Тренировочный День 14

Глава 2

Глава 2

Комментаторская будочка в спорткомплексе «Олимп»

— Здравствуйте, здравствуйте, здравствуйте, уважаемые любители спорта в целом и женского волейбола в частности. Сегодня у нас необычный повод для встречи, ведь сегодня в Праге самый настоящий спортивный праздник, уважаемые радиослушатели!

— Да, это так! И вы не ошиблись, только что вы слышали бархатный баритон самого пана Пехачека, все верно наш старый Йиржи выбрался из своей деревни чтобы снова порадовать всех слушателей своим голосом. Человек-легенда, уважаемые слушатели, он комментировал Олимпиаду в Мюнхене, он был с нами во время всех спортивных событий за последние двадцать пять лет! Мне так жаль, что пан Пехачек уходит на пенсию!

— Спасибо, Власта, но старые кости требуют покоя. Мне давно пора нянчить внуков, а то ведь так и до правнуков недалеко, а я все пропущу. Уважаемые слушатели, а вместе со мной в студии — Власта Коубкова, спортивный аналитик, тренер, писатель и обозреватель, а в недавнем прошлом — сама игрок сборной страны, конечно же мастер спорта международного класса. Финалистка чемпионата Европы и заслуженный деятель культуры Чехословакии. И конечно же — очень обаятельная и красивая молодая девушка.

— Пан Пехачек! Вы мне льстите!

— Ни капельки, пани Коубкова. Все так и есть. Вы очаровательны, сегодняшний день прекрасен, а прямо сейчас мы с вами находимся на новой спортивной арене комплекса «Олимп», который в позапрошлом году был сдан в эксплуатацию властями нашего славного города. Уверен, что нам есть за что поругать мэра, но тут уж он постарался!

— В самом деле, я не уверена за весь зал, но наша будочка комментаторов удалась, обычно они похожи на собачью конуру и насквозь прокурены, но тут довольно уютно… что дает нам повод рассказать о нашем спонсоре!

— Это правда необходимо?

— Пан Пехачек, вы же знаете, что они участвовали в организации!

— Никак не привыкну к этому… ладно, Власта, кто у нас сегодня спонсор?

— «Оранжада»! Приятный спортивный напиток, который придаст силы спортсменам и поможет студентам и школьникам в учебе, поднимет настроение и освежит в жару! «Оранжада» — спонсор сегодняшней трансляции! Итак, пан Пехачек, давайте расскажем нашим слушателям, что же нас ожидает сегодня на этой прекрасной новой арене.

— Можно просто Йиржи, я еще не так стар, дорогая Власта.

— Я так не могу, пан Пехачек, вы уважаемый и такой опытный и…

— Хорошо, хорошо Власта, я понял, что подкатить к молодежи уже не выйдет, выдает седина. Итак, сегодня у нас товарищеский матч по женскому волейболу между пражским клубом «Олимп» и московским клубом «Крылья Советов». Матч проводится в рамках программы городов-побратимов Прага — Москва, и я должен сказать, что зал сегодня полон! Все три тысячи мест заняты, что для женского волейбола — приятная редкость. Видно, что пражане соскучились по хорошему спорту.

— И по хорошему зрелищу, пан Пехачек. Я вижу, здесь собралось столько любителей волейбола! Здесь уважаемый товарищ Грдличка, сам Милош Грдличка, заместитель председателя Пражского городского совета КПЧ! Партийное руководство нашей страны тоже не чуждо спортивным веяниям! Уверена, что он сейчас держит в руках бутылочку освежающей «Оранжады»!

— Власта?

— О, пан Пехачек, они обещали купить мне сумочку из последней коллекции за рекламу. О чем это я? Ах, да, сам товарищ Грдличка! Народ и партия едины! Потому что совсем рядом с товарищем Грдличкой сидит Яна Богдалова, наша Леди Макбет! Медея, Нора, голос поколения, наша театральная звезда! Примадонна!

