Вернуть Боярство 20

Глава 15

Это благодарность за тысячу лайков и извинение за пропущенную в понедельник главу.)

Это было уже не Заклятие. Это был удар полновесными Сверхчарами — причем весьма и весьма неслабыми! Точно сильнее того удара Бернарда — Закон Света немца, с которым я дрался в последнем сражении своей прошлой жизни, значительно уступал магии Шуйского.

Огонь и Свет — два магические силы, которые Федор сочетал на каком-то запредельном для магов этого мира уровне, искусно сплелись в единое целое и сотворили нечто, что в магическом восприятии ощущалось, как пылающая, зарождающаяся звезда.

Время и пространство начали сбоить — к моему изумлению, последний из демонов, с которыми схватился мой родич, сумел призвать на краткий миг своего повелителя. И им оказался целый Князь Инферно!

К счастью, показать даже сотую долю своей истинной силы это существо не могло — Князь Инферно это фигура, стоящая выше Старших Богов, превосходящая Владык Пантеонов, тварь, что одним ударом могла расколоть планету, сущность, которой под силу не просто убить все живое в нашем мире — это порождение Инферно могло уничтожить саму планету! Князей на всё Инферно трех десятков не наберется…

К счастью, проявить он мог сил лишь на уровне Великого Мага — Законы Творца действовали тем строже, чем сильнее была потусторонняя тварь. Потому, собственно, ни одна тварь из Инферно, что входила в число аристократии — Лорды и выше, обладатели своих доменов — не высовывалась в смертные миры. Слишком велик риск лишиться башки или, ещё хуже, попасть в плен и на тысячи лет застрять в чьих-то руках…

В общем, Князь не собирался вылезать в наш мир — он просто намеревался подсобить своему мелкому служке и прикончить смертного. Ну и душу Шуйского прибрать — лишней в хозяйстве не будет…

Вот только Федор имел своё мнение по этому поводу. Его удар смял, проломил инфернальные чары, прорвался через черное пламя и обрушился на портал, связывающий Инферно и наш мир.

Пламя и Свет разрушили портал и даже прикончили демона на нашей стороне. Не помог тебе, тварь, твой Князь… Вот только эхо этого соударения случившегося ровно над моей головой, мне пришлось отражать так, будто в меня целенаправленно влупили Заклятием — а это ведь всего лишь эхо…

На миг я потерял опору под ногами и полетел вниз, к поднимающейся стремительной, тяжелой и всесметающей волной магме — но быстро выровнялся и взлетел вверх. Там, среди пламени и дыма, я увидел шведа.

Ивар Кровавая Ладонь вскинул искаженное в ярости лицо, не обращая на меня внимание. Его взор был прикован к Федору, что, к моему удивлению, зачем-то на пару с Аленой взяли в плен Фариду. Что у них там происходит?..

Он был быстрее. Я просто не успевал использовать хоть сколько-то серьезные чары — даже с Желтыми Молниями скорость плетения чар шведа была выше. Дело даже не в разнице рангов — просто прямо в его ауре ощущалось десятка полтора Духов, что помогали ему колдовать. Экономили ему эфир, вливали местами ману и докидывали плетения в чары — он явно много лет тренировался с ними, чтобы достичь такой синхронности… В прошлый раз, видимо, мы слишком рано закончили и он не успел показать этот свой аналог моих Желтых Молний…

Шуйский был уже истощен и не мог дать достойный отпор, Алена как раз понадежнее сковывала Фариду, а я запаздывал, не успевая сбить врага — и тут, наконец, вмешался Морозов, о котором я уже подзабыл.

Длинный, метров восемь, вытянутый четырехгранный кристалл с идеально ровными гранями и четкими пропорциями из ярко синего льда ударил откуда-то с запада, из неестественно густого белого облака, парящего в сотне метров над землей. Территория Магии Морозова, усиливающая стихию Воды и её элемент — Лед, заодно полностью скрывала и его ауру. Даже непонятно было, там ли он вообще, на своей ли Территории?

Сформировавшаяся острая, переполненная серым светом тонкая игла, изначально нацеленная в моего родича, вынужденно поменяла цель и на полпути столкнулась с ледяным кристаллом. К моему удивлению, чары девятого ранга, хоть и заставили кристалл лопнуть, сами тоже не пережили столкновения.

В одну сторону рванула волна обморожения, на полкилометра обратившая в лед даже кипящую магму. С другой стороны всё пространство оказалось пропитано серой энергией. Пятно абсолютной серости, прочертившее идеально ровную границу с ледяной территорией, каким-то образом изменило саму ткань реальности на пораженной земле. Я не могу толком описать это ощущение… Но одно знаю точно — попади эта дрянь в разумное существо, неважно, состоящего из энергии, как Элементали, или живого, обладающего физическим телом мага худо было бы и тому, и другому…

— Да сколько же вас тут, проклятые насекомые! — злая, полная гнева волна телепатии ударила во все стороны. — И каждый так и норовит укусить исподтишка… Вылезайте все разом, крысы! Не тратьте моё и своё время…

— Да заткнись ты уже, — прервал я этот поток сознания. — Признай, Ивар — сегодня ты проиграл. Слишком мало времени прошло с момента взятия ранга, слишком тяжело, даже под алхимией, тебе даются чары девятого ранга… И мы оказались слишком сильны — ни армия Духов, ни союзники-демоны так и не смогли дать тебе решающего перевеса. Скольких ты сегодня потерял? Тысяч тридцать, а то и пятьдесят бойцов, что попали под раздачу на марше, без прикрытия… Мои Архимаги и Маги Заклятий не лезут в прямой бой, вы потратили много сил — и сегодня ни о каком штурме Таллина уже речи идти не может… Тебя одолели «крысы», король без столицы!

Гнев в ауре Великого Мага, накрывающей всё вокруг, полыхнул с новой силой, но швед не поддался на провокацию. За прошедшие секунды, пока мы говорили, я уже успел закончить плетение всего, что планировал, готов был выдержать очередной удар и навязать ближнюю схватку, чтобы раскрывший свои силы Морозов мог прикрывать и помогать мне чарами с удобной дистанции… Пока остальные наши драпают. И нам самим, по хорошему, следовало заняться тем же — к нам стремительно приближались сотни аур седьмого ранга во главе с Магами Заклятий…

Только нужно было несколько секунд, чтобы Федор и пленница смогли сбежать первыми. Иначе был риск, что удар Ивара всё же наделает бед.

Гнев не затмил разум викинга. К сожалению — не люблю умных врагов с хорошим самоконтролем…

— Хочешь дать им уйти, да? — с явственной усмешкой ответил он. — Да пусть уходят, мне наплевать — их предел я сегодня видел. Впечатляет, но не более — пройдет год, три, да хоть пятьдесят — и я верну прежнюю силу. И тогда потуги этих неудачников, чей потолок — очень слабый уровень двух Сверхчар, мне будут не страшны. Проваливайте, мне не жалко!

Нас уже окружали его люди. Пока просто замыкали кольцо, не вступая в бой, но круг замыкался…

— Пусть проваливают! Но ты, Пепел, никуда не уйдешь. Все, что сегодня происходит, было задумано ради тебя — и главная цель этой битвы выполнена.

Что ж, это было ожидаемо… Сегодня мне придется рисковать.

— Федор, уноси ноги, — обратился я лично к Шуйскому. Так, чтобы никто не слышал, разумеется. — Ты уже не боец, будешь только мешаться.

Не слушая ответа, я обратился к Морозову и Алене.

— Мне понадобится ваша помощь. Сдержите его хотя бы минуты на десять-пятнадцать, защитите меня — и у нас появится шанс на победу. Сумеете?

