Темный Лорд Устал. Книга VI

Глава 7

Даниил

Даниил сидел на бетонной плите и пытался понять, в какой момент его жизнь превратилась в этот цирк.

Нет, серьёзно. Ещё три дня назад он был обычным псайкером. Ну, не совсем обычным — беглым псайкером, скрывающимся от ФСМБ, с котом непонятного происхождения. Но всё равно — относительно нормальным человеком с понятными проблемами.

А теперь?

Он перевёл взгляд на дымящиеся руины химкомбината «Азот». Точнее, на то, что от него осталось. Три корпуса, административное здание, километры труб — всё это теперь представляло собой живописную груду щебня, перемежающуюся воронками и чем-то, что подозрительно напоминало человеческие останки.

Как я здесь оказался?

Память услужливо подбросила картинки.

Площадь в Котовске. Толпа измождённых людей. И он — Даниил — стоит с котом на плече, думая, что сейчас его казнят. А вместо этого Воронов смотрит на него, как на… как на мебель и говорит: «Садись в машину».

Завод. Отравленный, смертельный, с магическим фоном, от которого плавились мозги. Воронов стоит в центре этого ада и перекраивает реальность голыми руками, а Даниил служит ему живым компенсатором, стабилизируя энергетику. Мало того, он еще и учит его.

Мурзик, его кот, его дорогой друг — единственное существо, которое было с ним в самые тёмные дни, оказался… демоном или чем-то похуже. Некой древней сущностью, которая презирает людей и разговаривает у него в голове.

Я чесал пузо демону. Я спал с ним в одной кровати и делился с ним сосисками.

Даниил до сих пор не мог отойти от осознания абсурда этой ситуации.

И эта женщина — Лина. Даниил чувствовал её эмоции. Профессиональная деформация псайкера — хочешь не хочешь, а фон считываешь. То, что он почувствовал, заставило его сжиматься и молиться, чтобы она не заметила.

Это была не женщина, а чёрная дыра с зубами и маникюром. И она смотрела на Воронова так, как голодный тигр смотрит на антилопу.

Мы все умрём, — подумал Даниил. — Либо враги нас убьют, либо Воронов случайно чихнёт и сотрёт вместе с этим лесом.

Он поднял глаза и оглядел свою… команду? Отряд? Труппу бродячего цирка?

Посреди дымящихся обломков стоял Калев Воронов в безупречном чёрном костюме и пальто. Ни складочки, ни пылинки, ни капли крови — хотя вокруг всё было забрызгано красным. Он брезгливо стряхивал что-то с лацкана — то, что ещё минуту назад было бетонной стеной или человеком. Даниил предпочитал не уточнять.

На ящике из-под патронов — откуда здесь ящик из-под патронов? — сидела Лина. Вместо обычного делового костюма на ней был обтягивающий тактический камуфляж, который сидел на ней… неприлично. Нет, это выглядело по-своему хищно, но… неуместно и неприлично. Она надувала пузырь из жвачки и протирала оптику гранатомёта носовым платком. С вышитыми розочками.

Гранатомёт. У неё гранатомёт. Конечно, у неё гранатомёт. почему бы и нет?

Над всем этим безобразием висела Фея — маленькая светящаяся заноза, — и визжала.

— Ты! Блохастый! Навигатор хренов! Куда ты нас привёл⁈

«Туда, куда вёл след, светлячок», — голос Мурзика в голове Даниила был ленивым и абсолютно невозмутимым. — «Не моя вина, что крыса оказалась хитрее, чем выглядела».

— Не твоя вина⁈ Мы полчаса крошили завод! Хозяин потратил часть резерва на фальшивку! А ты говоришь — не твоя вина⁈

«Я кот. Я не обязан быть безупречным. Это привилегия».

— Ты не кот! Ты блохастый мешок с амбициями!

«А ты — летающая лампочка с комплексом контроля. Мы оба не идеальны. Смирись».

— Я тебя убью!

«Попробуй, светлячок. Попробуй».

Даниил сидел очень тихо и старался не дышать. Потому что Мурзик — источник этого содержательного диалога — сидел у него на голове. Буквально — а на голове утроился, как на троне и вылизывал заднюю лапу, полностью игнорируя реальность.

Когти время от времени царапали кожу, но Даниил терпел.

