Сложности классической некромантии 2

Глава 21

Глава 21

Давящая тишина. Эхо тяжелых шагов. Король спускался по каменным ступеням вниз. Все так же молча он снял с пояса висевший на нем массивный топор и остановился рядом с Александром.

Взмах.

В последний момент оружие меняет направление, уходя вниз. Ударяет плашмя, превращая голову мертвого некроманта Плети в крошево из плоти и костей. Теперь не только душой, но и телом Далронна невозможно воспользоваться.

- Свала, - произносит Имирон, не сводя глаз с Александра. – Найди этого остроухого и позови Ингвара.

- Да, мой король, - девушка склоняет голову и быстро уходит.

- Вы, трое, идите за мной. Нужно поговорить, - коротко бросает король Имирон и разворачивается, не дожидаясь ответа.

Александр ловит на себе вопросительный взгляд Бригга с Пейлтресс и пожимает плечами. Какие варианты? Так или иначе, с ними хотя бы хотят поговорить, что уже большой шаг по сравнению с тем, чего добилась Орда и Альянс за все время пребывания в Нордсколе. Некромант, не раздумывая идет следом за Имироном, а остальные двое тут же присоединяются к нему. Тишина наконец-то прерывается гомоном врайкулов. Воины активно обсуждают произошедшее, как бы между прочим (хоть их никто и не звал) двигаясь в том же направлении, что и их король. Что ж, чем дело кончится интересно абсолютно всем.

Просторные коридоры, массивные лестницы и множество дверей, коим позавидовали бы врата человеческих крепостей. Лишь оказавшись внутри Утгарда можно понять, насколько сильна и неприступна эта крепость. Все то сопротивление, что оказывают врайкулы у внешних врат – это лишь бледная копия реальных оборонных способностей данной твердыни. Если Имирон захочет, то каждое помещение, каждую комнату и коридор они будут удерживать месяцами. При этом силами несравнимыми с теми, что понадобятся, чтобы окончательно сломать этот «орешек». Теперь понятно спокойствие врайкулов внутри крепости. Сражение снаружи – это скорее забава, желание некоторых из их воинов выделиться на общем фоне, показав свою смелость и силу в бою, что никак не сделаешь при обороне. Как только эти смельчаки закончатся, Ансельм не пойдет победным галопом завоевывать Утгард. Нет. Он упрется в первые же двери, неся пусть не такие значительные, но изматывающие потери от стрелков и драконов врайкулов. Вот она. Вот та действительность, что увидел Александр, двигаясь к сердцу Утгарда. Если сейчас они не договорятся с королем, то положение дел у воинов Орды может оказаться не таким уж и радостным, как они считают.

Имирон шел, словно таран. Быстро, молча, не оглядываясь. Так продолжалось, пока они не вошли в просторное помещение, с огромной резной аркой в центре. В ней размещались ступени и массивный трон. Рядом горели отдельно установленные свечи. Трон. Трон короля и Имирон привычным движением занял место на нем, шедшая же на небольшом отдалении троица остановилась у ступеней. Остальные врайкулы не входили в тронный зал, но судя по шепоткам у двери, они «совершенно случайно» занимались своими важными делами… неподалеку.

- Это ничтожество говорило правду? – Не объясняя кого он имел ввиду, Имирон, обвел взглядом всех троих и остановился на некроманте.

- Да, король, он не мог врать. Но верить ли моим словам, тут уже решайте сами, - пожал плечами Александр и, кажется, этот ответ понравился Имирону.

- Что ж, тебе хотя бы хватает ума не врать мне в лицо. Ничего. Я видел, что он не врал. Видел его страх, - король улыбнулся. – Мне понравилось.

Имирон хмыкнул и криво улыбнулся. Всего на миг. А потом его лицо словно бы окаменело. Место улыбки занял оскал, и король медленно произнес:

- Как не должен каждый из моих воинов знать о планах своего короля, так и это ничтожество не могло знать о планах своего повелителя… Но! – Имирон снова взял свой топор в руки и провел пальцем по его лезвию, проверяя заточку. – Но, если в смерти Ангеборды виноват Бог Смерти, то он пожалеет, что водил меня за нос. Есть у него сердце или нет… - лезвие топора вонзилось в пол у ног короля. – … Я выпотрошу его, чем бы он ни был набит.

Врайкул встал и рывком вырвал топор. Поигрывая им, подошел ближе, спустившись на пару ступенек. Снова медленно обвел всех взглядом.

