Три крошечные феи, словно светящиеся мотыльки, порхали вокруг меня, и с каждым их движением в воздухе расцветала магия. Та, что с лазурными крылышками, парила прямо передо мной, а ее сестры с крыльями цвета расплавленного золота и темного аметиста кружили вокруг, оставляя за собой сверкающие шлейфы. Под их легким, почти невесомым прикосновением творилось настоящее волшебство.
Я замерла, завороженная, наблюдая, как из ничего, из воздуха и света, ткется ткань — тяжелая, шелковистая, глубокого изумрудного оттенка, напоминающего хвойный лес в сумерках. Она обвила мое тело, сама формируя идеальный крой: лиф с изящным вырезом, подчеркивающий талию, утягивающий корсет и мягко струящаяся юбка, которая переливалась при малейшем движении. Это было платье, о котором я могла только мечтать. Дорогое и изящное, достойное принцессы, а не кухарки.
Но на этом волшебство не прекратилось. Едва закончив с вечерним нарядом, феи, не теряя ни секунды, продолжили работу. Шкафы в моей комнате сами распахнулись настежь. Из сверкающих роев магической пыли на полках стали материализоваться другие наряды. Вот появились несколько строгих, но безупречно скроенных платьев для работы — из плотного серого материала, с белыми отложными воротничками и манжетами, простые, элегантные и практичные. Рядом повисли платья для прогулок по замковым садам — из мягкого льна и хлопка, нежных пастельных тонов, с вышитыми у горловины крошечными цветами.
Затем возникло еще одно вечернее платье, чуть менее торжественное, но от того не менее прекрасное — цвета ночной горечавки, с серебряной нитью по подолу. Появились юбки, блузы, утонченные жилеты… Комната наполнилась шепотом шелка, шелестом льна и мерцанием магии. К концу этой невероятной сессии, которая длилась, возможно, полчаса, а возможно, целую вечность, у меня был полностью собранный, продуманный до мелочей гардероб, достойный знатной леди.
Пока две феи с аметистовыми и золотыми крыльями занимались одеждой, лазурная фея подозвала своих сестер. Они с веселым хохотом закружились возле моей головы. Я почувствовала, как мои непослушные волосы, заплетенные в простую и давно растрепавшуюся косу, сами собой расплелись. По ним пробежала волна тепла, и они уложились в сложную, но изящную прическу. Пряди легли мягкими волнами, кое-где перехваченными невидимыми шпильками. Лицо будто озарилось изнутри — усталость исчезла, кожа засияла, глаза заблестели. Я смотрела на свое отражение и не могла поверить. Я выглядела чужой и невероятно прекрасной.
Сделав свое дело, феи с легким, прощальным перезвоном крылышек ринулись обратно в лакированный сундучок. Крышка захлопнулась сама собой. Гектор, неподвижно стоявший все это время у двери, шагнул вперед, взял сундук и произнес:
— Гардероб собран. Теперь можно велеть, чтобы накрывали на ужин. Лорд ждет.
Секретарь, развернувшись, вышел, оставив меня одну в комнате, наполненной ароматом цветов и дорогих тканей.
Ошеломленная, почти не веря в происшедшее, я выпорхнула в коридор и помчалась вниз, по только что вычищенным лестницам, в большую столовую. Замок преобразился. Вместо пыли и мрака повсюду сияла чистота, а в столовой люстры заливали помещение теплым светом. Воодушевленная этим днем, я с легкостью, на которую сама не рассчитывала, позвала магию. Серебряные приборы сами улеглись на идеально отглаженную белоснежную скатерть, хрустальный бокал занял
свое места, а в центре стола появились скромная, но изящная цветочная композиция из темно-синих и серебряных бутонов. Я поставила перед одним из стульев тарелку и положила салфетку, которую даже получилось финдиперстово загнуть. Теперь она напоминала немного кривоватую розочку.
И в этот момент в дверях появился Темный Лорд. Его взгляд скользнул по сияющей столовой, по накрытому столу, и на мгновение задержался на мне в новом платье. В его глазах мелькнуло что-то неуловимое — возможно, одобрение, возможно, удивление. Но затем его брови слегка нахмурились.
— Леди Амалия, — произнес он с легкой улыбкой, от которой сердце затрепетало. — А где ваш прибор?
Я замерла, сбитая с толку.
— Мой… прибор? — переспросила я не понимая.
— Да. — Он сделал несколько шагов вглубь комнаты, и его тень легла на стол. — Вы ведь не думали, что я буду ужинать один? В этом замке не так много живых людей, чтобы пренебрегать компанией. Будьте любезны, не откажитесь разделить со мной трапезу.