Вечно голодный студент 5

Глава седьмая По кромке ножа

*Российская Федерация, Краснодарский край, город Краснодар, парк у стадиона, 7 сентября 2027 года*

— Пошёл нахуй… — отмахнулся я от подползшего ко мне тюленя.

Зверь порвал его практически пополам, но этот урод выжил и теперь хочет прикончить меня.

Прилагаю усилие и выпрямляю дрожащую левую руку.

Тюлень сделал ещё один судорожный рывок и приблизился ко мне на десяток сантиметров. Из его брюха вывалилось ещё несколько сантиметров требухи, но ему на это, будто бы, всё равно.

Преодолевая сильное сопротивление, инициирую пуск электропроводящей нити.

Нить летит выше тюленя, но затем опадает на него. Активирую подачу электричества и моя рука начинает адски болеть, но в нить подаётся напряжение и тюлень корчится в конвульсиях.

+3 очка опыта

— С-с-сук… — дрожащими губами изрёк я и вновь обмяк.

Сейчас я максимально уязвим, любая тварь, которая придёт сюда, может добить меня и потом наслаждаться накрытой поляной.

«Надо двигаться…» — пришла мне в голову мысль. — «Двигаться, сука! Двигаться!!!»

Сумрак сознания спадает, и я нахожу в себе волю к сопротивлению слабости.

Жуткая боль слегка притупляется, и я начинаю переворачиваться.

— А-а-а… — не сдержал я реакции, когда опёрся на руки.

Зажмуриваю глаза и пытаюсь справиться с очень острыми ощущениями, практически отключающими мой мозг.

Это уже второй раз, когда я страдаю от своей же способности, но зато выживаю.

«Ёбаный турболис…» — вспомнил я предыдущий эпизод селфхарма.

Из-за того, что я поднялся на четыре кости, начался мощный «вертолёт», вызвавший неудержимый рвотный позыв и я почти сразу же проблевался.

Сразу после того, как меня отпустило, я начал переставлять конечности и упорно ползти к зданию футбольной академии. Мне нужно укрытие, чтобы перекантоваться и дать форсрегену возможность сделать своё дело.

Повреждения, полученные за последние тридцать минут, обширны и серьёзны — в основном меня повредил именно электроразряд, который шарахнул по тканям и центральной нервной системе.

Движение за движением, я продолжал это бесконечное путешествие к зданию, оставляя за собой шлейф из рвоты и крови…

Примерно вечность спустя, я упёрся каской в стену здания и пришёл в себя — даже не заметил, как у меня включился автопилот.

Если проигнорировать весь спектр крайне негативных ощущений, я победил: враги мертвы, таймер не включился, а калорий на форсреген хватило, поэтому я даже не сильно похудею.

Хотя кого я обманываю? Себя?

Похудею и ещё как…

Форсированная регенерация выставила мне очень неприятный оффер — 371 678 килокалорий. Выхода не было, поэтому я согласился и сейчас всё это богатство сгорает.

Поворачиваю корпус направо и продолжаю движение к выбитому окну.

Добравшись до места проникновения, начинаю думать о том, как заставить себя подняться. Организм оказывает отчаянное сопротивление и толкает меня к конформизму — просто лечь здесь и дождаться, пока не закончится форсреген.

Но так нельзя, потому что это неприемлемый риск.

Разгибаюсь и становлюсь на колени. «Вертолёт» усилился, в глазах помутнело, а к горлу подступил комок рвоты.

Пересиливаю себя и цепляюсь сразу же адски заболевшими руками за подоконник и начинаю мучительный процесс переброски своего многострадального туловища внутрь.

«Почему так не везёт, а?» — задал я себе правильный вопрос.

Хотя понятно, почему не везёт — я сам на это подписался и вот тебе последствия.

Отказался бы от этого сомнительного предприятия, может, сейчас лежал бы в номере и смотрел очередной фильм, похрустывая просроченными чипсами?

Проф бы, наверное, отнёсся к этому с пониманием…

Но тогда бы сюда пришёл кто-то другой и, после всего пережитого, неизвестно, чем бы это всё для него закончилось.