— Моя жена ее обожает. Ходила на все спектакли. На все, буквально. Серьезно, этот театр наполовину построен на деньги из моего семейного бюджета, они там с ума сошли такие цены за партер?

— … и рядом с примадонной сидит… мои глаза меня не обманывают? Да! Уважаемые слушатели, рядом с нашей Леди Макбет сидит сам Томаш Дворник! Да, дорогие друзья, наш Томаш, восходящая звезда кино, актер который сыграл в «Слово Правосудия» революционера Индржиха, который играл в «Знахаре» молодого врача Жбанешку, который играл летчика-истребителя в «Багровых Небесах», кумир молодых девушек и женщин всех возрастов, наш Томаш! Уверена, что он тоже взял с собой на матч бутылочку освежающей «Оранжады»!

— Если они после этого тебе сумочку не купят, то я сам к ним в офис приду…

— Пан Пехачек! Вы такой шутник! О! А вот и наши бумаги прибыли, тут обновленный состав команд… почему обновленный? Я «Олимп» весь знаю, кого там менять?

— В наше время никаких спонсоров не было, было соревнование и все, что за манера устраивать из трансляцией куплю-продажу? Спорт — это искусство…

— Итак, «Олимп» сегодня выходит в обновлённом составе… В обновлённом составе, да. Капитан — Квета Моравцова, это наша знакомая, играет за «Олимп» третий сезон, доигровщик, двадцать восемь лет. Я Квету знаю давно, она мировая девчонка, играет давно, играет стабильно, любит перехваты и борьбу у сетки…

— Честно говоря я своим внукам газировку пить не разрешаю, слишком много сахара…

— Это… может показаться неожиданным, но центральные блокирующие в команде «Олимпа» — Ярослава и Мирослава Коваржовы. Ээ…

— О! Коваржовы! Яра-Мира⁈ Наши близняшки из сборной?

— Они самые, пан Пехачек. Те самые. И, дальше у нас — Павла Махачкова, диагональный нападающий — Петра Махачкова. Либеро — Хана Немцова.

— Власта, поправьте меня, старика, но мне кажется, что я знаю эти имена. Что удивительно, потому что я не знаю никого из состава клуба «Олимп».

— Вам не кажется, пан Пехачек.

— Так это…

— Это обновлённый состав клуба «Олимп». Именно так написано в протоколе матча, и именно так мы с вами будем это комментировать.

— Погоди, Власта, получается, что в составе «Олимпа» сейчас выступает… сколько? Пятеро? Шестеро? Игроков из национальной сборной страны? Но… ай! Власта⁈

— И… мы вновь возвращаемся к нашему товарищескому матчу! Извините, пан Пехачек, я такая неловкая… вы ударились?

— Ты… ладно. Ладно, я понял. Давай перейдем к составу команды гостей.

— «Крылья Советов», Москва. Тоже интересная история, к слову сказать. Клуб высшей лиги, но сегодня выставляет не основной состав. Если верить протоколу — играет запасной состав. Честно говоря, пан Пехачек, я ни одного из этих имён не знаю. Капитан — Мария Волокитина, доигровщик. Связующая — Юлия Синицына. Блокирующая — Валентина Федосеева. Нападающий — Арина Железнова, это фамилия известная, была такая Железнова в сборной СССР в семидесятых…

— Родственница?

— Не знаю. Возможно. Либеро — Лилия Бергштейн. Диагональный — Надежда Воронова. Средний возраст — двадцать один год, если я правильно посчитала. Очень молодая команда, пан Пехачек. Очень молодая.

— Молодость — это и достоинство, и недостаток, Власта. Достоинство — потому что сил много и бегают быстро. Недостаток — потому что опыта мало и нервы не железные.

— Вот скоро и проверим, насколько не железные. Команды выходят на площадку! Надо заметить, что если вы пьете «Оранжаду», то ваши нервы станут не железными, а стальными! И команды выходят на площадку! «Олимп» — в бело-сине-красном, «Крылья Советов» — в красно-белом. Приветствие, рукопожатия… и знаете, пан Пехачек, рукопожатия — это всегда интересно. Можно многое сказать о человеке по тому, как он жмёт руку.

