Спаси меня, воин

Глава 11

Чувствуя себя до боли неуютно, Лилис шла позади Маркаса, не делая попыток догнать его или, хотя бы поравняться с ним. Кажется, его это тоже полностью устраивало. Он не тащил ее за собой, а впервые позволил шагать самостоятельно. И это свобода немного настораживала, потому что такая милость совсем не походила на Маркаса, к которому она привыкла.

Если бы Лилис могла, она бы обязательно позволила себе задуматься над этим. Но она не могла. Она просто заставляла себе переставлять ноги, понимая, что только это от нее и требуется. Едва выйдя из дома, она сразу же заметила любопытные взгляды. Поэтому, зная, что за ними наблюдают, Лилис не осмелилась поднять голову и упрямо смотрела только себе под ноги. Еще никогда прежде она не испытывала столько стыда и неловкости как сейчас. И у нее были на это причины. Причины, с которыми ей придется столкнуться лицом к лицу. Жестокая реальность окружающего мира. То, с чем ей нужно смириться прямо сейчас. Ее будущая или уже настоящая жизнь.

Каждый в клане знал, кем она стала. Каждый в клане знал, что произошло в том доме, где она провела почти три дня рядом с незнакомым мужчиной. То, что никогда не должно было случиться с невинной девушкой, пока этот самый мужчина не предстанет вместе с ней перед всем кланом. С ней этого никогда не произойдет. Для Маркаса она не более чем удобная вещь, бесчувственная и бессловесная. Ей не удастся отмыться от этой грязи, теперь уже никогда. Как и ее матери, много лет назад.

От слез, затуманивших взор, Лилис едва не запнулась и лишь осознание, что все смотрят на нее и именно этого ожидают, удержало ее на ногах. Но, к несчастью, выпрямившись, она совершенно случайно бросила мимолетный взгляд в сторону домов, о чем сразу же пожалела. Женщины, которых она знала всю жизнь, с усмешкой и презрением смотрели на нее. Никто не испытывал к ней жалости или сочувствия. Собственно, она никогда этого от них и не ждала.

Она ведь знала, что так и будет. Мир, который и прежде ненавидел ее, не собирался принимать ее и сегодня. Да, жестоко и грубо, но это было той правдой, от которой не сбежать. Хотела Фэррис или нет, но она, Лилис, стала прямым продолжением той судьбы, которую начала Мэй. Только вот ее мать погибла. Что если и ее ждет тоже самое?

Лилис посмотрела вперед, немного отступая в сторону, чтобы оценить каковы были ее шансы отсрочить пугающую встречу с Гордоном. До главного дома осталось всего несколько коротких шагов. Лилис отстала от Маркаса, лихорадочно думая, что делать. Сейчас, она больше не была закрыта за дверью, и ее никто не держал за руку, крепко приковывая к себе. Она на улице, всего в нескольких шагах от собственного дома, куда никто никогда не заходил.

— Мне не нужно появляться там, — Лилис немного ускорила шаг и встала перед Маркасом, не позволяя ему двигаться дальше, — Никто не обрадуется мне там. Я могу уйти к себе домой. Я ведь не в твоем плену, Маркас? Собственно, теперь я свободная женщина. Здесь нет никого, кто мог бы взять ответственность за меня.

На лице Маркаса появилось недовольство. Лилис не посмела сопротивляться, когда он грубо ухватив ее за руку, притянул к себе. Она уже приготовилась к тому, что он хоть что-нибудь скажет ей, грубо оборвав ее напрасные надежды. В который раз. Но, вместо всяких слов, он подхватил ее на руки и перекинул через плечо. Почти так же, как сделал это в первый день их знакомства.

Лилис со злостью выдохнула. Вот он, ответ Маркаса. Ему никогда не требовались лишние слова, чтобы поставить ее на место.

Твердое мужское плечо немного болезненно упиралось ей в живот, но Лилис понимала, что Маркас ее не отпустит. Поэтому, единственным верным решением было расслабиться и покориться. Она ведь научилась этому?

— Я пойду сама, Маркас, — спокойно сказала Лилис, не делая ни единой попытки приподняться. Она говорила так спокойно, как вообще могла говорить в сложившейся ситуации. — Отпусти меня.

В это же мгновение ее снова поставили на ноги. Лилис быстро оправила платье, которое задралось от грубых движений Маркаса. Ей даже не нужно было смотреть ему через плечо, чтобы убедиться, что на улице появилось еще больше людей. Чего они ждали?

— Заходи в дом, Лилис, — сухо приказал Маркас, указывая на закрытую дверь, у которой оказалась девушка, когда он скинул ее со своего плеча, — Сама или с моей помощью?

Лилис помедлила, но не, потому что у нее появилось новое желание отыскать еще один шанс на побег. В этом просто нет смысла. Все, в чем она нуждалась сейчас, это силы. И собраться с ними оказалось очень, очень тяжело. Предстоящая и уже неминуемая встреча с Гордоном и другими, несомненно, страшила. Но и другого пути не было. Маркас не позволит отступить.

