Тропой Гнева

Глава 27

— Спасибо, Наставник, — зыркнув на него исподлобья, я развеял мечи. — Отличная прогулка получилась.

— Вот если бы ты не дерзил, — шумно отхлебнув травяного настоя из пиалы, он поставил её на стол, — я бы поверил. Садись уже. Умаялся, наверное, как кабрак обосранный бегать? —

— И зачем это было? — пропустив мимо ушей очередную насмешку, я не спешил присаживаться. Вот не хотелось мне сидеть и с ним по душам разговаривать. Достал он уже. Конкретно достал своими идиотскими методами.

— Ну то, что ты невнимательный я уже давно замечал, — покивал головой Мэтр. — Но, что глухой… тут ты меня удивил.

— Настав…

— Сядь, я сказал! — внезапно гаркнул Мэтр, и ноги сами меня понесли к столу. — Это первый и последний раз, когда я вынужден повторять. Это понятно?

— Понятно, — пробурчал я, внутри кипя от негодования.

— А будешь выделываться, — тон Мэтра стал угрожающим, — отправлю к Вишняку. Пусть он тебя, дурака, учит.

— Кто такой Вишняк?

— А ты у охотников потом поспрашиваешь. Есть тут у нас ещё один наставник великий… — презрительно хмыкнул Мэтр, — с большим жизненным опытом. — Но то потом. А сейчас рассказывай мне, как ты умудрился проиграть Хассарагу?

На рассказ ушло не более трёх минут, в течение которых старик сосредоточенно слушал с показным равнодушием на лице, будто делает мне великое одолжение. Замолчав, я взял в руки свою пиалу, чтобы сделать глоток отвара.

— Позор моим сединам, — в который раз уже повторил наставник. — Вот скажи мне, Мегавайт… ты когда начнёшь думать головой? Иногда мне кажется, что тот котелок, из которого у тебя уши растут, нужен только для того, чтобы в будущем на него шлем одевать.

Я молчал, чтобы не спровоцировать его на новую волну крика, ибо видел — он был крайне раздражён. А раздражённый Мэтр — это прямая путёвка в какую-нибудь особо зубодробительную тренировочную комнату, как в случае с этими Гаргами.

— Чего? Зубо дотроби… тьфу ты! — сплюнул Мэтр, снова бесцеремонно забравшись в мою голову. — Понапридумывают слов, а ты потом язык ломай! И вообще, кто тебе сказал, что у Гаргов было сложно? Ты даже не смог убить за двенадцать часов ни одного. Вместо этого, ты как умалишённый носился по полигону, будто тебе в портки углей раскалённых насыпали. Позорище! — хлопнул по столу Наставник. — Ни одного! Как так?

— А как я должен был это делать? — огрызнулся я. — Мечами бросаться?

— Говном бросаться, — рявкнул Мэтр. — Тон смени.

— Прошу прощения!

— Видишь метлу в углу? — Наставник указал на другой конец комнаты, где по соседству с совком, деревянным ведром и тряпкой стояла метла с поломанной, но увесистой ручкой.

— А метла здесь при чём?

— Нужно осколки смести, — Мэтр нехорошо улыбнулся, а пиала с отваром, которую я держал в руках, внезапно разлетелась на кусочки, облив очень горячим содержимым мои ноги.

От неожиданности я вскочил, опрокинув табурет.

— Похвально видеть такое рвение, — Мэтр благосклонно кивнул. — И для ускорения…

В спину будто веслом ударило, сняв несколько десятков «хитов», отчего я чуть не пропахал носом пол в комнате по направлению к искомой метле.

Пока что-то неведомое било пиалы и пинало меня в спину, Наставник преспокойно пил чай, насмешливо поглядывая из-под кустистых бровей, ни на миллиметр не сдвинувшись в мою сторону. Не было никаких «кастов», произнесённых заклинаний или иных визуальных проявлений воздействий на меня.

— Как вы это сделали? — спросил я через минуту, когда полностью смёл осколки в щербатый деревянный совок. — Это телекинез?

