Спаси меня, воин

Глава 33

Утром, Лилис поднялась с кровати, с трудом пересилив собственное нежелание и боль. И если с болью еще хоть как-то можно было совладать, знание что Маркас собирается упрятать ее в тюрьму, сразу после возвращения, сдавило сердце глухой тоской. Она не сомневалась, он выполнит свое обещание, особенно после того что она натворила. Она отказала ему, когда он потребовал от нее ответ и, конечно же, понимала, чем подобное для нее обойдется.

Но разве у нее был иной выход? Нет, совершенно точно нет. Даже правда прозвучала бы для него как ложь.

Сейчас, у нее в запасе несколько дней и она может выбрать, как их провести. Остаться за закрытой дверью комнаты или же выйти, чтобы приступить к своим обычным делам? К счастью, Маркас не отдавал приказ провести это время в заточение. Значит, она, конечно же, может выйти. Это поможет отвлечься, а у других не вызовет ненужных вопросов. Ей не хотелось видеть на себе обвиняющие взгляды. К собственному ужасу, Лилис поняла, что стала мягкой и привыкла к хорошему отношения других людей.

Морщась от боли, Лилис осторожно натянула платье, расправляя его на животе. Это оказалось последнее платье, которое она увеличила в месте живота. Нужно ли будет вскоре поработать над одеждой, еще больше расставляя швы? Лилис дернула плечами, отмахиваясь от этой мысли. Удивительно, как она может думать о одежде, когда Маркас уехал, не забыв оставить обещание наказания? Почему она не забилась в угол комнаты, ожидая его возвращения?

Вздохнув, Лилис провела ладонью по животу. Нет, она не станет раздумывать над этим. Может, у нее уже был ответ, который она пока скрывала от себя. Она не боялась Маркаса и не хотела прятаться от него. Даже сейчас, когда он был зол на нее и мог ударить, он не сделал этого. Она переживет заточение в тюрьме, но удары перенести было бы куда сложнее.

Разобравшись со своими чувствами, Лилис вышла из комнаты. Уже сейчас она понимала что придется двигаться куда медленнее, чем обычно и непременно осторожнее. Боль скоро пройдет, может быть как раз к тому дню, когда вернется Маркас.

Лилис прошла по коридору, ловя себя на том, что приближаясь к лестнице, все чаще оглядывается по сторонам. Она ожидала увидеть Маркаса. Или нет, она хотела его увидеть. За время ее жизни в клане, этот отъезд Маркаса станет самым долгим их расставанием. Он всегда был рядом, и она чувствовала его взгляд на себе. Теперь же, остановившись у подножия лестницы, Лилис с печалью осознала, что Маркас уехал. Она не чувствовала его в доме. И нет, после вчерашнего, было бы довольно глупо ждать, чтобы он зашел к ней попрощаться.

Смирившись с этим, Лилис шагнула к залу, но в последний момент развернулась в сторону кухни. Ей следовало отыскать Мэррион или хотя бы Дженис, но, хмурясь, она шагала вперед, сама не понимая, зачем делает это. Она просто шла, ведомая чем-то непонятным. Она просто уверовала в то, что ей нужно идти именно туда.

Морран готовила кухню к предстоящему дню. Она с любопытством посмотрела на нее, но Лилис отстраненно кивнула им. Ее влекло к кладовой и, зайдя туда, она внимательно осмотрелась. Она не знала, что именно ищет в мешках с травами. Наклонившись к каждому, она нюхала их и переходила к следующему. И так несколько раз, пока не остановилась у самого дальнего.

Кивнув, она быстро набрала пригоршню, высыпая в стоящую на полке кружку. Потом, прижав ее к груди, Лилис принюхалась к следующему мешку. Этот запах тоже пришелся ей по вкусу, поэтому, не задумываясь, она набрала траву в кружку. Будто точно зная, что делает, Лилис размяла траву в кружке, превращая в однородную массу. Следуя инстинкту, она вышла из кладовой и подошла к очагу.

— Что ты делаешь, Лилис? — спросила Морран, внимательно следя за ней, — неужели готовишь настой?

Лилис и сама хотела бы получить ответ на этот вопрос. Она просто делала это, не в силах остановиться. Высыпав смесь в котелок с кипящей водой, она посмотрела на Морран.

— Я не знаю, — пробормотала она, усаживаясь на стул. Сейчас, закончив со своей странной работой, боль снова вернулась к ней. Поморщившись, она прижала руку к боку, незаметно потирая ладонью ребра.

— Не думала, что ты разбираешься в травах, — заметила Морран, протирая стол, — Это очень опасное дело. Чуть что не так, и может случиться непоправимое.

— Я знаю, — еще глуше прошептала Лилис, — но это довольно безопасные травы.

Морран хмыкнула и продолжила уборку на кухне. На мгновение между ними повисла тишина, а потом девушка снова развернулась к Лилис.

— Маркас уехал.