- Такие слабые. Ничтожные. Что вы можете предложить? – Имирон издевательски протянул. – Захотите союз с врайкулами?

- Нам не нужен союз, - ответ некроманта заставил короля улыбнуться, а стоявшие рядом с Александром дварф и девушка удивленно на него посмотрели.

- Интересно-интересно. И что же тогда?

- Король-лич уже предлагал союз тебе и другим кланам врайкулов. И если с тобой, король Имирон, он еще старался быть аккуратен, то, как я слышал, северных сородичей ваш бог не пожалел. Зачем договариваться с теми, кому можно приказывать?

- И что же в этом плохого? – Оскалился Имирон.

- Быть теми, кому приказывают. Твоя армия, король, многочисленна. Земли обширны, а твердыня неприступна. Отличный потенциал. Но войну с тобой он начал давно. Ангеборда пала первой. А дальше началась совсем иная война. Война в голове. Твоей и твоих воинов. Мог ли ты представить ранее, что по Утгарду будут блуждать живые мертвецы? Или, что среди твоих капитанов будут ставленники другого правителя. Король, Имирон, с чьим врагом ты сражаешься? С твоим личным или врагом твоего «союзника»? Еще немного, король, и ты согласишься служить беспрекословно. Ради мести, ради силы, ради возможности быть цепным псом, лишь бы на клыках кровь не просыхала. Понемногу, шаг за шагом, и великая твердыня Утгард покорилась бы без единого взмаха топора.

В этот раз Имирон не спешил с ответом. Король молчал. Молчал и думал. Это длилось не долго, но за это время лицо монарха успело отразить весь спектр эмоций, нахлынувший вместе с не слишком веселыми мыслями.

- Вот так, значит? Красивая история. Но что тогда предлагаешь ты, умник? – Вроде бы ничего не изменилось. Мрачные думы покинули короля. Имирон вел себя все так же дерзко, вот только… вот только та улыбка, что была на его лице парой минут назад… Ее уже не было. В глубине его глаз горела ярость.

- Я предлагаю использовать друг друга. Исключительно в своих интересах, но честно и открыто. Так действую я и так действует Орда.

Едва некромант договорил, как врайкул громко рассмеялся. А потом вернулся и сел на трон, все еще тихонько посмеиваясь:

- И снова красивые слова. Слова-слова. Орда, говоришь... А сможет твоя Орда найти виновных в смерти моей возлюбленной? Сможет предоставить реальные доказательства виновности Бога Смерти, а не красивые слова?

- Сможет… - некромант сделал паузу и уверенно кивнул. – Я смогу.

- Хорошо. Вот это уже похоже на разговор двух мужчин. Ну а вы что?

Первым заговорил Бригг. Он почтительно опустился на одно колено и произнес:

- Уважаемый король Имирон, Лига Исследователей долгое время изучала скрижали титан… э… богов. Я не отрекаюсь от слов, сказанных госпоже Свале. Если давнее бремя ушедших богов тяготит вас так же, как и наш народ, то Лига предоставит все возможные данные по нашим находкам.

- И зачем мне больше знать об ублюдках, что бросили нас, как собак?

- Госпожа Свала не успела рассказать… Проклятие плоти. Сила, изменившая нас. Сила, лишившая нас и вас бессмертия. Это проклятие наслали не создатели. Иные существа, именуемые древними богами, виновны в том, что мы и… - дварф сделал небольшую паузу, а потом продолжил. - … и наши дети получили слабые, уязвимые тела.

- Дети… - тихонько прошептал король. Кто бы что не говорил, правителем не стать, если ты ненавидишь свой народ. Воины, идущие за тобой на смерть, всегда почувствуют фальшь. Имирон помнил все. Помнил крики умирающих младенцев, проклятия отцов и матерей. Проклятия врайкулов, обращенные на него. Тяжелый выбор, расколовший их народ. Выбор, который должен был кто-то сделать… И сделал сильнейший. И вот сейчас… Этот полурослик говорит…

Имирон схватил подлокотники трона. Настолько сильно, что стал слышен четко различимый хруст. Но король обуздал нахлынувшие эмоции и тихо произнес:

- Потом… поговорим. Расскажешь мне все, что знаешь.

- Да, ваше величество, - еще раз поклонился дварф, коему народу было не привыкать к монаршим церемониям.

