, а желание учиться в Элодийской академии лишь каприз взбалмошной глупой девчонки.

Ах вот даже как?

Не знаю, что на меня нашло. Может, обида за свою почти тезку — Верону. А может, в ее отце я сейчас увидела своего, которому высказать ничего не могла по понятным причинам. И который тоже все решил за меня. В любом случае молчать я не стала.

— Верона — чудесная девушка и хорошая дочь. Но вы запугали ее, лорд Блейз. Настолько, что она предпочла сбежать, воспользовавшись вашим отъездом, и теперь вынуждена скрываться. По-вашему, это нормальные отношения между отцом с дочерью? Разве учеба тому, что тебе действительно интересно — это преступление?

— Ты забываешься, девочка, — глаза дракона угрожающе сверкнули — он явно не привык к такому обращению. Но остановиться я уже не могла.

— Рона мечтала учиться в Элодийской академии, это было ее мечтой с детства. А вы эту мечту растоптали, наплевав на нее. Она ведь умоляла вас не отправлять ее в АД, говорила, что ей страшно, что их порядки не для нее. Каково ей было видеть, что самый близкий человек не пожалел ее, не поддержал? Посчитал вещью, не имеющей право на собственное мнение?

Я замолчала, тяжело дыша, понимая, что и так сказала много лишнего, и теперь дракон наверняка выдаст меня Инферно. Плевать. Зато на душе стало чуточку легче. Как будто я сейчас выпустила наружу всю обиду на отцов — своего и Вероны.

Блейз продолжал прожигать меня нечитаемым взглядом, а потом вдруг спросил:

— В какой группе ты учишься?

— Боевой, — буркнула я.

— Ну конечно. Я мог бы и сам догадаться, — дракон неожиданно усмехнулся.

— И про свой побег из дома ты мне, конечно, не расскажешь?

Я отвела глаза.

— Простите, я не могу.

Дракон кивнул и устремил задумчивый взгляд на холмы, больше ничего не спрашивая.

Я тоже молчала, стоя рядом. От того, какое решение он примет сейчас, зависело мое будущее.

— Я всегда мечтал, чтобы у меня родился сын, но родилась Верона и целители запретили ее матери больше рожать. Каждый из моих предков с почетом заканчивал Академию Драконов: этой традиции много веков, она нерушима. Я пытался привить Вероне качества огненного дракона, но она пошла характером в мать, — лорд вновь замолчал.

— Видимо, пора признать, что у меня ничего не вышло.

— Вы не... — запротестовала было я, но дракон остановил меня властным жестом руки.

— Я не буду выдавать тебя лорду Инферно, вижу, что ты прекрасно можешь постоять за себя. Но мой тебе совет, девочка, если уж мы заговорили о жизни. Не беги от нее. Истинный дракон встречает судьбу лицом к лицу. Этот урок вам с Вероной еще предстоит усвоить.

Кивнув на прощание, дракон направился в сторону ворот, оставив меня стоять и смотреть ему вслед.

Может, он и прав. Пора заканчивать этот обман. Связаться с отцом, сказать, где я нахожусь. Возможно, он даже позволит мне остаться учиться здесь — какое-то время. Удивительно, но сейчас я уже не так сильно хотела попасть в Элодийскую академию магии. Привыкла к АДу, наверное. К тому же, у меня появились друзья.

И... он.

Я помрачнела, вспомнив об Инферно. Отец наверняка будет настаивать на скорейшей помолвке. И если я соглашусь: позволит ли дракон мне учиться дальше? Какие у него вообще планы?

Вот я и подошла к тому, с чего начинала: нужно каким-то образом узнать истинные причины его помолвки именно со мной — до того, как я сдамся отцу. Вот только как это сделать?