Тропой Гнева

Глава 22

Казалось, мой сопровождающий специально вёл меня по самым неприметным закоулкам, избегая широких улиц и разрозненных групп коротышек.

Я не расслаблялся, так как веры гномам не было ни на грош. Кто знает, куда вообще ведёт меня этот гном? Это он сказал, что к коменданту… На самом деле я опасался какой-либо «подставы» от мстительного, и как оказалось, говнистого Нарви, поэтому смотрел в оба.

Выныривая из одного проулка, краем глаза заметил двух гномов, которые при нашем приближении во все глаза уставились на нас. Один из них быстро наклонился и что-то шепнул на ухо другому, после чего они заржали и направились дальше. Нет, вроде не по мою душу…

«По улицам слона водили», какое-то, блин. Начинаю чувствовать себя эдакой диковинкой.

Мой провожатый на это никак не отреагировал, продолжая целеустремлённо вести меня вглубь Цитадели. Тут же забыв о гномах, я следовал за ним, будучи наготове к любому развитию ситуации.

Попетляв ещё некоторое время по узким улочкам, мы вышли к высокому каменному зданию, первому, около которого я здесь увидел почётный караул. Четверо немолодых гномов в серебристых доспехах, уровни коих колебались от двухсот двадцатого до двухсот пятидесятого, естественно, попытались воспрепятствовать нам, но мой сопровождающий что-то шепнул одному из них на ухо. Это возымело прямо-таки магическое действие, так как синхронно подавшись назад, караул снова занял свои позиции, напоследок лязгнув сочленениями доспехов.

— Просить тебя сдать оружие бесполезно, знаю, — окинул меня цепким взглядом один из гномов. — Но предупреждаю: вздумаешь обнажить его внутри — моргнуть не успеешь, отправишься на перерождение. Это понятно?

Сказано это было довольно презрительным тоном, что меня ничуть не расстроило. Я даже отвечать ему не стал, просто направившись дальше за стражником. Прошли те времена, когда снобизм заносчивых коротышек мог меня как-то зацепить или удивить.

Пройдя насквозь широкий холл, мы оказались на лестнице, по которой поднялись на второй этаж, остановившись перед добротной дверью.

— Тебя ждут, — буркнул гном, указав на неё кивком, что выглядело, как довольно серьёзное сомнение в моей сообразительности, поскольку дверь на этаже была одна.

— Светлых дней, тан Товус, — поприветствовал я коменданта, который расположившись в высоком кресле, о чём-то беседовал с незнакомым мне гномом.

— А вот, собственно, и он, — тан Товус и подозрительное радушие на его лице никак не складывались у меня в голове в единое целое. — Проходи, присаживайся, — он жестом указал на свободное кресло, которое тоже было здесь одно.

Они что, издеваются?

— Выходит, слухи не врали, — туманно произнёс его собеседник, вальяжно закинув ногу на ногу. — Действительно, даже пух ещё на роже не пробился, а уже Первожрец.

— Так это ж хорошо, что не пробился, — спокойно ответил я, усевшись в предложенное кресло. — А то бы мне пришлось каждое утро тратить по три часа, чтобы вот такую икебану заплести, как у тебя.

Гном неожиданно расхохотался, от чего его седая борода, заплетённая в три толстых косы, затряслась.

— Ты смотри, за словом в карман не лезет, да? — подмигнул он коменданту, а я, наконец, смог прочесть информацию у него над головой.

Имя: Гарион.

Уровень: 264.

Раса: гном.

Класс: Мастер Воли.

Специальность: Рунный оружейник.

Клан: «Клан Стали».

Клановая должность: Глава.

Не веря своим глазам, прочитал ещё раз. Да ладно, так не бывает!

— Что-то интересное увидел? — ухмыльнулся Первожрец Двалина, прекрасно поняв, что стало причиной моего ошеломления. — Смотри, а то глаза выпадут.

— Спасибо вам за поддержку с воздуха, — как можно вежливей произнёс я, моментально меняя тон и перестраивая тактику общения. — Это было очень своевременно.

Пусть этот хрыч зубоскалит сколько хочет, но меня ему уже не вывести. Мне позарез нужен этот гном вместе с тем, что он знает.

— Ты смотри, какой хитрый, — то ли восхитился, то ли удивился Гарион. — Ты был прав, мой друг, — он повернулся к Товусу. — Ушлый, дерзкий и хитрожопый.

Интересную мне, конечно, дал характеристику комендант. Похоже, мне пора начинать собой гордиться.

— Я, конечно, прошу прошения, вы меня для этого пригласили? Чтобы сказать, что я хитрожопый? — моя бровь приподнялась в удивлении.

— И наглый, — с удовлетворением припечатал Первожрец.

В руках Гариона появилась трубка и кисет. Неспешно набив курительный прибор табаком, гном щёлкнул пальцами, будто в руках у него была зажигалка, и так же неторопливо раскурил появившимся огоньком из пальца. Позёр, блин.

