Суетящийся демон. Книга 2

Глава 5 Последствия

Всё пространство, до куда дотягивался взгляд молодого человека, в один миг потеряло свои краски. Кружащийся вокруг песок, келья вдалеке, даже яркий жёлтый галстук на шее отличался от всего остального только оттенком тусклого серого цвета.

Лишь распростёртый поверх круглого листа с пентаграммой Суетящийся демон, остался таким же ярким, как был. Его длинные синие волосы разметало по сторонам, а глаза подёрнулись зеркальной пеленой, отражающей теперь всё, что творилось вокруг.

Судя по реакции монахов Братства, эту перемену заметил не только Евклид. Пространство прорезал высокий металлический лязг, будто невидимый кузнец, орудовал молотом придавая идеальную форму подкове.

— Что за чертовщина⁈ — Семён озирался по сторонам, невольно отступая от распластанного тела. — Давайте начинать преобразование! Быстрее!

По рядам монахов пронёсся неразборчивый шёпот. Они не могли произносить слов, однако удивление и страх вырывались наружу вместе с дыханием. Большинство из них побросали нити бордовой пряжи, разглядывая свои ладони. Пытаясь понять, что происходит вокруг.

Тени перестали синхронизироваться с движениями людей, они ёрзали по песку, подчиняясь никому не известной логике.

Евклид, вспоминая наказ своего прислужника, замер. Он дышал медленно, контролируя каждую фазу вдоха и выдоха, лишь слегка отвернув голову от бесконечно продолжающейся песчаной бури. Сквозь прищуренные веки он наблюдал за метаниями монахов и Тимофеем, который с улыбкой вглядывался в зеркальную бездну, видя одному ему понятные видения.

В голове молодого человека зазвучали слова Суетящегося демона, явно разговаривающего, а самим собой:

«Сердечный приступ… инсульт… вижу всё… частицы сбивают свой стройный ход… тромбоэмболия… да… аневризма аорты… песок вокруг усугубляет… как вовремя… у хозяина крепкое здоровье…»

Люди вокруг в панике метались по сторонам, натыкаясь друг на друга, падая и затихая на песке один за другим. Кто-то корчился на земле, ловя ртом воздух, некоторые разрывали на себе одежду.

«Энтропия… абсолютный хаос… все самые негативные сценарии, возведённые в абсолют… судороги… остановка дыхания. их убивает песок… невероятно… как ничтожна вероятность, но она есть…»

Часть послушников бежали к башне. «Проклятие! Это проклятие!» — кричали они, нарушив свой обет молчания.

«Инфекция… ещё одна… невероятно быстро развиваются… перелом ноги… сепсис… люди так хрупки… зависимы от стройного хода вещей…»

Чёрные псы скулили, прижавшись к земле, не понимая, что происходит вокруг. Демоны не имели стройно работающих внутренних органов, поэтому не могли погибнуть от внезапно накрывших их негативных вероятностей, связанных со здоровьем. Песок лишь слегка покалывал их тела в наиболее уязвимых местах, а вот бегающие и размахивающие оружием и магией люди, действительно представляли угрозу.

Две созданные людьми, вращающиеся защитные печати, отскочили друг от друга, став причиной гибели двух послушников и потери задней конечности одного из чёрных псов. Сражающийся с невидимыми демонами обезумевший послушник, размахивал саблей, до тех пор пока она не выскользнула, вонзившись в горло его товарища.

Евклид моргнул, прижав веком песчинку, неудачно попавшую в глаз. Он прикрыл его, стараясь удержать глазные яблоки в статичном положении. Дышал он прерывисто и неглубоко, опасаясь случайно вдохнуть частичку пыли и закашляться. Кто знает какую невероятную цепочку негативных сценариев мог породить случайный кашель?

Бордовые шерстяные нити, метались под порывами урагана, постепенно возвращая свою форму. Нить за нитью, вниз от предплечья сатана до кончиков пальцев.

Когда последняя нить обрела своё место, лязганье прекратилось. Ни одного тела, кроме прочно привязанного к столбу, не осталось в вертикальном положении.

«Ну вот и всё, хозяин. Надеюсь, ты остался жив».

«Жив Тимофей! Но не сказать, что в порядке. Сними меня отсюда!»

Евклид рассматривал обрывки белой рубашки и брюк, а также кровоподтёки в местах, где кожа контактировала с проволокой. Галстук-реликвия на удивление нисколько не пострадал.

Суетящийся демон сполз с железного преобразующего круга и уже вовсю регенерировал свои ноги, облокотившись на крест.

— Что это было, Тимофей?

— Абсолютная энтропия, хозяин. Неконтролируемое проклятье, поражающее всё вокруг.

— Почему ты не рассказал мне заранее?