— Хорошо, Маркас, будь по-твоему, — сказала Лилис, натянув вымученную улыбку на лицо. Будь она проклята, если в этот момент откуда со стороны до нее не донеся чей-то разочарованный стон. Конечно же, она не стала смотреть, кто именно был так опечален тем, что сегодня она избежала наказания, — Будь по-твоему.

Отвернувшись, Лилис с усилием толкнула дверь и вошла в дом. Маркас следовал за ней, почти наступая на пятки. Семья Гордона уже собралась за длинным деревянным столом, способным уместить едва ли не весь клан. Тут же сидели и некоторые воины, приближенные к вождю.

Лилис поспешно отступила к Маркасу, когда все собравшиеся словно по приказу развернулись, уставившись на них. Даже понимая, что Маркас не станет защищать или оберегать ее, Лилис инстинктивно искала в нем пусть и странную, но все же опору для себя. Если бы ей было это позволено, она бы с радостью схватила его за руку, зная, что он сможет прогнать ее страх перед Гордоном.

Будто услышав ее мысли, Гордон подскочил на ноги. Обойдя стол, он подошел к Маркасу. Лилис сделала еще один шаг назад, пытаясь держаться от своего вождя как можно дальше.

— Маккей, — сказал Гордон, глядя на Маркаса и полностью игнорируя Лилис, — ваш брат сказал, что вы уезжаете уже сегодня.

Лилис показалось, что ее ударили. Резко и наотмашь. Неужели это правда? Направляясь в главный дом, она и помыслить не могла о подобном. Но, она не позволила себе посмотреть на Маркаса, лишь чутко прислушивалась к его ответу.

— Все верно, Дафф, — голос Маркас был абсолютно равнодушным и безэмоциональным, — В вашем клане нам больше делать нечего. Пока здесь нет ничего, что могло бы доказать вашу виновность в нападениях. Можете считать, что вам повезло. Но, вы ведь понимаете, что я всегда могу вернуться за чьей-нибудь головой.

У Лилис не было причин не верить Маркасу. Он и правда, мог вернуться, чтобы выполнить обещанное. Забрать чью-то жизнь. Ей же остается молить, чтобы это жизнь не была ее собственной. Их пути разойдутся намного быстрее, чем она себе представляла. Не было этой самой последней ночи, о которой она думала. Все закончится уже сегодня, уже сейчас.

Лилис опустила голову, сглатывая ком страха. Она чувствовала предвкушение Гордона. Он ждал пока Маркас уедет. Он словно змея, выжидал, пока сможет исполнить свое наказание. Наказание, которое ему пришлось отложить на два долгих дня. По ее спине прокатилась дрожь страха. Между ней и Гордоном стоял опасный человек. Теперь же у нее не будет и этой защиты. Она снова окажется в полном распоряжении Гордона. Как он того и хотел.

Маркас наклонил голову, встречаясь с ней взглядом. Лилис не надеялась увидеть в его глазах хотя бы немного сочувствия или сожаления. Этого и не случилось. Все что она смогла разглядеть, так это собственный приговор.

— Иди к столу, Лилис. Я возвращаю тебя твоему вождю, — бесстрастно сказал Маркас, кивая в сторону Гордона.

Лилис очень старалась не показать страха. И, надеялась, что у нее это получилось. На дрожащих ногах, она отступила в сторону, но не к Гордону, как приказал Маркас. Обхватив себя руками за плечи, она посмотрела на Маркаса таким же безучастным взглядом, каким был и у него самого. Ее договоренность о покорности ему, подошла к концу, так же, как и все остальное.

— Я буду счастлива, распрощаться с тобой, Маркас, — тихо, едва слышно прошептала она, вскинув голову, — К счастью, мы больше никогда не встретимся. Никогда.

Лицо Маркаса потемнело, становясь похожим на мрачную грозовую тучу. Лилис знала, что за эту выходку ей придется расплатиться. Это и случилось. Маркас резко дернул ее к себе, встряхивая, что было сил. Теперь Лилис стало по-настоящему страшно. Но то, что произошло после, напугало ее еще сильнее. Острие кинжала уперлось ее горло, удерживаемое твердой мужской рукой. Когда он успел достать его? Каким до ужаса быстрым он был.

— Ты ведь понимаешь, что я могу убить тебя? — низко протянул Маркас, вглядываясь в побледневшее лицо девушки. Он чувствовал ее страх, который повис в воздухе, слишком реальный и тот, которого просто не возможно было не заметить. — Мне убить тебя, девка?

