Семейное древо

Глава 13

Дождь барабанил по крыше всю ночь. Вставать не хотелось совершенно. Я потянулась и перевернулась на другой бок. Сразу же встретилась с полуприкрытыми глазами Феди. Он явно разделял мое нежелание вылезать из теплой постели. Но, если кот может себе это позволить, то мне придется собраться с силами и все-таки встать.

Казавшаяся в солнечном свете светлой и уютной кухня сегодня снова была сырой и холодной. Чтобы разогнать эту серость я решила приготовить пирог. Запах свежей выпечки – один из моих любимых, а позавтракать теплым пирогом в такое ненастье – именно то, что нужно.

Через полчаса по дому разносился аромат яблок и корицы, в чайнике заваривался чай, на столе красовались нарядные чашки и сверкающие приборы. Краем глаза я заметила мелькнувшую во дворе тень и через мгновение услышала, как открывается дверь, и Егор на пороге стряхивает с себя капли дождя.

– Привет! Это я.

Еще через секунду он уже сидел за столом, выжидающе на меня глядя.

– Пахнет невероятно вкусно.

– Сейчас будем пробовать, – и я отрезала ему огромный кусок пирога.

Из коридора показалась заспанная кошачья морда. Федор нехотя прошел к столу, лениво потерся об его ножку и грациозно запрыгнул Егору на колени. Тот моментально оторвался от пирога и принялся чесать наглого кота между ушей:

– Здорово, дружище! Тоже голодный? Хочешь пирожка, маленький мокрый носик?

Я с удивлением наблюдала, как этот здоровенный детина сюсюкает с котом. Кот, кстати говоря, ласку оценил и удовлетворенно заурчал.

– Как прошел девичник? – спросил Егор, беря с тарелки еще один кусок пирога.

– Отлично, – не считая, конечно, гадания, но об этом я рассказывать не собиралась. Я встала, чтобы вымыть тарелку, но стоило мне повернуть вентиль, как вода из крана брызнула во все стороны. Егор мгновенно оказался рядом, пытаясь заткнуть поток воды кухонным полотенцем.

– Перекрой воду!

Я бросилась в ванную, наугад повернула все вентили, и услышала, как Егор отбросил в сторону промокшее насквозь полотенце.

– Не хочу тебя пугать, но похоже, кран придется менять. И труба под мойкой вызывает серьезные опасения.

Вот вам и вчерашнее гадание. Башня. Разрушение. Кто же знал, что все исполнится настолько буквально.

Я устало опустилась на стул.

– Этого еще не хватало. Егор, скажи честно, что бы ты сделал на моем месте? Продал бы старую развалюху и дело с концом, или взялся бы за ее ремонт?

– Ну, – Егор задумчиво почесал нос, – у нас и была когда-то развалюха. Не такая, конечно, старая, как твоя, но вложений требовала предостаточно. Когда я начал прилично зарабатывать, первым делом предложил родителям снести тот дом и построить новый. Но для меня это было единственно верным решением – это мои родные места, я привязан и к этой деревне, и к людям вокруг. И чем дольше я жил в Москве, тем яснее понимал, что мое сердце здесь. А ты – другое дело. По большому счету тебя здесь ничего не держит.

– Проблема в том, что меня нигде ничего не держит. Знаешь, иногда смотрю на этот дом и думаю, как бы я могла его перестроить. Сделать, например, новую веранду. Если получится немного расширить проход из кухни и поставить стеклянные двери, такие с маленькими квадратиками окошек, то можно будет любоваться цветами, которые будут расти на веранде. Летом там можно будет пить чай за круглым столом, а если ее утеплить, то и зимой тоже. Я бы сорвала эти жуткие желто-коричневые обои и выкрасила все в светлые цвета, покрыла лаком полы, чтобы блестели на солнце, купила новую красивую мебель и жила бы долго и счастливо, но…

– Но?

– Но я не знаю. Вдруг это ошибка?

– Я так думаю: не попробуешь – не узнаешь. Кран придется чинить в любом случае, а заодно можешь поговорить со специалистом по поводу всех своих идей. И, кто знает? Вдруг ты действительно приведешь здесь все в порядок и решишь остаться?