Зверь — это самая опасная тварь, после Змея, с которой я только сталкивался.

Со Змеем я бы в одиночку не справился, но тогда была Лапша, поэтому-то он и находится на позиции Топ-1 в моём рейтинге опасности зверей-мутантов.

А что будет через десяток лет?

Даже страшно представлять…

Переползаю через подоконник и падаю на кафель, рядом с батареей.

Дальше просто ползу, двигая конечностями, как тот покалеченный тюлень.

Достигаю стеклянной двери, ведущей в какой-то остеклённый кабинетик, в котором я вижу великолепнейшего вида диван. В каком-нибудь аниме, вокруг этого дивана бы появился золотистый ореол…

Прилагаю усилие, приподнимаюсь на колени и открываю дверь, после чего падаю в кабинет.

А дальше дело было за малым — я дополз до дивана, на остатках морально-волевых сил стянул с себя рюкзак, а затем забрался на диван и затих.

«Вот теперь я точно победил…» — посетила моё удовлетворённое сознание приятная мысль.

Пусть я собрал целый ворох пыли, лежавшей на полу, пусть у меня сейчас чумазое лицо, покрытое смесью из крови, пыли и пота, но мне надо лишь оклематься и тогда я заживу…

Сознание начало затухать, но я сразу же проснулся и перепроверил интерфейс — таймера точно нет и слава богу.

Теперь, окончательно успокоенный, начинаю отрубаться.

*Российская Федерация, Краснодарский край, город Краснодар, парк у стадиона, 8 сентября 2027 года*

— Да, живой… — ответил я хриплым голосом.

— Нужна помощь? — спросил Проф.

Я прислушался к своим ощущениям.

— Нет, сам доберусь, — ответил я. — Надо только собраться и можно выдвигаться.

На часах 02:38 ночи, то есть, я проспал примерно 9 часов, но не особо выспался.

Проснуться мне пришлось из-за беспокойства Профа, который начал вызывать меня по рации. А так бы мог пролежать на этом диване ещё минимум часа четыре.

Зато форсреген полностью завершился и я вновь в полнофункциональном состоянии, но без части с таким трудом накопленного жирового запаса.

— Сколько опыта получил? — спросил Проф.

— Дохрена, — ответил я. — Сейчас скажу точно.

Открываю интерфейс и перехожу в уведомления.

— 3042 единицы опыта, — сообщил я ему.

— Это впечатляет, — произнёс Проф. — А сколько уровней?

— Семнадцать, — ответил я. — Но если дальше мне надо поднимать уровень именно так, то ну его нахуй, Проф — в пизду, я становлюсь фермером… На таком кончике я ещё никогда не проскакивал…

— Ситуация была уникальной, Студик, — тяжело вздохнув, сказал Проф. — Благодаря тебе, теперь у нас есть ценные данные. Кстати, камера уцелела?

Смотрю на камеру, до сих пор закреплённую на шлеме. Вытаскиваю её из крепления и нажимаю на питание.

Экран загорелся, но сразу же вылезло предупреждение, что кончилась память, а батарея на исходе.

— Живая, — ответил я в рацию.

— Это замечательно, — отреагировал Проф. — Ты отлично поработал, Студик. Нарк уже нарезает лучшие моменты из записи с дрона-разведчика — вся твоя схватка со Зверем попала на камеру и скоро мы начнём трансляцию трейлера.

— Вы что там, блин, Голливуд хотите организовать? — поинтересовался я. — Я не уверен, что хочу смотреть на то, как меня пиздят, по ТВ…

— Ты честно победил в этой схватке, Студик, — сказал на это Проф. — Остальное не очень важно. Теперь тебе лишь нужно вернуться живым.

— Да-да… — ответил я. — Ладно, пора браться за сбор трофеев.

— Тогда мы ждём тебя, Студик, — произнёс Проф. — Конец связи.

Креплю рацию обратно на разгрузку и поднимаюсь с дивана.

Экипировка в шоке — местами порвана, местами покрыта кровью и рвотой, а также почти полностью заляпана чёрной пылью.

