Системный рыбак – 7

Глава 6

Вода сомкнулась над головой.

Озёрный холод мазнул по лицу, но тут же отступил. Я активировал «Глубоководного Ныряльщика», и тело откликнулось мгновенно. Мышцы налились знакомой упругостью, потому что пятьдесят процентов прибавки к силе и скорости в воде превращали плотную толщу озера в послушный инструмент.

Вот так работать гораздо приятнее.

Где-то наверху ещё плясали солнечные блики от причала. Внизу царил совершенно другой мир. В толще воды парили светящиеся водоросли, похожие на зелёных медуз, и их мягкое свечение заливало глубину призрачными сумерками, в которых просматривалось далеко вниз.

И то, что я разглядел, расставило всё по местам. Три плотных скопления тёмных силуэтов выстроились друг за другом на разной глубине, а у самого дна чернел массивный зев провала, обрамлённый каменной аркой.

Значит, снаружи только три скопления тварей.

Брута и Горана видно не было. Лидеры турнира давно скрылись в пещере, пока я колдовал над рулетами и медленно приближался к городу. Зато в первых двух скоплениях угадывалось хаотичное мельтешение мелких фигурок среди приличного размера туш. Основная масса участников до сих пор барахталась в начальных зонах, пытаясь протиснуться мимо тварей.

Тело вытянулось струной. Короткий толчок, и вода понесла меня вниз.

Каждый взмах руками отдавал чистой, мощной тягой. Я скользил сквозь толщу воды, едва работая ногами, а духовная энергия исправно конвертировалась в кислород, и лёгкие просто молчали. Два часа задержки дыхания делали воздух необязательной роскошью. Нужно только плыть.

Первая зона встретила мутной взвесью и местными монстрами.

Мать моя женщина!

Я невольно притормозил, сбросив набранную скорость. В зеленоватых сумерках, подсвеченных люминесцирующими водорослями, зависла туша, от одного вида которой хотелось развернуться и грести обратно к ступенькам. Четырёхметровый крокодил, закованный в чёрно-зелёную чешую, которая переливалась от духовной силы как начищенная броня.

Башка размером с обеденный стол, а пасть такая, что в неё можно засунуть меня целиком, и ещё останется место для гарнира.

Вот, значит, кто охраняет Грот. Теперь понятно, почему старейшины так тщательно проверяли приманки.

Слева возникла грузная фигура Льюта. Парень отчаянно пытался обогнуть одного из таких красавцев. Тварь намертво перегородила ему путь.

Одиночка явно уже скормил монстру свою самодельную стряпню, но эффекта едва хватило на мутную дремоту. Крокодил завис в воде, пялясь в пространство полуоткрытыми глазами, а его мощный хвост нервно подёргивался. Любой резкий всплеск гарантированно разбудит эту образину.

Льют буквально полз мимо зубастой пасти, выверяя каждый сантиметр. Слабая наживка заставляла его играть в прятки со смертью. Разумная тактика для тех, кто просто хочет выжить. Но у меня горит график — нужно во что бы то ни стало догонять лидеров состязания.

На периферии зрения Локатор высветил две новые метки. Очередная парочка монстров проигнорировала общую полудрёму и явно искала добавки. Один из зубастых хищников моментально сменил курс и рванул в мою сторону.

Что ж, проверим прочность их хвалёной брони.

Пятизубая Острога послушно легла в ладонь, а хищник бросился вперёд.

Удар!

Острога приняла на себя всю массу несущейся туши. Руки прострелило болью вплоть до самых плечевых суставов, а под водой раздался оглушительный скрежет. Оружие просто соскользнуло по магической чешуе.

Крокодил яростно мотнул башкой, пытаясь вывернуть древко из захвата.

Идея честного подводного боя мгновенно умерла. Разделка под орех такого танка займёт как минимум полчаса, а время утекало сквозь пальцы.

Острога растворилась в воде, а из перстня появился упругий рыбный рулет.

Резкий взмах кистью, щелчок и галантин полетел прямо навстречу разинутой пасти. Густое золотистое облако духовного концентрата моментально разошлось вокруг, пробивая озёрную толщу концентрированным ароматом.