Выпустив густое облако дыма, он прищурился.

— Как часто ты можешь принимать Её ипостась? — внезапно огорошил он меня вопросом.

— А как часто вы можете вы можете швыряться небесным молотом? — не остался в долгу я.

— Раз в семь дней, — снова удивил меня гном, поскольку, я даже не думал, что он ответит на вопрос.

— То же самое, — последовал мой спокойный ответ.

— Дерьмово, — нахмурился гном и снова сделал глубокую затяжку. — Крайне дерьмово.

— Может мне кто-нибудь что-нибудь объяснит?

— Теперь уже нечего объяснять, — отмахнулся Гарион, на лбу которого залегли глубокие морщины. — Всё предельно просто. Мне нужна была твоя помощь. Вернее, помощь дракона.

— А без дракона никак? — насторожился я, понимая, что если это не «квест», то я ни демона не смыслю в игровой механике.

— Ну если ты умеешь летать, тогда и ты бы мог помочь, — голос Первожреца сочился сарказмом. — Только что-то мне подсказывает, что дроу могут летать только вниз и один раз.

Мне потребовалось время, чтобы разговорить вредного и недовольного старикана.

Оказалось, что на одной из гор Гуконского хребта живёт крайне интересная и жутко редкая птица — императорский кондор, однако добраться на вершину, к гнезду, просто не представляется возможным. Было несколько попыток, но все они оканчивались смертью кандидатов на покорение вершины.

Добираться туда на летающем «пете» — это второй отличный способ покончить жизнь самоубийством, так как ни один летающий «маунт» шансов в бою с разгневанным кондором не имел. Скалолазанием заниматься — тоже не вариант, так как высота вышеуказанной горки была сравнима разве что с земным Эверестом. В общем, куда не кинь — всюду клин.

Как скупо пояснил Первожрец, яйца императорского кондора стоили не просто дорого, а баснословно дорого, и заполучить подобного питомца был бы рад каждый уважающий себя маг. Мало того, что достигнув определённого возраста эта птичка сможет носить на себе своего хозяина, так она ещё и каким-то образом усиливала магическую силу и объём «маны».

В истории этого мира был только один случай приручения императорского кондора, после чего, собственно ему и дали такое название, так как первым «петоводом» стал один из первых императоров Аиталской империи.

— А почему нельзя выкрасть яйцо через шесть дней?

— Через шесть дней, если озлобленная родительница тебя не схарчит раньше, ты увидишь в гнезде уже трёхдневных птенцов, которые уже точно знают, кто их мама. И даже, если у тебя хватит ума спереть птенца, жить тебе ровно до того момента, пока птичка не вырастет и не оторвёт тебе башку, — Гарион, не заморачиваясь, выбил трубку прямо о подлокотник кресла. Спрятав её в карман, продолжил:

— И яйца она откладывает всего раз в пять лет.

Каюсь, слушая рассказ Первожреца, жаба в моей голове уже предложила несколько вариантов, как забраться на эту демонову гору, но когда я представил вариант подъёма с помощью классического альпинизма, как самый вменяемый, понял — никуда не полезу. Даже решись я на такое безумие — срок восхождения на подобную гору варьируется от трёх месяцев, если ты профессионал, и до бесконечности, если за дело возьмусь я.

Короче, в жопу кондора!

Так что мне оставалось только принять к сведению данную информацию, сделав запись в подобие виртуального блокнота. Судя по тщательно сдерживаемому волнению Гариона, в тот момент, когда он рассказывал об этом, даже информация о подобном существе должна стоить немалых денег.

— Всё равно, ты подумай, — вкрадчиво сказал Гарион, заметив мои душевные метания. — Если у тебя всё же получится, я в долгу не останусь. Тем более, мы оба прекрасно знаем, что именно тебя интересует, — намекнул он на мою специализацию, а я понял, что без этого грёбанного яйца проклятый гном даже слова не скажет. Увы…

Мне оставалось только кивнуть, хотя было очень досадно, что я, только напал на след, с помощью которого мог пролить свет на детали своей специализации, и тут же меня обломали жесточайшим образом. Это как купить в жаркий день мороженного на еле выпрошенную у бабушки мелочь, а выходя из магазина, уронить заветный рожок в лужу, оставшись с «носом» и этикеткой от этого мороженного в руках.

В итоге, разговор сам собой скомкался.

Тан Товус со скучающим выражением лица зачитал мне правила поведения в Цитадели, признав, что я конечно могу здесь находиться сколько угодно, но в Мирте, или другом городе Гарконской Пустоши, где я герой, мне будет значительно комфортнее. И если я здесь нарвусь на неприятности, то он, комендант, будет в первую очередь выступать на стороне гномов.

Было много витиеватых выражений, призванных скрыть простой посыл: «Добро пожаловать отсюда нахер!», и выводы я сделал. И тут даже дело не в моей репутации с Кланом Стали.

