Тяжкие будни цареводцев или как зачищали Эллиоты

Глава 6 — Китайский синдром

8 марта 1904 года по новому стилю.

База РИФ Порт-Артур, точнее в комнате небольшого, но уютно обставленного китайского домика.

В красиво обставленной комнате китайской части Порт-Артура не спеша пил ароматный чай хорошо одетый мужчина слегка за полсотни. Его юная дочь смиренно подливала отцу в фарфоровую чашечку небольшие порции Бэй ча — белого чая Фудзин Да Бэй, пришедшего в китайскую чайную церемонию по преданиям с самой горы Тайму ещё со времён династии Суй.

— Что тебя тревожит дитя мое? — мужчина наконец соблаговолил отвлечься от своих мыслей, обратить взор на терпеливо ожидающюю дочку и заговорить.

— Я бы не осмелилась попусту тратить ваше драгоценное время, но в городе неспокойно… — молодая девушка как истинная, воспитанная дочь своего мудрого народа поклонилась отцу, — Вы великий человек и пользуетесь расположением самого наместника Алексеева. Однако 10 лет назад японцы уже брали этот город штурмом и всех кто служил убили.

— Да это так, — Тифонтай не стал скрывать от дочери очевидного. — Но нам нечего бояться, основная часть наших богатств находится далеко отсюда. Мы легко сможем быстро покинуть этот дом. Тебе не стоит бояться за наши жизни.

— Да направят нас Небеса к спасению, а врагов запутают в тумане и уведут в болото! — дочь приподнявшись с циновки подлила отцу очередную порцию чая. — Папа, эта японская крыса Танака снова объявился в Артуре.

— Да, слышал… Мне сказал об этом старшина лодочников. — кивнул Тифонтай. — Этот дурень всё еще надеется, что японский тигр и русский медведь порвут глотки друг другу.

— А китайская обезьяна усидит на высоком дереве? — продолжила мысль из Конфуция начитанная дочь.

— Если бы так… — скривился Тифонтай. — Все, кто так надеются забыли про английского леопарда. Он уже 70 лет таскает наше серебро и рвет глупых китайцев в клочья. Когда медведь и тигр ослабнут, именно он заберёт добычу.

— А почему тогда мы здесь, а не в британской фактории? — задала в общем-то очевидный и напрашивающийся вопрос дочь.

— Потому, что русский медведь спит полгода, а тигр и леопард всегда голодны! — нахмурился отец. — К тому же, — продолжил он. — У меня хватит денег, чтобы выдать тебя замуж за любого русского приличного вельможу, а японец или англичанин тебя в жены точно не возьмут.

— Ну не знаю, что скажут наши по поводу брака с волосатиком? — на фразу о замужестве дочь смешно наморщила носик.

— А что, разве они смогут что-то сказать? — искренне удивился Тифонтай. — Японцы вообще забирают все даром, русские хоть признают за собой долг. Хоть и не платят…

— Многие надеются, что японцы изгонят длинноносых… — несмело возразила дочь, трепеща внутри от собственной смелости.

— А дальше-то что? — спокойно и немного грустно ответил Тифонтай. — У любителей сакуры на островах полно своего нищего люда. Они пытаются грабить нас уже тысячу лет. С чего им изменять своим привычкам?

— Что так плохо, что этак нехорошо! — вздохнула дочь.

— Да, перемены в жизни не всегда к лучшему… — согласился Тифонтай.

"Но я подстелил рисовой соломы", — подумал он про себя. "Генерал Танака хотел узнать, куда пойдут русские и я сказал. Беляев хотел узнать где рядом сидят японцы и он узнал. Пусть воюют друг с другом и оставят бедного Тифонтая в покое!".

Вежливый и познавательный разговор любящего родителя с любимой дочерью был неожиданно прерван самым бесцеремонным образом — в комнату бесцеремонно вломился сильный мужчина неопределенного возраста в запылённой одежде.

— Дочь моя, — Тифонтай, едва взглянув на нежданного гостя, поставил чашку на поднос, — возьми остывший чай и ступай к маме. У меня дела.

Молодая девушка молча забрала посуду и быстро удалилась (естественно по извечному женскому любопытству подслушивать в соседнюю комнату).

— Господин Тифонтай, вы ничего не желаете мне объяснить? — в упор с нескрываемым гневом ворвавшийся мужчина смотрел на Тифонтая.

— Поясните пожалуйста, господин генерал Танака, какие объяснения вам нужны? — Тифонтай, даже не пошевелившись перед разъяренный гостем, спокойно ответил японцу на яростный, полный огня взгляд.

— Почему этот кусотаре Беляев смог утопить столько наших кораблей? — японец зло прошипел, — Как он ускользнул от нас, эта паршивая собака?

— Я не знаю господин генерал, я в точности рассказал вам в какой день Беляев собирался выйти из порта Дальний.

— Он ушел раньше — и утопил 8 боевых кораблей нашего божественного Тенно!

— Неужели? — искренне удивился Тифонтай. — Хороший воин!.. А как же ваши британские друзья? Они не смогли на броненосце внушить страх одной русской канонерке?

— Этот гайдзин их подло обманул… — нехотя процедил японец. Признаваться в поражении было стыдно. Хотя это и не был просчет генерала Танака, но удушливый стыд накатывал душной волной только при имени этого гайдзина Беляева, принесшего столько позора его любимой Ямато…

— А я тут причем? Я не служу на корабле Беляева. и по вашей просьбе в Дальнем для Беляева не нашлось ни орудий, ни снарядов, ни материалов для ремонта.

— Не смейте приписывать себе мои заслуги! — Танака снова зашипел на китайца, вскипая и мысленно перерубая его катаной. — Если бы я не приказал Сахарову, Беляев точно бы отремонтировался.

Но китаец был нужен. Несмотря ни на что — очень нужен Японии. И Танака терпел…

— Ну я точно не стрелял по кораблям Микадо! — развел руками Тифонтай. — Я бедный торговец, с трудом содержащий свою семью.

— Если она вам дорога, то "Кореец" из Дальнего не должен выйти! А еще вы сообщите, когда великие князья и Беляев поедут к Наместнику за наградами. — продолжил Танака. — Наш карающий танто усечет нити их жалких жизней!

— Хорошо, я сообщу вашей связной сразу как узнаю, но для этого мне нужно срочно ехать в Дальний.

— Так не теряйте времени — рявкнул японец.

— Уже начинаю собираться. — невозмутимо ответил Тифонтай и позвонил в колокольчик.

Японец ушел сразу же, не дожидаясь появления слуг.

— Дорогая, — я еду по делам в Дальний! — Тифонтай посмотрел на жену и продолжил, — Вам же надо съездить помолиться в Благовещенск. Прикажи слугам собрать ценности и поезжайте завтра утром.

Тифонтай спокойно пошел медитировать. Женщины крикнули слуг и стали выполнять волю хозяина.