«Надо приводить себя в порядок…» — подумал я и начал отряхивать одежду от пыли и высохших комочков рвоты.

Пока я был в отключке, мне снился сон — я снова летел, захваченный сраным беркутом, но под нами проносились бесконечные дикие поля, ранее бывшие пахотными. Всё заросло травой, но из неё выглядывали признаки былой цивилизации — ржавая сельхозтехника, поросшая вьюном, танки и БМП, точно так же заросшие травой, человеческие черепа, оружие, окопы…

Не знаю, к чему это, но мне было дискомфортно наблюдать за всем этим, а сраный беркут надсадно каркал, разрывая плавность происходящего.

Заканчиваю с приведением себя в порядок, надеваю рюкзак и выхожу на улицу.

А на улице стоит вонь — вывороченная требуха уже начала гнить, потому что ночка выдалась тёплой.

По пути к месту основной драмы замечаю вороньи перья, а также признаки драки птиц за добычу.

Туши тюленей уже разобрали до костей, но кое-какое мясо ещё есть и за него, как раз, конкурируют крысы, мыши и собаки.

Вскидываю СР-3М и двумя очередями приканчиваю двух псов, которые, опрометчиво, не обратили на меня внимания.

Опыта за них не дали, но я и не ждал — от них исходит крайне сомнительная опасность.

Потерявшие берега крысы и мыши сразу же рассыпали в стороны, чтобы убраться от меня как можно дальше, впрочем, как и оставшиеся собаки — эти бросились в бегство сразу же, как раздались приглушённые очереди.

Зверя тоже успели подъесть — один из псов прогрыз ему брюхо и начал кушать самое сладенькое, то есть, требуху.

Подхожу к погибшему ягуару, с кряхтением присаживаюсь на корточки и вытаскиваю из ножен бытовой нож.

Я не отказался от своего намерения снять с него шкуру и взять её трофеем, в напоминание о случившемся.

Пусть часть шкуры уже испорчена, но барсетку себе я сделаю…

Вернее, обращусь к специалистам из нормальных людей, которые уже шьют вещи из звериных шкур, и за деньгу малую получу себе барсетку или даже рюкзак, если шкуры хватит.

Шкура Зверя не поддаётся ножу, но я не отчаиваюсь и достаю из рюкзака специальные ножницы, предназначенные для резки металла. Для их применения нужна сноровка, но этого добра у меня с запасом.

Мне потребовалось около тридцати минут, чтобы снять шкуру со Зверя и выдрать ему клыки. Можно было бы и череп его забрать, но это слишком дохрена возни со сверхпрочными костями, поэтому я махнул рукой.

Дальше я взял на себя работу утилизатора — ограбил академию футбола на предмет всего деревянного и горючего, сложил большой костёр, на него уложил все недоеденные туши, а затем полил всё это керосином из полулитровой канистры и поджёг.

Чтобы всё точно прогорело, пришлось сходить на стадион и надёргать древесины уже оттуда.

Я следил за огнём до тех пор, пока от жертв кровавой бойни не остались обугленные кости. Но мясо и жир прокачанных зверей горят очень хорошо, поэтому всё закончилось сравнительно быстро.

— Вот такой выдался соло-рейд… — с философским настроем на душе произнёс я и откусил кусок от конфеты «Мишка на Севере».

Больше нечего делать в Краснодаре — всё «лучшее» уже произошло, поэтому пора и честь знать. Но сперва я соберу оружие и боеприпасы, чтобы не возвращаться в Волгоград только со шкурой ёбаного Зверя…

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 8 сентября 2027 года*

— А вот и он! — крикнул мне со стены Проф. — Добро пожаловать домой!

Он одет в гражданскую одежду — белую рубашку и совдеповского фасона брюки, от которых веет олдскулом. Зато на ногах чёрные кроссовки «Adidas Ultraboost», последней в истории модели.

— Даров, Проф! — помахал я ему рукой. — Как жизнь⁈

— У нас всё хорошо! — ответил Проф. — Заходи!

Гидравлические приводы заработали и тяжеленные ворота открылись, после чего я вошёл во двор и в глаза мне бросилось изменение антуража.