Монстр всосал угощение на лету.

Хлоп. Его атака закончилась, не успев начаться.

Крокодил обзавёлся стекленеющим взглядом, обмяк и полетел на дно тяжёлым бревном. Абсолютный нокаут.

Отлично, значит по такой схеме и буду работать.

Второй хищник, привлечённый остатками запаха, попытался урвать свою долю. Ещё один бросок и вторая туша отправилась следом за первой.

Ноги мощно толкнули воду. Тело торпедой прошило первую зону насквозь.

Льют, всё ещё крадущийся мимо своего полусонного стража, сбился с ритма. Мужик просто завис, наблюдая, как я проходил эту мясорубку на крейсерской скорости, даже не пытаясь прятаться.

Извини, приятель, но сегодня я слишком тороплюсь, чтобы стоять в общей очереди.

Вторая зона живо напомнила переполненный ресторанный зал в самый разгар запары. Вода здесь стала ощутимо темнее, а количество зубастых хищников возросло вдвое. Оставшиеся участники сбились в плотную, медлительную кучу.

Виру и Тобиаса я догнал ближе к центру этого скопления. Ныряльщица шла сквозь толщу воды гораздо чище конкурентов, но всё равно споткнулась на очередной преграде. Один из одурманенных крокодилов внезапно стряхнул с себя сон. Жёлтые глаза распахнулись, и челюсти потянулись прямо к ноге Тобиаса.

Лицо парня приобрело цвет мела, рука судорожно дёрнулась к закреплённому за спиной оружию.

Скорость сбрасывать было нельзя, но Тобиас, один из немногих, кто кивнул мне на площади, выражая поддержку. Такие вещи я помню и ценю. К тому же кровь в воде мгновенно разбудит и привлечёт сюда кучу монстров. Рука привычно скользнула к перстню. Резкий взмах, лёгкая корректировка траектории ребром ладони и рулет влетел точно в раскрытую пасть.

Клац!

Челюсти монстра с грохотом захлопнулись. Башка ещё подалась вперёд по инерции, но сознание уже покинуло гигантское тело. Туша осела на дно, едва не припечатав Тобиаса хвостом. Бедолага шарахнулся в сторону, выпустив изо рта длинный шлейф испуганных пузырей.

Я пронёсся мимо, небрежно махнув рукой на прощание.

На периферии, у самого края зоны мелькнула знакомая фигурка. Марен. Девушка ловко использовала водную технику, чтобы протолкнуть свою наживку прямо в глотку следующей зубастой твари. Монстр лениво шевельнул хвостом и прикрыл глаза. Заметив меня, охотница вскинула ладонь.

Короткий ответный жест, и пора гнать дальше. Места в первой пятёрке сами себя не займут.

Третья подводная зона встретила меня полным одиночеством.

Впереди раскинулась зеленоватая бездна, из которой крокодилы выныривали навстречу один за другим и всем своим видом демонстрировали безнаказанность.

Первый пошёл на сближение снизу — точно брошенный галантин мгновенно отправил его обратно на дно. Второй хищник вынырнул справа — следующая порция угощения легла прямо перед мордой, вырубив клиента на месте. Третий попытался схитрить и подкрасться из глухой тени огромного валуна.

Жаль, что против Локатора находчивость не работает. Ловкач получил свой рулет и рухнул мордой в ил.

Тело поймало ритм. Система подсвечивала цели, рука доставала заготовки, а выверенный тайминг бросков укладывал крокодилов штабелями ещё на подступах.

Я продолжал лететь вниз с той же скоростью, с какой начал. Дистанция до лидеров таяла на глазах.

Наконец, впереди обрисовался гигантский провал. Каменная арка вросла в дно настолько глубоко, что казалась шрамом на теле самого озера. За ней начинался пещерный туннель.

Абсолютно пустой туннель. Ни единой красной точки на пути в интерфейсе Локатора.

Однако, стоило мне это заметить, как системный экран ослепительно полыхнул красным.

Руки с силой вбили воду в обратную сторону, гася набранную скорость.

