Травница

Глава 13. Какие леса, такие и люди.

Я всегда знал, что люди странные существа, но сегодня с вами особенно интересно.

Макс Фрай «Чужак».

События десятилетней давности.

Девчонка рылась в земле. Да так самозабвенно, что Феникс, хотевший было пройти мимо, заинтересованно остановился. Всю неделю он не выходил из своего тайного укрытия в особняке, а в первую их встречу не особо ее разглядывал.

Сейчас неожиданно для себя он отметил, что гостья симпатичная, только болезненно худая и лохматая. Длинные светлые волосы были нещадно запутаны и запылены. А ещё тощие руки по локоть в земле. Неужели никто не показал ей ванную комнату?

Девчонка, будто почувствовав на себе его взгляд, подняла голову. Феникс вздрогнул.

Ну и глазища — ведьминские! А в них такая вселенская тоска… Совсем как у него…

Она осталась сиротой, подумалось ему, а он неделю назад потерял мать… Можно сказать, родные души.

Феникса замутило, он злобно сплюнул рядом с собой и скомандовал:

— Волк!

Конечно, он не хотел, чтобы гигантская овчарка покалечила девчонку, но показать, кто здесь главный, нужно было.

Вот только пёс не послушался. Он приветливо махнул хвостом и лизнул её в грязную руку. Девчонка улыбнулась и совсем бесстрашно почесала пса за ухом. Нет, так не пойдёт.

Феникс стремительно направился прямо к ней, она попятилась от такого напора и запнулась о корягу. Упала. Он смотрел на неё сверху вниз… Он мог подать руку, но не стал. Заметил, что возле ямки, которую она так самозабвенно рыла голыми руками, лежат три росточка неизвестного ему растения, и без сожаления наступил на них ботинком.

Девчонка не сделала попытки встать или возместиться. Молча лежала на холодной земле и смотрела, не мигая.

Фениксу стало не по себе — играть роль вредного мальчишки ему удавалось с большим трудом.

Отец и мать растили его в любви, благородстве и честности. Узнай мать, что он делает, огорчилась бы. Феникс отвернулся, сплюнул под ноги и процедил сквозь зубы:

— Тебе не рады здесь, запомни.

И ушёл, не оглядываясь.

Чем меньше он будет пересекаться с этой травницей, тем лучше.

Реальные дни.

Одежда, волосы, кожа — все было в крови. Он чувствовал, как ком встал в горле. Но серые глаза смотрели на него спокойно.

Сейчас она как никогда раньше напомнила ему ту беспомощную девчонку. Руки у неё остались такими же тонкими, а волосы разлохматились.

— Со мной все в порядке!

— Это я вижу…

Мари водила руками по её порезам и что-то шептала.

Раны потихоньку начали затягиваться.

Родриг нервно дергал занавеску, выглядывая в окно. Мальчишка и полная женщина привели их в этот дом, дали корзинку с едой и просили располагаться.

Домик был немного запыленным, но вполне уютным. Больше настораживало четыре спальных места… Откуда в поселении узнали, сколько именно чужаков ожидается?

— Не нравится мне все это… — озвучил вслух общую мысль Родриг.

— Согласна, — поддакнула Мари, требовательно дергая на мне рубашку. Я зашипела от боли, зыркнула на мужскую половину — те послушно отвернулись.

— Напомни-ка первоначальный план, Селена.

— Пробраться тёмной ночью на кладбище. Незаметно. А дальше по обстоятельствам. Согласно предсказанию, необходимое уже должно было меня там ждать.

— Мне нравится, что все пункты были выполнены, — хмыкнул Феникс, задумчиво поглаживая Волка.

Собака вовсе не выглядела расслабленной.

— Что предлагаешь ты? — устало спросила я.

Ведь правда устала, поспать бы нормально, но в этих странных лесах я больше спать не рискну.

— Подыграть им, — холодно улыбнулся боевик, неожиданно вскакивая с места и распахивая входную дверь.

Те, кто стояли за ней, явно этого не ожидали. Тихон раскрыл рот от удивления, а незнакомый высокий мужчина с очень бледной кожей нехорошо сощурил глаза.

— Странные леса приветствуют вас, — тем не менее учтиво поклонился он. — Староста приглашает вас отужинать у него в доме.

Пару секунд понадобилось Фениксу, чтобы переглянуться с друзьями. Пауза затягивалась, мужчина спокойно и терпеливо ждал ответа, не делая резких движений и не переступая порог.

— Хорошо, — медленно произнёс Феникс. — Мы будем готовы через час.

Бледный незнакомец почтительно поклонился и кивнул в сторону мальчика.

— Тихон будет ожидать вас. Проводит, куда нужно.

И незаметно скрылся в пасмурном дне.

Стало неуютно в нашей тесной избушке.