— Может, — он рискнул подать голос, — может, нам стоит…

«Молчи, двуногий», — оборвал Мурзик. — «Взрослые разговаривают».

— Взрослые⁈ — Фея аж подпрыгнула в воздухе. — Ты себя взрослым что ли считаешь⁈ Ты на голове у человека сидишь и лапу лижешь!

«Многозадачность. Слышала о такой концепции?»

— Хватит.

Голос Воронова был негромким, но Фея мгновенно замолкла, а Мурзик перестал вылизываться.

Воронов повернулся к ним. Его лицо было абсолютно спокойным. Вот только глаза… Даниил почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Глаза были пустыми и нечеловеческими. Там, в глубине, что-то шевелилось — что-то древнее и очень, очень злое.

— Это была приманка, — произнёс Воронов ровно. — Они нас переиграли. Вопрос — где настоящая цель.

Лина перестала протирать гранатомёт.

— Мои люди продолжают копать. Если есть третья точка…

Тишину прорезал звук — приближающийся стрёкот вертолётных лопастей.

Все подняли головы. Из-за деревьев вынырнул силуэт — небольшой гражданский вертолёт, и он заложил круг над руинами и пошёл на посадку, поднимая тучи пыли и пепла.

Даниил прикрыл глаза рукой.

Вертолёт приземлился метрах в тридцати от них. Дверь распахнулась, и из кабины выпрыгнул Глеб — в своем неизменном костюме.

Он замер.

Несколько секунд начальник службы безопасности «Ворон Групп» просто стоял и смотрел на картину перед собой. На дымящиеся руины, на Воронова в идеальном костюме, на Лину с гранатомётом и жвачкой, на Фею, которая всё ещё светилась возмущённым красным и на Мурзика, восседающего на голове Даниила, как корона.

Выражение его лица было… Даниил не мог подобрать слова. Что-то среднее между «я слишком трезв для этого дерьма» и «почему я единственный нормальный человек в радиусе километра».

Глеб медленно опустил автомат.

— Точка А пуста, — произнёс он хриплым голосом. — Эмиттер и три трупа. Здесь тоже?

— Фальшивка, — кивнул Воронов. — Видимо, мы потеряли время.

Глеб обвёл взглядом руины — воронки, тела, оплавленный бетон — и вздохнул.

— Вижу, вы тоже без дела не сидели.

«Это было скучно», — сообщил Мурзик. — «Они даже не сопротивлялись нормально. Люди нынче пошли хлипкие».

Глеб посмотрел на кота. Кот посмотрел на Глеба.

— Он разговаривает? — спросил Глеб у Даниила.

— Да, — Даниил сглотнул. — Но в голове.

— В моей тоже?

«Нет, солдатик. Ты недостаточно интересен».

— Он говорит, что нет, — перевёл Даниил.

Глеб кивнул. Его лицо оставалось каменным, но где-то в глубине глаз мелькнуло что-то похожее на смирение.

— Отлично. Говорящий кот. Почему бы и нет. Что дальше?

Даниил почувствовал абсурдную волну солидарности. Наконец-то хоть один нормальный человек.

Хотя, — подумал он, глядя на Глеба, — «нормальный» — это, наверное, растяжимое понятие.

Мурзик спрыгнул с его головы.

Без предупреждения — просто оттолкнулся задними лапами и приземлился на бетон. Когти напоследок прошлись по скальпу Даниила, оставив пару свежих царапин.

— Ай! — Даниил схватился за голову. — Ты специально⁈

«Случайно», — голос кота звучал невинно. — «У тебя очень скользкая голова, знаешь ли. Нужно мыть реже».

Мурзик потрусил к дымящимся обломкам в центре двора. Там, среди покорёженного металла и оплавленного пластика, лежало что-то, напоминающее… Даниил прищурился. Какой-то прибор? Передатчик?

— Эмиттер, — пояснила Фея, заметив его взгляд. — Штука, которая транслировала ложный ментальный сигнал. Тот самый, который твой блохастый друг так уверенно назвал «следом Тарханова».

«Я назвал его следом Тарханова, потому что он пах Тархановым, лампочка», — огрызнулся Мурзик. — «Не моя вина, что крыса додумалась обмазать свою игрушку собственным потом».

— Фу, — сказала Лина, не отрываясь от жвачки.