— У этой способности очень специфические условия активации. Все кто знает о ней, в том числе и я сам, обязаны делать всё возможное для того, чтобы оно не сработало. В этом смысле проклятие слегка напоминает контракт.

— Абсолютная энтропия… — задумчиво повторил Евклид. — И где ты слов таких набрался?

— Был у меня один хозяин — физик…

— Нет, стоп! Займись лучше своими ногами, здесь становится жарко. Нам надо убираться с улицы побыстрее, а я просто не утащу тебя на себе.

— Можем остаться здесь. Я могу создать ледяной купол над нами, хозяин.

— Сидеть в печи, укрывшись ледяным барьером? Пожалуй, откажусь…

Евклиду вдруг стало плохо. Несмотря на жару, по телу пробежал озноб. Было ощущение, что он вот-вот потеряет сознание. Секунда… Другая… К горлу подступил комок и его вырвало. Стало немного легче.

— Надеюсь с внутренними органами всё в порядке, хозяин? — участливо спросил Тимофей. — В полевых условиях я не смогу провести полноценную полостную операцию.

— Лучше займись своими ногами сатан. Пожалуй, слишком много трупов на сегодня.

— Судя по всему, один всё-таки уцелел. Но ненадолго.

Молодой человек посмотрел в направлении куда указывал Тимофей. Пятёрка чёрных псов слегка побитые, но вполне здоровые столпились вокруг какого-то выжившего.

— Дай мне копьё, Тимофей.

— Дланью пронзающей по обе стороны…

Сжимая приятно тающее в руках оружие, Евклид подбирался к копошащимся теням. Широкий беккеринг был наложен, рассекающие заклинания были наготове. Синеволосый прикрывал из-за спины. Правда, один глаз слезился и едва видел. При приближении Евклида, собаки с рычанием расступились. На песке, дрожа от страха, скорчился его недавний белоглазый приятель.

— Выжил, значит…

— Я узнаю твой голос! Это всё ты сделал, ублюдок!

Евклид подошёл вплотную и обомлел. Семён был слеп. Глаза его не изменились снаружи, но внутри произошло что-то, что нарушило их функцию. Лежащий на на земле беспорядочно крутил головой, вздрагивая от резких звуков и рычания.

— Вы сами это затеяли. Мы вас предупреждали. Упрямство и отсутствие гибкости погубило вашу общину, не мы. Вставай!

В глубине души, Евклиду было жаль беднягу, однако это чувство было глубоко зарыто под слоем злости и разочарования.

— Вставай давай! — повторил он, коснувшись руки Семёна копьём. Тот вздрогнул и поднялся.

Евклид взглянул на чёрных псов, полукругом стоящих вокруг. Они наблюдали. Он не почувствовал от них ни капли агрессии.

— Нужна помощь! — обратился он к ним. — Один доброволец, за мной!

Повернувшись к ним спиной, он пошёл к Тимофею. Большая чёрная тень послушно последовала за ним.

— Они теперь за нас? — усмехнулся синеволосый. Одна его нога отросла уже чуть ниже колена. Не без труда им удалось усадить демона в седло.

— Похоже на то. Двигаем в келью!

Евклид пошёл пешком. Жар пустыни быстро прибывал.

— Эй! Где все! Не бросайте меня здесь! — звал Семён.

— Держись, — Евклид ткнул ему в руку конец копья, — скажешь своим внутри, что мы не опасны.

Однако внутри кельи все были мертвы. Судя по предметам, разбросанным вокруг, оставшимся пришлось куда хуже, чем их братьям снаружи. Можно было только догадываться, как не случайный ход негативных событий привёл их в то плачевное состояние, в котором они находились сейчас. Стараясь не разглядывать тела в подробностях, Евклид прошёлся по комнатам.

— Здесь на стенах кругом пробирки с песком. Для чего они? — обратился он к слепому, зайдя в очередное помещение.

— Это песок пустыни. Он специально фильтруется и используется в магических ритуалах. С помощью него возможно даже попасть в основную линию времени. Туда, где Смешение пока не произошло! Очень ценный!

Похоже послушник, наконец, осознал своё положение и теперь изо всех сил старался быть полезным.

— Тот самый песок… — Евклид прошёлся вдоль стеллажей и захватил с собой пару небольших посудин. — Что ещё ценного здесь есть? Как выглядит ваша реликвия?

— Реликвия глубоко в земле, в песке! Я никогда её не видел! Говорят, она огромная, именно из-за неё песок приобретает свои свойства! Братство очень ценит это место! Оно не простит, если с реликвией что-то случится!

— Покажи, где мои вещи. И ещё мне потребуется новая одежда. Рубашка, желательно белая.