Во-первых, у ангара стоит танк Т-62М, увешанный противодроновой защитой типа «ёжик».

Во-вторых, во дворе прибавилось бронированных грузовиков.

— А что случилось? — спросил я у спустившегося со стены Профа.

— Приехал гонорар за убийство Зверя, — ответил он с улыбкой. — Один танк Т-62М и четыре бронированных грузовика.

— То есть, я делал всё это не бесплатно? — с удивлением спросил я.

— Нет, конечно! Ха-ха-ха! — рассмеялся Проф. — Мы не хозяева ростовчанам, поэтому бесплатно, ради их блага, ничего не делаем. Поздравляю, Студик, теперь ты сказочно богат — на твоём электронном счету уже должны быть деньги.

— И сколько? — поинтересовался я.

— Восемь тысяч рублей, — ответил Проф. — Но сразу предупрежу, что это исключительный случай — за каждый рейд выплаты не положены.

— Ага… — изрёк я задумчиво. — Ну, спасибо за гонорар…

— Что это у тебя? — посмотрел Проф на шкуру ягуара.

— Шкура, — ответил я. — Я снял, как смог, пересолил, как положено. Но, думаю, получилось хреново — его успели потрепать падальщики.

— Хороший трофей, — пощупал Проф шкуру. — Будет напоминать тебе о том, что тебе пришлось пережить.

— Да, за тем и взял, — усмехнувшись, ответил я. — Я здоровски потратился по калориям, так что…

— Придётся подождать — Клавдия Вячеславовна ещё не закончила готовить, — сказал Проф, покачав головой.

— Лапша уже вернулась? — спросил я.

— Ещё нет, — ответил Проф. — Но обещает вернуться через два-три дня. Ей устроили проблемы тюлени — займётся ими, а затем закончит постановку ловушек.

— Тоже тюлени? — слегка удивившись, спросил я.

— Да, мелочь подросла и им снова стало не хватать еды, — кивнув, произнёс Проф. — Похоже, мы всегда будем испытывать проблемы с тюленями — они будут нападать на нас сезонно, по мере подрастания молодняка. А ресурсов на полную зачистку побережья сейчас нет ни у кого, что означает перманентную проблему с тюленями.

— Ну, это лёгкий опыт, — пожав плечами, сказал я. — А остальные где?

— Щека и Фура отправились в рейд, — ненадолго задумавшись, ответил Проф. — Палка и Фазан тоже в рейде, как и Череп с Бубном. А вот Повар и Майонез ещё в крепости — Майонез успел сходить в соло-рейд и получил ранения, а Повар до сих пор не восстановился.

— Дела, блин… — тяжело вздохнув, сказал я. — А в остальном — всё спокойно?

— Не совсем, — ответил Проф и вытащил из кармана брюк плоскую фляжку-алкашку. — Щека и Фура пошли на перехват группы вражеских рейдеров. Мы думаем, что это бромовские, возможно, из бром-гвардии. Если так, то может потребоваться срочная поддержка, поэтому будь наготове. Ты же можешь выйти в экстренный рейд?

— Да, могу, — подтвердил я. — Но мне нужны калории.

— Я уже учёл это, поэтому сегодня у тебя на ужин пятикратная порция, — улыбнувшись, сказал Проф. — Также ты получишь неограниченную квоту на дефицит — сладости и прочее. Но в рамках разумного, хорошо?

— Конечно! — обрадованно заверил я его.

Меня просто от новости шарахнуло дофаминовой дозой — уж я-то развернусь… Но только в рамках дозволенного, конечно же…

— Я передам шкуру мастерам, — протянул Проф руку.

— Спасибо, — поблагодарил я его и отцепил шкуру от рюкзака, а затем указал на две клетчатые сумки. — А вот тут вся мародёрка.

Там оружие, боеприпасы и остатки снаряги покойной группы Шкафа, которые я собрал прямо перед выходом из Краснодара.