Мурзик подошёл к эмиттеру. Обнюхал его, обошёл кругом, снова обнюхал. Потом громко, демонстративно чихнул.

«Дешёвка», — прокомментировал он. — «Кристаллы третьего сорта. Они что, экономили на ловушке для Хозяина? Оскорбительно».

— Можешь найти настоящий след? — голос Воронова был ровным, но Даниил почувствовал, как дрогнул воздух вокруг него. Терпение Лорда-Протектора было не бесконечным.

Мурзик повернул голову. Его жёлтые глаза блеснули.

«Могу. Но мне нужен переводчик».

Он посмотрел на Даниила.

Даниил похолодел.

— Нет, — сказал он, отползая назад. — Нет-нет-нет. Только не это.

«Да-да-да», — Мурзик двинулся к нему. — «Именно это. Не дрейфь, двуногий. Будет почти не больно».

— Почти⁈

«Ну, для меня — точно не больно».

— Что он собирается делать? — спросил Глеб, наблюдая за этой сценой с профессиональным интересом.

— Использовать меня как… — Даниил попытался объяснить, — как транслятор. Это больно — очень больно, и унизительно. И…

Мурзик прыгнул.

Зубы впились в лодыжку — острые, как иглы, пробившие ткань штанов и кожу под ней. Даниил открыл рот, чтобы закричать, но вместо крика из горла вырвался хрип, а потом…

Мир исчез.

Вернее, не исчез, а изменился. Даниил больше не видел руины своими глазами. Он видел их глазами Мурзика. Чувствовал запахи — тысячи запахов, которые человеческий нос никогда бы не уловил: гарь, кровь, пластик, страх и что-то ещё…

— Кот говорит… — голос Даниила стал чужим, монотонным, — эта штука воняет дешёвым пластиком и страхом крысы. Тарханов держал её в руках. Долго держал и нервничал.

Воронов шагнул ближе.

— Где он сейчас?

Даниил-Мурзик повернул голову. Принюхался. Образы замелькали в сознании — вода, ржавый металл, затхлый воздух подземелий…

— Настоящий запах ведёт к воде, — продолжил он тем же мёртвым голосом. — Старые трубы и бетон — что-то… промышленное. Там, где прячутся крысы, когда боятся кошек.

Мурзик разжал зубы.

Даниил рухнул на бетон, хватая ртом воздух. Перед глазами плыли цветные пятна, лодыжка горела огнём.

— Нельзя аккуратнее? — просипел он в сторону кота.

«Можно, но это не так интересно», — Мурзик облизнулся. — «Но ты полезный. Цени».

Лина уже листала что-то на планшете. Её пальцы летали по экрану, глаза сканировали карту.

— Вода… промышленная зона… — она увеличила участок карты. — Северный. Там старая станция водоочистки, законсервирована лет двадцать назад. — она подняла глаза на Воронова. — Идеальное место для крысы.

Мурзик подошёл к планшету и ткнул лапой в экран.

«Там», — подтвердил он. — «Воняет оттуда, сильно воняет. Много людей, много страха, много…» — пауза, — «…много вкусного».

— Вкусного? — переспросил Даниил.

«Для меня — вкусного. Для вас — мёртвого. Нюансы».

Фея подлетела к карте, разглядывая точку.

— Северный в часе езды отсюда. Если они поймут, что мы раскусили ловушку…

— Не поймут, — Воронов смотрел на карту, и в его глазах что-то изменилось. Холодная пустота уступила место расчету вероятностей. — У меня есть транспорт, — он кивнул в сторону вертолёта Глеба. — Сколько он вмещает?

— Четверых, — ответил Глеб. — Пятерых в тесноте. Я… позаимствовал его у одного бизнесмена в Каменске. Он не возражал.

Воронов развернулся к вертолёту, но Лина перегородила ему дорогу.

— Котик, — она упёрла руки в бока. — Ты ведь не собираешься опять идти один?

— Собираюсь.

— Нет.

Пауза. Воронов смотрел на неё сверху вниз. Лина смотрела на него снизу вверх. Даниил подумал, что сейчас кого-то испепелят на месте.

— Поберегите силы, Хозяин, — вмешалась Фея. — Вы и так потратили слишком много на эту фальшивку. Там будет охрана, маги, укреплённый периметр. Вам ещё лей-линии в Котовске штопать — если сожжёте себя здесь, город накроется.

