Суетящийся демон. Книга 2

Глава 23 Улей

«Идею? Предлагаешь бросить этих двоих и вернуться попозже, более подготовленными?»

«Очень смешно, Тимофей. Мы пробьём дыру в шкуре этой твари одним точным ударом, прямо у ног Эннор и она сможет воткнуть иглу».

«Мы прикончим девчонку, хозяин, расстояние слишком велико, нужна невероятная удача чтобы… Я кажется тебя понял…»

«Да! Как на баскетболе, Тимофей, помнишь как мы сделали их? Твои дальние броски были невероятными».

«Помолчи, пожалуйста, мне нужно сосредоточиться… Дай оружие…»

Ладони в бордовых перчатках сжали костяную руку Евклида с ваджрой. Они были значительно больше человеческих и покрыли рукоять целиком. Глаза синеволосого запылали, он сосредоточенно смотрел на цель, находящуюся в нескольких сотнях метров. Руку Евклида выкрутило в плече, сатан был предельно сосредоточен и забыл о сохранности хозяина. Тот стиснул зубы, но терпел, стараясь не мешать.

«Вот так… Говори!»

— Гелиодор передаёт привет!

Сатан рванул рукоять. Раздался щелчок, рука Евклида выскочила из плечевого сустава. Короткий линий луч, словно выстрел из снайперской винтовки, устремился к Эннор, оставив возле неё метровую царапину. Та мгновение удивлённо смотрела на неё, а затем молниеносно вонзила иглу в образовавшуюся брешь. Помпа под напором выбросила раствор в тело чудовища, за две секунды опустошив бутылку.

Эннор усмехнулась и перевела взгляд на левую ногу, лежащую рядом. Суетящийся демон всё же был недостаточно точен.

«У тебя получилось, Тимофей? Ничего не могу разобрать в этой мешанине внизу».

«Получилось, хозяин… Быстро туда, нам надо вытаскивать её из этого мессива».

«Спроси у неё что со Славой?»

«Она не чувствует своего хозяина. Но и контракт пока не исполнился. Глаз вопит в моей голове. Так громко, что я почти тебя не слышу, хозяин. Проклинает нас, спрашивает, что мы с ним сделали».

«Скажи, что для него есть две новости, хорошая и плохая. Плохая в том, что мы и сами толком не знаем, что за жижа теперь распространяется внутри него, а хорошая, что он скорее всего скоро увидится со своим старым приятелем Вагунту. Кстати, Тимофей, куда отправляются демоны после смерти? Во что вы верите?»

«Никуда. Просто развоплощаемся и всё».

«Жаль. Тогда остаётся только плохая новость».

Силуэты двигались всё медленнее. Эннор лежала, свернувшись калачиком, принимая весь урон на себя, уже не в силах поддерживать защитные печати или уворачиваться. Благо силы в ударах врагов уже не осталось. Суетящийся демон вдребезги разбил сразу десяток противников одним взмахом ледяного копья. Они стали хрупкими и сыпучими, словно песок на планете молчальников.

Евклид зачерпнул горсть песка в карман, выполняя просьбу Бракуса, и подхватил почти невесомую Эннор с земли, велев обхватить его за шею. Костяная рука ни на миг не расставалась с оружием, а левая придерживала раненую.

«К кораблю, Тимофей! Уходим!»

«Жаль, — нанося удар за ударом, ответил синеволосый. — Уничтожать их в таком состоянии ужасно весело».

Один из силуэтов прорвался к Евклиду и махнул наотмашь. От удара о шлем рука нападающего рассыпалась почти до самого локтя.

«Я уже хотел было псов вызвать, да они пасти только песком набьют».

«Враг больше не опасен, Евклид, он издыхает, я это чувствую».

— Эннор, как нам попасть в саркофаг? Лезвия непрерывно двигаются! — крикнул он прямо в её ухо, перекрикивая шум Хаосума.

— Нужно приложить твоё кольцо, это снимет защиту и перезагрузит систему.