Алена, наконец, окончательно разобралась со своими доспехами и мечом. По сути, она сейчас увешана Регалиями примерно одного уровня с моими… Особенно если вспомнить её меч — это оружие было даже сильнее слившегося с моим копьём Скипетра Шуйских. Это произошло после битвы в Стокгольме, та схватка подтолкнула не только меня. Мы хотели сохранить усиление девушки в тайне до самого крайнего случая — но не судьба…

Плюс Морозов со своими Регалиями. Князь и моя слуга вдвоем вполне способны

выиграть мне нужное время. Вопрос только, сумею ли я за это время выполнить задуманное? Впрочем, на крайний случай оставался ещё и Маргатон…

— Строишь план битвы? — вновь напомнил о себе швед. — Пустая трата времени… Итак, воспользуетесь моим предложением или сдохните все четверо?

Если Федор, например, решит ударить, сжигая свою жизнь, он наверняка заберет с собой кого-то из шведских Магов с десятком-двумя Архимагов. А потерь Ивар хотел избежать…

Рядом со мной из пятна мрака появилась Алена с мечом, небрежно закинутым на плечо. Доспех изменил свою форму, превратившись из цельно-металлической брони в кожаную, с юбкой, не достигающей и середины бедра, и открытым декольте, выгодно подчеркивающим грудь.

— Возможно, я сегодня умру окончательно, так что хочется хотя бы выглядеть красиво напоследок, — ответила она на мой немой вопрос. — А доспех в таком виде концентрирует защиту на торсе… Как я вам, мой господин?

— Великолепно, — признал я, отгоняя весьма несвоевременные мысли и отводя взгляд от красивых ножек.

Воздержание мне дается тяжеловато… Надо будет какую-нибудь служанку для утех завести — не слишком хорошо с моральной стороны, но, черт возьми, так ведь и с ума сойти можно!

Ивар не торопился — я ощущал, как он общается со своими людьми, указывая, кому какие занимать позиции и какие чары готовить. Время играло на его стороне…

Рядом с нами возник и Морозов — к моему облегчению, князь решил рискнуть со мной, а не удрать своим ходом. Он-то с Аленой ещё могли это сделать — а вот на меня навалилось нечто, блокирующее любые попытки уйти отсюда через иные планы бытия… Нечто похожее на то, что я устроил в Стокгольме самому Фолькунгу. Видимо, урок шведу пошел на пользу и он вынес из него кое-что полезное…

— Пятнадцать минут, говоришь? — задумчиво переспросил Морозов. — Я помогу всем, чем могу, и буду драться, сколько смогу — но если ситуация станет безнадежной, мне придется бежать. На мне Род и при мне Регалии, я не могу ими рисковать.

Справедливо. И честно — боярин заранее все обозначил. Даже то, что он сейчас ещё здесь — очень удивительно. Большинство на его месте даже слушать бы не стали — давно бы смылись. Видимо, уж очень большие у бояр на меня планы… А ещё после этого я буду в долгу у Морозова. Не у Рода, а именно у их Главы — разница на первый взгляд невелика, но на самом деле огромна…

Я нырнул вглубь своей души, туда, где гордо, во всю силу били семь моих Молний. А вокруг, в этом внутреннем мире, медленно летали, напитываясь моей силой, почти пять с половиной сотен тысяч душ. И теперь, спустя несколько недель, напитавшись силой, окрепнув и исцелив свои повреждения, они уже были способны помочь мне в реальном мире.

Рядом с местом, где сходились все Молнии, образовывая Воплощение, сейчас сгрудилась небольшая группа душ, сильно отличающихся от остальных. Тринадцать Архимагов, сто тридцать Старших Магистров, четыреста семьдесят два Младших, больше двух тысяч Мастеров и под сотню тысяч одаренных попроще… Но главное — Маг Заклятий, чья душа сияла особенно ярко. Восстановившийся практически полностью и сейчас больше изучающего Воплощение, чем исцеляющийся от Зеленой и Золотой Молний…

Я послал зов к душам. Пять с лишним сотен тысяч слушателей мигом обратили на меня всё свое внимание, и я послал им подробные мысли и образа. Мне нужна была их помощь, и они вняли зову.

К моему огромному облегчению, ответ пришел сразу. Старшие Магистры, Архимаги и Маг Заклятий поняли меня мгновенно и куда лучше, чем даже «старожилы». В моих образах в том числе было и воспоминание о прошлом моем прорыве, когда я переходил на ранг Высшего Мага. Теперь души имели представление, с чем им предстоит столкнуться и будут куда лучше готовы к противостоянию с Волей Мира.

— Мы поможем тебе, повелитель, — заставил меня изумиться четкий, спокойный мужской голос. — Позволь мне возглавить моих… собратьев, чтобы действовать эффективнее?

Душа Мага Заклятий преподнесла очередной сюрприз. Я как-то мгновенно, сразу получил ощущение того, что остальные души готовы принять его командование, но без моего официального разрешения это будет невозможно.

— Да будет так, — ответил я. — Я доверюсь тебе, Албе Пустынный!

Знание об имени души тоже пришло само собой.

В ответ на мои слова я ощутил ответную реакцию. Если переводить на человеческую речь, это звучало примерно так — я сделаю или сгину, господин!

Все это заняло около секунды реального времени. Эх, как жаль, что я могу управлять временем лишь в своём внутреннем мире… В небесах уже собрались боевые суда шведов, высшие маги взяли нас в кольцо, разбившись на Круги Магов, подтягивались резервы — средние и низшие боевые маги в больших количествах, целыми боевыми группами. Сами по себе, отдельно, они не угроза… Но если не имеешь возможности сбежать в любой момент, то шквал пусть и низшей, но боевой магии способен и Магам Заклятий проблем обеспечить…

Войско само по себе вполне способно дать отпор высшим магам. Если чародеи скоординируются, быстро собьются в отряды и составят Круги, то незадачливый Архимаг или даже Маг Заклятий может пожалеть о своей атаке. Умрет вряд-ли, да и прибьет немало противников — но в итоге будет вынужден бежать. А догнать высшего мага под силу только другим высшим…

Удар Шуйского прикончил всех на полтора десятка километров, но подходящие подкрепления двигались с территории, не попавшей под удары — что Федора, что остальных. Им тут будет весьма неудобно, да и добираться отрядам Младших Магистров и Мастеров, ведущих толпы Адептов, ещё минут пятнадцать — а наша битва за это время уже может и вовсе закончиться, но Ивар всё равно решил подстраховаться и вел сюда всех и вся, кто мог пригодиться…

— Я прорвался, когда прибыл домой и увидел труп отца, с которого сняли всё ценное, руины дворца и горящий город, — спокойно заговорил Ивар. — Когда понял, сколько человек погибло, когда узнал, сколько наших детей, женщин, стариков и вообще наших родичей, включая мой Род, вы пленили и увезли. Не говоря уж о том, скольких убили… Сильный гнев и потрясение дали мне толчок, а духи, что мои собственные, что те, кто остался после ваших зверств и не успели отойти в иной мир — все они помогли мне выдержать гнев мира. Я стал сильнее, получил ещё больше душ… Но я не рад цене, которую мне пришлось заплатить. Удержать с гарантией я могу только одного, но попомни мои слова, Шуйский — я обязательно воздам тебе сторицей за своего отца. Ты умрешь не сегодня, не здесь и не в бою — я буду долго, очень долго тебя убивать, а после захвачу твою душу и уж тогда ты будешь страдать вечно, уж поверь мне… А сегодня — беги. Беги и готовься!

— Я верю в своего родича и князя, Фолькунг, — зазвучало насмешка в телепатии Шуйского, небрежно держащего раненную и лишившуюся сознания Фариду за шею. Могущественная волшебница свисала кулем в могучей руке Старейшины, не подавая признаков жизни.

— Он отнимет твою жизнь своими силами… А даже если ты вдруг сегодня выживешь, я обязательно найду тебя на поле боя и то, что случилось с демонами, тебе покажется детскими фокусами! — гордо закончил Федор.