— Фея права, — поддержала Лина. — К тому же… — она хищно улыбнулась, — я притащила сюда гранатомёт не для того, чтобы смотреть, как ты развлекаешься в одиночку. Это нечестно.

Воронов молчал. Его лицо оставалось непроницаемым, но что-то в глазах дрогнуло.

— Старое доброе ультранасилие, — добавила Лина. — Иногда пуля работает не хуже магии и стоит дешевле.

Ещё секунда молчания. Потом Воронов вопросельно поднял бровь.

— Оружие?

Хоть это и был вопрос, но прозвучал как приказ.

Лина просияла.

— Виктор! Открой багажник!

Следующие две минуты Даниил наблюдал за тем, как его… команда? Отряд? Банда психопатов?…вооружалась.

Глеб молча подошёл к охране Лины, окинул взглядом бойцов, выбрал самого здорового амбала и протянул руку. Тот посмотрел на своего командира, потом на Глеба, потом снова на командира.

— Отдай, — вздохнул Виктор.

Амбал отдал. Тяжёлый ручной пулемёт — ПКМ, насколько Даниил разбирался в оружии, а разбирался он плохо — перекочевал в руки Глеба. Следом — две ленты патронов, которые начальник безопасности «Ворон Групп» повесил себе на шею поверх строгого пиджака.

Бухгалтер Апокалипсиса, — подумал Даниил. — Он выглядит как бухгалтер, который пришёл взыскать долги. Лично и с процентами.

Лина тем временем рылась в багажнике внедорожника, напевая что-то себе под нос. Достала штурмовую винтовку, проверила магазин, закинула на плечо. Потом — пару гранат, которые пристроила на разгрузке. Потом — нож, который исчез где-то в районе бедра.

И наконец — пистолет.

Даниилй узнал этот силуэт — Дезерт Игл. Здоровенная хромированная дура, которая в руках Лины смотрелась совершенно уместно.

— Котик, — она подошла к Воронову, протягивая пистолет рукояткой вперёд. — Держи.

— Мне не нужно, — Воронов даже не посмотрел на оружие.

— Ну пожалуйста… — Лина сделала большие и умоляющие глаза. — Только на крайний случай. Ради экономии маны. — Она чуть наклонила голову. — Он так подойдёт к твоему галстуку.

Воронов посмотрел на неё, потом на пистолет, потом снова на неё.

Тяжело вздохнул, взял Дезерт Игл, взвесил в руке. Проверил магазин и снял с предохранителя и снова поставил.

— Ладно. — он скривился так, будто вынужден работать с ржавым инструментом.

Но Лина просияла так, будто ей только что подарили луну.

— Я знала, что ты оценишь! Виктор! Кобуру для господина Воронова!

Даниил наблюдал за всем этим с нарастающим ужасом. Все вооружены, все готовы, а он…

Он попытался тихонько отползти к машине Виктора. Может, если он будет достаточно незаметным, про него забудут? Может, его оставят здесь, в безопасности, среди дымящихся руин и трупов?

Когти впились в ногу.

«Куда собрался, двуногий?»

— Никуда, — соврал Даниил. — Просто… размять ноги.

«Размять ноги он собрался. А ну стоять!»

Мурзик напрыгнул обратно на его плечо и зашипел.

«Бери ствол, щегол!»

— Что⁈

«Ствол! Пушку! Оружие! Не дрейфь! Мурзифель сделает из тебя мужика!» — Кот ударил его лапой по лицу, — «Мы им сейчас бошки продырявим! Вместе! Как напарники!»

— Я не умею стрелять!

«Научишься! В процессе! Это как плавать — либо выплывешь, либо утонешь! Бери ствол, или я тебя сам загрызу!»

Лина, наблюдавшая за этой сценой, расхохоталась.

— Виктор, дай мальчику что-нибудь маленькое. «Узи» или «Скорпион» там… чтобы не надорвался.

Виктор — с лицом человека, который давно перестал чему-либо удивляться — протянул Даниилу пистолет-пулемёт. Компактный, чёрный, пугающий.

Даниил взял его двумя пальцами, как дохлую мышь.

— Я… я правда не умею…

— Направляешь на врага, жмёшь на спуск, — Глеб даже не обернулся. — Всё остальное — детали.