— Покажу! Я всё покажу! Ваши вещи рядом с комнатой, где вас расположили после знакомства…

— Рядом с пыточной камерой, куда нас швырнули без права на объяснения? Веди!

Евклид с огромным удовольствием надел на шею боярский крест и два кольца. С ними в душу возвращалось спокойствие. Но особенное удовольствие ему доставил бутылёк с мозгачом, коим он сразу же и воспользовался.

Найденная одежда песчаных жителей была просторной и довольно удобной. Белой рубашки в закромах молчальников не нашлось, пришлось ограничиться безразмерной бежевой монашеской рубахой. Зато жёлтый Пояс Апостола занял своё изначальное местоположение — на талии, а не на шее.

— А это что за штука?

— Опишите, о чём вы говорите? Я не вижу…

— Здесь шкатулка, в ней перстень… — Евклид открыл шкатулку, — … Похож на золотой. На ободке квадрат с вязью, одна вертикальная линия…

— Это нашего владыки! — радостно откликнулся Семён. — Он сейчас там лежит, вместе со всеми… — добавил он уже грустнее. — Этот перстень позволяет перевозить с собой груз. Предметы, существ. Людей нельзя. Демонов, вроде бы можно. Владыка рассказывал, что с помощью него доставлял чёрных псов заказчикам.

— Великолепно! Оставлю себе в качестве трофея… Нет, скорее за беспокойство. Что-то нет у меня гордости за те дела, которые мы здесь натворили. Как он работает?

— Носить лучше на указательном пальце. Большим проводите по узору. От себя — вытащить наружу, к себе — забрать с собой. Вместительность мне неизвестна.

— Ясно! Показывай саркофаг! Оценим ваши инновации.

Саркофаг был не один, а целых три. По сути саркофаг представлял из себя короб, сваренный из толстых металлических листов, с прорезями для окон, забранных решётками.

— Тут два обычных саркофага и один навороченный, серебристого цвета. — Описал Семёну картину Евклид.

— Да! Клинки Небес! Два чёрных КН-1 и серебристый КН-2. Серебристый — личное транспортное средство владыки. Более манёвренный, у него под днищем имеются специальные полозья для мягкого приземления и более высокий уровень защиты от чудовищ снаружи. Узоры на его корпусе трансформируются в заострённые лезвия, снабжённые гидроусилителем. Это позволяет экономить место внутри! Обычно два-три воина применяют оружие для защиты от созданий бездны. Крутят тяжеловесные вентили. Никому не хочется увязнуть снаружи в кишках чудовищ, сами понимаете. А тут достаточно всего одного человека.

— Оказывается и здесь есть место технологиям и комфорту, — Евклид обошёл саркофаг, касаясь серебристых узоров кончиками пальцев. — Даже у Лиланы из Золуса не было такого. На чём они работают?

— Технологии Братства самые передовые в Хаосуме, — расплывшись в улыбке покивал послушник. — Мы заботимся о своей пастве! Заправлять не надо, не беспокойтесь, там внутри какой-то взрывоопасный артефакт, лучше не копаться самостоятельно! Управление простое, если машину водили, справитесь! Поехали, я всё покажу?

— Поехали? Ты не едешь с нами, Семён. — Несмотря на то, что собеседник был слеп, Евклид отвёл глаза.

— Не еду⁈ Не бросайте меня здесь! Я ничерта не вижу! Я не выживу один!

— Еды и воды у тебя предостаточно — выживешь. Мне нужно, чтобы ты остался и рассказал своим правду о том, что здесь произошло.

— Я буду полезен! Я не могу остаться! — Семён бросился на голос Евклида, вцепившись ему в одежду.

— Мне избавиться от него, хозяин? — Тимофей, на своих новых ногах, неспеша шёл к ним в сопровождении пятёрки чёрных псов.

— Это ни к чему, он и сам сейчас уйдёт. Так ведь? Как нам открыть купол, Семён?

— При приближении корабля он сам откроется… — белоглазый послушник разжал руки и стоял, понурив голову.

— Это твоя новая аскеза, дружище, — хлопнул его по плечу Евклид. Через год вернёшься на территорию Братства, может и глаза подлатают. В Хаосуме, насколько я заметил, у людей нет проблем со зрением. Тимофей, погружаемся!

— Подожди, хозяин. Чёрные псы желают лететь с нами. Клянутся, что будут верно служить тебе. Демоны ненавидят помогать другим демонам, но с людьми на этой территории им приходится куда хуже. Служить тебе — честь для них, так они говорят.

Евклид на секунду задумался. Чёрные псы подошли к нему и преклонили головы к земле.

— Внутри саркофага мало места. У меня есть только одна уютная кабина для вашей маленькой стаи, внутри вот этого кольца.