Шуйский тянул время разговором, выигрывая нам мгновения подготовки. Правда, время сейчас работало на обе стороны — враги точно так же использовали эти мгновения, складывающиеся в минуты, для подтягивания воздушного флота и налаживание работы Кругов Магов… Но мне время было важнее, чем им.

Больше не слушая перепалку Федора, я начал собираться с духом.

— Собрался прорваться прямо здесь, Пепел? — ворвался в мой разум смех Ивара. — И это твой шанс? Твоя надежда? Наглый недоумок!

Вокруг нас весь воздух словно застыл, промороженный до самой своей сути, до атомов — Федор Шуйский, активировав наконец какой-то экстренный артефакт, исчез, а на нас обрушился первый удар одного из Кругов.

Мы находились словно в огромной глыбе льда. Десятки метров абсолютно прозрачного и чистого льда, через который можно было спокойно смотреть на происходящее, будто в окно собственного дома. Лишь четыре метра вокруг нас остались свободны от ледяной стихии…

Это было заклинание огромной прочности, сотворенное с помощью объединенной силы могущенного артефакта, возможно Регалии, и собственных чар Морозова. Огромные огненные кометы, попытка магов земли ударить какими-то кольями из камня — тоже не прошло, как и любой уважающий себя айсберг, Ледяное Яйцо имело и огромный подземный кусок, через который что-то наколдовать прямо под щитом было невозможно.

Вал чар седьмого ранга и вкраплениями восьмого откалывали огромные глыбы льда, огонь заставлял её бока таять бочками, давила Гравитация, магия Земли, даже несколько Заклятий использовали — молчал пока лишь сам король шведов, не нанеся ни единого удара.

Морозо основательно вспотел от натуги, но выдержал всё. Я же тем временем начал прорыв и сразу ощутил недовольство и давление мира. Я слишком спешил по его мнению, подобное он готов был позволить лет через триста… Странная она штука, эта Воля Мира… Много на себя берет. Так что может идти в задний проход!

Дальнейшее я помню смутно — был слишком занят. Моя энергетика и аура пошли вразнос от рухнувшего на меня давления, Зеленая Молния, которую я совсем недавно освоил на высоком уровне, едва справлялась с моим исцелением — и это при том, что у меня тело на уровне пикового Мага Заклятий. Но даже так — было больно и страшно.

Тысячи новых каналов маны, от нескольких огромных, основных, до второстепенных, а затем и вовсе крохотных, прорастали в энергетике, вместо Ядра, или Зерна, как это называли многие, Знаний, из которого прорастало обычно Воплощение, у меня уже были готовые семь Молний — и это упрощало процесс, ибо именно в раскрытии и прорастании этого Зерна была основная сложность и опасность в переходе на девятый ранг. К счастью, этого геморроя я был лишен… Но сопротивление взбесившегося мира с лихвой компенсировало эту удачу.

Поначалу я держался сам, своими силами укрепляя расходящуюся по швам ауру и энергетику, тело и его связи с душой… Это тоже было полезно — закалка своих сил и сущности, укрепление фундамента, на основе которого я сейчас покидал смертную юдоль и пробивался на иной уровень существования. И сейчас, в последний момент, я словно прокаливал себя — пока хватало сил. Но когда я ощутил, как лопнули глаза, а ртом хлынула кровь, я дал команду душам.

Сотни тысяч маленьких звезд усеяли всё моё сознание, соединились в странный узор и начали исторгать потоки моих Молний — Зеленых, Золотых и Синих, с помощью которых точечно управляли первыми двумя.

Вместе с этим по мне текла и их собственная сила. Их Воля, что столкнулась с Волей самого мира — и будучи в отличии от меня не реинкарнаторами, а полностью и целиком связанными с этим миром существами, они имели право давать отпор даже миру… И давали, мать их, да ещё как! Особенно души одаренных.

В какой-то момент я перестал воспринимать даже боль, ибо разум, на который тоже давил треклятый мир, перешел в какой-то автоматический режим. Я просто наблюдал за своим состоянием, борьбой душ и почти механически двигал процесс перехода… А также наблюдал, как моя Алёна и Морозов сражаются, защищая меня.

Девушка предпочла не отсиживаться в обороне, предоставив непосредственную защиту моего тела боярину. Сама же девушка со своим клинком, вытянувшимся и покрупневшим до полноценного двуручника, наводила шорох снаружи.

Против хрупкой маленькой блондинки сражались четыре десятка врагов — трое Магов Заклятий и тридцать один Архимаг. Маги были двое пяти, а один восьми Заклятий. Последний не был человеком — великан-йотун, полагающийся на магию Земли…

Остальные били по истончившейся ледяной защите, в которую Морозов непрерывно вливал силу. Удивительные чары — полтора десятка одних только Магов Заклятий, не считая прочих, уже минуты три-четыре лупили по барьеру во всю мощь, а тот всё стоял. А ведь я ощущал, что у князя наготове ещё пара значительно более мощных и сложных заклятий. Одно из которых явно было атакующим…

Парящий на пару десятков метров над землей в сотне шагов от нас швед стоял, скрестив руки и не обращая внимания на происходящее. И не вмешивался, лишь внимательно глядел прямо на меня. Почему он не пытается вмешаться и убить меня сейчас, в самый удобный момент? Дело точно не чести и благородстве — у нас война, а такие как мы в поддавки играть не любят…

А ещё Алена до сих пор не показывала своих новых возможностей. Стоит ей дать немного воли мечу и доспехам, слиться с ними хотя бы частично и на время — и она может начать творить чудеса… Не как Шуйский, конечно, но тоже весьма недурственно.

Все тянут время. Зачем это делаем мы — понятно, но Ивар-то что задумал?

И тут меня настиг такой букет ощущений, что стало плевать на весь мир.

Сверхчары. Первые Сверхчары — вот что я должен был сделать. Закрепить их в ауре навсегда, впечатать в самую суть — и я сделал это.

Гнев Небес, что была когда-то моими первыми Сверхчары. Я мог легко и просто вновь воплотить их, но… Откровенно говоря, они уступали новому варианту, Луку Молний. На лук придется потратить больше времени и сил, мне и улучшенный Хельгой вариант сигилов давался через чудовищную боль — за эту спешку в столь важном процессе мне ещё аукнуться последствия. И всё же — раз уж враг решил дождаться меня, то возьму от ситуации все — и я начал буквально вырезать, грубо и через боль, информацию и саму структуру первых Сверхчар…

А тем временем события за пределами барьера приняли интересный оборот. Резко переставшая сдерживаться Алёна поймала почти два десятка врагов. Семнадцать Архимагов и два Мага Заклятий. Они думали разорвать изнутри Заклятие, не дав ему полноценно сработать и вызвав тем откат у моей слуги. А йотун, детина в семь метров ростом и целиком в латах, собирался своими Заклятием добить Алёну…

Вот только всё пошло не по плану — они не сумели пробить Водоворот, а красноглазая блондинка добавила туда ещё атакующее Заклятие и добавила несколько ударов магией восьмого ранга.

Рванувшие со всех сторон огромные каменные глыбы, что собирались не то раздавить, не то просто придавить и пленить, а уже потом вторым слоем чар прикончить… В общем, десяток глыб каждая размером с линкор не долетели до неё добрых полсотни метров — черное сияние, начавшее исходить из её брони, просто разрушили Заклятие… И теперь разъяренный Ивар лично взялся за Алёну — и к своему удивление отнюдь не смял в первые мгновения и не размазал по окрестным скалам.

Меч и доспехи, особенно меч, своеобразный вариант Живого Оружия для нежити и нечисти, показали, на что способны. С учетом того, что сама девушка после бесчисленных тренировок и полученного настоящего боевого опыта стала не просто сильнее как — она научилась быть боевым магом в полном смысле этого слова.

И сейчас, частично слившись с шедеврами Императора Мертвых она билась на равных с самим Иваром Кровавой Ладонью — и тот, даже используя магию девятого ранга, не мог взять верх!