— В позапрошлом году к нам на соревнования приезжал Карелин, русский богатырь, говорят он жмет руку так, что может из сухой доски сок выжать, но я с ним за руку здоровался и ничего. Очень приятный и интеллигентный молодой человек. Правда на ковре он просто зверь…

— Как я вижу нашей Квете неудобно. Ей ведь двадцать восемь лет, она третий сезон в «Олимпе»… а тут «обновленный состав». Пан Пехачек?

— Мда, ситуация… честно говоря мне непонятен мотив такого рода «обновления состава», это же товарищеский матч! Никакого счета в таблицы рейтинга не ведется, не высчитываются нарушения, не накладывается дисквалификация на спортсменов, никакого допинг-контроля, это просто спортивный праздник! Люди пришли с семьями!

— Мы договорились, пан Пехачек. Обновлённый состав и точка. Итак, свисток! Первая подача у «Олимпа»! Подаёт Ярослава Коваржова!

— И как ты их отличаешь, Власта?

— Легко, пан Пехачек, я же в сборной была лет десять подряд, я девчонок как облупленных знаю. Ну и по номерам у них на спине…

— Ах, да, номера… а если бы они поменялись?

— Они иногда так делают. Тогда их родная мать не различит… Силовая подача в прыжке, пан Пехачек! Какая подача! Ярослава подбрасывает мяч, разбег, прыжок, удар — мяч летит как из пушки!

— Принимает советская либеро, номер три, Бергштейн! И — принимает! Чисто! Надо же!

— Подівейме се! Это действительно чистый приём на подаче Коваржовой. Пан Пехачек, я вам скажу — я играла двенадцать лет и подачу Ярославы Коваржовой я бы не приняла. Не потому что я плохой игрок, а потому что Ярослава бьёт так, что мяч меняет форму в воздухе. А эта маленькая девочка — встала и приняла. Чисто. Номер три, запомните этот номер.

— Мяч идёт на связующую, номер пять, Синицына. Передача вперёд, на нападающую! Номер семь, Железнова, разбег, прыжок, и — удар! Мощный, хороший удар!

— И Немцова поднимает! Честно говоря, это невероятно! Такой мяч! Мертвый мяч, это называют так! Поднимает из невозможной позиции, с разворота, одной рукой. Павла пасует, Петра атакует, и… Ой!

— Столкновение! На советской стороне столкновение! Эта маленькая девочка налетела на свою же… на эту гигантскую женщину, на сибирскую великаншу! Эта девушка достойна кисти художника, как говорил Врхлицкий — Kapitales Frau!

— Пан Пехачек!

— Задача комментатора, девочка моя — отражать правду. Эта Федосеева на самом деле феноменальна, ты погляди на нее. Если бы у Фридриха Великого Барбароссы были бы такие солдаты, то он захватил бы весь мир. Знаешь, у русского поэта Некрасова есть такие строки — женщина, которая останавливает лошадей и заходит в горящие строения. Это описание сибирской великанши, Власта. Некрасов тоже любил Kapitales Frau!

— У нас либеро на площадке лежит, пан Пехачек, а вы о Kapitales Frau!

— Тренер московской команды просит медицинский тайм-аут. Правильно делает. На площадку выходит врач, женщина в белом халате, осматривает либеро. И… да. Замена. Номер три — Бергштейн — уходит с площадки. На площадку выходит номер девять… Маслова.

— Жаль.

— Что жаль, Власта?