— И как мне это сделать?

— Это просто, дай покажу… — Она стянула с его пальца кольцо и молниеносным движением просунула его между лезвий. Через секунду её отсечённая рука с зажатым в пальцах кольцом, рухнула наземь. Механизм остановился и лезвия скрылись в корпусе.

— Эннор! — воскликнул Евклид от неожиданности.

— Да пошло оно всё… К чёрту в цепи… Мы же как ящерицы… Отрастёт… — она закрыла глаза.

Евклид бережно занёс её в корабль, поднял кольцо и запрыгнул следом.

«Тимофей! Внутрь!»

«Заводи, хозяин, я пока присмотрю тут за обстановкой вокруг. Демон торгуется. Обещает любую награду в обмен на свою жизнь».

«Скажи пусть назовёт волшебное слово, открывающее купол над территорией острова. А ещё скажи, что за свою жизнь ему теперь придётся договариваться с существами под его каменной кожей. Он же любит человеческие фермы? Вот теперь он и сам — ферма».

Евклид, чертыхаясь, поднял лежащего около капитанского кресла товарища. Он не двигался, дыхания и пульса не наблюдалось.

— Ремень, Слава… Почему ты не пристегнул ремень.?

Евклид оттащил товарища в сторону и с трудом водрузил рядом с Эннор, на этот раз пристегнув, чтобы тот не свалился по дороге.

«В кабину, Тимофей, взлетаем!»

Суетящийся демон, наконец, запрыгнул внутрь и закрыл затвор.

— Где твоя рука, Эннор? — удивился синеволосый.

— Вот, — слабо кивнула та, на уже чернеющую и превращающуюся в пепел конечность.

Корабль оторвался от поверхности и набрал высоту. Отсюда было хорошо видно, как гигантская смертоносная подошва постепенно иссыхается, становясь похожей на овсяное печенье. Голодные твари с удивлением подплывали к ней и уже лакомились первыми похрустывающими кусочками постепенно погибающей плоти самого могущественного демона в округе.

— Интересно, сколько эта махина будет здесь разлагаться? Может порезать его на несколько частей, как торт, для верности, хозяин? Столько человеческих душ насмарку. Даже слегка его жаль.

— Надо быстрее доставить нашего приятеля на территорию острова, он не дышит. Они туземцы, наверняка у них есть какие-то снадобья… Сатаны, сделайте что-нибудь, нам надо, чтобы он дотянул, ясно?

Евклид яростно выкручивал руль, стараясь не обращать внимания на боль в плече и пояснице. Ему хотелось быстрее доставить приятеля в безопасное место. Он дёрнул рычаг, измельчая чудовищ, снаружи что-то неприятно застучало. Тимофей накладывал на Славу какие-то чары, а искалеченный сатан прилегла и закрыла глаза.

— Эннор, как он? Эннор⁈

— Да слышу я… Контракт пока не исполнился. Дай полежать минутку.

— Тимофей, садись вперёд, ты видишь территорию?

— Не вижу хозяин.

— Да вон он… Правее бери… — пробормотала Эннор, прищурившись. — Ничего без меня не можете, бездна вас подери…

На этот раз демон-глаз не обманул и слово сработало. Они проникли сквозь купол, сразу разглядев внизу знакомые очертания. Евклид направил корабль прямиком к основанию башни, где уже вооружались примитивными пиками и топорами местные обитатели.

Посадка была жёсткой, но главное быстрой. Суетящийся демон, отворил затвор, вытолкнул дверь наружу и тут же словил несколько тычков острых палок, которые вонзились в него лишь слегка повредив кожу.

— Не узнали меня? — Он отшвырнул копья и оскалился.

— Великий синеволосый Владыка! На колени! Пощады!

— Пощады! Пощады! — заголосили остальные.

— О! — выдохнули туземцы, увидев рядом с сатаном его хозяина в белой рубашке и жёлтом галстуке.

— Ирей! Где Ирей⁈ Нам нужна помощь быстро! Тимофей бери Славу.