Мрачный, багровый свет озарил всё вокруг — могучие чары клинка девушки активировались, и я ощутил себя словно бы стоящим по колено в крови, даже запах ощутил — отвратительный, тяжелый, не запах, а вонь…

Сильнейшие души шведа одновременно с Аленой пошли на размен ударами высшей магии — и всё вокруг сокрыло буйство серого с алым. Одновременно с этим на поле боя начали появляться новые ауры — и все восьмого ранга. Эти ауры занялись Алёной вместо принявшегося заливаться алхимическими стимуляторами…

Наконец, дело было сделано. Души сумели удержать гнев Воли Мира, более того — это пошло им на пользу. Огромные выбросы силы, причем больше самого мира, чем моей, хорошо подпитали моих маленьких друзей.

Со скрипом, болью и гарантированными тяжелыми последствиями я вновь стал Великим Магом. Повел плечами, хрустнул шеей, медленно сделал глубокий вдох — и громко, радостно взревел, словно медведь после зимней спячки, напоровшийся на тушу павшего лося — чуть начавшего портиться, как и любят хозяева тайги…

Мой крик, наполненный маной, обратился боевыми чарами и смел наполненный стальными лезвиями вихрь, что летел горизонтально и упирался в и без того истощенный барьер Морозова.

— Благодарю, князь, — склонил я голову перед ним. — Я в долгу перед тобой, и я этого не забуду.

А ещё теперь, достигнув, наконец, хоть и самой нижней, но ступени своего привычного ранга я обрел остроту восприятия и ещё огромное количество до того закрытых для меня знаний… И понимал, почему швед дожидался меня.

Ритуал. За то время, пока я прорывался, он привел в действие ритуал, частью которого сделал и меня — в момент, когда меня ломало от боли прорыва, он подключил меня к нитям своего ритуала, а я просто не почувствовал этого — не до того было…

— Значит, планируешь заполучить мою душу, — поглядел я на Ивара. — А ты не мелочишься… Не боишься последствий, если проиграешь?

Один из сильнейших и важнейших бояр, князь Василий Морозов утер телекинезом пот со лба и поглядел в спину уверенно вышедшего из-под его защитных чар реинкарнатора.

Парня переполняла сила. Мощь, не уступающая той, что чувствовалась от шведского короля и совсем недавно — от Федора Шуйского, мощь, явно превышающая рамки восьмого ранга… Истинная сила реинкарнатора.

Дело было не только и даже не столько в том, что у Аристарха теперь в несколько раз увеличился резерв, хотя это было весьма важным и ощутимым аспектом… Нет, главное в другом — сама энергия, исходящая сейчас от Николаева-Шуйского изменилась в качественном плане.

А ещё изменился он сам. Будто стал старше, злее, холоднее… Морозов не мог толком объяснить в чем дело — слишком мало он знаком с парнем, чтобы вот так за пару фраз разложить по полочкам изменения, но своему чутью в таких вопросах он доверял. Глава Рода это такая профессия, что хочешь не хочешь — а начнешь в людях разбираться.

— Значит, поэтому ты не сражался в полную силу, — телепатический голос Аристарха обращался ко всем. — Поддавался, позволил Федору уйти, но при этом заблокировал меня — и не пытался прикончить… Всё ради ритуала?

— Я убью тебя в честном поединке и заберу душу. Ты будешь служить мне, как прочие духи… Нет, не как обычные духи — ты будешь духом уровня Великого, с сохранившимся Воплощением и навыками… С таким духом я стану сильнейших реинкарнатором, и тогда…

Уверенные, тяжелые шаги стальных сапог спокойно шагающего Аристарха удивительным образом перекрывал шум и грохот разошедшегося чудовища в облике прекрасной девушки, что сейчас сошлась в схватке с шестью Магами Заклятий Британии и двумя шведскими, при поддержке почти полусотни Архимагов. Использующая на полную свои артефакты нежить была неостановима и неудержима. Могучие чародеи, тоже, между прочим, увешанные артефактами, к удивлению Морозова не наступали — восемь Магов Заклятий и пятьдесят семь Архимагов с двумя сотнями Старших Магистров разменивались ударами боевой магии даже не на равных — нежить уверенно давила, на два вражеских удара Алена отвечала шестью своими.

Вокруг девушки бушевали сами Смерть и Тьма в своей первозданной ярости — Тьму исторгала и контролировала её броня, что, казалось бы, обладает своим разумом. Буйство силы Смерти организовал меч девушки, и вот у него определенно было самосознание — от меча слишком явственно били гнев, голод, ненависть я исступленная жажда крови врагов.

Сама же Алена сияла яркими красными глазами, белые волосы развевались за спиной, на лице играла полная счастья улыбка — она словно наконец нашла своё призвание, и оно ей весьма нравилось… Примерно прикинув происходящее, Морозов пришел к неоднозначному выводу — эта подчиненная Аристарха по силе вполне могла встать в один ряд с шестеркой сильнейших князей — её регалии не уступали их собственным… Вот самой чародейке ещё было куда расти — и это ещё хуже, ибо значит, что она станет сильнее. С одной стороны — хорошо иметь такого союзника сейчас. А с другой — если им удастся задуманное, у Аристарха окажется слишком много сил, а значит и власти…

— Откуда такая уверенность, слуга Этель Нуринга? — спокойно и серьезно, без всякой насмешки ответил Николаев-Шуйский. — В прошлый раз тебе уже пришлось бежать от меня… А сегодня ты даже бежать не сможешь — из-за своего ритуала! Глупец…

— Первое Условие! — вскинул руку шведский король. — Бой на равных — во всех смыслах!

Доспехи и оружие Николаева-Шуйского немедленно исчезли — только и был крохотный всплеск Пространства.

Шведский король тоже остался без оружия и доспехов и криво усмехнулся.

— Второе Условие — тот, кто попытается сбежать, будет убит ритуалом и его душа отправиться в услужение другому!

Потоки магии, и без того сходящие с ума от битвы нежити и человеческих магов, на миг всколыхнулись ещё сильнее — и странный ритуал, работу и присутствие которого ощущал уже и он сам, зафиксировал второе условие.

— Третье Условие — посторонние не могут вмешиваться. Тот, кто сам призовет подмогу, тоже считается проигравшим и умирает. Не разрешены даже призывы существ из иных планов! — заявил, к удивлению князя, Аристарх. И, что ещё удивительнее — Ритуал принял правку… но весьма неохотна.

В воздухе поднялся странный, возмущенный вой, и чародей нехотя добавил:

— Кроме Элементалей и Духов, с которыми заключен постоянный контракт.

— Признаешь ли ты условия Ритуала Отнятой Души? — оскалился Ивар.

— Признаю, — усмехнулся Аристарх. — Да рассудит нас Творец-Всесоздатель!

— Нас рассудит Один, Тюр и Тор! — резко ответил швед.

На несколько секунд они замерли. В руках Аристарха, соткавшись из чистой Синей Молнии, появилась точная копия Копья Простолюдина. Желтые крылья из Молний распахнулись за спиной чародея, Золотые разряды бегали по всему телу — и сейчас его аура как будто наконец склеилась воедино, мгновенно став цельной и вдвое усилившись.

Аура шведа, и до того бывшая чрезвычайно мощной, возросла ещё сильнее — не одни бояре скрывали силу… Их ауры были примерно равны, а в источники маны в организме шведа потоком вливалась мана, заполняя её, как и у Аристарха, на три четверти. И восстановив эфир — поединок воистину был на равных условиях. Оба без доспехов, без артефактов, без всего вспомогательного — только собственное мастерство, только личная сила!

Схватка началась внезапно. Вот два воина спокойно стоят друг напротив друга и борются Силой Души, тщательно сканируя противника восприятием. А уже спустя исчезающе короткий миг синее копьё приняло на древко мощный удар ладони, покрытой сплошным слоем серой энергии.