– И у тебя есть такой специалист? – хитро прищурилась я.

– Обижаешь! Конечно, есть!

Пока Егор разговаривал по телефону, я устраняла последствия недавней катастрофы. Мне было страшно признаться даже самой себе, что иногда мысли о том, чтобы остаться здесь жить все чаще всплывали в моей голове. И когда я так вдохновенно рассказывала об этом Егору, в моем воображении была абсолютна ясная картинка прекрасного будущего, которое ждет меня впереди. Так легко было в это поверить, но реальность слишком далека от моих фантазий: дом требует серьезных вложений, к которым я вряд ли готова.

Из моих размышлений меня вырвал голос Егора:

– Андрей может подъехать к двенадцати.

– Отлично! Как раз успею переодеться, – я все еще была в мокрой майке, которая неприятно липла к телу.

Егор будто опомнился и тоже засобирался домой, на пороге он обернулся и сказал:

– Если хочешь, я могу остаться.

– Нет, спасибо. Я справлюсь.

Мой ответ, казалось, его разочаровал, но я пообещала рассказать ему, какой вердикт вынесет его приятель.

Прораб оказался точным, как часы, и ровно в полдень постучал в мою дверь. Утренний ливень перешел в неприятную морось, но Андрея это не остановило от осмотра фасада дома.

– Обожаю старые дома! – глаза прораба горели от восторга. – Не потому, что они требуют дорогостоящего ремонта, хотя, это конечно, тоже плюс, не буду скрывать. Но это же живая история! Потрясающе!

Мы сделали несколько кругов, рассматривая дом снаружи, Андрей что-то записывал в свой блокнот, иногда давая комментарии:

– Крыльцо нужно будет подлатать.

– Ступеньки осыпались.

– Дверь менять.

И тому подобное. Я уже начала замерзать, когда он наконец удовлетворился увиденным и мы вошли внутрь.

Подтекающий кран и гнилые трубы его не сильно заинтересовали, он молча достал телефон, коротко с кем-то переговорил и вынес вердикт:

– Через час подъедет сантехник, все поменяет. – Но, – строго сказал он, – нужно понимать, что это временная мера. По-хорошему нужно менять все. Чудо, что труба не лопнула и не затопила здесь все гораздо раньше.

Я посчитала, что это отличная возможность озвучить мои гипотетические планы по реконструкции дома.

– Мне бы хотелось, здесь все немного обновить. Может, снять старые обои, покрасить стены. Разобрать сгнившую веранду и пристроить новую. Покрыть лаком полы, поменять двери, плитку в ванной…

Андрей слушал меня, внимательно осматривая фронт работ. Его молчание немного стало уже напрягать, когда он наконец произнес:

– Значит так, слушай. Дом старый, сама понимаешь. Как я сказал ранее, нужно менять все: проводку, трубы, батареи. Фундамент вроде крепкий, но это мы еще будем смотреть с ребятами. На крышу сейчас не полезу, скользко, но ее тоже нужно будет проверить и при необходимости заменить кровлю. Окна старые. Полы покрашены, мы все это снимем, посмотрим, в каком состоянии доски, если все нормально, заделаем щели, покроем лаком. Сохраним частичку истории, так сказать. Стены однозначно выравнивать. Потолки смотрю, чем-то зашиты. Там, скорее всего спрятаны балки. Нужно будет все это убрать, чтобы проверить сохранность конструкции. Дальше решай сама: можем зашить все обратно, можем оставить. Стены покрасить – ерунда, по сравнению с тем, что нужно сделать обязательно.

Я уже чувствовала, что ремонт обойдется мне очень недешево. К моменту, когда мы подошли к веранде, мой боевой настрой испарился без следа.

– Ну тут все ясно. Ломать и строить заново.

Я поделилась с Андреем своей идеей по поводу стеклянных дверей и оранжереи на веранде, он согласно кивнул и добавил:

– Сделаем ее немного шире, утеплим и будешь тут чаи гонять круглый год. Только яблоню придется спилить. Ничего?

– Ничего, она все равно засохшая.