— Чёрные псы согласны. Куда угодно, лишь бы не оставаться здесь. Путешествовать внутри пространства артефакта им приходилось уже ни раз.

— Тогда добро пожаловать в Клуб Евклида, демоны. Здесь к вам будут относится достойно.

Он вытянул руку и коснулся большим пальцем кольца. Артефакт всасывал демонов тоненькими чёрными струйками, одного за другим. Словно лампа затягивает внутрь обречённого на заточение джинна.

— Как мне попасть внутрь, Семён?

— Надо… кольцо приложить… так настроено там… — голос послушника срывался. Он был готов разрыдаться. — Как я здесь буду.? Что я буду есть.? — разговаривал он сам с собой.

Молодой человек решил не прерывать этот монолог.

Внутри саркофаг выглядел как иномарка конца восьмидесятых. Полностью аналоговое управление, автомобильный руль, инкрустированный гербом Братства — крестом с утолщениями по четырём сторонам на фоне пары скрещенных ключей. По сторонам салона деревянные скамейки, обитые красной велюровой тканью. Сакофаг мог комфортно вместить человек восемь. Пара кресел спереди для пилота и помощника и шестеро сзади на скамейках друг напротив друга. С потолка свисали ручки, за которые можно было держаться. Высота потолка позволяла вполне комфортно перемещаться даже стоя.

Все рычаги управления и кнопки, были сильно изношены, но при этом сверкали чистотой. Всё было на месте. Было видно, что за «Клинком небес» второй модификации тщательно следили. Подобное транспортное средство в мире Хаосума было не просто роскошью, оно могло кардинально изменить судьбу её владельца.

— Кажется удача наконец-то повернулась к нам лицом, что скажешь, Тимофей? — под действием мозгача настроения у него поприбавилось. Одного взгляда на панель управления было достаточно, чтобы понять, что с ней вполне можно справиться без предварительных курсов вождения. За пример управления инженеры Братства явно приняли обычный автомобиль.

— Надеюсь, что вся неудача осталась там, в пустыне. — Сатан задумчиво посмотрел на горизонт. — Кажется, что моя суетящаяся сила частично осталась у места нашей несостоявшейся казни.

Евклид устроился на месте пилота и пристегнулся, после чего велел Тимофею сделать тоже самое. За территорией реликвии, где отсутствовал верх и низ, было необходимо удерживать нужное положение, чтобы иметь возможность управлять подобным устройством.

Прислонив кольцо к специальному углублению на центральной панели, он завёл двигатель. КН-2 задрожал, лампочки на приборной панели ожили.

— Не знаю уж на бензине работает эта машина, на артефакте, а может какой-то запертый демон крутит сейчас колёса велосипеда где-то внутри, но знаю, что это сейчас наш единственный выход, так что будем пробовать. Обкатаем эту лошадку и весь Хаосум будет у наших ног!

Он выжал педаль сцепления и переместил рычаг коробки передач в верхнее левое положение.

— Бывай, Семён! Скажи своим, что Евклид и его Суетящийся демон Тимофей очень сожалеют о случившемся и рекомендуют пересмотреть покрывшиеся слоем пыли устои, а в особенности похабное отношение к пленникам!

Белоглазый кивнул и побрёл в глубину кельи. Смотреть вслед улетающему кораблю ему было нечем и незачем.

Тимофей захлопнул единственную дверь в салоне, находившуюся в задней части корабля и вернулся в кресло рядом с хозяином. Лобовое стекло было узкое, толстое, разрезанное на несколько частей защитным бампером снаружи.

— Ты когда-нибудь водил автомобиль, Тимофей?

— Не приходилось. Но один из моих бывших хозяев страсть как любил гонки…

— Так, стоп!

Евклид медленно отпустил педаль сцепление, оновременно добавляя газа. КН-2 оторвался от земли и тихонько полетел вперёд, по направлению к выходу из длинного искусственного тоннеля в котором находился. Температура снаружи давно перевалила за сотню градусов.

— Накинь-ка на крышу снега, Тимофей, не уверен, что обшивка выдержит такую жару. Не хотелось бы, чтобы саркофаг стал таковым в буквальном смысле этого слова.

— Да застынешь ты, холодом объят…

На лобовом стекле появились ледяные узоры, мгновенно растаявшие от жары снаружи. Клинок небес сделал несколько кругов над кельей — пилот осваивался с управлением. Внизу, на месте недавнего побоища, потихоньку догорали те, кто сами жаждали сжечь неподходящего, по их мнению, человека.

— Ну что, с богом, Тимофей? — Евклид направил аппарат к краю купола.

— Смотря с каким, с Вагунту?

— С каких это пор у тебя появилось чувство юмора?

— Мне кажется, сегодня, в момент когда с меня сняли перчатки.