Из темноты каменной арки медленно выползала исполинская сигнатура. Огромная красная клякса просто стёрла собой все остальные огни на радаре. Ещё секунда, и из зева туннеля показалось само чудовище.

Называть это существо «крокодилом» было всё равно что называть кухонный тесак перочинным ножом. Гора магической брони и литых мышц размером с матёрого бегемота.

Морду гиганта пересекали глубокие свежие рубцы. Возле правого глаза зияла прореха — кто-то с корнем вырвал несколько защитных пластин чешуи. Брут или Горан явно пытались пробить эту живую стену грубой силой.

Монстр замер в проёме. Два огромных жёлтых глаза впились в мою фигуру. Никакой сонливости. Абсолютная, кристальная бодрость и бесконечный, первобытный голод.

— Да вы издеваетесь… — вырвалось у меня сквозь сжатые зубы вместе с цепочкой пузырей.

Челюсти гиганта медленно разошлись, обнажая частокол кривых зубов, каждый размером с мой акватариновый кинжал. Духовное давление от этой туши давило на грудную клетку плотнее, чем толща воды над головой. Между мной и каменной аркой туннеля лежала стена из живой брони, и эта стена разглядывала меня с ленивым вниманием хищника, которому давно никто не попадался.

Ладно. Приманка укладывала стражей помельче за секунду. Эта тварь крупнее раз в пять, значит, на отключку потребуется больше времени, но принцип тот же.

Рука скользнула к перстню.

Рулет вылетел из пальцев и поплыл навстречу раскрытой пасти. Аспик начал растворяться, выпуская в воду густое золотистое облако концентрата. Ноздри гиганта раздулись, втянув аромат, и челюсти захлопнулись с глухим подводным хлопком.

Я завис в толще воды, не шевелясь, и считал удары собственного сердца. Один, два, три, четыре — жёлтые глаза по-прежнему смотрели на меня.

Тварь сглотнула и двинулась вперёд, набирая ход с плавной неотвратимостью. Приманка, которая на палубе свалила стокилограммового Рида с одного укуса, прошла через этого бронированного ублюдка и даже не заставила его моргнуть.

Еще два рулета легли в ладонь одновременно. Короткий замах, и оба полетели навстречу приближающейся морде, оставляя за собой двойной шлейф золотого тумана.

Монстр заглотил обе порции на ходу. Пять секунд, десять — зрачки гиганта оставались двумя чёрными щелями в янтарной радужке, сфокусированными на мне с абсолютной, немигающей ясностью. Три дозы внутри, а этот чемодан даже не зевнул.

И как мне тебя теперь готовить?

Острога отпадала сразу, потому что зубцы уже один раз бессильно соскользнули по чешуе обычного крокодила. У этого экземпляра броня была толще раза в три, а масса такая, что мои руки просто сложатся в обратную сторону при первом серьёзном ударе.

Отступать некуда — за спиной три зоны с полусонными крокодилами, и запах моей крови разбудит их быстрее любого будильника. А техника прорыва на вторую ступень ждала по ту сторону этой живой стены.

Хвост гиганта ударил по воде и в мою сторону понеслась энергетическая волна.

Она врезалась в грудь и отшвырнула меня назад, прокрутив через голову. Потолок поменялся местами с дном, в ушах загудело, и на секунду я перестал понимать, где верх. Ноги нащупали каменный выступ, оттолкнулись, и я стабилизировался, выплюнув цепочку пузырей.

Тварь уже набирала ход. Обтекаемое тело рассекало воду с такой лёгкостью, что озеро расступалось перед ней.

Пасть раскрылась на полный размах, и в зеленоватых сумерках грота блеснули ряды зубов, загнутых внутрь.

Вниз. Тело послушно нырнуло к скальному карнизу у самого дна.

Тень накрыла меня целиком, гигантское брюхо проскользило над головой так близко, что я разглядел каждую чешуйку на светлом подбрюшье, а поток от проносящегося тела вжал меня в камень и протащил вдоль дна на добрых два метра.