Одновременно с этим Аристарх бьёт ногой, но вторая рука шведа без труда блокировала ногу… Чтобы поддержавший себя в воздухе чарами бывший боярин приложил врага второй ногой.

Серый ветер, мгновенно закрутившийся в небольшой, метра два диаметром и восемь-девять высотой, резко налетел на чародея. Морозов был готов поклясться — этот вихрь играючи пробьёт лобовую, самую прочную броневую пластину броненосца словно стену ветхой хижины из говна и палок. Опасное заклятие выше восьмого ранга, сплетенное в единый миг, которое должно было размолоть в фарш Аристарха, почти добралось до своей цели…

Вот только русский реинкарнатор ответил великолепным презрением — даже не повернул головы к опасности. С его тела сорвались несколько толстых, около полуметра диаметром идеально воплощенных змей из Фиолетовых Молний — два заклинания сцепились и спустя пару мгновения оба перестали существовать.

Синее копьё, перевитое Золотыми и Желтыми разрядалми било и рубило на недоступной даже глазу Морозова скорости. Оно слилось в один, сплошной, метровой толщины потоке ударов, оставляющих остаточные изображения — и всё это не стоя на месте, а в движении!

Покрытые серым свечением ладони шведа было вообще невидно от скорости движений — каждый удар копья был встречен и отклонен в сторону. Они носились как два стремительных потока разноцветных энергий, обмениваясь ударами, и боярин не мог не восхититься — то, что он сейчас наблюдал, было не битвой чистой силы.

Встретились два Искусства. Два Мастерства с большой буквы, да обладателя неведомо как и где полученного боевого опыта смертельных схваток. Ибо такой уровень, такую интуицию, мастерство и внимание к каждому движению — это не то, что можно обрести просто тренируясь, без реально стоящей за плечом старухи с косой, у которой на любую, даже малейшую твою ошибку одно наказание — безвременная кончина…

Наконец более менее привыкнув к скорости сражающихся и разогнав сознания на полную катушку, он смог поспевать за ними взглядом. И понял, что эта парочка обменивается не только видимыми, но и незримыми ударами.

Сила Души, проклятия, попытки расшатать энергетику противника, сделать в нужный миг кусок земли, куда готов ступить противник ледяным и скользким. Подловить на создании воздушной ступеньки как точки опоры и уничтожить её в тот миг, когда нога противника на неё опустится, небольшие рваные лоскуты серой энергии, пытающейся вцепиться в Аристарха, Фиолетовые Молнии выжигали заразу, а сам молодой реинкарнатор то и дело пытался воздействовать на врага то одной, то другой Молнией…

Вот удар копья отклоняется левой ладонью шведа, правая летит в открытый бок Аристарха и рассекает лишь пустоту — русский реинкарнатор заклинанием отшвырвает себя вперед и дальше. В полете меняет направление и вновь лезет со своим копьём…

Высоко в небесах и здесь, внизу, на земле, копятся энергии — оба чародея готовятся перейти к более решительным действиями. И, наконец, переходят…

Давно уже перестали биться Алена и маги интервентов — девушка стоит рядом с Морозовым. Все поле боя на семь-восемь километров вокруг — их ристалище, и всё это ристалище внезапно погружается в серую, противную хмарь, что поднимается от земли.

Аристарх взмывает вверх, замахивается и швыряет своё копье вниз. Исчезнув на миг в серой хмари, оно взрывается, погружая всё на пять сотен метров вокруг в буйства Элемента Молний.

Однако хмари было плевать — как и её хозяину, творящему сейчас заклинание за заклинанием. До того с чародеем было лишь трое, пусть и отнюдь не слабых, духа, которые почти не вмешивались в бой, что-то готовя — и теперь стало ясно, что именно. Духи готовили массовый призыв не обычных духов Небытия, а каких-то уродливых, незнакомых чародею тварей — словно состоящие из лохмотьев и торчащих в разные стороны призрачных костей, они излучают огромную опасность. Появляются и духи, вся рать, которую мог призвать чародей Небытия.

Там, в небесах — одиночка, оказавшийся против целого войска. Весьма могучего войска, где не было никого слабее шестого ранга и имелось почти полтора десятка обладателей восьмого. Правда, из четырнадцати одиннадцать были на уровне одного-двух Заклятий, и лишь трое — на уровне пяти… Но там одних седьмых рангов было больше сотни — и при всем при этом с ними был ничуть не потерявший в силе реинкарнатор, что и в одиночку бился с Аристархом на равных!

Если земная твердь оказалась во власти порождений Небытия и кусочка их мира, в который они обратили всё вокруг, создав удобное поле боя для себя, то в небе всё было совершенно иначе. Там, среди черных, густых грозовых туч мелькали десятки, нет, даже сотни молний, там ощущалась могучая мана Аристарха — Небо было под его контролем, и он был готов дать отпор даже этому войску!

— Пролейся, Смертный Ливень! — прогрохотал в небесах голос русского боевого мага, перекрывая даже гром. — Нападайте, мерзкие твари! Сегодня я окончательно отправлю вас в ту задницу, из которой вас вытащили!

Войско из Небытия ответило молчанием. И двигаться они никуда не спешили — здесь, среди серой хмари, они были неплохо защищены и получали дополнительную силу прямо из пролома в Небытие. Так чего ради им лететь туда, в грозу и молнии?

Зато они могли колдовать — и в верх одно за другим полетели заклинания…

Вот только Смертный Ливень тут же начал литься. Сотни, тысячи молний били вниз, разрывая серую хмарь, раня и убивая самых нерасторопных и слабых духов…

Духи и монстры из Небытия разом, видимо по команде своего хозяина, рванули вверх и серая хмарь отправилась за ними, всё так же защищая и усиливая. А Смертный Ливень уже иссяк…

Впрочем, вместо него с небес вниз бросилось несколько десятков сотканных из разноцветных молний здоровенных змеев. Разноцветные твари выбрали каждый свою жертву, но успеха добились дай бог с десяток… А затем ударили ещё одни чары тактико-стратегического уровня.

Огромный ураган, в оке буре которого остался лишь сам заклинатель, перевитый Черными Молниями, диаметром около сотни метров в центре. Вершина вихря сузилась, сжалась конусом, образовав крышу и устранив главную слабость — открытый верх.

— Воздух в основе против духов? — удивился Морозов.

— Если господин так поступает, значит, на то есть причина — ответила на это Алена. — Просто смотрите…

И уже через три минуты чародей показал, что не сошел с ума, использовав заклятие исключительно против материальных врагов на душах… Ибо целью Аристарха оказались не твари, а сам серый туман. Магический ветер, насыщенный маной легко отрывал, впитывал в себя серый туман и уничтожал его.

Из огромного, хтонической мощи торнадо начали бить молнии — Синие, Фиолетовые и изредка Черные, все усиленные Желтыми и Золотыми. Прямо в вихре возникли здоровенные шаровые молнии соответствующих цветов, которые и исторгали разряды, от которых настроение призванных из Небытия созданий начало быстро портиться. Собственно, он прекратили переть дуром, когда мощный разряд Черной Молнии прикончил одного из монстров, что привели духи из своего мира. Тварь с силой восьмого ранга попыталась защититься, выставив мощный энергетический щит…

Но магию Николаева-Шуйского подобные меры защиты не впечатлили, и могучая тварь, по которой было видно, что её замучаешься убивать просто из-за невероятной живучести, издохла, разорванная на ошметки призрачной плоти. Которую тут же жадно втянул смерч…

— Твоя сила впечатляет, слуга Этель Нуринга, — прогрохотал голос молодого чародея. — Твое Воплощение и выбранное направление развитие весьма хороши на начальных этапах развития Великих. Ты очень хорош против слабаков — всяких теоретиков магии, целителе, алхимиков и прочих, для кого боевая магия не основная ветвь развития. А ещё твоя сила отлично работает против тех, у кого слабое или среднее по качеству Средоточие… Таких ты в одиночку и троих убить сумеешь.