Вождь племени, прихрамывая устремился к кораблю, приветственно размахивая руками.

— Вождь, это Слава, мой товарищ! Без сознания, при смерти. Ударился при падении корабля! Может сотрясение или ещё что-то. Нужен доктор.! Знахарь… Кто у вас тут лечением занимается?

— Шаман! — провозгласил вождь. — Неси его сюда! Вот в этот дом!

Довольно просторная хижина из веток и какого-то тряпья была обиталищем местного шамана, который являлся одновременно и доктором, и предсказателем. Когда Евклид с демоном и группой туземцев с криками ворвались внутрь, шаман ещё спал и теперь сидел, протирал глаза и пытался осознать происходящее.

Но лишь его, подёрнутые пеленой глаза, разглядели тело человека, повисшего на руках синеволосого, он мигом оживился.

— Смерть! Почти мёртв! Сюда! — шаман подбежал к дальнему краю хижины и сдёрнул с пола кусок цветастой ткани. Под тканью обнаружилась яма, земля от которой холмиком высилась рядом. Шаман велел уложить тело на дно и немедленно присыпать его землёй. К старику подскочил молодой паренёк лет десяти и принялся ссыпать землю в яму, работая попеременно маленькой лопаткой и голыми руками.

— Всем покинуть помещение! Особенно тебе! — кривой грязный палец шамана указал на Тимофея. — Встань снаружи и никого не пускай. Ни одна живая душа не должна войти! Ты понял?

Синеволосый кивнул и послушно встал у входа на страже.

— Ты его друг? — обратился старик к Евклиду. — Можешь остаться. Будешь помогать. Потом тоже уйдёшь.

Он сунул в руки молодого человека охапку каких-то коротеньких веточек, непонятную железяку с усиками и кусок камня.

— Зажигай по одной и втыкай в землю.

Евклид присел на колени рядом с закопанным товарищем. Снаружи осталась торчать одна только голова, а свежую землю подросток ловко утрамбовывал ладошками. Губы и лицо приятеля были синими, а кожа холодной.

— Не касайся его! — велел шаман. — Зажигай! Быстро!

Мальчонка, наблюдая за нелепыми попытками Евклида справиться с огнивом, одним ловким движением выхватил его из рук и мгновенно высек из камня искры. Сухой трут в его ладони начал тлеть, а потом показалось пламя от которого тот начал подкуривать, выданные шаманом палочки и втыкать в землю. Евклид понял, что требуется делать и принялся помогать.

Шаман, тем временем, приковылял с ужасно ветхой маской в руках, прогрел её над пламенем воткнутых лучинок, сдёрнул шлем с головы Славы и натянул вместо него маску.

Сев у изголовья, скрестив ноги, шаман внимательно оглядел Евклида с ног до головы, задержавшись на руке с ваджрой и кивком указал на выход.

— Он выживет? — спросил Евклид.

Но ответа не получил, главный врачеватель племени уже занимался, одному ему понятными, колдовскими делами. Снаружи собралось всё племя. Люди сидели на земле, округлив спины и исподволь поглядывали на высокую фигуру синеволосого. Беззвучный диалог дуэта они не слышали и не решались прервать молчание первыми.

«Твой приятель слабый, хозяин. Не обижайся, ты знаешь, что это так. Умный, для человека, но совсем не годится для сражений. Даже если выкарабкается сейчас, погибнет в следующем бою».

«Увидим, Тимофей. Хочу дать ему шанс. Мне нужен кто-то рядом. Человек. Чтобы спокойно поесть хоть иногда, поделиться мыслями о происходящем вокруг. Тот, кто не предаст».

«Войдом ему бы жилось легче. Я видел таких. Дети героев, которых отцы отправляли по своим стопам, плыть на лодках отчаяния по рекам из крови. Плюшевые куклы в мясорубке судьбы… Так ты заставишь законтрактоваться и идти на войну всех этих людей вокруг? Детей тоже?»

