Темный феникс. Возрожденный. Том 7

Глава 12

Пускать моё пламя по венам Марии было нельзя. Она не мой птенец, и не выдержит его. И даже если бы она была птенцом, то я бы всё равно не стал рисковать — слишком высокий шанс навредить ребёнку.

Я положил руку на грудную клетку Марии и сосредоточился. Проклятье-паразит активизировалось и прямо сейчас пыталось разом выгрызть источник и энергоканалы. В прошлом мире мне не раз приходилось встречаться с ним и каждый раз происходило одно и то же — оно незаметно присасывалось к источнику, а когда срабатывал триггер или проходило достаточно времени, пожирало носителя за пару часов.

Вот же демоны бездны! Придётся вытягивать его, стараясь не упустить ни малейшей капли, иначе оно снова разрастётся.

Я сжал оба запястья Марии и потянул на себя медленную смерть. Проклятье сопротивлялось и стремилось закончить цель, для которой его создали.

Мария не шевелилась, она замерла и зажмурилась, будто ждала, что в любой миг может погибнуть. Её пульс под моими пальцами слабел, ритм сбивался и становился прерывистым.

Я послал импульс своей силы по венам Марии и принялся тянуть проклятье на себя. Оно рвалось и тянуло за собой кусочки источника, но я тут же отсекал своей тьмой каждый оторванный фрагмент, не давая паразиту забрать их с собой.

Теперь уже и на моём лбу выступил пот. Руки свело от напряжения, но я не останавливался.

Краем глаза я следил за Александром. Он всё ещё лежал без движения на кровати, но я уже видел, что его каналы начали восстанавливаться — пламя феникса сделало свою работу. Хотя бы за дядю можно больше не переживать.

Здесь же всё висело на волоске.

— Держись, — сказал я, следя за источником и энергоканалами Марии. — Я вытащу тебя.

Мне наконец-то удалось сдвинуть проклятье от источника. Поток чёрной слизистой энергии потянулся из Марии в мои ладони. Он тёк медленно и неохотно, а я впитывал эту гадость в себя, тут же сжигая её внутренним пламенем, чтобы проклятье не закрепилось в моём собственном источнике.

Секунды растянулись в минуты, а минуты казались часами. Я потерял счёт времени. Когда последний сгусток проклятья покинул тело Марии, она сделала резкий вдох и открыла глаза.

— Тихо-тихо, — проговорил я, убирая пальцы с её запястий. — Всё позади.

Она попыталась что-то сказать, но я покачал головой и остановил её.

— С ребёнком всё будет хорошо, отдыхай.

Подхватив Марию на руки, я уложил её на кровать рядом с дядей и ещё раз прошёлся внутренним взором по их энергосистемам. Я успел вовремя. Ещё полчаса, и дядя ушёл бы на перерождение, а вот его супруга, скорее всего, не дожила бы до моего возвращения из монгольских степей.

— Агата, приведи ко мне Бориса, — приказал я, настроившись на поводок теневой кошки. — Давай быстрее.

Через минуту брат вышел из тени и посмотрел на кровать, где сопели самым крепким сном глава рода Рейнеке и его супруга.

— Что случилось? — спросил Борис, шагнув ближе.

— Они подцепили очень вредное проклятье во время битвы с Бартеневым, оно активировалось и чуть не убило их, — пояснил я. — Собери всех в гостиной, Борис. Мне нужно убедиться, что больше никто не попал под действие проклятья.

— Хорошо, — коротко ответил брат и растворился в тенях.

Я же растёр лицо ладонями и бросил взгляд на кровать. Дядя уже отошёл от проклятья и его последствий, Мария тоже провалилась в глубокий целебный сон. Их источники пульсировали ровно, постепенно восстанавливаясь. Я тихо закрыл дверь и вышел из комнаты.

Пока я спускался на первый этаж, продумал план быстрого выявления проклятия. Раз уж оно среагировало на моё пламя, то мне придётся выпустить как можно больше огня разом.

— Костя, что такое? — бросилась ко мне Юлиана. — Я собиралась идти к отцу, но Борис сказал остаться тут.

— Давай подождём, пока все соберутся, чтобы не объяснять дважды, — я обнял её и незаметно просканировал. Вроде бы она чиста, но это проклятье умеет маскироваться так, что даже мне сложно его заметить.

Через пару минут в гостиную вошла Вика, и ещё через десять отец Юлианы. Я оглядел всех и отметил, что Борис снова притаился в углу. Он всё больше времени проводил, укрывшись в тени, и это означало, что его дар начинает разворачиваться на полную.

— Леонид, подойди ко мне, — позвал я будущего тестя.