— Слышу в твоем голосе самодовольство и уверенность в себе, — ответил все еще сокрытый Ивар. — Уж не хочешь ли ты сказать, что ты мне не по зубам?

— Именно. Я бы в одиночку троих слабых Великих моего ранга на первых Сверхчарах точно не одолел бы, тут лучше меня… Позже, на двух-трех Сверхчарах — другое дело, но на первых мне ничего не светит… Однако хоть и хорош против слабаков, но вот против реально сильных врагов твои способности подходят не очень. Твои твари даже не способны прорваться сквозь мою Башню Ветров, а сам ты прячешься, надеясь улучшить момент для атаки в спину…

Аристарх умолк, и Морозов почувствовал — что-то в торнадо изменилось. Вихрь начал сжиматься, становиться меньше, но при этом не слабел, потоки маны не уменьшались — просто вся высвободившаяся энергия ещё сильнее разгоняла воздух. А ещё каким-то образом изменяла её сущность, обращая в нечто другое…

Вихрь уменьшился раза в три, и теперь между шаровыми молниями постоянно бегали толстые, мощные разряды, образуя разноцветную сеть. Торнадо перестал сжиматься и на некоторое время замер — обе стороны бездействовали, готовясь к новому раунду. Оба противника были решительно настроены закончить эту битву в одну, решительную атаку.

Духов стало уже несколько тысяч — разной силы, разного вида, от монстров до душ людей. Шведский король, наконец, закончил с призывом и теперь занялся личной подготовкой. Шестеро наиболее мощных духов влились в него, вокруг чародея разлилось не яркое синеватое свечение, показывающее, что он наложил на себя мощные защитные чары. Затем он один за другим сотворит четыре Доспеха Стихии — Земли, Огня, Воды и Воздуха, посадив в каждого по духу, дабы управлял… А затем, судя по содроганием эфира, начал готовить что-то вообще сверхмощное. Видимо, те самые Сверхчары.

Битва вспыхнула без долгих прелюдий. Вихрь качнулся и на огромной скорости рванул вперед. Несколько секунд — и он прямо в сером тумане, что явно действовал на заклятие весьма негативно.

Молнии убивали монстров и духов без разбора, серый туман втягивался в воздушную воронку и исчезал в ней, яростная стихия, напоенная магией до краев, рвала в клочья и словно бы пожирала этот кусочек Небытия, словно в гневе за то, что в мир смертных сунулось нечто чуждое и начало перекраивать мир по своему.

Однако слишком много было в тумане духов и монстров, слишком сильны они были, слишком много проникло тумана — и от того Аристарх и его магия здесь слабели…

Вихрь продержался полторы минуты, за которые новоиспеченный чародей девятого ранга прикочил что-то около шести-семи десятков врагов, по большей части шестого ранга — а затем особо огромный монстр под пятнадцать метров в габаритах окутался фиолетовым сиянием. И этот удар смог сделать то, о чем мечтали все, кого призвал швед — дыру в вихре

Мощный удар иномирового пламени, сравнимый с чарами восьмого ранга, потом разом разрядились вообще все кто мог — ибо боялись, что вихрь восстановится… И после этого тот самый, что первым плюнул своим пламенем,, окутался темно серым светом и взял на таран всё, что оставалось от вихря.

Однако это вовсе не было концом и даже больше — Аристарх не стал бежать или отступать. Когда обрадованные порождения Небытия кинулись на него, он зло усмехнулся — а затем случилось две вещи.

Первая — он отчетливо сказал «Ну наконец» если судить по движению губ.

Второе — с мощнейшим всплеском Силы Души вверх рванули десятки, сотни тысяч душ. Морозов прищурился — про его души все только слышали и травили байки, как она за него сражения выигрывают.

— Я тоже не один, Ивар! И уж не обессудь, но моих друзей больше! Давай посмотрим, чья возьмет!

Самый яркий, крупнейший шарик вовсю искрил Молниями Аристарха, а так же ощущался как некто достаточно сильный. Глава Рода Морозовых удивленно глядел на представшую перед ним картину — души, ещё не пересекшие черту и не отправившиеся в посмертие против тех, кому на том свете нормального пристанища не нашлось и они очутились в Небытие. Или сами вернулись из нормального посмертия — предки Ивара, ради усиления Рода…

В общем, столкнулись те, кто в смерть уходить отказался и отбросы, которых выгнали все! Албо сосредоточил силы всей своей армии — и с небес посыпались здоровенные тридцатиметровые Мечи Света. Падая на землю они взрывались, создавая мощную круговую волну Света, убивая и калеча обитателей Небытия. Первый удар и раунд оказался за душами Аристарха, но бой ещё был далек от завершения — большинство врагов успело защититься или спрятаться от удара. И теперь они собирались ответить обидчикам в полную силу — а сил у них хватало…

Четыре Доспеха Стихий мчались ко мне вместе с оравой обозленных обитателей Небытия. Что ж… Уже пора бы переходить к финальной части. А группы поддержки пусть выясняют отношения между собой сами.

В моей руке возникло копьё из сжатой сверхмощной молнии. Я рванул навстречу врагам — и в выставленный перед собой щит тут же попала огненный шар, затем я перелетел через внезапно превратившийся в болото участок дороги…

Первым я срубил дух какого-то викинга в ранге Старшего Магистра. Один взмах копья — один труп. Второй была здоровенная тварь, более всего похожая на гусеницу с чешуей, рогами и громадной пастью. Увернувшись от первого заклятия я почувствовал, как что-то позади рвануло, но оборачиваться не было времени. Гусенице я воткнул копьё в бок и заставил его удлиниться. И пробежал с этим копьем вдоль тварь. Где-то на середине я его вернул к нормальному состоянию.

На меня обрушились боевые заклятия высокого ранга — от них почти не увернуться, да и зачем?

Я прошел сквозь эту толпу как горячий нож сквозь масло. Двадцать девять духов и чудовищ отправились туда, откуда выползли по твоей милость, урод.

Там, за моей спиной, почти пять с половиной сотен тысяч мелких душ сражались с тремя с лишним тысячами. Правда последние — бесконечно сильнее один на один чем мои души. Вот только кто ж тут с вами намерен устраивать поединки один на один?

А вот как коллектив на коллектив я бы гроша на войска своего шведского коллеги по опасному военному ремеслу не поставил. Мои души прекрасно справлялись даже когда их было две сотни тысяч и без одаренных, без нормального командующего — а сейчас у них целый Маг Заклятий и куча высших магов, частично раскиданных по всему войску, частично сосредоточенных в центре — сейчас в небесах, подобно своеобразным звездам, сияли пять сотен тысяч очень злых и сосредоточенных душ. И против этих ребят я бы и сам дважды подумал, прежде чем выходить…

— Значит, собрал своё собственное войско, — спокойно заявил Ивар, выходя мне навстречу. — Ну, думаю, мы все получили что-то новое, пока достигали своих настоящих рангов. Стандартными методами стать Высшим, не говоря уж о Великом Маге, тут невозможно.

Серый туман клубился густыми облаками за его спиной, стелился вперед, мягко и ласково касаясь его ног — и обходя меня за три метра. Фиолетовые Молнии берегли меня от этой дряни.

— Я вот, допустим, в прежнем мире и подумать не мог, что можно призывать и удерживать столько Духов под своей властью. В прежнем мире у меня на пике было полтора десятка Духов — пятеро уровня Высших и десять Архимагов. А сейчас уже будучи Архимагом я властвовал над парой сотен… Они и помогли мне с переходами на восьмой и девятый ранг. Тебе тоже — только духи другие и иначе получены. Уверен, у остальных схожие ситуации… Ведь большинство реинкарнаторов погибли даже не от рук конкурентов — за последние тридцать лет двадцать четыре случая, когда при переходе с ранга Архимага на Высшего Мага реинкарнаторы гибли. И это только то, что я знаю… И каждая смерть ослабляет печати, что ограничивают этот мир. А мы, взяв девятый ранг, почти уничтожили её.