Наверное, в городе можно налутать много чего ещё, но это территория ростовцев, поэтому было бы некрасиво с моей стороны…

— Пиджак, Борода, Рева и Меченый выражают тебе свою глубочайшую признательность и передают подарок в виде коробки с шоколадом, — сообщил мне Проф. — «Альпен Гольд» с изюмом и фундуком.

— О-о-о, вот это я понимаю… — заулыбавшись ещё шире, сказал я. — Я им теперь капец как признателен!

Видимо, Зверь доканывал их гораздо серьёзнее, чем они нам сообщали — косвенным признаком того, что группа Шкафа погибла там далеко не первой, является то, что я нашёл 31 единицу вооружения в районе «Авроры». Это больше, чем заявлялось людей, погибших на охоте на Зверя.

Но это не моя проблема — так даже лучше, ведь не будь он серьёзной траблой, мне бы хрен подарили ящик «Альпен Гольда»!

Шоколад — говно, конечно, но в наши печальные времена очень радуешься даже такому…

— Ящик в твоём номере, — сказал Проф. — Всё, больше не задерживаю — приводи себя в порядок и приступай к ужину. Я позабочусь о трофеях.

— За мной не заржавеет, — усмехнувшись, ответил я и направился в отель.

Быстро принимаю душ, затем извлекаю из бронированного комбинезона все пакеты и закидываю основу на стирку, вместе с нательным бельём и окаменевшими носками.

По поводу распределения левелов я не торопился и правильно сделал, потому что время не то — возможно, мне скоро снова в рейд.

Запустив стиралку, я тщательно отмылся в душе, переоделся в домашнее и пошёл в ресторан.

— Здоров, Студик! — встретил меня у лифта Нарк.

— Даров, Нарк, — приветствовал я его. — Как сам?

— Да просто охуенно! — ответил он. — Я видел твою зарубу с ягуаром в режиме онлайн — это был пиздец!

— Не то слово, блин, — согласился я с ним.

— Ты не передал Профу свою GoPro, — напомнил мне он.

— Ах, блин… — вспомнил я. — Сейчас…

Сбегал туда-обратно и вручил Нарку камеру для экстремалов. Но все экстремалы прошлого — это жалкие сосунки, если сравнивать с тем, чем занимаемся мы.

— Найс, — заулыбавшись, сказал Нарк. — Всё, я в свою берлогу — монтировать. Приятного аппетита!

— Спасибо, Нарк, — поблагодарил я его. — До встречи.

О том, что меня реально собираются закармливать, я узнал ещё на пороге ресторана — доносящийся с кухни аромат чуть не лишил меня сознания.

— Здравствуй, Костик! — выглянула Клавдия Вячеславовна из-за кухонной двери.

— Здравствуйте, Клавдия Вячеславовна! — приветливо помахал я рукой. — Вы просто не поверите, как я рад вас видеть!

— Ха-ха-ха! — заливисто засмеялась она. — Садись за стол — скоро подадим главные блюда!

Ресторан я покинул только спустя полтора часа. Я думал, что сегодня точно наемся, но лишь достиг физического предела вместимости моего желудка. Это мой крест…

Но всё равно, я почувствовал налаживание жизни. Тот пиздец, который я пережил в Краснодаре, уже не кажется таким уж драматичным — в жизни так бывает.

— Уф… — тяжело выдыхая воздух, я доковылял до номера, в котором сразу же завалился в кровать и молниеносно нащупал пульт на одеяле.

Врубаю питание и вижу, что Лапша смотрела первый канал, на котором транслируют контент без разбора и фильтрации.

— О, это я вовремя… — произнёс я, увидев вступительные титры рок-оперы «Юнона и Авось».

Мне нравится этот спектакль, в основном потому, что я смотрел его с мамой, когда был совсем маленьким. Мало что помню о тех временах, но вот это запомнил накрепко.

Но не успел я даже настроиться на просмотр, как в дверь постучали.

— Открыто! — сказал я.

— Здоров, Студик! — вошёл в номер Вин. — Поздравляю с победой!

— Даров, бро! — приветствовал я его. — Спасибо! Заходи, чувствуй себя как в своём номере!

Вин в рабочей спецовке, физиономия заляпана сажей, а на куртке следы от вытирания потных рук.