Лилис не успела ответить, хотя и подходящих для этого слов у нее не было. Горло пересохло, напоминая, с кем она связалась. С тем, кто не любил когда ему дерзят. А ведь это она и сделала, при всех любопытных взглядах. Если бы Лилис смогла трезво соображать, то поняла бы какую глупость только что сотворила. Борясь два дня, она не нашла в себе ума продержаться до самого конца. Тут же вспомнился глупый сон, так напугавший ее утром. Неужели он сбудется прямо сейчас?

Лилис зажмурилась и, откинув голову, предоставила Маркасу лучший доступ к своей незащищенной шее.

— Маркас, отпусти девочку, — Гордон шагнул ближе, хмуро глядя на Маккея, — Она всего лишь глупая девчонка и не ведает что творит.

Маркас не расслабил руку, не выпустил кинжал и точно не отпустил Лилис.

— Ты защищаешь ее? — насмешливо сказал он, переводя взгляд на Гордона, — Ту, которая пыталась сбежать из твоего клана? Я бы подобного не простил. Тем более я не ожидал этого от тебя.

Гордон вздохнул. Лилис замерла в руках Маркаса, испуганная этим вздохом. Испуганная настолько, что заставила себя открыть глаза. Нет, она не ошиблась. Гордон и правда выглядел таким же опечаленным и сочувствующим, каким слышался его голос.

— Как же иначе, — покачал головой Гордон, — Лилис не виновна в том, кто она есть. Это все дурная кровь ее матери. Все что я могу сделать, это постараться сохранить ее жизнь и позволить мирно существовать в клане. Ее мать была поистине талантливой целительницей, но наша Лилис оказалась лишенной даже этого. Единственный ее шанс, это стать чьей-нибудь женой. Того кто найдет в ней что-то лучшее и значимое, чем целительство. Только вот в нашем клане никто не хочет брать ее замуж. Но, — он помедлил и задумчиво посмотрел на Маркаса, — Сынок, ты передумал и хочешь жениться на Лилис?

В зале повисла тишина. Лилис смотрела на Маркаса, боясь вздохнуть или даже моргнуть. Почему Гордон говорил такие нелепые вещи? Неужели он отпустил бы ее, пожелай Маркас забрать ее? Искра ненужной надежды вспыхнула, заставляя ее с мольбой посмотреть на мужчину, пока он грубо удерживал ее рядом.

Маркас услышал все, что хотел. Как он и думал, Лилис оказалась прекрасной лгуньей, и слова Гордона только лишь подтвердили его мысли. Вздрагивания, испуганные взгляды и напряженное тело, будто в ожидание наказания, все это могло обмануть любого, но не его. Теперь все встало на свои места.

— Я не собираюсь жениться на ней, Гордон, — рассмеялся Маркас, наконец, разжимая пальцы и отталкивая Лилис от себя, — Все, что мне требовалось, я уже получил. Я не из тех мужчин, которому нужно ее личико. Она не принесет мне никакой пользы. Но, если она понесет, я признаю своего ребенка.

Лилис показалось что кинжал, который Маркас опустил, все же вонзился ей в грудь. Сердце взорвалось от боли, а по телу пронеслась волна унижения. Ноги будто приросли к каменному полу, не позволяя ей сделать шаг вперед, или хотя бы упасть, чтобы скрыть свое багровое лицо от всех любопытных.

— О чем ты говоришь, сынок? — нахмурился Гордон, — Лилис не принесет тебе ничего. Ни сына, ни достойного имени. Все об этом знают. Вот почему я не позволил Кайлу смотреть в ее сторону.

Маркас нахмурился, а Лилис покрылась мурашками страха. Гордон нахмурился.

— Лилис, девочка, ты не рассказала Маркасу?

Лилис беспомощно посмотрела перед собой, не смея поднять взор. Что она должна была сказать? Так или иначе, но ей придется соврать. Или Маркасу, или Гордону.

— Фэррис, выйди сюда и расскажи Маркасу все. Лилис тебе не стоило скрывать это. Это все лживая натура ее матери, — Гордон вздохнул, попутно делая уверенный взмах в воздухе.

Лилис снова обхватила себя руками за плечи. Она понимала, что больше никогда не сможет пережить весь этот позор. Легкие шаги раздались где-то совсем рядом. Неужели и Фэррис была свидетельницей всего этого?

— Фэррис, рассказывай. Какое лекарство ты приготовила для нашей Лилис? О чем она попросила тебя?

Лилис посмотрела на Фэррис, которая куталась в плед. Ее подбородок дрожал, а губы побелели, пока она пыталась сообразить, что должна сказать.

— Я могу сказать и сама, — резко и отрывисто бросила Лилис, прямо глядя на Маркаса и понимая, что роет себе могилу. Себе и ребенку, который все же мог появиться на свет. Ни один мужчина не простит того, что она собиралась сказать, особенно, такой как вождь Маккей, — я выпила лекарство, которое навсегда лишило меня детей. Так что, Маркас, тебе не придется никого признавать. Твоего ребенка во мне не будет. Никогда. Уезжай и оставь меня в покое.