Евклид оглядел сидящих туземцев. Их было больше сотни.

«Детей тоже. Нам нужен каждый человек. Один человек, пусть даже ребёнок, равно один сражающийся в Норах демон. Мне нужен каждый. Людям не обязательно участвовать. Драться будут демоны. Задача людей защитить их от воздействия реликвий Братства. Вот и всё».

По рядам собравшихся пробежал шёпот. Они активно обсуждали что-то, указывая руками на грудь. Женщины и мужчины улыбались, перестав стесняться гостей.

— Ирей, — Евклид подошёл к вождю и присел рядом с ним. — Что происходит? О чём вы шепчетесь?

— У нас что-то произошло внутри, Владыка. Что-то необычное. Очень немногие чувствовали подобное, когда Вагунту погиб. А теперь мы ощущаем всё это вместе. Пустота внутри вдруг заполнилась. Как будто мы вновь обрели что-то важное, но не понимаем что именно.

— Такое чувство возникает только в одном случае — когда расторгается контракт. Демон умер. — Констатировал синеволосый.

— Не сам умер. Мы убили его, Ирей. Того, кто управлял этой территорией так долго. Теперь вы свободны.

— Тот гигантский глаз в небе?

— Да. Того, кто все эти многие сотни лет скрывал от вас информацию как на самом деле устроен мир. Как твоя нога?

— Всё хорошо, Владыка Евклид. Я теперь немного прихрамываю, но это пустяк. Никто в племени до сих пор не решился бросить мне вызов. Акалин, иди сюда! — Он обратился к сидящему рядом крупному человеку с мощной челюстью и кривым шрамом на лбу. — Это Акалин, вождь племени белых. Мы теперь вместе, почти две сотни голов. После вашего первого пришествия мы больше не воюем. Живём одной общиной. Без войны хорошо. Ири недавно родила мальчика.

Евклид вздохнул.

— К сожалению, без войны не получится вождь Ирей и вождь Акалин. Именно для этого я и прибыл на этот раз. За вами. Здесь, в отдалении вы не выживете. Вода, еда, медикаменты… Ногу тебе поправим. Так или иначе придётся платить свою цену. Раньше вы платили её одним демонам, а теперь будете платить другим. Я вот тоже плачу. — Евклид продемонстрировал свою руку. — Там, снаружи творится полное безумие, но мы хотя бы знаем правду. Люди объединяются с сатанами и идут к цели вместе. Вы жили в неведении сотни лет, погруженные в забвение тем демоном. Теперь его глаз навсегда закрыт, а вашим глазам пришла пора открыться.

— Твои слова красивы, Владыка. Почему же ты выглядишь столь печальным?

Евклид улыбнулся и похлопал его по плечу.

— Всё нормально. На острове больше никого нет? Я хочу прогуляться. Поразмыслить немного.

— Мы одни, Владыка. Вы — первый гость на этом месте за долгие-долгие годы. Здесь безопасно. Да и кто посмеет бросить вызов такому как вы?

Евклид выпрямился и пошагал к кораблю. Чёрная матовая обшивка, с местами уже ободранной краской, выглядела куда эффектнее светлых оттенков Братства. Несколько погнутых лезвий так и не смогли вернуться в свои механические ножны, им явно требовался ремонт. Возможно и механизмы, управляющие этой смертельной мясорубкой пострадали. Жёлтый смайлик нагло ухмылялся, абсолютно не смущаясь того, что висит на собственном галстуке. Эннор отлично подобрала оттенки.

— Что ни говори, а вкус у демонов, тяготеющих к женскому, имеется, я был прав. В моём мире говорили «если ты хоть раз не оборачиваешься на свой автомобиль, когда покидаешь его, значит ты выбрал не ту машину». Я с этим согласен, а ты, штурмигатор?

— А я отращиваю свою руку и ногу, Евклид. Механизм правого крайнего клинка повреждён, я слышала, когда мы летели, хочу посмотреть. Не люблю когда в моём корабле что-то не так.