Хмурый взгляд Имирона обратился к девушке и Пейлтресс не стала мешкать:

- Серебряный авангард не претендует на золото и ваши земли. Нами движет лишь одна цель – падение Короля-лича. И мы с радостью поможем всем, кто согласится обнажить свое оружие против него, - едва ли не скороговоркой произнесла она, низко поклонившись.

- Вот как. Тогда вам стоит в первую очередь помочь ему, - Имирон кивнул в сторону Александра. – Потому как от него будет зависеть кто против кого обнажит оружие.

Хмурый король снова улыбался. К этому нужно было просто привыкнуть, ибо настроение Имирона менялось быстрее несущегося урагана. Король энергично забарабанил пальцами о многострадальные подлокотники и отмахнулся:

- Хорошо. Поговорили мы красиво. Обещаний я услышал предостаточно. Но если бы я верил всему, что мне говорят, то не стал бы королем. Посмотрим, насколько далеки твои дела, колдун, от твоих слов. Выполни обещание и я дам возможность этим двоим выполнить свои. Все ради честных, добрососедских отношений со мной, раз они для вас так важны. А пока эти двое погостят в Утгарде. Долго или нет, тут уже все зависит от тебя.

Не нужно уметь читать меж строк, чтобы понять, что сказал Имирон. По сути, Бригг и Пейлтресс оставались у него в заложниках.

- Такова моя цена, колдун. Устраивает?

- Устраивает, - словно бы у Александра были иные варианты.

Пока они разговаривали, успела вернуться Свала в сопровождении огромного, седовласого воина. Они почтительно молчали, ожидая, пока Имирон договорит. И вот он заметил их и махнул рукой, подзывая обоих.

- А где этот остроухий?

- Мой король, - Свала склонила голову, присев на одно колено. – Принца Келесета никто не видел в крепости. Я нашла лишь тех, кто видел, как он ее покидал.

— Значит оставил нам свою шавку и убежал? Интересно. Ну, а ты что скажешь, Ингвар? Как проходит осада Утгарда? – В голосе Имирона не было гнева, лишь что-то отдаленно напоминавшее азарт.

Вместо ответа, седовласый воин снял с пояса топор и направил его в сторону троицы «гостей»:

- Король, что тут делают эти ничтожества? Разреши мне разрубить их пополам?

- Я не пойму, Ингвар. У тебя что-то со слухом или с памятью? - Имирон говорил спокойно, но голос и взгляд не предвещали ничего хорошего. – Я, кажется, задал вопрос. Или мне напомнить тебе, как следует разговаривать со своим королем?

На лице седовласого воина заиграли желваки. Но он промолчал и склонил голову.

- Жду, Ингвар! – Крик Имирона походил больше на заклинание магов, настолько он был силен. Даже свечи, зажжённые рядом с троном в одно мгновение все погасли.

- Самые смелые и самые тупые почти закончились. Остальные отошли в Утгард, заняв оборону. Всадники понесли потери…

- Всадникам давно пора понять, что наличие дракона под жопой не делает их непобедимыми! – Прокричал Имирон, безостановочно ругаясь. – Для обычных налетов много ума не надо. Тупые бараны! А ведь я говорил тебе, Ингвар, что они земли под ногами не чувствуют не только на драконе, но и без него. Глупые йети. Ничего! Не умеют махать топорами, будут махать лопатами. Говна полно что от них, что от их драконов. А там, глядишь, снова топоры держать научатся. Сейчас же пусть отправляются в стойла и начинают их чистить!

- Но король, осада еще не окончена!

- Ингвар, ты снова меня не услышал? Еще раз «не услышишь» и лишишься ушей, они тебе все равно ни к чему. Я же сказал, пусть идут чистить стойла. Осада же… Осада окончена. Я выйду на переговоры с воеводой Орды. Как оказалось у нас с ним появились некоторые… общие интересы, - слова Имирона в этот момент предназначались совсем не Ингвару, а стоявшему рядом Александру. – Пока что общие, а там… посмотрим.

Пусть не сотрудничество, но временное перемирие. Вот теперь паззл сложился. Король поднял ставки как никогда высоко. Слова Александра… его обещания. Теперь сама Орда не даст их нарушить, потому как от его действий будет зависеть мир с врайкулами. А оставшиеся в заложниках «гости» не дадут с этим тянуть. Что же, король варваров, как его называли некоторые, оказался не так уж и глуп. Александр правильно понял все его намеки. Что же до врайкулов… Свала оставалась нейтральна. А вот Ингвар бросил колкий взгляд на стоявшую в стороне троицу, на Имирона и быстро ушел… исполнять приказ короля.