— Кто я? — возмущенно выкрикнула я в сырое, пропитанное запасами пространство, и бросилась к двери, на поверхности которой мерцали холодным, неприступным синим светом сложные защитные символы. Каждый узор будто пульсировал в такт моему учащенному сердцебиению.
— Воришка, — с нескрываемым удовольствием повторил тот же металлический голос, доносящийся словно бы из самой толщи камня над моей головой.
— Сам ты такой! — прошипела я и кинулась к двери.
Лихорадочно попыталась засунуть тяжелый ключ в затянувшуюся магической патиной замочную скважину, но металл не желал входить, словно ее вовсе не существовало. Что за проклятый замок! Попытка с размаху ударить плечом о массивную дубовую доску успехом не увенчалась — дверь не поддалась ни на миллиметр, а по руке отдало тупой болью.
— Я не воришка! Я секретарь! — почти взвыла я от бессилия, в отчаянии хлопнув ладонью по холодному дереву. — Выпусти меня отсюда! Немедленно.
— Секретарь в кладовой — все равно что воришка! — прокомментировал голос, и в нем явственно слышалось злорадство. — Секретарь должен с документами работать, а не продукты тырить!
Вредный дух был неумолим. И сейчас я уже не сомневалась, что веду диалог именно с ним — невидимым хранителем этих подземных сокровищ, состоящих из свиного бока, маринованных паттисончиков и круглых головок сыра.
— Я секретарь только формально! На самом деле я замещаю Вивьен, пока она в отпуске! — Я попыталась вложить в голос как можно больше искренности и уверенно, но он дрожал от холода и обиды. Да и слова звучали, признаться, как нелепое оправдание.
— Врешь, — безжалостно припечатал дух. — Все воришки врут. А все домоправительницы перед входом в кладовые представляются по форме. Четко и внятно. Ты представилась? Нет, а на нет и продуктов нет!
— Но я не знала! Давай я представлюсь сейчас? Прямо здесь? — в голосе моем зазвучала отчаянная надежда.
— Ты не знала, потому что врешь и воришка, — последовал невозмутимый ответ, окончательно хороня все попытки договориться.
— И что мне делать? Выпусти меня! Не могу же я тут сидеть вечно?
Но дух решил, что лимит общения с незваными гостями исчерпан, и замолчал.
Я принялась кричать, звать на помощь, но в ответ услышала лишь гулкое, насмешливое эхо, многократно отражающееся от каменных стен, и тихий, шипящий смех духа-хранителя, разносящийся по всем уголкам подземных залов. Помощницы на кухне, конечно же, меня не слышали. Кро пытался помочь, яростно царапая дверь своими металлическими лапками, издавая визгливый скрежет, но это было абсолютно тщетно.
Я понимала всю комичность и одновременно ужас своего положения: я была заперта в самом сердце замка, в окружении тонн еды, которую должна была приготовить, но не могла выбраться, чтобы это сделать. Силы окончательно оставили меня. Я медленно сползла по двери на холодный каменный пол, усеянный крошками и крупинками соли, и уткнулась лбом в колени. Гигантские окорока, свисавшие с потолка, и молчаливые бочки с солеными огурцами стали свидетелями моего полного поражения. Ну, наверное, меня все же спохватятся? Рано или поздно?