Мы договорились, что к завтрашнему утру он составит смету, и, если меня все устроит, то уже в конце недели бригада приступит к работе. Андрей заверил меня, что в его команде есть все необходимые специалисты. И несмотря на то, что работы предстоит много, прораб прикинул, что уже через два месяца я буду пить чай на своей новой веранде. Он даже поделился со мной контактами мебельщика на случай, если я решусь выбросить старые кухонные шкафчики и на их место повесить что-нибудь «более приличное».

Уходя, он сунул мне в руки визитку с контактами компании по изготовлению окон и настоятельно рекомендовал с этим не затягивать.

Вечером, когда мы с Никой и Светой собрались у меня, я поделилась с подругами планами по ремонту дома.

– Обалдеть! Это же так круто! – Света даже захлопала в ладоши от радости.

– Пока здесь будут все крушить, переберешься ко мне, – практично заметила Ника.

– Погодите, я еще ничего не решила, – попыталась я охладить их пыл. – Все-таки это очень серьезное решение. Если я решу ремонтировать дом, то это будет означать, что я намерена здесь остаться, а в этом я как раз и не уверена.

– Почему? Два месяца ты здесь вполне неплохо живешь, – возразила Ника.

– Согласна, сама удивляюсь. Но что, если мне здесь надоест?

– А тебе надоест?

– Раньше всегда надоедало.

– Вспомни гадание: карта Повешенный – пора уже принять решение.

– Чтобы повеситься?

– Дурында! Чтобы остепениться! Я знаю один надежный способ понять, чего ты хочешь на самом деле. Нужно бросить монетку.

– Смеешься?

– Я абсолютно серьезна: ты либо обрадуешься результату, либо он тебя расстроит. Давай проверим.

Ника выудила из кармана джинсов монетку:

– Орел – остаешься, решка – уезжаешь. Готова?

Я кивнула и подбросила монетку.

– Орел, – я с облегчением улыбнулась.

– Вот видишь, – Ника весело подмигнула, – ты радуешься.

Я действительно была рада, но все же не могла доверить такое важное для себя решение случаю.

– Я бы хотела, чтобы ты осталась, – тихо сказала Света.

Умом я, конечно, понимала, что безрассудно спускать почти все свои накопления на дом в деревне, где я провела чуть больше двух месяцев. Да, сейчас мне здесь нравится, у меня появились друзья и даже кот. Но дальше что? Пускай работать я могу отовсюду, но вдруг завтра пасторальные пейзажи мне наскучат и захочется движения и скорости большого города? И что тогда? При продаже дома мои вложения никогда не окупятся, я это прекрасно понимала. Но вот сердцем чувствовала, что оно того стоит.

Телефон пиликнул. Я привычно напряглась, ожидая очередного сообщения от Кирилла, хотя только вчера заблокировала его номер. К счастью, это оказалось письмо от Андрея – он прислал смету даже раньше, чем обещал. Я не удержалась, открыла сообщение и сдавленно охнула. Подтвердились все мои самые страшные опасения – на ремонт уйдет больше половины моих сбережений.

– Выше нос! У тебя хотя бы есть сбережения, – подбодрила меня Вероника. – И даже что-то останется.

– И мы тебе поможем, подхватила Света. – Смотри, у тебя буфет какой хороший! Мы его почистим, отшлифуем, подкрасим, тут ящичек нужно будет починить, я папу попрошу. И будет красота! Давай еще посмотрим, что нам пригодится.

Мы прошлись по дому и отметили, что в общем-то довольно многое из вещей Клавдии можно будет отреставрировать, придав старой мебели более современный вид. К счастью, в этом отец Светы был мастером, а мы с Никой пообещали в случае необходимости ему помогать. Настроение улучшалось на глазах. В любом случае, денег я еще заработаю. Так может, стоит пуститься в эту авантюру?

Два месяца назад я была абсолютно уверена, что избавлюсь от неожиданного наследства при первой же возможности. Но сейчас все было иначе. Я представила, как покидаю этот дом и этих людей навсегда, и сердце сжалось от тоски. Будь что будет. Я остаюсь.