— И значит, кто бы сегодня не умер, это окончательно сорвет ограничения мира, — кивнул я, понимая о чем он. — Ведь мы не переходящие на ранг высшего Архимаги, мы с тобой — Великие, и наша смерть куда более значима… Интересно получается, интересно… Что ж, слуга Этель Нуринга — будь на моем месте кто-то другой, он бы предложил попробовать отменить ритуал и разойтись. Но я — Пепел. Я сделаю, что должно — и будь что будет. Сегодня останется только один из нас!

— Отлично, — оскалился швед. — Признаюсь честно, мне тоже не хочется жать руку и прощать одного из тупых «консервов».

— Вечно вы путаете консерватизм с нежеланием отдавать свой мир на растерзание кучке маргинальных дегенератов…

Они медленно сходились, пока разговаривали. Неспешными, осторожными шагами, полностью сосредоточившись друг на друге. И на последнем слове Аристарха швед атаковал — стремительно и мощно.

Мир вокруг чародеев дрогнул и начал сминаться будто лист бумаги в огромном кулаке. Сминалось само Пространство, большинство стандартных защитных чар против такого никак не помогли бы — как бы сильны они не были, если сминает сам мир в том месте, где барьер, то его просто сломает, будто тонкое стекло.

Вот только Аристарх и не пытался ставить защитные барьеры. Вспыхнув сплошным потоком Фиолетовых Молний он выпустил девять громадных, по сорок метров в длину и полтора диаметром змей из молний. Каждая из них была предельно детализирована, неотличимо от настоящих, что показывало, сколько сил и мастерства вложено в эти творения.

Змеи сразу, ещё в момент своего появления уничтожили заклятие шведа и теперь с шипением ползали вокруг своего хозяина — одни по земле, другие над ним в воздухе, а парочка — под землей.

Со вскинутой вперед руки Аристарха потекли новые разряды молний — и перед вытянутым указательным пальцем образовалась черная шаровая молния, наполненная пятью разными Молниями, вместе усиливших Черную.

Миг — и из черной сферы выстрелила вперед расходящаяся конусом атака полновесной Личной Магии — Волна Разрушения.

Вырвавшиеся из тела Ивар трое Духов встретили волну, образовав подобие стены щитов из трех человек. Три щита, составленные в ряд, встретили атаку и выдержали её — но было видно, что далось им это непросто.

Весь туман позади чародея уплотнился, начал принимать иную, разрушительную форму — ту, которая ждет любого живого, кто рискнет сунуть нос на территорию Небытия. Даже ему понадобилось в свое время немало времени, чтобы найти решение этой проблемы…

А пока туман собирался на Аристарха обрушились другие чары. Каскад простейших, но весьма насыщенных и искусно сплетенных, дабы вместить побольше силы, чар. Лезвия Ветра, каменные шипы и лава, на пределе скорости, вместе с шестеркой своих помощников — они выкладывались на полную, не экономя силы. Он планировал ранить Аристарха сейчас и добить, используя уже туман. Тем более тот сам расслабился и даже змеев своих позади оставил…

И они таки сумели его достать! Превратив в лёд очередное громадное Копьё Магмы, развеяв Лезвие Воздуха и обратив его обычным порывом ветра, он пропустил удар Водяного Диска — вращающегося на бешеной скорости круга воды с полметра в диаметре…

Правая рука с частью с частью плеча падает на землю, из раны фонтаном хлестнула кровь и Ивар Кровавая Ладонь решил — вот он, шанс! Сами предки и судьба на его стороне, подарив такой шанс! Добить тварь! Прикончить «консерву»!

Шесть Духов разом пришли в движение, как и сам Ивар. Отбросив всякую осторожность, разбитые на двойки Духи, в которых один держит защитные чары, второй атакует, взялись за дело все вместе — надо было прикончить его, пока шок от раны и секундная растерянность не прошли!

И они атаковали беспомощно скорчившегося чародея, в шоке пытающегося зажать огромную рану ладонью. Семь заклинаний — шесть восьмого и одно девятого, Личная Магия, Ладонь Ледяного Тления.

Все семь заклинаний попали точно туда, куда целились чародеи. Вот только того, кто должен был принять их своим телом, там уже не было…

Змеи, по четыре штуки на пару двоек и одна-единственная на третью — в которую уже целил Аристарх. Судорожная попытка выстроить хоть какую-то защиту была играючи сорвана фиолетовым змеем — а затем ветвящийся разряд Черной Молнии, ударивший с окровавленных пальцев левой руки волшебника, просто стер в невесомый, неощутимый прах двух могучих Духов.

Черные Молнии сожгли всё, добравшись до самого ядра, до «души» и уничтожило все накопленные ей силы, знания, силы и возможности. Он полностью обнулил Духов, и теперь тем придется вновь и вновь рождаться и умирать, потихоньку накапливая силу заново…

Восьмерка змеев из Фиолетовых Молний — это худший кошмар нематериальных тварей. Аристарху даже не пришлось вмешиваться лично — не успевшие выстроить защиту или хотя бы начать контратаку, четверка Духов была уже обречена. Змеи вырывали целыми кусками их сущность, и крики беспомощной ярости Духов были музыкой для ушей Морозова. Мерзкие твари, так им и надо!

— Я же говорил — против меня у тебя нет шансов, — буднично заявил в туман чародей. — Если бы ты не выставил эти идиотские условия ритуала, то мог бы удрать. Пожадничал, не убил пока был шанс… Вот теперь и расхлебывай последствия. Хотя что ты тут уже расхлебаешь, ничтожество…

Прямо на глазах изумленного Морозова на месте отрубленной конечности возникла новая, состоящая из сгустившейся Зеленой Молнии. По краям, там, где Молния переходила в плоть Аристарха, забегали разряды Красной, Желтой и Золотой, что тесно переплетались с Зеленой… И на глазах пораженного чародея Реинкарнатор стремительно отращивал себе руку. Четыре с половиной секунды — и новенькая правая из плоти и крови снова на месте. Чародей даже не помассировал, не проверил новую конечность.

Туман, сгустившийся почти до жидкого состояния, нес в себе концентрированную энергию Небытия, ядовитую и опасную для всего живого.

— Да используй уже свои Сверхчары, Кровавая Ладонь, — насмешливо прокричал Аристарх. — Твоя Личная Магия слишком слаба, чтобы тягаться с моей, помощники обнулены, а жалкие фокусы с этим полужидким газообразным дерьмом… А я ведь думал, ты мне ровня, Ивар.

Сгущенный, ядовитейший туман силы, по природе своей являющейся противоположностью всему живому, попробовал вцепиться в Аристарха, но окутавшийся сплошным потоком Фиолетовых Молний, создавших сферу в пять метров диаметром вокруг своего хозяина, разлагал на составляющие концентрат Небытия. Глубже, чем на три метра магическая дрянь проникнуть так и не смогла — впрочем, Николаеву-Шуйскому, судя по всему, было плевать даже если он пробьется до него. С его способностями к самоисцелению…

Это не было битвой равных, которую ожидал князь. По количеству энергии и примерному ощущению для него эти двое были одинаково опасны — но, видимо, это потому, что оба слишком сильно превосходили его самого силой.

Между молодым русским реинкарнатором и шведским королем оказалась настоящая пропасть в силах. Аристарх не напрягаясь, показательно и с ленцой бил одну за другой все карты Ивара, даже не переходя в атаку, намеренно оставляя врагу инициативу — Герой Империи не просто побеждал своего врага, он втаптывал его в грязь. И делал это так, чтобы все собравшиеся и наблюдающие за боем высшие маги врага это видели.

Чтобы они видели и сами ощущали, сколь могучие силы были подвластны шведу — реши он с самого начала сражаться в полную силу, и даже вся сила Федора Шуйского в лучшем случае позволила бы ему кое-как отбиваться и сводить всё вничью.