Тварь развернулась на пятачке. Эта махина крутанулась и снова набрала скорость за пару мощных гребков хвоста. Она двигалась быстрее меня, и «Глубоководный Ныряльщик» с его пятьюдесятью процентами прибавки к скорости тут ничего не менял.

Можно скормить ей сразу десяток рулетов. Но если и десять не вырубят, я останусь с пустыми руками перед тем, что ждёт меня внутри туннеля, а там не будет столько места для манёвров.

Да и сколько таких красавцев дежурит дальше, за аркой, оставалось открытым вопросом.

Расщелина в скале приняла меня вовремя. Я вжался в узкую трещину, и через мгновение бронированный бок гиганта проскрежетал по камню в сантиметрах от лица.

Осколки породы брызнули в воду, один рассёк щёку, и тёплая нитка крови потянулась вверх. Тварь пролетела мимо, а я прижался затылком к холодному камню, пережидая турбулентный поток от её хвоста.

Гигант ушёл в разворот. Мощный хвост рассекал воду мерными ударами, разгоняя тушу до той самой скорости, которую я не мог догнать.

Мускулы перекатывались под чешуёй.

Я смотрел на него. На хвост, толкающий воду. На тело, рассекающее течение без единого лишнего движения. На мускулы, работающие с точностью поршневого механизма.

При виде всего этого в голову приходило только одно решение, от которого тело тут же пробило холодом, но это был лучший вариант в текущей ситуации.

Я ухмыльнулся и подозвал его махом ладони.

Иди сюда!

Крокодил сорвался с места. Пасть распахнулась, заполнив собой всё поле зрения.

Ноги оттолкнулись от скалы. Тело рванулось не назад, а вперёд и вниз, прямо навстречу несущейся махине.

Арад прижал обе ладони к Сфере Наблюдения, и над озером вздрогнуло колоссальное водяное зеркало.

Полупрозрачные силуэты участников плыли среди каменных уступов и застав, а трибуны ревели, потому что крошечная фигурка чужака зависла в открытой воде прямо перед третьей областью скопления. На неё надвигалось сияние, которое затмевало всех остальных тварей вместе взятых.

Карлон стоял у нижнего ряда, вцепившись в перила обеими руками. Борода топорщилась от ветра.

— Слишком глубоко заплыл, чужак. Это тебе не с плота рыбачить.

Арад развернулся к тройке разведчиков. Костяшки побелели на артефакте.

— Откуда она взялась? Вы докладывали, что в туннелях нет ни одного крупного монстра.

Старший разведчик отступил на полшага, а кадык прыгал вверх-вниз, пока он подбирал слова.

— Пять дней назад мы прошли все области скоплений от поверхности до грота, глава. Стандартные особи на местах, крупных сигнатур за третьей областью скопления не обнаружили. Ни одной.

— Пять дней, — повторил Арад. Водяное зеркало пульсировало перед ним, и исполинский силуэт уже завершал разворот, набирая ход ко второму заходу на чужака. — А трещина в барьере когда появилась?

Разведчик облизнул губы.

— Мы обнаружили её семь дней назад. Тонкая, с палец шириной, в северо-восточной стене внутреннего святилища. На тот момент утечка энергии была минимальной.

Арад перевёл взгляд на водяное зеркало. Аура гиганта пульсировала густым багровым цветом, и вся третья область скопления монстров тонула в его свечении.

— За пять дней трещина расширилась настолько, что духовная энергия из внутреннего святилища начала просачиваться в открытую воду, — он произнёс это негромко, обращаясь к старейшинам, но на трибунах притихли, и каждое слово разнеслось до последнего ряда. — Концентрированная энергия наследия Основателей потекла наружу. А на такую приманку из глубинных разломов стали подниматься монстры, что веками спали под дном озера.

Второй разведчик побледнел. Герхард с размаху ударил крюком о столб. Металл лязгнул по дереву и отскочил, не оставив даже царапины. Старик зло выдохнул.

— Отменяй, — обратился он к главе. — Спускай людей и вытаскивай их оттуда.

