Семейное древо

Глава 11

– Очевидно же, что у него был подготовлен запасной аэродром, – с видом эксперта произнесла Вероника, когда они со Светой зашли ко мне на следующий день.

Я проплакала всю ночь и большую часть дня. Мне не хотелось никого видеть и ни с кем общаться, но, обеспокоенные моим внезапным молчанием подруги, решили зайти и проверить, все ли со мной в порядке.

– Ник, ну не надо. Не думаешь же ты, что он крутил романы на стороне? – попыталась сгладить резкость подруги Света.

– Конечно нет, просто шел и внезапно встретил любовь всей своей жизни. С каждым может случиться.

– Слушайте, – я резко села. – А ведь действительно изменял! У него частенько случались авралы на работе, были какие-то «деловые» встречи в выходные, незапланированные командировки. Получается, когда он развлекался со мной, где-то там у него была другая такая же дурочка. Я так хотела семью. Хотела детей. Мужа. Свой дом. А он убеждал меня, что мечтает только о свободе и удовольствиях. И теперь все, чего хотела я, будет у него! А я опять осталась одна, без дома, без семьи и без всякой радости жизни!

На последних словах голос предательски дрогнул, и Света, предчувствуя скорую историку, убежала на кухню за водой.

– Милая, ну не надо так. Все наладится, – она гладила меня по спине, пока я, икая, пыталась сделать хотя бы глоток воды.

– И дом у тебя есть, справедливости ради, – Вероника для наглядности обвела рукой мою новую спальню. – Местами очень даже уютный.

– И у тебя есть друзья, – добавила Света. – Ты погорюй немного, это даже полезно, но завтра утром встань, умойся и переверни эту страницу.

– И вообще, – лукаво глядя на меня сказала Вероника, – я думала, что ты уже давно утешилась.

– В каком смысле? – от удивления я даже перестала икать.

– Ну как же? Я говорю об одном деревенском пареньке, который каждый день тут пороги обивает.

Я продолжала таращиться на подругу в недоумении, и она терпеливо пояснила:

– Я про Егора.

Я не рассказывала им о нашем вчерашнем романтическом моменте. Да и теперь он уже не имел никакого значения, после того как я бесцеремонно выставила Егора за дверь, ничего не объяснив, вряд ли он захочет предпринять еще одну попытку меня поцеловать. Моя реакция на сообщение от бывшего говорила лучше любых слов.

Визит подруг меня немного отвлек, но ночью невеселые мысли вернулись и закрутились в голове с новой силой. Я ясно осознала, что больше не люблю Кирилла. Я его ненавижу. Ненавижу за его обман, двуличие и больше всего за то, что он счастлив. Ярость требовала выхода, поэтому едва за окном забрезжил рассвет, я облачилась в удобную одежду и направилась прямиком к садовому сараю, полная решимости выместить свою злость на сорняках, заполонивших весь двор Клавдии.

Сарай был очень старым. Доски местами прогнили и сквозь бреши в тонких стенах можно было разглядеть нагромождение различных садовых инструментов, старых ведер и какого-то хлама, который хозяева год за годом складировали в небольшом помещении в надежде в один прекрасный день от него избавиться. Замок был под стать строению – старый и ржавый, очевидно, что его давно не открывали, поэтому мне пришлось напрячь все свои силы в попытке повернуть ключ. Я даже думала, что проще будет сбить его с ржавых петель, как вдруг внутри что-то щелкнуло и замок повис, болтаясь на дуге.

Но открыть дверь еще полбеды. Чтобы добраться до садового инвентаря пришлось изрядно потрудиться. Сначала я вытащила старые прогнившие доски, преграждающие вход в помещение, следом пошли коробки с ржавыми болтами, гвоздями и металлическими деталями неизвестного назначения.

Обливаясь потом и безостановочно чихая от пыли, я смогла добраться до дальней стенки старая, спустя примерно час. Там на грубо сколоченных полках примостились разномастные цветочные горшки, потрескавшиеся от времени, на вбитых в трухлявые стены крюках висели заржавевшие грабли, тяпки, а в углу прислоненная к стене стояла лопата с налипшим на штыке комом грязи.

Да, садоводством Клавдия не занималась давненько, что неудивительно, учитывая ее возраст. Я достала грабли, проверила их на прочность и заключила, что еще одну уборку они вполне могут выдержать.

Но, когда начала снимать их с крюка, рукоятка за что-то зацепилась, и мне пришлось напрячься, чтобы высвободить инструмент. Наклонившись, чтобы рассмотреть, какой еще хлам навален в дальнем углу, я с удивлением обнаружила старый полуистлевший чемодан. Его покрывали пятна плесени, вездесущая ржавчина изъела замки, и когда я потянула за ручку, она осталась у меня в руках, а чемодан с глухим стуком упал на пол. От удара замки раскрылись и все гниющее содержимое вывалилось на старый дощатый пол.