Как только он шагнул ближе, я протянул ладонь и положил её на лоб своего первого птенца. Сгусток пламени, который я направил в него, мог сбить с ног, но Орлов устоял. Он смотрел на меня во все глаза, не решаясь спросить, какого демона происходит.

Но я даже не видел его. Мой взор скользил по остальным. Юлиана, Виктория и Борис не шевелились, что было очень даже хорошо. Никто из них не попал под действие проклятья.

— Всё, теперь можно шевелиться, — сказал я, убрав руку от Леонида.

— И что это было? — спросил он.

— Александр и Мария подхватили смертельное проклятье во время битвы с Бартеневым и падшими тёмными, — повторил я то же, что говорил Борису. — Оно активировалось и чуть не убило их обоих.

— Они в порядке? — спросила Юлиана, бросив нервный взгляд на дверь.

— Да, всё хорошо, с ребёнком тоже. Они проспят до завтрашнего утра, как минимум, — успокоил я её. — А мы все сейчас отправляемся в бывшую лабораторию моего деда, я показываю, как разъединять кристаллы, а потом мы с Викой и Борисом идём уничтожать якорь. Вопросы есть?

— А где сами кристаллы? — спросил Леонид. — Вход уже откопали, но лаборатория совершенно пуста.

— Да, сейчас, — я нахмурился и позвал кутхара. — Грох?

— А что сразу я? — буркнул он, но всё же выглянул из тени.

— Перенеси все ящики с кристаллами, которые вытащил из машин Лопуховых, в подвал под гаражом, — приказал я. — И если остались артефакты с базы Вестника, способные задержать теневиков, то и их тоже.

— Вот! Опять! — каркнул он. — Туда иди, это принеси. А ты даже не поинтересовался, что именно я нашёл на базе.

— Просто я знаю, что про самое вкусное ты не расскажешь, а всё остальное тебе и не нужно, — усмехнулся я. — Давай, Грох, неси то, что я попросил. После уничтожения якоря я вместе с тобой осмотрю все трофеи. Ты ведь до сих пор не поделился со мной даже Лопуховскими находками, не то что с перевалочной базы.

— А меня с собой возьмёте? — спросил он, склонив голову набок и глянув на меня красным взглядом.

— Если хочешь, то почему бы и нет, — я улыбнулся. — У нас что-то вроде семейной прогулки до Монголии, так что прокатимся с ветерком.

— Ну тогда ладно, — он выпрямился и оглядел остальных. — И скажи им, чтобы не пялились на меня, я же не зверушка какая-то.

— Да любуются они, — сказал я, едва сдержав улыбку. — Вон какой стал сильный и большой. Даже аура твоя стала плотнее.

— Правда? — он приосанился и демонстративно медленно начал растворяться в тенях. — Ну тогда мне не жалко, пусть смотрят.

Я только усмехнулся и покачал головой. А затем поманил за собой остальных и направился к выходу. Мы спустились в подвал под бывшим гаражом и увидели ящики с кристаллами. Они стояли вдоль правой стены, громоздясь друг на друге, а на самом верхнем с важным видом сидел Грох.

— Всё принёс, — сказал он довольно. — Даже раньше вас успел.

— Молодец, — похвалил я его и шагнул ближайшему ящику. — Осталось добавить сюда артефакты, способные задержать теневиков. Давай, неси сюда всё, что может сгодиться, а я тут пока с кристаллами разберусь.

Откинув крышку, я внимательно посмотрел на кристаллы. Чёрные, светлые и почти прозрачные с мерцающей сердцевиной. Они были связаны в единые блоки по три штуки энергетическими нитями. Тонкая работа, но для тех, кто видит потоки, не такая уж сложная.

— Подойдите сюда, — позвал я всех. Когда Леонид, Юлиана и Вика приблизились, я взял одну связку в руки. — Здесь три вида кристаллов. Тьма, свет и антимагический огонь.

Я поднял связку выше и показал им кристаллы.

— В таком виде это очень мощная бомба, — продолжил я. — При взрыве кристаллы света и тьмы взаимодействуют так, что рвут реальность. Именно из-за этих связок рухнула стена на тысячах километров и появились разломы, которые я закрывал последние сутки.

— Что за антимагический огонь? — поинтересовался Орлов, прищуренным взглядом оценивая кристаллы.

— Это уникальное умение — очень редкий дар, который был потрачен на создание взрывных сфер, — я вздохнул. — Ирина Тереньтева, в девичестве Ярошинская, владела этим даром и добровольно делилась силой, наполняя подобные сферы.

— Так-так, — кивнул Леонид. — А почему именно сочетание тьмы и света прорывает реальность?