— Закон Основателей, Герхард, — Арад даже не обернулся. — После активации испытания барьер окружает всю область грота от входа в лабиринт и до самого святилища. Он пропускает только участников моложе тридцати и убивает любого, кто нарушит предел возраста. Ни спуститься, ни подняться. Никакой помощи извне. Это не моё правило и не моя прихоть. Основатели заложили его в саму структуру грота.

Герхард дёрнулся, но Арад закончил прежде, чем старик успел открыть рот.

— Остаётся ждать.

Пальцы на Сфере дрогнули. Арад сжал артефакт чуть крепче, и это было единственное, что он мог себе позволить.

Два старейшины у постамента артефакта-проверщика переглянулись и промолчали. Ветер гнал мелкую рябь по озеру, водяное зеркало равнодушно пульсировало, и по трибунам медленно расползалось понимание, что никто из взрослых ничего не сделает.

В водяном зеркале гигантская пасть раскрылась и накрыла крошечный силуэт.

Через мгновение две фигуры совпали, маленькая точка пропала внутри огромного контура.

Сотня человек одновременно задержала дыхание. Гудение Сферы под ладонями Арада осталось единственным звуком на всю набережную.

Карлон подался вперёд, упираясь животом в перила.

— Сожрал, — выдохнул он с кривой ухмылкой.

Секунда. Две. Три. Но отметка чужака не гасла. Крошечное свечение продолжало пульсировать внутри громадного, и обе точки упрямо горели, наложившись друг на друга.

А потом гигантский силуэт рванулся с места, развернулся и на безумной скорости влетел в зев каменного туннеля. Маленькая отметка неслась вместе с ним, прилепившись к верхней части облика.

Мужик в первом ряду вскочил и заорал, тыча пальцем:

— Он на ней сидит! Верхом на этой дряни!

Трибуны взорвались. Крики, хохот и грохот сапог по деревянному настилу слились в сплошную стену.

Кто-то из охранников матерился, девушки просто стояли с открытым ртом, потому что водяное зеркало показывало невозможное.

Секундой позже оба силуэта растворились за аркой туннеля. Сфера ослепла — древние стены грота не пропускали наблюдение дальше третьей области скопления.

Карлон отступил на шаг и наткнулся спиной на бочку, с которой полчаса назад комментировал чужую неудачу. Челюсть отвисла, руки повисли вдоль тела.

Герхард стоял неподвижно, нависая над храпящим Ридом. Уголок рта под кожаной повязкой дёрнулся вверх и тут же замер. Старик повернулся к озеру.

Стены туннеля неслись навстречу размазанными полосами камня. Вода ревела в ушах и била в грудь плотным потоком, а мой системный навык исправно перерабатывал духовную энергию в кислород.

Бронированная туша подо мной рассекала толщу воды с мощью, которую ни один плот и ни один навык плавания не заменят, и каждый гребок хвоста вбивал меня в импровизированное седло с силой отбойного молотка.

До сих пор не верилось, что этот сумасшедший трюк сработал. Оттолкнуться от скалы, поднырнуть под захлопывающуюся пасть, ошеломить тварь хлыстом по загривку и на чистой инерции пролететь вдоль бронированного бока прямо на спину. Дальше хлыст обвил роговые шипы, намертво закрепив меня в седле, а всё остальное было уже дело техники. Удочка в руки, рулет на крючок, и вот я несусь по туннелям.

Свечение люминесцентных водорослей превратилось в сплошные зелёные нити, проносящиеся мимо.

Крокодил набирал ход, одержимый запахом, а я корректировал курс хлыстом и следил, чтобы рулет, висевший на крючке перед его пастью, не был слишком близко к клацающим зубам.

Первая подземная зона возникла и пропала за считанные секунды. Локатор полыхнул десятками красных точек, но ни одна не успела приблизиться.

Мелочь шарахалась в расщелины. Ха-хах. Разумный выбор.

Вторая зона оказалась другой. Локатор забился красным, сигнатуры наслаивались друг на друга — втрое больше, чем организаторы говорили. Вместо двух оставшихся зон туннель ощетинился четырьмя, и вода потемнела от массы хищников.

Первый труп проплыл мимо на уровне плеча: крокодил с развороченным брюхом и вывернутыми рёбрами. Три тощих сородича рвали из туши куски, не обращая внимания ни на меня, ни на моего скакуна.