Преодолевая отвращение, я кое-как побросала все обратно и, ухватившись за край крышки, выволокла свою находку из темного угла поближе к дневному свету. З долгие годы в сыром, продуваемом всеми ветрами сарае, содержимое чемодана превратилось в слипшийся заплесневелый комок того, что отдаленно напоминало женскую одежду. Нечто с цветочным узором, несомненно, было когда-то летним платьем. Под ним лежала грязная коричневая юбка, блузка с кружевом на манжетах, чулки, сморщенные туфли, пластмассовый гребень. На крышке чемодана изнутри был небольшой карман, я просунула в него руку и вытащила небольшую металлическую коробочку. Внутри оказались старомодные серьги с красными камнями, бусы и фотография. Две смеющиеся девушки под цветущей яблоней. Клавдия и Алевтина. Ее сестра. Сестра, которая, якобы уехала, оставив чемодан со всеми своими вещами в старом садовом сарае. Точно такой же снимок я нашла в книге у кровати Клавдии в тот день, когда впервые сюда приехала.

Мысли понеслись с бешеной скоростью. Я нашла чемодан, который, вероятнее всего принадлежал Алевтине. Но, если здесь остались ее вещи, то где же она сама? Все кусочки головоломки стали складываться в более-менее ясную картинку: странное замкнутое поведение Клавдии, деревенские сплетни о том, что она виновна в смерти сестры, надпись «Моя мать – убийца» в старом альбоме…

Но мои размышления прервало внезапное появление Егора.

– Доброе утро! Увидел, как ты воюешь с сараем и решил помочь на случай, если ты решишь повредить еще какую-нибудь часть тела.

Я не отреагировала на его шутку, но сосед увидел, что я склонилась над чем-то и присел рядом.

– Это что?

– Вещи Алевтины, – я подняла на него глаза. – Ее чемодан, с которым она якобы сбежала.

– Да не может быть! – Егор недоверчиво подтянул чемодан ближе к себе.

Он перебирал нехитрое содержимое чемодана, просунул руку в тот же карман, из которого я достала коробку и на лице его отразилось беспокойство.

– Погоди, тут еще что-то.

Аккуратно отогнув заплесневелую ткань, он вытащил кусочек бумаги, завернутый в полиэтиленовый пакет. Осторожно извлек записку и попытался разобрать, написанные карандашом строчки.

– Аля, встречаемся у водонапорной башни на рассвете. Виктор.

– Я же говорила! – я чуть не подпрыгнула от переполнявших меня эмоций. – Алевтина действительно хотела сбежать с возлюбленным! Но не смогла! Что-то пошло не так! Клавдия… – я была готова озвучить страшную истину, но Егор меня перебил.

– Так. Стоп. Мы сейчас с тобой надумаем Бог невесть что. Это не дело.

– Но факты!

– Согласен. У нас есть чемодан, предположительно принадлежавший Алевтине. И записка, адресованная ей. Пока все.

– Еще у нас есть факт исчезновения Алевтины!

– Мы знаем, что она не связывалась ни с кем из тех, кого мы опросили, но это не значит, что она исчезла бесследно.

– Ты мыслишь слишком рационально.

– А ты торопишься с выводами.

После небольшой паузы Егор добавил:

– Ладно, а ты вообще зачем сюда полезла?

Я, уже успевшая забыть, что собиралась вычистить двор Клавдии и таким образом исцелиться от сжигающей меня ярости, промямлила:

– Сорняки.

– Сорняки?

– Да, хотела двор в порядок привести.

– Значит, этим и займемся. А чемодан пока вернем на место. Подумаем об этом позже, договорились? А сейчас за работу.

Я не знаю, на что рассчитывала, собираясь привести в порядок двор, которого не касалась рука человека по меньшей мере последние пару-тройку лет, в одиночку, ведь вдвоем с Егором мы провозились до самого вечера. Руки уже не слушались, нога начала болеть, а живот сводило от голода. Но результаты работы впечатляли. Мы вырвали все сорняки, Егор подрезал кусты и разросшиеся деревья, плечом к плечу мы неистово сражались с распространившимися по всему участку вишневыми побегами и теперь любовались аккуратным чистым двором.

– Слушай, а что с этой яблоней? – он подошел к дереву, рядом с которым стояла скамеечка Клавдии. – Она засохшая, надо бы спилить.

– Но точно не сегодня. – Я опустилась на скамейку и без сил прислонилась к сухому стволу. Егор пристроился рядом. Я внутренне сжалась ожидая, что он заведет разговор о вчерашнем вечере, но вместо этого он сказал:

– Надо идти.

– Куда? Я уже не в состоянии.

– Как куда? Ужинать!

– Ой, нет. Брось меня здесь и иди. Я до завтрашнего дня не смогу сделать ни шагу.

– Тогда придется взвалить тебя на плечо и нести.

Я устало хохотнула, но с места не сдвинулась.