— Это правильный вопрос, — я криво усмехнулся. Хороший артефактор должен понимать не только «как», но и «почему». — Тьма и свет — это базовые противоположности, не просто разные стихии, а именно антагонисты. Когда они сталкиваются, в момент взрыва вместо высвобождения энергии происходит её преобразование в изначальные стихийные частицы.

Леонид нахмурился, но кивнул, продолжая разглядывать кристаллы.

— То есть они не просто взрываются, а уничтожают друг друга, высвобождая при этом всю заложенную в них силу? — уточнил он. — Почему раньше никто не совершал подобных открытий?

— С чего ты взял? — я посмотрел на него всё с той же кривой усмешкой. — Именно так появились аномальные очаги. Просто воздействие стихийной энергии было разным, вот и получилось так, что где-то монстры выше третьего класса не встречаются, а где-то и седьмые классы разгуливают. Я уж не говорю про размер самих очагов.

— Чудные дела творятся, — покачал головой Орлов. — Вот правду говорят — век живи, век учись, а всё равно дураком помрёшь. Принцип я понял. Нужно убрать тьму, чтобы исключить микроразрывы в полотне реальности, так? Тогда свет и огонь просто взорвутся.

— Именно, — кивнул я. — Взрыв будет мощный. Антимагический огонь не даст потушить или погасить последствия. Разломы не появятся, но чтобы зачистить базы Вестника, этого хватит.

— А сбежавшие грандмаги? — спросила Юлиана. — Предатели из княжеских родов будут защищаться.

— Пусть попробуют, — я пожал плечами. — Их щиты держатся на магии, антимагический огонь сожжёт любую защиту за секунды. Они даже сбежать не успеют.

— Сколько таких бомб нужно сделать? — спросил Леонид, оглядев сложенные ящики. — Я правильно понимаю, что ты сам будешь искать базы предателей и закладывать взрывчатку.

— Чем больше, тем лучше, — сказал я. — Это дело я поручу группе ликвидаторов, у которых свои счёты к Вестнику и его прихлебателям. Будет три отряда, так что нужно хотя бы по три-четыре готовых связки на отряд. Кристаллы тьмы складывайте в освободившиеся ящики, они нам ещё пригодятся.

Леонид кивнул и повернулся к дочери.

— Работы у нас с тобой, Лианка, на несколько часов, — сказал он. — Как бы до ночи не пришлось возиться. Давненько у меня такой кропотливой работы не было.

Юлиана вздохнула, но спорить не стала. Она посмотрела на меня, и я прочитал в её взгляде просьбу вернуться быстрее домой. Я шагнул к невесте и обнял её.

— Всё будет хорошо, — сказал я, уткнувшись в её макушку подбородком. — Мы быстро.

— Ты каждый раз так говоришь, — с улыбкой ответила она и снова вздохнула.

— Потому что это правда, — я поцеловал её на прощание и повернулся к сестре, которая переминалась с ноги на ногу. — Ну что, готова?

— Конечно, ещё спрашиваешь! — ответила она, выпрямившись.

Я кивнул и проследил взглядом за появляющимися артефактами, которые будто сами собой укладывались на свободный стол у дальней стены. Полагаю, это те самые артефакты, которые не позволили Гроху проникнуть на базу незамеченным и активировали защиту. Отлично. Именно они нам и нужны.

Поманив Вику и Бориса за собой, я покинул бывшую лабораторию деда и вышел на свежий воздух. Защита подвальной комнаты была обустроена очень хорошо, даже слишком — дышать там было тяжело из-за экранирующих заклятий на стенах.

— Виктория, ты сейчас первый раз будешь перемещаться через изнанку, — начал я, вынимая из кармана кулон-артефакт. — Будет немного непривычно, но я знаю, что ты справишься.

— Не волнуйся за меня, — приосанилась она, горделиво вздёрнув подбородок. — Мне уже четырнадцать, так что я почти взрослая.

— М-м-м, предлагаешь заключить предварительный брачный договор? — я изобразил задумчивость. — Да, думаю, что уже завтра на нас посыплются предложения о помолвке. Может, барон Воронов? Он мне понравился — хороший парнишка.

— Костя! — возмущённо топнула ногой Вика. — Я же не про это!

— Ну как? Ты стала взрослой, сама же сказала, — я не удержался и хмыкнул. — Но если что, я тебе запрещаю выходить замуж до двадцати одного года или даже до двадцати пяти.

— Почему? — удивлённо спросила сестра. — Можно ведь и в восемнадцать…

— Потому что в восемнадцать в голове ещё ветер гуляет, — я потрепал её по макушке, взъерошив волосы. — А после двадцати выравниваются энергетические каналы, и появляется хоть какое-то понимание, кто ты и чего хочешь.

— Фу на тебя, — она вывернулась из-под моей руки и нацепила артефакт. — Опять твои шуточки.