Пара её глаз тускло светилась в темноте кабины, как у кошки под кроватью. На остров стремительно опускалась ночь.

— Спасибо за сегодня, Эннор. Без тебя мы бы не справились. Ты пыталась продырявить его шкуру до последнего вздоха.

— Был приказ, я действовала. Спасибо, что не бросил меня там, капитан. Уверена, что Суетящийся и пальцем бы не пошевелил, чтобы меня вытащить.

— Вообще-то именно он и предложил мне поспешить на помощь, — усмехнулся Евклид. — Признаюсь, что в разгар боя я больше думал о том, как прикончить противника и не потерять Клинок Небес. Но и без такого опытного штурмана мне придётся туго.

— Мило, что ты зашёл позаботиться о здоровье случайно встреченного демона.

— Когда ты в дуэте с Суетящимся, перестаёшь верить в случайности. Отдыхай. Надеюсь, твой хозяин поправится.

— Лучше бы он умер сегодня ночью. Я бы восстановилась куда быстрее.

— Он спас тебя там. Раскидал тех тварей, выиграл нам время…

— Мне даже находиться в одном корабле с этим недотёпой тошно, капитан. Надеюсь, когда он сдохнет вы найдёте мне партию получше.

Евклид махнул ей рукой и не спеша пошагал к бетонной шестнадцатиэтажке.

«Эннор в порядке, Тимофей. А я хочу побродить один некоторое время. Помашу тебе сверху. Сообщи, если по Славе появится информация. Внутрь хижины никого не пускай, послушаем шамана, вдруг это и правда важно».

«Есть».

Железную дверь после их прошлого визита так и не восстановили. Евклид вошёл в чёрный подъезд и медленно двинулся вверх по лестнице. Он преодолевал этаж за этажом не останавливаясь, стараясь продышаться, прочистить голову, сбросить через тело нагрузку гнетущих эмоций.

«Меняйся! Адаптируйся! Мимикрируй!» — по слову на каждую ступень. И хоть задача выживания всё ещё остро стоит перед ним, ставки стали гораздо выше, чем раньше. Вот-вот он станет силой с которой будут обязаны считаться все в Хаосуме. Победа над глазом придавала уверенности. Кто ещё способен справиться с древним существом, ценою в несколько сотен душ. Да, не без помощи Бракуса, но он сам нашёл анатома, сам прибыл в Норы. Теперь он сам решает свою судьбу.

На лицо постепенно наползала улыбка. Ваджра приятно оттягивала руку, хотя плечо по прежнему ныло. С сатаном в дуэте тело заживало быстро и не столь болезненно. Главное не переступать грань между жизнью и смертью и восстановиться будет не сложно.

Молодой человек вышел на крышу и закрыл глаза, впитывая в себя далёкий свет несуществующих звёзд. Он присел на самый краешек крыши, щекоча себе нервы, наблюдая за кострами внизу.

«Интересно, боярский крест спасёт меня от удара о землю?»

Он засунул руку под рубашку и достал крест, точнее то, что от него осталось. Артефакт был полностью разрушен. Камни крошились в руках, а металл вокруг будто разъела ржавчина, оставив на пальцах рыжие следы.

— Хорошо тут, правда? Райский иллюзорный остров посреди бесконечного океана кошмара.

От неожиданности Евклид чуть было не сорвался с уступа. Подавляя онемение от подскочившего адреналина, он уцепился за торчащий кусок арматуры и спрыгнул на плоскую безопасную крышу. Высокий голос казался ему смутно знакомым.

Позади каменного трона Вагунту, в тени кто-то сидел. Евклид, проклиная развалившийся так не вовремя артефакт, зашептал заклинание широкого беккеринга.

— Кто ты⁈ — Евклид выбросил руку с ваджрой вперёд.

— Я — кошмар, происходящий вокруг, Тимофей. Однажды я роем мелких пчёл влетаю в голову и свиваю улей прямо внутри черепной коробки, оставаясь там навсегда.