— Я умоюсь у тебя? — спросил он.

— Валяй! — разрешил я ему.

Пока он приводил себя в порядок, я смотрел телик и возвращался мыслями к светлым и добрым временам, которые почти не помню.

— А ты где сейчас, кстати? — спросил я, когда Вин вернулся.

Он уселся в кресло и тяжело вздохнул.

— На стройке, — ответил он. — Я хотел к Фазану, поначалу, но там нужна квалификация, а это надо учиться — я забил.

Слышал я, что Проф учредил курсы по подготовке специалистов — там всех желающих обучают востребованным профессиям, по квотам, определяемым Профом и Ронином.

— И как там? — поинтересовался я, параллельно смотря телевизор.

— Тяжело, бля… — честно ответил Вин. — С меня спрос особый, поэтому нужно оправдывать свой паёк — забиваю сваи, тягаю плиты, копаю ямы, как самосвал, короче. Зато опыт иногда отсыпает, когда заканчиваю норму. Ну и «Сила» с «Выносливостью» растут — две «Силы» и одну «Выносливость» уже заработал. Может, и без боёвки раскачаюсь.

Я задумался об этом. Я ведь почти не шутил, когда говорил Профу, что если так будет продолжаться, то я в фермеры уйду…

— Блин, это круто, бро! — порадовался я за Вина.

— Иногда задумываюсь, что надо обратно в рейды, но… — сказал он без особой радости. — Я девушку нашёл себе — Ирой зовут.

— Поздравляю! — вновь порадовался я за него. — Видишь? Жизнь налаживается, блин!

— Вот поэтому я и в сомнениях сейчас, — сказал Вин. — С одной стороны, не охота себя риску подвергать, но с другой, охота прокачиваться, чтобы быть способным защищать Иру. Звери ведь качаются, а я на стройке…

— Я бы советовал тебе, бро, пройти подготовку в боевики, — посоветовал я ему.

— Я чё пришёл-то? — задал риторический вопрос Вин. — А можешь тренировать меня?

— Я⁈ — удивлённо спросил я, ткнув себя пальцем в грудь. — Да камон, бро!

— Ты из таких жоп вылезал, из которых нет выхода, братан! — мотнув головой, воскликнул Вин. — Значит, что-то знаешь! А знания — они такие штуки, что их можно передавать! Научи меня, как выживать — век буду благодарен!

Моё мнение — это либо есть, либо этого нет. Его уже дрессировал аж сам Майор, но толку — пшик…

— Не знаю… — с сомнением изрёк я.

— Да братан! — всплеснул руками Вин. — Мне это нужно — просто в свободное время, хотя бы по паре часов! Я буду всё выполнять, домашку делать!

— Какая ещё, нахуй, домашка? — нахмурившись, спросил я.

— Ну, бля, тренировки, тактики там! — объяснил Вин.

— Ох, не знаю, не знаю… — произнёс я.

— У тебя же, по-любому, есть заготовленные тактики и всё такое, братан! — уверенно заявил Вин.

Но у меня нет никаких тактик и всего такого — я действую на спинном мозге, и это работает.

— Бро, я не уверен, что могу чем-то помочь тебе, — сказал я, разведя руками. — Я сам хуй его знает, как выжил только что!

— Дай мне шанс, пожалуйста! — взмолился Вин. — Если не пойдёт — зароем тему!

Я задумался. Мне делать больше нечего, блин…

— Эх, ладно, — тяжело вздохнув и заранее жалея о решении, сказал я. — Не более двух часов в день, не более трёх дней в неделю.

— Всё, замётано! — обрадованно воскликнул Вин. — Спасибо, братан!

— Пока что, не за что, — ответил я, не особо радуясь своему согласию.

— Когда начнём? — спросил заряженный энтузиазмом Вин.

— Не сегодня, — покачав головой, сказал я. — Завтра, если меня не вызовут в рейд. А теперь, я бы хотел отдохнуть и посмотреть телик…

— Конечно, братан! — закивав, ответил Вин. — Не отвлекаю! До завтра!