«Слышал?» — Мурзик запрыгнул обратно на плечо. — «Направляешь и жмёшь. Даже ты справишься. Наверное».

— А если попаду в своих?

«Не попадёшь. Я буду корректировать».

— Как⁈

«Когтями по затылку. Влево — поворачиваешь влево. Вправо — поворачиваешь вправо. Просто, как мышь поймать!».

Даниил хотел возразить, но Воронов уже шёл к вертолёту.

— Вылетаем. Кто не успеет — остаётся.

Виктор поймал взгляд Лины. Его лицо осталось невозмутимым, но что-то в глазах говорило: «Мадемуазель, я слишком стар для этого дерьма».

Лина послала ему воздушный поцелуй.

— Вертолёт на четверых, — повторил Глеб. — Вы, я, она… — он посмотрел на Даниила, который стоял с «Узи» в руках и выражением обречённости на лице, — и этот. С котом.

«Кот не обсуждается», — заявил Мурзик. — «Кот — главный навигатор, тактический гений и моральная поддержка. Без кота вы все умрёте».

— Он говорит, что летит, — перевёл Даниил.

— Я догадался.

Даниил попытался идти к вертолёту, но нога подвернулась. Он покачнулся, чуть не выронив оружие, и Мурзик больно куснул его за ухо.

«Подъём, двуногий! Война не ждёт! Слава и кишки врагов ждут нас!»

— Я тебя ненавижу, — прошипел Даниил, ковыляя к вертолёту.

«Я знаю. Двигай быстрее, или я найду себе другой транспорт».

Фея пролетела мимо, и Даниил мог поклясться, что она хихикнула.

— Что смешного⁈ — крикнул он ей вслед.

— Ничего! — отозвалась она. — Просто представила, как ты будешь объяснять эти укусы врачу. «Доктор, меня покусал мой кот, когда мы штурмовали вражеский бункер» — звучит как начало очень плохого анекдота!

«Или очень хорошего», — добавил Мурзик. — «Зависит от концовки. Если мы победим — хорошего. Если сдохнем — плохого. Простая математика».

Даниил добрался до вертолёта и втиснулся на заднее сиденье, пристроив «Узи» на коленях так, чтобы случайно никого не застрелить. Рядом уселась Лина — от неё пахло порохом, жвачкой и чем-то дорогим. Гранатомёт она пристроила между ног, штурмовую винтовку — под сиденье.

— Не переживай, новичок, — она потрепала его по щеке. — Если что, я тебя прикрою.

— Это… должно меня утешить?

— Конечно, должно!

Мурзик свернулся у него на коленях, придавив «Узи», и демонстративно зевнул.

«Разбудите меня, когда начнётся веселье».

Двигатель взревел. Лопасти закрутились, поднимая пыль и пепел. Вертолёт оторвался от земли и взял курс на север.

Даниил смотрел в иллюминатор на удаляющиеся руины химкомбината и думал о том, что ещё неделю дня назад его главной проблемой была просроченная аренда.

Как же я скучаю по тем временам.

Лилит

Вертолёт нёсся над ночным лесом, и Лилит чувствовала себя живой.

По-настоящему живой — впервые за долгие месяцы. Не той выхолощенной «жизнью» главы клана, которая состояла из совещаний, отчётов и бесконечных интриг. Нет, это была другая жизнь — острая, горячая, с привкусом адреналина и пороха.

Она проверила магазин штурмовой винтовки — полный. Проверила гранаты на разгрузке — на месте. Провела пальцем по стволу гранатомёта, лежащего между колен.

Идеально.

Рядом сидел новичок по имени Даниил — бледный, трясущийся, вцепившийся в свой «Узи» так, будто тот мог укусить. Кот на его коленях дремал, время от времени подёргивая ухом. На переднем сиденье Глеб смотрел прямо перед собой, пулемёт покоился на коленях, лицо — каменное. И за штурвалом — Калев — её котик, и её будущий… всё.

Лилит улыбнулась.

Вот оно. Вот то, ради чего стоит жить.

— Подлётное время — семь минут, — голос Калева был ровным, деловым. — Фея, данные по объекту.

Маленькая светящаяся фигурка возникла над приборной панелью.