Лилис вздрогнула. Почему-то имя Маркаса из уст Мэррион прозвучало для нее почти так же болезненно, как и неприятные ощущения в теле. Все что она смогла сделать, только кивнуть, подтверждая, что услышала ее. К счастью именно в этот момент настой стал пахнуть так, что Лилис почувствовала, что он готов.

Осторожно поднявшись, она подошла к очагу и осторожно сняла котелок. Под удивленным взглядом Морран, Лилис перелила настой в кружку. Вернувшись к столу, она снова села и не откладывая, сделала глоток. Облегчение стрелой пронеслось по телу, и Лилис торопливо отпила из кружки еще немного напитка. Нет, боль не отступила одним мигом, но она утихла, позволяя хотя бы спокойно дышать.

— Надеюсь это вкусно. Потому что пахнет по-настоящему божественно, — сказала Морран, крутясь рядом.

Лилис не стала бы описывать этот настой такими словами. Для нее он стал настоящим спасением. Спасением, которое она приготовила своими руками, даже не подозревая как. И отказываться от него она не собиралась. Осталось самое главное, вспомнить, как она это делала.

Обхватив себя руками за плечи, Лилис задумчиво смотрела в окно. Она жила в комнате Маркаса все то время, пока его не было в клане. Без него это место опустело, потеряв свою суровость, какой была прежде. Даже кровать, в которой ей пришлось спать в одиночестве, потеряла свою прежнюю теплоту, когда Маркас лежал рядом. Лилис никогда бы не подумала, что может так сильно скучать по человеку. По мужчине, собирающемуся наказать ее.

Вот уже больше недели она ждала, когда же он вернется домой. Ей хотелось посмотреть на него и

убедиться что с ним все в порядке, потому что со дня его отъезда ее сердце потеряло покой. Единственное что ее успокаивало, вера в то, что сейчас ему ничего не угрожало. По крайней мере, она не чувствовала той боли, что в прошлый раз едва не сокрушила ее. К сожалению, она могла лишь предполагать, что с ней случилось тогда. И это предположение все еще пугало. Кажется, она чувствовала его боль, и только собственный настой сгладил эти ужасные дни. Понемногу боль сходила на нет.

Лилис хмуро потерла лоб. Единственный человек, который мог расставить все по местам, Фэррис. Лилис не сомневалась, что женщина знала об этом гораздо больше чем она. Только вот надежды на их новую встречу у нее не было. Гордон не отпустит Фэррис из клана, слишком умелой целительницей она была. Лилис печально вздохнула. Она очень скучала по Фэррис. Может быть сейчас, Фэррис бы не узнала ее. Она знала, что изменилась за эти долгие месяцы спокойной жизни. Изменила в лучшую сторону, чего никогда от себя не ожидала.

Улыбнувшись, Лилис погладила живот. Уже скоро. Эта фраза пугала и одновременно с этим вселяла приятное возбуждение.

— Почему ты проводишь целый день в комнате?

Как и ожидалось, Мэррион заскочила в комнату, без стука и какого-либо предупреждения. Лилис повернулась к ней, встречая с добродушной улыбкой на лице. Просьбу присмотреть за дочерью в будущем, она приняла на себя уже сейчас. Теперь ее характер приобрел самые удивительные черты, о которых прежде нельзя было и помыслить. Она стала самой настоящей наседкой, упрямой и бесстрашной. Любой косой взгляд в сторону Лилис, натыкался сначала на Мэррион. Уж она-то знала, как совладать с теми, с кем жила бок о бок. И это помогало.

— Все в порядке? — спросила Мэррион, подходя ближе, и заглядывали Лилис через плечо.

Этот был тот вопрос, с которого они обычно начинали ежедневное приветствие. После того что случилось, Мэррион не уставала задавать ей этот вопрос. В ее голосе ясно чувствовалось сочувствие.

— Да, все хорошо, — с улыбкой сказала Лилис, глядя на снег, покрывающий внутренний дворик. Зима вступила в свою полную силу.

Мэррион тоже улыбнулась.

— Тогда мы спускаемся к завтраку, — сказала она тем самым тоном, который не признавал возражений, — Пойдем.

Лилис была готова к этому. Бросив последний тоскливый взгляд на улицу, она направилась за Мэррион.

Сегодня главный зал был необычайно тих. Воины не задерживались и, покончив с едой, быстро покидали дом.

— Почему так тихо? — спросила Лилис, усаживаясь за стол.

— Сегодня день охоты, — с печалью в голосе сказала Мэррион, — Я тоже могла бы там быть.

Лилис поморщилась, но ничего говорить не стала. Все равно ничего не изменить. Упрямый Маркас не желал прощать сестру.

С улицы донесся громкий крик.

— Что происходит? — испуганно спросила Лилис, оглядываясь.

Мэррион не успела ответить. Двери главного зала распахнулись, с грохотом ударяясь об стену. Дугалд и Донован тащили на себе еще одного воина. Его лицо было белее снега, а по одежде стекла вода, где-то превращаясь в обледенелую корку. Его трясло так сильно, что губы посинели. Мэррион выскочила из-за стола, а Лилис оцепенело смотрела, как мужчины волокут воина к очагу. Странное ощущение перехватило сердце, заставляя сжимать кулаки.