— Жаль, что номер три уходит. Она хорошо двигалась. Интересно двигалась. Успела на подачу Коваржовой — а это, поверьте мне, не каждый либеро в нашей высшей лиге сумеет. Впрочем, даже с такой потерей вам поможет смириться спортивный напиток «Оранжада»! О! Смотрите на первый ряд, наш Томаш Дворник… он привстал и по лицу видно, что обеспокоен. Он переживает за ход матча или за эту невысокую либеро? Кстати, вы слышали, что Томаш не только снимается в кино, но и поступил в университет на отделение актерского мастерства и фольклора. По первому образованию он инженер, но хочет стать лучше в своем ремесле.

— И это хорошо. В наше время не так много молодых людей, которые так стремились бы стать лучше в своей сфере. Но билеты в партер им стоило бы подешевле продавать…

— Кстати! Наш спонсор разыгрывает и билеты в театр, пан Пехачек!

— Да неужели?

— Смотрите! Томаш встал со своего места и проталкивается к площадке, к скамейке запасных, но не к нашей, а к команде соперников! К московской команде! Но почему? Неужели…

— Власта, мы все же игру комментируем, а не все эти ваши сплетни в гостиных и салонах.

— Да, прошу прощения. У «Олимпа» тоже замена, пан Пехачек. Моравцова садится на скамейку, вместо неё выходит Дворжакова.

— Дворжакова?

— Дворжакова. Ее слушатели тоже знают, я ее знаю, вы ее знаете, все ее знают.

— Я уже понял, что притворяться бессмысленно. Играем дальше. Кстати, Моравцова села. Значит, на площадке у «Олимпа» теперь…

— Теперь на площадке у «Олимпа» обновлённый состав, пан Пехачек. Полностью обновлённый. Целиком. Давайте вернёмся к игре.

— Давайте вернёмся к игре. Подача «Олимпа»!

Розыгрыш за розыгрышем. Пехачек комментировал ровно, профессионально, голосом, который за тридцать лет привык к любым счетам и любым результатам. Два — ноль. Четыре — ноль. Шесть. Восемь.

— Подівейме се. Восемь — ноль. Подаёт Павла Махачкова. Укороченная, крученая подача, мяч ныряет сразу за сеткой, и советская либеро — Маслова, номер девять — не справляется. Мяч уходит на трибуны. Девять — ноль.

— Я обратил внимание, Власта, что Махачкова меняет тип подачи. Каждый раз — разная.

— Верно. Силовая, планирующая, укороченная, снова силовая, но в другую зону. Она не повторяется. Советские девочки каждый раз получают новую задачу и каждый раз не успевают к ней подготовиться.

— Десять — ноль! Подача снова у «Олимпа», подаёт… Павла Махачкова! Нет, сменила! «Планер»! Мяч летит медленно, качается в воздухе… советская девочка выходит под мяч, Воронова, номер одиннадцать, принимает… криво! Но связующая добирается, передача на Железнову! Железнова в прыжке! Удар! И — стена! Коваржовы ставят двойной блок! Мяч отскакивает обратно на советскую сторону и падает!

— Подівейме се. Двойной блок Коваржовых. Знаете, пан Пехачек, что самое тяжёлое в волейболе? Не проигрывать. Проигрывать тяжело, но терпимо. Самое тяжёлое — это когда ты делаешь всё правильно, и всё равно проигрываешь. Железнова сделала всё правильно. Приём плохой, передача кривая — а она всё равно нашла мяч, разбежалась, прыгнула, ударила. Хороший удар. В любом другом матче — это очко. А тут — стена. Потому что на той стороне стоят Коваржовы, и они знают, куда Железнова будет бить, ещё до того, как она это решила. Стена «Яра-Мира» — непробиваема.

— Одиннадцать — ноль. Подаёт Дворжакова. Прямая силовая подача. Мяч летит между двумя советскими игроками, в ничейную зону. Обе дёрнулись. Ни одна не взяла.

— Двенадцать — ноль. Пан Пехачек, мне неловко.

— Неловко?