— Станция водоочистки «Северная» — законсервирована. Три наземных корпуса, подземные уровни на глубине до пятидесяти метров. — Фея вывела голографическую схему. — Судя по энергетическому фону, который я фиксирую, там сейчас очень людно. Генераторы работают на полную мощность, множественные магические сигнатуры. И… — она помедлила, — мощнй ментальный щит. Кто-то очень не хочет, чтобы его нашли.

— Охрана? — спросил Глеб.

— Периметр, вышки, укреплённый КПП. На вид — человек тридцать-сорок снаружи. Внутри… — Фея пожала крошечными плечами. — Неизвестно. Щит блокирует сканирование.

— Неужели ИВР? — уточнила Лилит.

— Похоже на то. Спецназ, боевые маги. Серьёзные ребята.

Лилит откинулась на спинку сиденья и мечтательно вздохнула.

— Обожаю серьёзных ребят. С ними интереснее.

Даниил покосился на неё с выражением человека, который случайно оказался в одной клетке с тигрицей.

— Вы… вы радуетесь?

— Конечно, новичок. — Она лучезарно улыбнулась ему. — Это же весело. Разве нет?

— Нет.

— Странный ты. — Лилит пожала плечами. — Ничего, привыкнешь.

«Или сдохнешь», — добавил Мурзик для нее, не открывая глаз. — «Одно из двух. Естественный отбор».

Вертолёт заложил вираж, и внизу показались огни. Город Северный спал, не подозревая, что происходит на его окраине.

— Вижу цель, — сообщил Калев. — Две минуты.

Лилит подалась вперёд, вглядываясь в темноту.

Станция водоочистки выплыла из ночи, как корабль-призрак. Бетонные корпуса, ржавые трубы, цистерны. И — свежие укрепления. Мешки с песком, колючая проволока, прожекторы, вышки с пулемётами.

Кто-то готовился к осаде.

— Сядем в полукилометре, — продолжил Калев. — Дальше — пешком.

— Почему не прямо на крышу? — спросила Лилит. — Элемент неожиданности и всё такое.

— Потому что у них ПВО, — Фея ткнула пальцем в точку на схеме. — Вот тут и вот тут. Две установки. Мы даже не успеем сказать «упс», если хозяин будет экономить ману.

— Скучно.

— Зато живы.

Вертолёт начал снижаться. Лилит проверила снаряжение в последний раз — автоматически, не задумываясь — руки помнили. Виктор гонял её по стрелковым и выживальческим курсам с двенадцати лет, и сейчас она мысленно благодарила старика.

Шасси коснулись земли. Двигатель заглох, лопасти замедлились.

Тишина.

Глеб первым выбрался наружу — плавно, бесшумно, пулемёт наизготовку. Осмотрелся, кивнул.

— Чисто.

Лилит выпрыгнула следом, с гранатомётом на плече и улыбкой на губах. Ночной воздух пах хвоей, ржавчиной и — совсем чуть-чуть страхом — чужим страхом. Тех, кто сидел за этими укреплениями и думал, что они в безопасности.

Бедняжки.

Калев вышел последним. Ни единой складки на костюме, ни тени эмоции на лице. Дезерт Игл в кобуре под мышкой — единственная уступка реальности.

— План? — спросил Глеб.

— Простой, — Калев смотрел на станцию. — Заходим. Убиваем всех, кто мешает. Забираем Алину и уходим.

Пауза.

— Это… весь план? — Даниил выбрался из вертолёта, спотыкаясь и чуть не уронив «Узи». Мурзик сидел у него на плече, как маленький пушистый генерал.

— Весь.

— А… а как насчёт тактики? Отвлекающих манёвров? Разведки?

«Разведка — для трусов», — заявил Мурзик. — «Настоящие воины идут напролом. Вперёд, двуногие! К славе и кишкам!»

— Кот говорит… — начал Даниил.

— Мы поняли, — перебил Глеб.

Лилит рассмеялась. Она сняла гранатомёт с плеча, проверила прицел.

— Мне нравится этот план. Простой и элегантный.

— Ты называешь это элегантным? — Даниил смотрел на неё как на сумасшедшую.

— Конечно. — Она подмигнула ему. — Элегантность — это когда ничего лишнего. Только ты, враги и большая пушка.

Они двинулись к станции — пятеро безумцев против укреплённой базы спецназа ИВР.

Лилит шла рядом с Калевом, чуть позади, чуть сбоку. Идеальная позиция, чтобы прикрывать и любоваться одновременно.