Не успел я договорить, как метла в моих руках решила зажить самостоятельной жизнью. Требовательно дёрнувшись, хозяйственный инструмент чётко обозначил свою позицию — отпустить его. Разжав ладонь, я с удивлением уставился на метлу, которая несколько раз крутнувшись в воздухе, метнулась к потолку и начала шустро собирать паутину с пылью. Даже орудуй я ею под ускорением, всё равно бы проиграл в скорости уборки.

— Рот закрой, — ухмыльнулся Мэтр. — А то муха залетит.

— Но как?

— А вот и ответь мне сам. Потом ответь: зачем я на тебя трачу время? Зачем я вожу тебя по Пустоши? Зачем я обучаю тебя новым приёмам, которые ты даже не удосужился начать развивать? Зачем?

Каждый вопрос звучал, как полноценный упрёк. По сути, они ими и являлись, поскольку я только сейчас вспомнил о наличии у себя умения, которое не так давно открыл мне Наставник. Которое я так и не удосужился использовать, постоянно занимаясь какой-то беготнёй.

Открыв описания «абилок», я нашёл его и внимательно перечитал.

«Морок.

Класс: редкий.

Мастера Мглы всегда славились умением напрямую оперировать Мглой, не нарушая при этом законов Порядка. Прикоснувшись единожды к этому знанию, вы станете ещё ближе ко Мгле.

Расход: 1000 единиц маны за 1 секунду действия умения

Откат: 5 минут.

Ранг: I ступень.

Ограничения: умение не действует в храмах других Фракций. Не может быть использовано против классов «Жрец», «Паладин».

До следующей ступени развития 0/100».

— Да неужели? — всплеснул руками Мэтр. — Догадался, таки. Не прошло и нескольких лет.

Я же стоял и продолжал раз за разом перечитывать описание, не понимая, как можно его было не использовать. Продемонстрированные Мэтром «фокусы» — самый настоящий «чит». Дистанционные атаки, скрытые удары из Мглы, оперирование предметами с помощью этой «абилки» ничем не отличается от классического телекинеза, за исключением нескольких мелочей.

Я уже хотел активировать умение, попытавшись сформировать что-то на подобие того конструкта, который помог мне в роще взять в руки «Камень души «Плачущей Маары»». Только тогда я использовал Мглу, чтобы нанести на ладони, представив её сажей, а Наставник только что показал совершенно иной уровень владения «Мороком».

— Раз понял, тогда для тебя не составит труда собрать осколки, не прибегая к помощи своих кривых конечностей.

Оставленный мной совок с осколками плавно взмыл в воздух, покачиваясь. Резкое движение, и осколки со звоном разлетаются по комнате, перечёркивая мои недавние результаты уборки. Сделав кульбит в воздухе, совок метнулся в угол, где через несколько секунд к нему присоединилась метла.

— Каждый осколочек отде-е-ельно, — почти пропел Наставник. — Можешь приступать. Хотя… — услышав мой тяжёлый вздох, он прищурился. — Я могу избавить тебя от этого занятия, если ты мне ответишь на один вопрос.

— Какой вопрос? — встрепенулся было я, но тут же поник. В искусстве подлянок этому деду равных не было, так что я уверен — вопрос будет из той же категории.

— Если ты мне скажешь, точное количество осколков, которые здесь валяются, то сможешь уйти. Взамен, я научу тебя одному умению, — протоптался по моим надеждам Мэтр.

— Ну да, вопрос и правда простой, — поджав губы, я осмотрелся. Некоторые куски пиалы размером едва ли достигали горошины, так что здесь — без вариантов. — А вы можете сами ответить на него?

Вместо ответа, он прикрыл глаза, и я с изумлением стал смотреть на самое настоящее волшебство, которое разворачивалось передо мной.

Все осколки, беспорядочно валявшиеся на полу, вздрогнули и разом плавно поднялись в воздух, остановившись примерно на уровне моей груди. Напоминая беспорядочно суетящихся муравьёв, кусочки чаши сначала собрались в небольшое облачко, а затем устроили самое настоящее броуновское движение.