– Я не шучу, – предупредил Егор.

– А в городе мы могли бы заказать доставку… – тоскливо протянула я.

– Мы и здесь можем, но у них в меню нет моих фирменных бутербродов.

– Ого! Да у нас намечается блюдо от шефа?

– Если у тебя есть хлеб и колбаса, я тебя удивлю своим кулинарным мастерством.

– Такое нельзя пропустить. Уговорил, – я с трудом поднялась на ноги, тяжело опираясь на протянутую мне руку.

На кухне Егор усадил меня за стол, заботливо подвинул табурет, чтобы я положила на него гудящие от усталости ноги, и принялся за приготовление ужина. Я наблюдала за ним, время от времени подсказывая, где что лежит.

– Знаешь, очень вкусно, – похвалила я, когда стол был накрыт. Из того, что нашел в холодильнике, Егор приготовил отличный ужин.

– Учился у лучших, – усмехнулся он.

Федя по привычке устроился у него на коленях и удовлетворенно мурлыкал.

– Так, что мы имеем, – тем временем размышлял Егор, – Записка, чемодан, пропавшая девушка.

– Негусто.

– Согласен.

– У меня в голове вырисовывается такая картина: Алевтина на танцах в местном клубе познакомилась с парнем.

– С Виктором, – подсказал Егор.

– С Виктором, – я согласно кивнула, – И решила с ним сбежать. Клавдия разозлилась, ведь сестра перечеркнула все их общие планы на будущее: вместе переехать в город, получить образование и надежду на лучшую жизнь вдали от зловредной мачехи. В ночь побега Клавдия поймала Алевтину с чемоданом, завязалась ссора, в ходе которой Клавдия могла случайно толкнуть сестру, та как-то неудачно упала и умерла.

– А где тело тогда?

– Не знаю. Сбросила в пруд?

– Нашли бы. Единственный вариант – закопать в саду. Но, – он предупреждающе поднял палец, видя, как загорелись мои глаза, – не так просто вырыть достаточно глубокую яму, чтобы закопать труп. Тем более с ними жила мачеха, она наверняка бы увидела.

– А она и увидела! – от внезапной догадки у меня перехватило дыхание. – И поэтому у нее от шока случился удар. Но она умерла в больнице и никому ничего не смогла рассказать.

– Тебе бы детективы писать, знаешь?

– Но ведь логично же все получается, согласись? И вполне ложится на местную страшилку про Клавдию.

– В этом-то и проблема, – Егор задумчиво почесал подбородок, – видишь ли, твоя версия слишком неправдоподобна. В жизни так не бывает.

– И как же, по-твоему, бывает? – насупилась я.

– Алевтина сбежала. Вои и весь рассказ.

– А чемодан?

– Да что чемодан? Может она там просто старые вещи хранила.

– А записка?

– Засунула, чтобы никто не нашел. Кто станет искать в чемодане, набитом старым барахлом?

Слова Егора меня не убедили, я чувствовала, что в этой истории не так все просто. Сосед заметил это и спросил:

– Хорошо, если мы предположим, что Клавдия действительно убила Алевтину и зарыла труп в саду, тебе не страшно будет здесь оставаться? Ты же в этом доме совсем одна.

От его слов по спине пробежал холодок:

– Вот ты это сказал, и стало страшно!

– А иметь в роду бабушку-убийцу не страшно?

– Знаешь, – я замялась, – мне сложно воспринимать ее как бабушку. Все-таки о ее существовании я знаю всего два месяца, поэтому мне так просто рассуждать на тему убила она свою сестру или нет. Я смотрю на это как бы со стороны, безотносительно ко мне и моей семье. Но, конечно, если задуматься, я бы хотела, чтобы деревенская страшилка так и осталась просто страшилкой.

– Так и думай об этом. Не забивай себе голову прошлым, смотри в будущее. Или хотя бы наслаждайся настоящим. Кстати, о настоящем. Ты прости, я в тот вечер повел себя неправильно. – Он смущенно кашлянул, подбирая слова. – Не хотел тебя обидеть. Обещаю, что это больше не повторится.

Надежда в сердце увяла, не успев расцвести.

– Нет, дело не в тебе. Просто… – мне не хотелось вспоминать о Кирилле и его предательстве, но объясниться было необходимо: – Я получила сообщение. От бывшего.

– Понятно. Он все осознал и хочет вернуться?

– Вот уж нет! – я истерически хохотнула. – Он решил сообщить мне, что женится.

– Очень благородно с его стороны, – с сарказмом ответил Егор.

– Ладно, это уже точно в прошлом. Просто вчера эта новость несколько выбила меня из колеи. И, поверь, к тебе это не имеет никакого отношения

Я надеялась, что Егор скажет что-то еще, но мои объяснения его полностью удовлетворили и обсуждать произошедшее между нами, он больше не захотел. Что ж, хоть в чем-то я оказалась права: продолжения не будет.