— Котик, — она понизила голос. — Признайся. Тебе ведь тоже весело?

Он не ответил, но она могла поклясться, что уголок его губ дрогнул.

Я так и знала.

Впереди показался забор — бетонный, трёхметровый, с колючей проволокой поверху. За ним — прожекторы, вышки, тени патрульных.

Лилит остановилась, подняла гранатомёт и прицелилась.

— Тук-тук, — прошептала она.

И нажала на спуск.

Ракета ушла с шипением и рёвом.

Полторы секунды полёта и…

БУМ!

…ворота КПП перестали существовать. Вместе с воротами перестало существовать пулемётное гнездо, часть забора и трое охранников, которым очень не повезло стоять рядом.

Взрыв осветил ночь оранжевым заревом.

— Тук-тук, — повторила Лилит, отбрасывая пустой тубус и перехватывая штурмовую винтовку. — Кто-нибудь дома?

Судя по истошным крикам и автоматным очередям — дома были все.

Глеб пошёл первым.

Именно вошел. Он не бежал и не бросался в укрытие, а просто пошёл на противника ровным, размеренным шагом, как на прогулку в парке. Пулемёт в его руках ожил — короткие, экономные очереди, каждая из которых кого-то убивала.

Та-та-та. Охранник на левой вышке дёрнулся и упал.

Та-та-та. Двое за мешками с песком перестали быть проблемой.

Та-та-та. Ещё один.

Глеб не моргал и даже пригибался, и не менял выражения лица. Он просто шёл и стрелял, шёл и стрелял, методично зачищая сектор, как машина для убийства в строгом пиджаке.

Настоящий Бухгалтер Апокалипсиса! — подумала Лилит с восхищением. — Надо будет переманить его к себе. Когда-нибудь.

Она рванула следом левее, по дуге. Пуля свистнула над головой, и Лилит рассмеялась, уходя в перекат. Вскочила, вскинула винтовку.

Три выстрела — три трупа.

Ещё один выскочил из-за цистерны, и она достала его в прыжке, даже не прицеливаясь. Тело ещё падало, а она уже бежала дальше.

— Справа! — крикнул Глеб.

Лилит развернулась. Двое спецназовцев выкатились из-за угла корпуса, один уже вскидывал гранатомёт…

Она швырнула нож.

Лезвие вошло в глаз стрелку, и он завалился назад, дёрнув спусковой крючок. Граната ушла в небо, как фейерверк.

Второй охранник уставился на мёртвого напарника, потом на Лилит. Она помахала ему пальчиками.

— Привет.

Пуля из винтовки поставила точку в диалоге.

— Мне нужен новый нож, — сообщила она в пространство. — Глеб, у тебя есть запасной?

— Слева от трупа. Он им не пользовался.

— Спасибо, дорогой.

Она подобрала нож, вытерла о штанину мёртвого хозяина и двинулась дальше. Вокруг царил хаос — крики, стрельба, взрывы, — и Лилит купалась в нём, как рыба в воде.

Вот это жизнь. Вот это я понимаю!

Где-то позади раздался истошный вопль Даниила.

Лилит обернулась.

Картина была… занимательной. Псайкер бежал зигзагами, зажмурив глаза и вытянув перед собой «Узи». Оружие плевалось пулями в случайных направлениях — в небо, в землю, в стену, в несчастную цистерну, которая уже напоминала решето.

На его плече сидел Мурзик. И — вот тут становилось интересно — кот работал.

Удар лапой по затылку — Даниил дёргался влево.

Ещё удар — вправо.

Когти в ухо — вниз.

— АЙ! — вопил Даниил. — АЙ! БОЛЬНО! ПРЕКРАТИ!

«Влево, идиот! Влево! Там снайпер!»

— КАКОЙ СНАЙПЕР⁈ Я НЕ ВИЖУ!

«И не надо видеть! Просто стреляй куда говорю!»

Очередной удар когтями. Даниил дёрнулся, палец на спуске сжался — и очередь ушла куда-то вверх и вправо.

На крыше административного корпуса снайпер выронил винтовку и рухнул с пятиметровой высоты.

— Я… я попал⁈ — Даниил приоткрыл один глаз.

«Кот попал. Ты просто лафет».