— Сделай глубокий вдох и зажмурься, — продолжая улыбаться, сказал я и взял её за руку. Через мгновение мы уже были на первом слое изнанки. — Можешь открывать глаза.

— А… это и есть изнанка? — разочарованно протянула Вика. — Я думала, что тут будет страшно, а тут просто холодно.

— Как себя чувствуешь? — спросил я, настраиваясь на серьёзный лад. Всё же нам предстоит перемещаться довольно далеко, и Вика может не выдержать давления третьего или четвёртого слоя, по которым привык скакать Таранище.

— Да всё хорошо, — она пожала плечами и огляделась. — Будто я и не на этой вашей изнанке. На улице и то холоднее.

— Идём дальше, — сказал я и переместил нас на второй слой.

Задержавшись там ненадолго, я перешёл на третий, держа сестру за руку. Виктория, в отличие от Леонида, не воспринимала теневые слои как что-то опасное или страшное. Ей было даже не особо интересно, что тут и как. Да и чувствовала она себя очень хорошо. Вот что значит — потомок древней крови тёмных магов.

Когда перед нами выпрыгнул Таран, Вика инстинктивно швырнула в него импульс силы, метясь в глаза. Я одобрительно кивнул. Хорошие рефлексы. Правда, совершенно бесполезные против гроксов.

— Познакомься с моим новым питомцем, это Таран, — сказал я, положив руку на лоб моего чудовища. — Борис ведь тебе про него рассказывал?

— Ага, — кивнула она, глядя на Тарана во все глаза. — Какой он огромный. А в реальный мир он не может выходить, как Агата и Грох, да?

— Может, но ему там некомфортно, — сказал я задумчиво. — Примерно так же, как отряду теневиков, привыкших жить на изнанке. Я не помню, говорил вам или нет, но ваш дед, Дмитрий Шаховский, сумел освободить из лаборатории Бартенева группу теневиков с тем же даром, что у Бориса и Жнеца. Именно они будут уничтожать базы Вестника при помощи тех связок кристаллов, которыми сейчас занимаются Юлиана и Леонид.

— И ты привёл их к нам домой? — Вика замерла и медленно повернула ко мне голову.

— Нет, это они пришли к нам домой, и я дал им задание, — я потёр переносицу двумя пальцами. — Но после этого я действительно позволю им пожить у нас какое-то время. Думаю, дня на три-четыре их хватит, а потом они сами уйдут.

— Почему? — нахмурилась Виктория.

— Потому что нас всех тянет на изнанку, — тихо ответил Борис вместо меня. — Сначала это похоже на далёкий зов, будто эхо отражается от скал. Потом зов становится настойчивее и громче. Устоять очень сложно. Пробудь я здесь хотя бы несколько недель, я бы не захотел возвращаться в реальный мир.

— Что… но… — Вика переводила взгляд с меня на Бориса и обратно. — То есть ты тоже однажды уйдёшь?

— Когда станет невмоготу, — кивнул брат. — Но я обязательно скажу тебе заранее.

— Давайте сосредоточимся на нашей задаче, — я легонько сжал плечо сестры, и она тут же понятливо опустила взгляд. — Раз все чувствуют себя хорошо и готовы, то предлагаю отправляться прямо сейчас.

Подсадив Викторию, я усадил её на Тарана, после чего полюбовался тем, как изящно и в то же время молниеносно Борис перемахнул через несколько метров и вскочил на спину грокса. Я же остался стоять на месте.

— Грох? — позвал я питомца. — Что ты там копаешься?

— Иду я, иду, — пробухтел он откуда-то с первого слоя. — Решил захватить с собой парочку пустых кристаллов, из тех, что Таран в своё время выпил.

— Не думаю, что этот якорь будет настолько мощным, что нам придётся использовать дополнительные резервуары, — сказал я, но отговаривать кутхара не стал.

— Вот не дальновидный ты человек, хозяин, — услышал я в ответ. — А вдруг мы решим ещё куда свернуть? А вдруг наткнёмся на кого? И вообще, ты вон даже амулеты некромансеров убрал в сокровищницу и не подумал, что они тоже могут пригодиться.

— Грох, мы идём к одному из самых маленьких якорей в очаг, где монстров выше третьего класса никто не встречал, — с улыбкой сказал я.

И через пару мгновений наконец увидел пыхтящего Гроха, который тащил в когтях мои же собственные артефакты с пустотными карманами внутри. Я их вообще-то давал только для быстрого перемещения артефактов из автомобилей княжеской четы Лопуховых, а мой питомец, видимо, решил, что может ими пользоваться сколько хочет.

— И вообще, зря ты так переживаешь, — добавил я. — Это буквально приключение на пару часов, просто зашли и вышли. Что может быть проще?