— Что случилось? — спросила Мэррион. Вскочив на ноги, она подбежала к очагу и стала поправлять шкуры ближе к огню. Первое что нужно было сделать, как можно скорее согреть Камдена.

— Снега выпало куда больше, и лошадь Камдена понесла вперед, не разглядев дороги. Они свалились под лед. Он все еще не так крепок, — быстро ответил Дугалд. В пору отъезда Маркаса, обязанности вождя легли на его плечи. И теперь случилось такое несчастье. — Нужно уложить Камдена на шкуры, — распорядился он.

Осторожно, они уложили трясущегося мужчину к огню. Мэррион уселась подле него, собираясь его раздеть, но Дугалд отстранил ее в сторону грубым движением.

— Уходи, Мэррион, — распорядился Дугалд, — Позови маму. Пусть приготовит согревающий отвар. Это все что мы можем сделать, чтобы Камдена не охватила сжигающее тело лихорадка. Если к утру продержится, то выживет.

Мэррион кивнула и бросилась к лестнице. Лилис прижалась к спинке стула, не зная что делать. Со своего места она видела как дрожит Камден, даже после того как его полностью избавили от насквозь промокшей одежды и накрыли несколькими слоями шкур. Лилис то и дело порывалась встать, но тут же отдергивала себя, останавливая от этого безумия. Чем она может помочь, когда ничего не ведала о лекарствах? Она точно не вылечит Камдена. А вот Дженис обязательно сможет.

К счастью, Мэррион быстро привела Дженис. Женщина, бросив быстрый понимающий взгляд на мужчин, поспешила на кухню. Лилис облегченно выдохнула. Значит, теперь жизнь Камдена будет вне опасности.

Но и после этого Лилис не смогла заставить себя подняться и уйти из главного зала. Она замерла в ожидание, когда же Дженис появится с лекарством, но её всё не было. Лилис снова посмотрела на Камдена. Огонь не согревал его. А мужчины чертыхались, накрывая его шкурами, которые он тут же сбрасывал с себя. Похоже, то, чего опасался Дугалд, свершилось. Лихорадка пришла к Камдену.

Лилис уже хотела подняться, когда Дженис прибежала с высокой кружкой отвара.

— Напоим его, а потом унесите его в комнату на втором этаже. Там будет куда теплее, чем здесь,

— приказала Дженис, усаживаясь перед Камденом на колени.

Лилис с облегчением выдохнула и поднялась. Теперь она могла уйти.

Лилис промучилась весь день. Даже работе оказалось не по силам отвлечь её. Мысли возвращались к Камдену, который занял свободную комнату на втором этаже.

Сейчас, ближе к ночи, Лилис всё ещё слышала шаги, раздающиеся в коридоре. Камдену становилось хуже, и Дженис не справлялась с его болезнью. Лилис слышала ее разговор с Дугалдом, когда они выходили из комнаты больного.

Хмурясь, Лилис погасила свечи и легла на кровать. Укутавшись в одеяло с головой, она зажмурилась, надеясь уснуть. Сон, который пришёл к ней был тяжёлым и уже через несколько часов, обливаясь потом, она подскочила на кровати.

Спустив ноги и не особо задумываясь над своими действиями, Лилис вышла из комнаты, как была в одном нижнем платье. Не таясь, она спустилась на первый этаж и прошла на кухню. Уже в кладовой, она осмотрела полки, теперь зная, что ей требовалось. Кивнув сама себе, она взяла глубокую ступку и кружку. У стола, она измельчила сухие листья, беря их наугад, но уверенными движениями. Её пальцы порхали над кружкой, и Лилис знала, что и на сей раз все делает правильно. Аромат подсказывал ей верность подобранной травы.

Залив подготовленную смесь водой, она поставила котелок над разогретым очагом. Сев на стул, она уставилась на огонь, ни о чем не думая. Ей показалось, что она успела лишь моргнуть, когда над котелком появился пар и вода закипела. Удовлетворенно кивнув, Лилис перелила настой в глубокий кувшин. Он нужен ей горячим.

Прижимая его к груди, она вышла из кухни и так же быстро поднялась на второй этаж.

Лилис вошла в комнату Камдена, чувствуя удушающий жар, который повис в воздухе. Осторожно поставив кувшин на стол, она села на край кровати и прижала ладонь к его горячему лбу. Если так продолжится дальше, то к утру Камден умрёт. Она этого не хотела. Она должна спасти

Камдена. Должна сохранить ему жизнь.

Перелив часть лекарства в кружку, Лилис подошла к затихшему Камдену и приложила край кружки к его пересохшим губам. Он сделал несколько глотков и казалось не чувствовал его жара. Лилис улыбнулась. Почему-то она была уверена, что теперь всё будет в порядке.

Взяв одну из шкур, она бросила её на пол и легла. Глаза слипались, и до ужаса сильно хотелось спать. Лилис легла у кровати Камдена и, подложив ладонь под щеку, уснула крепким сном.