— Ка-ка-ка! Кот попал! — захохотала Лилит. — Ты слышал, Глеб? Кот попал!

— Я занят, — буркнул Глеб, меняя ленту.

Из главного корпуса выбежала группа — человек пять, в тяжёлой броне, с магическими щитами. Впереди — маг, уже формирующий огненный шар.

Лилит вскинула винтовку, но понимала — не успеет. Щиты у них хорошие, армейские, обычные пули не пробьют…

Калев прошёл мимо неё.

Просто прошёл — спокойным, прогулочным шагом, не ускоряясь и не замедляясь. Огненный шар полетел ему в грудь.

Калев щёлкнул пальцами.

Шар остановился в воздухе. Завис на секунду — а потом рванул обратно, втрое быстрее, чем летел. Маг даже не успел закричать.

Четверо оставшихся открыли огонь. Пули летели в Калева со всех сторон и… не долетали. Лилит даже не успевала разглядеть, что именно отклоняло их, словно невидимый щит.

Калев поднял Дезерт Игл.

Бам. Один.

Бам. Второй.

Бам. Третий.

Бам. Четвёртый.

Четыре выстрела — четыре трупа. Каждая пуля нашла щель в броне, каждая попала точно туда, куда нужно.

Калев убрал пистолет. Пошёл дальше.

Дрожь невероятного возбуждения прошлась по ней, и она поерзала коленками, смотря на это.

— Граната! — заорал Глеб.

Металлический цилиндр влетел во двор, кувыркаясь в воздухе. Прямо к ногам Калева.

Он даже не остановился, а просто щёлкнул пальцами и гравитация вокруг гранаты изменилась.

Цилиндр взмыл вверх, перелетел через забор и упал туда, откуда прилетел. Взрыв. Крик. Тишина.

— Это… это вообще законно? — прохрипел Даниил откуда-то из-за цистерны.

«Законно — для слабаков», — ответил Мурзик. — «Мы здесь по понятиям. Кошачьим понятиям».

Лилит перезарядила винтовку и огляделась.

Двор был зачищен. Тела, гильзы, дымящиеся воронки. Запах пороха, крови. Красота.

— Все целы? — спросила она.

— Так точно, — отозвался Глеб.

— Ж-жив, — проскулил Даниил. — Кажется. Если не считать психологической травмы.

«Травма — это хорошо», — одобрил Мурзик. — «Закаляет характер. Из тебя ещё выйдет толк, двуногий».

Калев стоял у двери главного корпуса. Огромная гермодверь — толстая и бронированная, явно ведущая в подземные уровни.

— Дальше — там, — констатировала Фея, появляясь над его плечом. — Чувствую ментальный фон. Много людей внизу и… — она замялась. — Алину. Слабый сигнал, но это она.

Лилит подошла к двери, постучала прикладом.

— Эй! Откройте! У нас доставка! Свинец и хорошее настроение!

Тишина.

— Грубияны, — вздохнула она. — Глеб, у тебя есть взрывчатка?

— Кончилась.

— У меня тоже. — Она посмотрела на дверь, потом на Калева. — Котик? Есть идеи?

Калев не ответил. Он подошёл к двери, снял перчатку и положил ладонь на холодную сталь.

Секунда. Две.

Металл заскрежетал и застонал. Он начал прогибаться внутрь, как будто невидимый великан давил на него с той стороны.

А потом дверь вылетела.

Просто вылетела из петель и ушла куда-то вглубь коридора, сминая по пути всё, что попадалось. Грохот, крики, звон металла о бетон.

Тёмный провал туннеля смотрел на них, как разинутая пасть.

Лилит поправила волосы и перезарядила винтовку.

— Обожаю мужчин, которые умеют элегантно открывать двери.

Мурзик первым спрыгнул с плеча Даниила и потрусил в темноту, задрав хвост.

«За мной, двуногие! Крысы ждут!»

Команда шагнула следом.

-≡≡≡≡≡≡≡-

(Всем привет, авторы на связи! Нас очень радует ваша активность, комментарии и лайки. Мы очень рады, что вам запала в душу наша работа. Мы все читаем и все видим, спасибо за вашу поддержку, это очень важно для нас! И чем больше мы видим поддержки и обратной связи с вашей стороны, тем больше хочется стараться! Ваша активность и поддержка напрямую влияет на мотивацию авторов. Всем спасибо!)