— Мне неловко это комментировать. Я двенадцать лет играла в волейбол, и пять из них — за сборную. Я знаю, каково это — стоять на площадке, когда мяч падает рядом с тобой и ты ничего не можешь сделать. Не потому, что ты плохая. Потому что напротив — другой уровень. Этим девочкам по двадцать лет, пан Пехачек. Они прилетели сюда на товарищеский матч с городским клубом. А вышли против… обновлённого состава. Неожиданно, правда? Я даже немного сочувствую этим девчатам.

— Власта…

— Но я уверена, что спортивный напиток «Оранжада» обязательно утолит жажду и поможет примириться с суровой реальностью! «Оранжада» — способ выйти из депрессии!

— Определенно они должны тебе вагон сумок, Власта. Вернемся к матчу.

— Давайте. Тринадцать — ноль. Четырнадцать — ноль. Атакует Железнова, мощный удар в линию, хороший удар, я бы сказала — очень хороший удар. И Немцова поднимает. Снова. Знаете, пан Пехачек, у Немцовой сегодня стопроцентная эффективность на приёме.

— Выдающийся результат.

— У Немцовой каждый день выдающийся результат, пан Пехачек. Когда я играла за сборную… впрочем ладно.

— Пятнадцать — ноль. Шестнадцать. Мяч не переходит на другую сторону, подача всё у наших девушек… у «Олимпа», то есть.

— Тренер московской команды совсем молодой парень, Власта. Молодец.

— Молодец? Пан Пехачек, на площадке происходит что-то, чего я не вижу? Они проигрывают всухую, а вы говорите, что их тренер молодец!

— Когда весь мир вокруг тебя рушится и ты проигрываешь с разгромным счетом, то все что тебе нужно — это точка опоры, моя девочка. Посмотри, именно таким и должен быть лидер. Любой может стоять на капитанском мостике, когда вы выигрываете. Но стоять там в минуты когда все вокруг против тебя и сохранять хладнокровие и спокойствие, пусть даже только внешне — это дорогого стоит.

— Может быть, он просто смирился.

— Нет, Власта. Он не смирился. Смотри — он ищет решение, он работает, что-то пишет в свой блокнот, о чем-то переговаривается с маленькой либеро… посмотрит на их лица.

— Ужас! Она улыбается! Как она может улыбаться в такой момент⁈ У меня бы сердце на кусочки разрывалось с каждым проигранным очком!

— В чем-то она, наверное, права. Сейчас она не на площадке, а на скамейке и ничего изменить не может, зачем грустить? Так что, наверное, она права… хотя у меня бы так не получилось.

— Ни у кого бы так не получилось, пан Пехачек!

— Семнадцать — ноль.

— А наш Томаш по-прежнему стоит у края площадки, пан Пехачек. Не на своём месте в первом ряду, а внизу, у самого ограждения. Богдалова, кажется, в некотором недоумении — осталась сидеть одна. Рядом с товарищем Грдличкой. Представляю, как ей весело. Ее протеже убежал от нее при всех, какой скандал…

— Томаш решил посмотреть поближе? Похвальный интерес к спорту.

— К спорту, да. Именно к спорту. Он стоит у ограждения и смотрит не на площадку, пан Пехачек. Он смотрит на советскую спортсменку, на эту невысокую либеро, которая улыбается своему тренеру… чертовка. Все женщины Чехии хотели бы такого, неужели выигрывая на площадке мы проиграем в самом главном, отдадим СССР нашего Томаша⁈

— Власта? О чем это ты?

— Двадцать — ноль, пан Пехачек. Двадцать розыгрышей, двадцать очков, и подача ни разу — ни разу! — не перешла на другую сторону сетки. Такого счёта, признаюсь, я на своей памяти не видела. Даже когда мы в сборной играли товарищеские матчи с университетскими командами — и то пропускали. Ошибка на подаче, аут, мяч в сетку — всякое бывает. А тут — двадцать из двадцати. Ноль ошибок.

— Впечатляюще.

— Это не впечатляюще, пан Пехачек. Это ненормально. Даже для нашей… для «Олимпа». Но давайте вернёмся к игре. Подаёт Коваржова! Силовая в прыжке!

