В рамках приличия

ЭПИЛОГ

20 лет спустя…

Тёплое солнышко приятно ласкает кожу, и даже комары не страшны. Хочется отдохнуть, но выходит не очень.

— А-а-а! Мама, скажи Илье!

— Сами! — в один голос произносим я, Яся и Ника, сидя на деревянных шезлонгах на пирсе.

— Мама! Ланка отобрала мой планшет.

— Сами! — ещё раз повторяем все, и дружно, не сговариваясь, натягиваем соломенные шляпы, под которые может залезть только соломинка из коктейлей, на лицо.

— Ну мам! — а это уже девочки постарше подключились.

— А кто придумал, что всем вместе собраться в одном доме, это весело? — тихо спрашивает Ника.

— Наши мальчики, — отвечает сквозь зубы Яся.

— Смело, — усмехнулась я и отпила сладкого напитка из высокого бокала.

— А давайте их утопим, — предложила коварно Ника, приподнимая шляпу и смотря в ту сторону, где посреди озера стоит лодка, в которой сидят три деда.

— Идея заманчивая, но я откажусь, — отвечает спокойно Яся. — А кто будет готовить нам ужин в качестве моральной компенсации?

— Ужин сначала нужно поймать, — замечаю я, вспоминая слова мужа, который так уверенно заявлял, что сегодня у нас будет только домашняя еда.

— А в этом доме есть подвал? — задаёт вопрос Ника, бросая взгляд в ту сторону, где на пляже у самого домика валяются её Давид и внуки Яси — Илья и Макар.

— Мне уже страшно, — хихикаю я.

— Есть, я проверяла, — заявляет Яся. — И винная комната там есть.

— Так для кого подвал-то? — теперь спрашиваю я.

— Для нас, конечно! — заявляет Ника. — Раз семейные выходные захотели мальчики, пусть теперь и расхлёбывают.

— Мама! — в четыре голоса завизжали девочки.

— Сами! — ответили мы втроём.

И крики, визги, вой, драки, плюханье продолжились. И нет, мы не злые старые ворчливые тётки. Мы просто знаем, насколько ценно всё то, что мы имеем. И как важно не потерять самих себя.

— Предлагаю пойти в дом, а по дороге пересчитать поголовье детей и внуков, — на очередном крике «мама» говорит Ника.

— Предлагаю начать с внуков, — добавляю я и поднимаюсь со своего шезлонга.

Мы втроём оборачиваемся к домику и немного зависаем от количества людей вокруг. И это всё наша семья!

Ах да, мы с Гордеем уже двадцать лет женаты. И даже дважды стали бабушкой и дедушкой.

Даша с моим любимым зятем Мишей и их сыночком Димой.

Гоша с лучшей невесткой Светой и их дочкой Олей.

Захар и Василиса ещё не обрадовали нас знакомством со своими вторыми половинами, но, чувствую, квест это будет ещё тот. Особенно если вспомнить, как мы Дашу замуж выдавали. Бедный Миша, я думала, придушу Гордея за то, что он так истязал нашего зятя.

И да, у нас родилась двойня. Наши маленькие продолжения. Целые ветки, которые перерастут в своё сильное дерево!

Здесь и Ясины девочки. Все, причём!

Аля с Денисом и их потомством, Макаром и Ланой.

Лика с Сашей и своими Ильёй и Лией.

Любаша — сокровище и настоящая драгоценность Стальнова-старшего. У неё есть молодой человек, но, судя по всему, Люба боится его знакомить с папулей.

И Никулины тоже здесь!

Давид-младший — просто невероятно красивый мальчик вырос. Я до сих помню, как держала его на руках, а сейчас еле до плеча достаю ему.

Викуля — прекрасная принцесса дядьки Чернобора. Вот где уж Кощей, а не папа. Хотя Вика сама кого хочешь в бараний рог скрутит.

— Так, мои все, — спокойно говорит Ника.

— Тебе быстрее всех пересчитать, — вздыхает Яся, а я смеюсь.

— Я тоже своих уже пересчитала.

— Никуль, а что наш Давидик, чудит до сих пор? — спрашиваю я у нашей Снежной королевы.

— Чудит, но они с Чернобором делают вид, что у них всё под контролем, и не беспокоят мамочку, — отвечает Ника, качая головой. — Мужики. Что с них взять?

— Мне кажется, они так и не понимают до сих, кто по настоящему правит нашими королевствами, — добавляет Яся, коварно улыбаясь.

— Пусть лучше будут в благодатном неведении, — вставляю я.

И мы дружно киваем.

— Да-а-а-ан! — громко кричит Яся, разворачиваясь к озеру.

И, как ни странно, Стальнов уже среагировал и поднялся на ноги в лодке.

— Милый, я устала! — кричит Яся, а Стальнов только что-то машет в ответ, но видно, что и губами шевелит.

— Мне кажется, они там бухают, а не рыбу ловят, — шипит Ника.

— Нужно было их всё же топить, — щурюсь я, понимая, что Никуля, кажется, права.

— Я за ружьём, — уверенно заявляет Ника и горделивой походкой шагает в сторону дома.

— Мамуль, а ты куда? — громко спрашивает Давидик-младший, замечая Нику, быстро идущую к парковке у дома.

И вот как эти мужики умеют чувствовать своих женщин, непонятно, но тут уже срабатывает мужская солидарность.

— Ба-а-ать! — теперь Давидик прикладывает обе руки к губам и громко кричит отцу. — Мама пошла к машине! Уплывайте.

— Предатель! — кричит ему Яся с пирса, а этот вредный жук только плечами пожимает.

— Дикарка моя, не тронь там ничего! — ревёт Чернобор, и наш смех наполняет всю округу, разносясь эхом и возвращаясь невероятным теплом в сердца.

Двадцать пять человек в большом доме у озера. Три поколения. Те, кто смогли найти своё счастье, пройдя тернистые пути, и построить свою жизнь заново там, где, казалось бы, уже поздно строить.

— Поймал! — закричали с противоположной стороны пирса, куда уходили Денис, Саша и Гоша рыбачить.

— Ужину быть! — довольно добавил ещё один голос.

— Сын, ты лучший! — крикнул Стальнов-старший. — Вот и всё решилось, девочки! — а это он уже кричит нам. — Не стоит так нервничать.

Но Ника уже возвращается с заряженным ружьём и вскидывает его, прицеливаясь.

Визг вокруг просто нереальный. Топот ног, крики наших мужчин и тихий голос Ники, обращенный к нам:

— Здесь соль, — хохочет она. — Но мальчикам об этом пока знать не нужно.

— Мамуля, не-е-ет! — крики за спиной просто оглушающие, а мы с Ясей чокаемся бокалами.

Это просто дурдом, но наш! Настоящий, дикий, безбашенный и любимый. Да и как ещё адреналина добавлять в жизнь, если не таким сумасшедшим способом.