И вот теперь на их глазах Аристарх показательно, легко и непринужденно показывал, что он не просто сильнее или опытнее — что именно в магии он просто на класс, а то и два выше своего противника. Единственный момент в сражении, когда швед смог что-то ему противопоставить — это ближний бой. Однако они были не парой усиленных зельями дружинников или богатыре/рыцарей. Они были именно что магами, и именно в магии Николаев-Шуйский был из совсем иной лиги, нежели швед…

И тут Морозов ощутил, как сам мир чуть-чуть, на самую каплю, но дрогнул. По эфиру прошла мощная дрожь, понять природу которой ему удалось не сразу — лишь секунд через шесть, когда дрожь усилилась, а возмущения в потоках магии стали заметны даже слабейшим одаренным.

— Сверхчары? Наконец-то! — с высокомерным азартом вскричал Аристарх. Давай посостязаемся, чьи лучше!

Огромный Доспех Стихии, состоящий из Синих Молний, с крыльями из Желтых и доспеха из Золотых, покрытых узорами из Красных Молний, луком из Фиолетовых и здоровенным комом в виде шаровой молнии в десять метров диаметром, расположенной в голове Доспеха, где находился и сам Аристарх.

Доспех был выше трехсот метров в высоту, а лук, который он держал, был даже здоровее самого Доспеха. Удерживая его в левой руке, Доспех вскинул руку к небесам.

— Эа Морния!

Огромная Черная Молния рухнула с небес, прямиком в поднятую руку Доспеха. Мгновение — и огромная стрела в виде извивающейся, полной яростного желания разрушать молнии была уже на тетиве из Синей Молнии и готовилась к выстрелу — поглощала усиления от всех Молний, кроме Зеленой.

Примерно в километре от Доспеха тоже появилась массивная фигура. На треть ниже Доспеха Николаева-Шуйского, она, тем не менее, источал куда более могучую и пугающую ауру.

Человеческая фигура в сплошном плаще с накинутым балахоном, из которого глядел густой, чернильный мрак. Единственное, что было видно из-под балахона — это руки, но и те были закованы в латные перчатки.

Оружием пришельцу служила огромная боевая коса. Рукоять была сделана из кости какого-то воистину титанических габаритов зверя, лезвие же отковано из магического сплава, подобного которому Морозов никогда не видел и даже не слышал о таком.

Кто бы это ни был, ясно было одно — сил у этого существа куда больше, чем у парочки Великих Магов. Даже вместе взятых…

— Бей! — раздался крик Ивара.

Фигура преодолела разделяющее их расстояние быстрее, чем затих криг Великого Мага. Огромная, вспыхнувшее полупрозрачным холодным голубым пламенем лезвие в стремительном режущем ударе, размазываясь от скорости, полетело к голове Доспеха, где и находился окутанный Зелеными Молниями Аристарх. И что-то подсказывало Морозову — если удар достигнет цели, то даже невероятные навыки самоисцеления Николаева-Шуйского ему не помогут…

Черная стрела, направленная прямо в голову призванному из неведомых глубин бездны Небытия существу, сорвалась в полёт. Благо расстояние между ней и головой самоуверенного противника было лишь полсотни метров…

Последовавшее за этим Морозов запомнит до конца жизни. Сущность, даже не представлявшая себе, что в населенном столь слабыми смертными мире может найтись то, что может всерьез угрожать ему, не счевший нужным даже просканировать, что за Черную Стрелу в него направляет на спешащий бежать от него странный смертный, едва достигший ранга Великого Мага, вдруг ощутил на своей шкуре, что за самоуверенность приходится дорого платить.

Стрела уничтожила голову и две трети туловища существа. Два оставшихся по краям бока, к которым крепились руки, просто опали вбок и начали рассыпаться. Удар смазался и попал не в голову, а плечо Доспеха Стихии — и нанес ему колоссальные повреждения, однако это было уже не важно.

Сверхчарами адепта Небытия была выбрана возможность в час нужды призвать кого-то на голову превосходящего его самого в силах и при этом снять с него большую часть ограничений Законов Творца. И это существо, скорее всего, было способно убить почти любого в этом мире, в том числе и многих реинкарнаторов — ведь чтобы тягаться с этим существом, нужно было иметь в загашнике такую магическую силу, что превосходит своим качеством почти всё, что существует в мире.

На их глазах сейчас умирало существо, что в своей силе было на уровне Средних Богов. И Морозов никак не мог понять, что за силу использует Николаев-Шуйский, что для неё даже божественность не является помехой⁈

Про Забытых Морозову знать было, разумеется, неоткуда.

— Ну что ж, думаю, нам стоит поставить окончательную точку в нашем противостоянии, слуга Этель Нуринга, — спокойно зашагал к растерянному, злому и бессильно стискивающему кулаки шведскому королю. — Используй свои руки, Ивар Кровавая Ладонь. Это твой последний шанс — иначе прирежу, как свинью. Умрешь достойно или как скот на бойне?

Огонек надежды вспыхнул в ауре короля. Морозов аж крякнул от досады — ну зачем эти поединки с отказом от своего преимущества⁈ Зачем давать врагу шанс⁈ Просто добей!

Но вслух он, разумеется, ничего подобного не сказал. Не после всего, что он сегодня видел…

Окрашенные серым ладони и состоящее из Синей Молнии копьё начали свой танец посреди небес над превращенной в оплавленные, выжженные руины с глубокими каньонами равнины. Две фигуры, одна окутанная серым, другая — молниями семи разных цветов, сходились и расходились, сражаясь отчаянно, не щадя себя и не оглядываясь на последствия…

И если в первой их схватке сегодня Ивар теснил Аристарха, то сейчас всё было наоборот. Пять вспышек в разных местах, шестая, особенно мощная, и обоих поединщиков отбрасывает назад. Судорожно, торопливо остановив полет, они выровнялись в воздухе, на миг замерли — ладони Ивара вспыхнули серым ещё сильнее, он вкладывал в магию уже не только эфир и ману, но и свою прану — на кону стояло всё…

Морозов моргнул, а когда его глаз вновь открылся воины уже поменялись позициями. Аристарх стоял там, где до этого находился Ивар, и наоборот. Оба воина стояли спиной друг к другу, и Морозов, кляня себя и не вовремя настигшее его желание моргнуть силился понять, что произошло и почему они замерли.

— Я… проиграл…

И лишь сейчас, когда шведский король начал падать вниз, князь разглядел огромную рану на груди мага — она была не сквозной, потому он и не мог понять, кто именно проиграл.

Швед не разбился о камни — одним мысленным усилием Аристарх подхватил его и аккуратно уложил на камни… А затем вскинул голову и напряженно уставился куда-то на восток, в сторону моря.

— Быстро используйте артефакты телепортации! — раздался напряженный голос Аристарха в его голове. — Немедленно и оба!

Доспехи и оружие вновь вернулись к нему — поединок был окончен, и больше он был ничем не ограничен. С копья сорвалась длинная черная молния, намного более мощная чем те, которыми он оперировала во время поединка — всё же хороший набор артефактов кратно повышает…

— Да быстрее, ёб твою мать, мудила стоеросовая!!! — раздался натуральный рёв Аристарха. — Иначе я свалю один и делай что хочешь!

Алена уже исчезла, и чародей наконец отдал мысленный приказ одному из своих артефактов. Последнее, что он увидел перед перемещением — как вся свора английских и шведских чародеев атакует Великого Мага, который, не обращая на них внимания, гонит и гонит поток Черных Молний в открытый портал, из которого пытается выйти закованный в шикарные, отделанные золотом и драгоценностями доспехи воин с венцом принца на шлеме. И этот здоровяк идет, выставив вперед ладонь, окутанную непонятной боярину силой. Силой, которой по силам противостоять Черной Молнии…