— Что будем делать? — деловито осведомилась Мари, разминая уставшие руки.

— Главное — ничего не есть у них и не пить, — мрачно ответил Родриг. — Видали этого синюшного? Они явно сидят на галлюциногенах!

— Да, и тетка, что нас сюда отводила, — заметила подруга. — Очень смахивают на какую-то секту. Как ты здесь жила, Селена?

Перед глазами пронеслась разозленная толпа, крики, ночной лес. Я вздрогнула и разумно решила не вдаваться в подробности. Отошла к окну. Показалось, что кто-то заглядывает.

— Сели, мне надо…

— Не сейчас, — постаралась ответить максимально спокойно, не выдерживая его взгляда.

— Сейчас! Народ, оставьте нас ненадолго.

— Добавьте «пожалуйста», — фыркнула Мари, — и тогда я подумаю.

— Можно подумать, здесь такие толстые стены, — хохотнул Родриг.

О, Всевышний, когда я проморгала эту парочку? Они ведь спелись. Подозреваю, что, когда мы вернёмся, Родриг будет зависать в нашей комнате днями и ночами.

Если вернёмся. Стало грустно и до безумия обидно за ребят. Сама я понимала, на что шла, детские кошмары были столь свежи. Предчувствие и ожидание плохого не отпускали меня с тех пор, как мы перешагнули эту треклятую границу. Светлый Бог давно не заглядывал в эти чужбины, и нам совершенно нечего было здесь делать.

Тем не менее ребята вышли, и я почувствовала тяжёлую руку на своём плече, что заставило замереть и не дышать.

— Селена, нам надо поговорить, — твёрдо и уверенно произнёс братец, хотя с недавних пор очень сложно его так называть.

— Сейчас не лучшее время, — так же твёрдо и уверенно произнесла я, поднимая взгляд. — Я очень боюсь. Лучше подумай, как нам незаметно пробраться на кладбище и слинять отсюда, пока я не заснула.

— Незаметно не получится, — покачал головой Феникс. — Они окружили нашу избушку…

— Значит, мне не померещилось…

— Ага, на Волка взгляни, — коротко объяснил Феникс, и я покрылась мурашками, заметив настороженную морду собаки. Чёрные глаза-бусины неотрывно следили за кем-то в окно.

— Нам стоит его отпустить…

— Сразу же, как пойдём на ужин к старосте. Надеюсь, это не тот самый, который…

— Не продолжай, — поморщилась я. — А мы пойдём?

— А у нас есть другие варианты?

— Ты невозможно спокоен, — его уверенность начала меня раздражать. В отличие от мужчины, я чувствовала нарастающий испуг и панику, грозящую перетечь в банальную женскую истерику.

— А ты увиливаешь от темы, — фыркнул боевик. — Мне важно знать, как ты отнеслась к тому, что я сделал…

— Почему тебе важно знать именно сейчас?!

Я почти закричала, Волк коротко залаял, а Феникс неожиданно поймал меня за руки и притянул к себе. Держал крепко, но не причинял боли.

— Потому что я не уверен, что позже ты ответишь, — почти прошептал он мне в губы, наклоняясь ближе.

От него все ещё пахло хвоей и огнём.

В районе живота что-то у меня екнуло, и я осторожно освободила руки, чтобы тут же вернуть их на плечи Феникса. Чуть-чуть приподнялась на цыпочки, и… мы с Фениксом отпрянули друг от друга, когда в дверь громко и размашисто застучали. Черт! Час ведь еще не прошел!

Мари с Родригом тут же ворвались из кухни. Судя по быстроте их появления, они явно нагло подслушивали.

Феникс действовал быстро: бросил в меня плащ, подцепил пальцем подбородок и быстро проговорил:

— Держись все время рядом. Мари, тебя это тоже касается, — он забросил наши сумки себе на плечо и уже возле двери обратился к Родригу: — Если понадобится, я выпущу свой огонь. Ты тоже знаешь, что делать.

— Понял, друг, — серьёзно кивнул парень.

А я снова запоздало соображала, когда эти двое успели подружиться за столь короткий срок.

В дверь еще раз громко и нетерпеливо постучали, и я потянулась открывать, но Феникс, ловко спихнув мое тело в сторону, открыл сам. Лохматый Тихон и знакомый бледный незнакомец заносили кулаки, чтобы постучаться вновь, но при виде собранных нас понятливо отступили в сторону.

— Час еще не прошел, — спокойно заметил Родриг, сдвигая брови на переносице.

— Простите, но староста ждет, — непреклонно ответил странный человек. — Ужин стынет.

Может, я стала излишне подозрительной, но в этой простой фразе мне послышалась неприкрытая угроза. Я незаметно почесала Волка за ухо и прошептала:

— Беги, мальчик. Ты знаешь, что надо делать.