В голове тут же всплыл последний день Ежегодного Турнира, когда такие же гномы «награждали» меня, как победителя. Но там хоть понятно: я их «обул» на нехилую сумму. Не я первый начал эту войну, но мотивы гномов Вардэйла были прозрачны.

А здесь мне ни слова, ни полслова о том, что я остановил атаку на Цитадель, что благодаря мне не был захвачен алтарь Двалина… Да, мать вашу за бороду, во время осады не погиб ни один гном, если уже так разобраться. Даже вшивого «спасибо» не прозвучало. Но зато меня сразу попытались «заюзать» на предмет полётов на какую-то гору за яйцами чудо-птицы, перья ей в глотку.

Под конец на стол был небрежно брошен пропускной жетон, который я должен буду предъявлять патрулю, доказывая законность нахождения в стенах Цитадели. Мило улыбнувшись и поблагодарив гномов, хотя в груди всё клокотало от злости и возмущения, я, не чинясь, спокойно сгрёб жетон в инвентарь и, попрощавшись, покинул комендатуру.

Пока я пытался выяснить дорогу к ближайшей оружейной лавке, которую попросил меня посетить Утрамбовщик, снующие туда-сюда патрули тормозили меня не менее семи раз, причём один особо настырный патруль петлял таким способом, чтобы постоянно выходить на меня. Затем на лице гномов появлялось недоверие, и они, будто по отрепетированному сценарию подходили и требовали предоставить пропускной жетон. Драмкружок имени Станиславского какой-то.

Жетон со всех сторон обнюхивался, чуть ли не облизывался, а потом с разочарованием и тщательно скрываемым злорадством возвращался мне. Тройка гномов уходила, делала круг по узким улочкам, чтобы снова с подозрительными выражениями на сытых рожах, будто видела меня впервые, двигалась мне навстречу, с целью очередной проверки жетона.

— Послушай, командир, — наконец надоело мне это. — Ну что за цирк ты устраиваешь? — попытался воззвать я к разуму старшего патруля. — Тебе заняться нечем, что ли?

— А у тебя рожа больно подозрительная, — немедленно ответил мне гном. — Предъяви пропускной жетон.

— Но ты же его пять минут назад проверял уже, — я начал заводиться. — Или ты думаешь, что увидишь на нём что-то новое?

— Ты не умничай, а жетон давай, черноухий. Откуда я знаю, мож ты нам мороком головы дуришь? От вас «хаоситов» ничего хорошего никогда ждать не приходится, — упрямо вскинул подбородок гном.

Посмотрев в его глаза, я тяжело вздохнул. Ну вот как этому с лобовой бронёй в две пачки «Беломора» что-то объяснить?

— Жетон предъяви, — напрягся гном. — А не то с нами пойдёшь сейчас. Посидишь трое суток на «киче», может поумнеешь. Жетон!

Я молча предоставил требуемое. После того, как прошла процедура проверки, я невинно поинтересовался:

— Скажите, почтенный, мы можем идти?

— Мы? — издевательски усмехнулся гном. — А вы что — его императорское величество народа дроу, что на «вы» себя называешь? Глядите, парни, — повернулся он с улыбающимся товарищам. — У нас тут цельный император разгуливает по Цитадели. Конечно, идите, ваше императорское величество, — он отвесил издевательский поклон под хохот патруля.

«Да хрен с ней лавкой этой», — вдруг подумалось мне. — Жетон в конце концов у меня не отбирают, если что — дам его Утрамбовщику, пусть сам со своими «родичами» разбирается, — принял я решение».

— Скажите, почтенный, — я плотоядно окинул гнома взглядом. — Вы когда-нибудь видели, как дракон головы откусывает?

— Ты на что намекаешь? — моментально вздыбился гном. — Пугать меня вздумал магией вашей вонючей? Я вот что тебе скажу, отродье…

Какую умную и глубокую мысль мне хотел донести старший этого патруля клоунов я даже знать не хотел, поэтому решение убираться из этой «гостеприимной» цитадели сформировалось мгновенно.

— Ладно, пошли мы, — с этими словами я активировал «Сумеречного двойника» и, обогнув притихших гномов, направился дальше по улице. Двойник повторил мои движения в зеркальном отражении, направившись в другую сторону.

Подмигнув опешившему патрулю, который рисковал заработать косоглазие, я активировал «Кольцо Сердца Хаоса». Через пару секунд на пустынной улочке остался только матерящийся патруль и их старший, костеривший на все лады «проклятых колдунов», но я, слава Тиамат, этого уже не слышал.

И только оказавшись в Храме, я понял, что за мысль мне не давала покоя, всё время пока я находился в Цитадели. От ужасной догадки я замер. Мне захотелось крепко выругаться, но сейчас нужно было действовать, так что планы снова срочно меняются.

Те два гнома.

Если я правильно расслышал окончание фразы, в которой проскочили слова «реал» и «дурдом», то это означало только одно: на улицах изолированной от внешнего мира Цитадели я видел игроков.