Сначала было сформировано донышко, на которое я ставил пиалу. Затем осколок за осколком, с тихими щелчками, стали формироваться борта пиалы, будто картинка набирается из пикселей, каждую секунду улучшая разрешение.

Чаша принимала свой первоначальный вид.

Я стоял полностью ошеломлённый происходящим, так как понимал: ледяные заклятия, «фаерболы» и прочее барахло, даже не стоят и близко с тем, что сейчас творил Мэтр. Шар может каждый идиот швырнуть. А вот собрать из мельчайших осколков в воздухе разбитое изделие, контролируя каждый магией — это практически невозможно.

И ладно поднять всю кучу в воздух… Ты найди за несколько секунд изначальное место каждой частички, поверни её в пространстве, чтобы она точно состыковалась с таким же кусочком-соседом и, продолжая контролировать их положение, собирай изделие дальше.

Спустя полминуты совершенно целая пиала окуталась тонкой плёнкой Мглы и подплыла к Мэтру, который так и продолжал сидеть с опущенными веками. Наставник протянул руку, и пиала мягко в неё опустилась.

— У меня нет слов, мастер, — и это было действительно так. Я даже не мог представить с чем можно сравнить такое хирургическое мастерство.

В голову лез довольно пошловатый анекдот про поклейку обоев оставшимся без работы врачом, но Мэтру я его точно рассказывать не буду. Это как сравнить ветеринара с нейрохирургом. Не поймёт!

Тем временем со столешницы в воздух взмыл заварной чайничек, подлетел к Мэтру, и снова наполнил пиалу. Самое удивительное, что плотно скреплённые Мглой осколки, не спешили расползаться, надёжно удерживая жидкость в пределах пиалы. Сделав глоток, Мэтр открыл глаза и спокойно произнёс:

— Двести шестнадцать. Ровно двести шестнадцать штук.

Пиала поплыла в мою сторону.

— Наставник, позвольте выразить своё восхищение. Это было просто шедеврально. Такого я ещё не видел, — поклонившись ему от чистого сердца, я продолжил. — Ещё хочу извиниться за то, что думал о вас плохо. Теперь я уверен, что всё, что вы делаете, направлено на моё развитие, как ученика. Вы меня научите этому?

Пиала тем временем продолжала висеть, удерживаясь в воздухе одним желанием Мэтра.

— Это зависит только от тебя, — последовал ответ. — И от твоего желания.

— Я буду стараться, мастер. Вы действительно лучший.

Мэтр чему-то улыбнулся, кивнул, а пиала, крутнувшись в воздухе вдруг плеснула мне в лицо горячим содержимым.

— Твою мать, дед, ты чё творишь!? — заорал я от неожиданности, спешно протирая лицо.

Плёнка Мглы перестала удерживать пиалу, и осколки со звоном снова разлетелись по полу.

— Двести тридцать девять, — мстительно произнёс Наставник. — Дед, значит, да?

Убрав мокрые пряди с лица, норовившие залезть мне в глаза, я увидел довольного Мэтра, который сейчас был больше похож на волка, забравшегося в домик трёх поросят. Торжествующая улыбка старика стала похожа на оскал.

— Вы же специально, — ахнул я, оглянувшись на выход. По-моему, я снова попал. — Это не то, что вы подумали! — горестно вздохнул я, заметив, что метла, которая спокойно стояла в углу, шевельнулась и медленно поплыла в мою сторону.

— А говорил, уважаешь, — притворно поцокал старикан, доливая себе отвар. — Выходит, что врал. Нехорошо.

Свистнув, метла попыталась подсечь мне ноги, но я был наготове. Уйдя от удара, я ломанулся к двери. Толкнув её плечом, понял, что и здесь ушлый дед меня переиграл.

— Да что ж сегодня за день такой, а? — не сдержал я крика, поняв, что последнюю мысль он тоже услышал.

Сзади раздался подозрительный звон, а я с ужасом увидел, как от каминной подставки отделилась бронзовая кочерга, которая имела твёрдое намерение присоединиться к метле.

Мэтр противно рассмеялся, а вот мне уже было совсем не до смеха.