— Маслова бросается вперёд, принимает — криво, неудобно, но принимает! Синицына добирается, передача на Железнову! Железнова в прыжке, замах, удар — нет, не удар! Скидка! Мягкая, кончиками пальцев, через блок! И мяч падает! Мяч падает на площадку «Олимпа»!

— Немцова не успела!

— Подівейме се! Немцова не успела! Впервые за весь сет! Железнова, номер семь — запомните этот номер, пан Пехачек — обманула двойной блок Коваржовых. Не пробила. Обманула. Это решение зрелого, умного игрока. Двадцать — один!

— И подача — впервые за весь сет — переходит к советской команде! Впервые, уважаемые слушатели! За двадцать один розыгрыш — впервые! Подача у москвичей! Подаёт Синицына! Длинная подача в угол, и — эйс! Мяч упал точно в ту зону, которую Немцова только что покинула!

— Двадцать — два! Немцова дважды не успела за три розыгрыша! Власта, что происходит?

— Синицына подала именно туда, откуда Немцова ушла. Немцова перед приёмом всегда смещается чуть вправо, это привычка, она так делает в каждом розыгрыше, я это вижу, потому что сама так делала. Эта Синицына… она необычная, пан Пехачек. И эта либеро тоже… хорошо что она на скамейке, плохо что Томаш…

— Власта?

— Подача остаётся у советской команды! Синицына подаёт снова, и… розыгрыш! Приём, передача, атакует — не Железнова! Волокитина, капитан! Удар по линии, мимо блока, мимо Немцовой, в самый угол!

— Двадцать — три! Три очка подряд, пан Пехачек! Три! И последние три розыгрыша — все разные. Скидка через блок. Эйс в пустую зону. Удар по линии мимо либеро. Три разных решения. Это не вдохновение, пан Пехачек. Это план.

— Подаёт снова Синицына! И… приём Немцовой! Немцова на этот раз на месте, принимает чисто, Павла разворачивается, пас на Петру, Петра в прыжке, удар — мяч влетает в площадку! Советский блок опоздал.

— Двадцать один — три. Подача возвращается к «Олимпу». Серия из трёх очков прервалась.

— Прервалась, но она была. Запомним это, пан Пехачек. Три очка подряд — против этого состава. Эти девочки двадцать розыгрышей не могли ничего сделать, а потом — три из четырёх. Что изменилось?

— Двадцать два — три. Двадцать три. Двадцать четыре. Двадцать пять — три! Конец первого сета! «Олимп» забирает первую партию!

— Что ж, пан Пехачек. Первый сет за хозяевами. Двадцать пять — три. Убедительная победа.

— Разгром, прямо скажем, Власта.

— Разгром, да. Двадцать розыгрышей подряд без единого ответа. Но потом, пан Пехачек… потом. Три очка из четырёх розыгрышей. Советские спортсменки все еще трепыхаются, хотя узнав о… «обновленном составе Олимпа» я сомневалась, что они хоть что-то покажут. А сейчас мне кажется что все еще впереди и мачт выйдет очень интересным.

— Здоровый оптимизм, Власта. Всё-таки двадцать пять — три, разрыв колоссальный.

— Разрыв колоссальный, пан Пехачек. Но последние четыре розыгрыша — три-один в пользу советской команды.

— Ваши бы слова да богу в уши, Власта. Тогда второй сет будет интересным.

— Он будет интересным, пан Пехачек. Я бывший игрок сборной. Я знаю, как выглядит команда, которая сдалась. И я знаю, как выглядит команда, которая готовится к бою. Вот эти советские девочки — они сейчас сидят в раздевалке и слушают своего тренера. И судя по тому, что я видела в последних четырёх розыгрышах — они ему верят. А когда команда верит тренеру при счёте двадцать — ноль… это, пан Пехачек, дорогого стоит.

— До встречи после перерыва, друзья!

— «Оранжада»! Освежает!