Дальше стало хуже.

Сгустки крови висели в воде бурыми хлопьями, а на стенах тянулись глубокие борозды и выбоины. Сколы шли параллельными тройками, от когтей или клинка, и рядом выбоины от энергетических ударов.

Брут и Горан. Два практика второй ступени с командами прорубались через этот хаос, тратя на каждый метр столько энергии, сколько деревенский охотник копил бы месяцами.

Я пригнулся, уходя от мёртвой туши, которую течение несло навстречу. Крокодил протаранил её мордой и даже не замедлился.

Для любого одиночки первой ступени этот туннель превратился в могилу. У Марен, Виры, Тобиаса и Льюта просто не хватит приманок на четыре зоны вместо двух.

Надеюсь, увидев мою стычку с альфой, они сюда не полезут.

Третья зона слилась с четвёртой в сплошной коридор. Альфа ревел, и мелочь разбегалась перед ним. Пару раз крупные особи пробовали помешать, но шлепок хлыста разворачивал скакуна прямо на них, и те отлетали кувырком.

Туннель начал расширяться. Стены разошлись, потолок ушёл вверх, и впереди забрезжило золотистое свечение, пробивавшее воду пульсирующими волнами.

Я натянул Духовную Нить удочки, отводя рулет вверх, подальше от морды.

Крокодил взвыл и начал тормозить, вспарывая когтями каменное дно. Скрежет разнёсся по воде, инерция вдавила меня в загривок, и мы остановились на самом краю купольного зала.

Грот Основателей раскинулся подземным собором. Свод терялся в темноте, стены уходили полукругом. Энергия давила на кожу физически.

Дальний край зала перегораживала монолитная стена.

Полупрозрачная, отливающая молочным холодом, она тянулась от пола до свода. По её поверхности ветвилась золотистая трещина, из которой сочилась густая духовная энергия, и вода вокруг дрожала, преломляя свет.

Над верхним краем барьера в камень были вмонтированы пять округлых кристаллов. Четыре горели ровным синим светом. Пятый, крайний справа, потух.

М-да. Походу одно место уже занято.

Кто-то прошёл внутрь, пока остальные дрались в туннеле.

Брута я заметил у левого скального выступа. Он и два соклановца зависли в воде плотной тройкой. Одежда на всех висела лоскутами, бронепластины с глубокими вмятинами от зубов и когтей.

Левая рука Брута висела неподвижно, а из рваной раны на предплечье тянулся мутный шлейф. Но дышал он спокойнее своих людей.

У противоположной стены расположился Горан Хольм с двумя бойцами. У одного отсутствовал наплечник, второй прижимал ладонь к рёбрам, и между пальцев просачивалась кровь.

Сам Горан держался твердо, но серое лицо выдавало усталость. Он повернул голову в мою сторону и на мгновение задержал взгляд.

Они почему-то не двигались и все смотрели в одну точку.

Я опустил взгляд ниже трещины.

Перед барьером лежал настоящий монстр. «Крокодилом» это существо назвать язык у меня не поворачивался. Нормальные крокодилы не занимают треть от всего зала.

Пластины на его спине поднимались щитами, каждая с дверь трактира, и между ними пульсировала энергия, от которой вода подрагивала мелкой вибрацией. Голова лежала на дне, и одна закрытая челюсть тянулась от скальной стены до середины зала.

Альфа подо мной захрипел. Секунду назад он рвался за приманкой, а теперь мелко задрожал и попятился, скребя когтями по камню.

Рядом с этой горой мой транспорт превращался в малька, заплывшего не в тот пруд.

Теперь я понял, почему все шестеро просто висели в воде не сходя с места. Они пока прорубались через четыре зоны, сожгли резервы, добрались до финала и упёрлись в преграду, которую не пробить.

Семь человек. Четыре места. И один монстр, который даже не потрудился открыть глаза.

У меня оставалось сорок с лишним рулетов. Вопрос в том, хватит ли их на эту тушу. И что предпримут Брут с Гораном, когда поймут, что я собираюсь пройти первым.